Маленькое счастье.

POV-Гермиона Каждый шорох, каждый вздох полоумных картин был для меня испытание. С самого моего выхода из больничного крыла меня преследует чувство, будто сейчас Малфой выскочит из-за угла и убьёт одним лёгким взмахом палочки. Он перевернул весь мой маленький мирок с ног на голову, я не знаю, как мне относиться к его словам, его прикосновениям. Всё то, что сейчас происходит для меня просто полнейший бред, я никак не могу привыкнуть к Малфою, а самое главное, к его переменчивому настроению. То, что я заключила Непреложный обет, моя главная ошибка, но по сравнению с Империусом это, наверное, не так плохо. Но теперь, когда страдают невинные люди, я не знаю, что мне делать. Мой милый Рон, я и представить себе не могла то, что Малфой и вправду сможет кого-то покалечить, год назад он был совсем другим: гордый и дерзкий, а на самом деле жалкий трус, да и тогда он и Экспелиармусом не владел, а сейчас сражается невербальной магией. Что же с тобой стало Драко Малфой? Неужели ты не шутил, когда угрожал мне? Конец POV Она знала, что он не шутит. Поэтому сегодня Гермиона была готова противостоять ему. Коридор восьмого этажа - самый безлюдный коридор, наверное, необязательно проходить его до конца, и было бы достаточно просто посмотреть, что всё хорошо. Девушка осторожно вышла из-за угла и освятила Люмусом длинный коридор. -Привет. -Гермиона сорвалась с места и побежала, она слышала недобрые нотки в его ванильном голосе. Она знала, знала, что это он, что он пришёл за ней. Истерика, самая настоящая истерика, неужели, он так сильно пугал её? Малфой появился из неоткуда, а впрочем нет, кажется, он вышел из того же угла, что и Гермиона… похоже, что он с самого начала был рядом и просто ждал подходящего момента. И от этого было ещё страшней… -Петрификус Тоталус! –Луч Малфоя достиг намеченной цели, и волшебница замерла на месте. -Принцесса, ты куда так рванула? Я просто зашёл проведать тебя. –Драко обошёл застывшую Грейнджер, встав перед ней. -Помогите! –Эхом её голос прошёлся по этажу, но его никто не услышал. -Силенцио. –Прошептал Драко и её голос пропал, глупые попытки закричать не увенчались успехом, она говорила и кричала, но не одного звука не слетело с её губ. –Нам нужно поговорить, я хотел узнать, усвоила ли ты урок? Мне, конечно, бесконечно жаль Рона… -Драко наигранно смахнул несуществующую слезинку, но моментально стал серьёзен. –Я в последний раз спрашиваю: ты уяснила то, кому ты теперь принадлежишь? –Гермиона кивнула. –Отлично, я сниму заклинание, и мы спокойно поговорим. –Драко опустил палочку. -Урод! Скотина бездушная! Да на что ты вообще надеялся!? Я не буду принадлежать тебе! Никогда я не буду принадлежать мерзкому Пожирателю смерти! Ты не достоин и того, чтобы рядом со мной стоять! Вся ваша семейка - сплошные уроды, и я просто счастлива, что сейчас в ней на одного меньше! –Осознание сказанного пришло быстро, почти моментально, она прижала свободную руку ко рту, ведь сама себе выкопала могилу. -Экспелиармус! –Палочка вылетела из рук Гермионы, и Драко отшвырнул её ногой. -Я хотел, пытался с тобой по-хорошему, но раз так ты не понимаешь… -Его лицо исказила поганая животная улыбка. -Придётся тебя проучить. –Он грубо схватил её чуть выше локтя. -Отпусти! Отпусти меня! –Гермиона извивалась, хваталась за стены, била его, но парень был непреклонен. В стене показалась дверь - Выручай-комната. Гриффиндорка со всей силы ударила Слизеринца по ноге и воспользовавшись его замешательством вырвалась, убегая прочь. -Стой, тварь! Инкарцеро! –Тело гриффиндорки окутали тяжёлые нити, и она упала не в силах пошевелиться. Грейнджер больно ударилась о твёрдый каменный пол, кажется, сломала что-то. Слёзы лились ручьями, и она кричала, кричала, но никто не слышал… - Мобиликорпус! –Гермиона поднялась в воздух и зарыдала с новой силой. –Пошли-ка, повеселимся. –Малфой пошёл к появившейся в стене двери, которая моментально отворилась перед ним. –Прошу в мою скромную обитель! –Приглашающим жестом он показал на открытый проход. -Пожалуйста, отпусти меня. -Гермиона не надеялась ни на что, просто она боялась. -Ты сама виновата... –Он подошёл к Гриффиндорке, и она медленно опустилась вниз. –Я предупреждал, но ты не слушала, вот тебе и расплата... будет очень больно! –После этих слов тело девушки залетело в раскрытую дверь и упало на что-то довольно мягкое и приятное. Осознание того, что с ней будут делать вертелось в голове, она с новой волной рыданий начала брыкаться и пытаться освободиться. –Хватит вертеться! –Голос Малфоя был совсем близко. Одинокая свеча горела в воздухе, но её света было вполне достаточно, девушка не могла поднять головы, она видела лишь потолок, небесно-голубой, красивый. Болезненное ощущение, словно что-то с силой давило на правую ногу, затем выше, выше и вот боль уже поднимается вверх по животу, груди и останавливается на горле. Голос сорвался, глаза высохли, а силы покинули её тело, был только страх, безумный страх. Кровать прогнулась, и Малфой моментально навис над гриффиндоркой. Его глаза блуждали по её лицу, пожирая и убивая, правой рукой он держал палочку, сдавливающую горло девушки, а левой он упёрся выше её головы. -Боишься? –Мягкий бархатный голос разрывает пространство, он шепчет ей на ухо, убирая с лица непослушные волосы. -Нет! Что за наивная ложь? Она дрожит и плачет, но заставляет себя посмотреть на него: серые и пустые глаза горят огнём. И сейчас на его лице можно прочитать лишь одну эмоцию - похоть. Малфой улыбается псевдо-доброй улыбкой и опускает палочку ниже. -Секо. -Верёвка медленно сползает, освобождая грудь девушки, она облегчённо выдыхает, но неожиданно понимает, что не только верёвки разрезаны, но и кофточка и бежевый лифчик порваны точно на две половины. Одной рукой Слизеринец приподнимает девушку и откидывает вещи, полностью обнажая туловище. Гермиона заносит руку для пощёчины и звонко ударяет аристократа, разглядывающего её грудь. Удар приходится точно по щеке и довольная ухмылка сползает с его лица. -Дрянь! –Тяжёлый удар и Грейнджер безвольно падает на кровати. –Секо! –В конец разозлённый Драко разрезает верёвки, не заботясь о нежной коже девушке. Рана проходит от бедра и до пятки, но она, кажется, совсем ничего не ощущает. –Я научу тебя бояться! –Одним рывком он стаскивает с себя штаны и опускается к правой груди гриффиндорки, кусает её розовый сосок, а она и теперь ничего не чувствует. Он звереет, что она делает с ним? Драко хватает её за волосы и смотрит в пустые, некогда такие прекрасные и живые глаза. –Сука! –Она возбуждает его, ничего не делая, просто от того, что рядом, от того что теперь она его. Резко и быстро он входит в неё. "Девственница" крутится у него на языке, чистая и невинная, только его. Боль, тяжёлая боль. Тело горит, низ живота горит, а грудь кровоточит. Она очнулась неожиданно, и резкий крик тут же вылетел из пересохших губ. Она видела его прикрытые глаза, чувствовала его внутри себя. Морально растоптанная и униженная, она лежала под ним и кричала от каждого движения внутри себя. Сил нет, больше ничего нет, только боль… это похоже на пытку Круциатусом, а он так похож на свою тётку. Ритмично и быстро, она сухая, совсем сухая. От этих толчков и ему больно, а какого сейчас ей? Он не хочет об этом думать, слышать её крики и вопли, мольбы, она сопротивлялась, но силы покинули её. Чувствуя, что сейчас кончит, он сильно сжал ягодицу Гермионы, вязкая и тягучая жидкость наполнила её вагину, она смешалась с кровью и потом. Безмолвный и уставший он свалился рядом с гриффиндоркой, она уже закрыла глаза и тихо плакала, боясь что на этом её «сладкая» жизнь не закончится. -Что ты теперь мне скажешь? -Выдохнул и повернул её голову к себе, она еле-еле открыла глаза, тёмные и измученные, она умерла там, кажется, часть её души и правда умерла сегодня. -Я... тебя ненавижу. -Она не могла, не могла смотреть в его глаза, не могла даже встать и уйти; тело болело, а ноги не слушались. -Конечно, зато теперь ты уяснила урок? –Он встал с постели и поднял палочку с пола, а после этого медленно подошёл к девушке. -Нет! Не надо! Не надо… -Она снова плакала, сжимаясь и прикрывая свою грудь руками. -Я вылечу, ты же хочешь поскорей убраться отсюда. –Никакой реакции, она продолжала плакать, бормоча «пожалуйста», тряслась и боялась, как сумасшедшая. Драко навис над ней и начал шептать заклятия. Рана на ноге затянулась, но длинная полоса всё ещё уродовала кожу, боль в животе спала, кровь на груди свернулась и перестала идти. -Уходи! –Беспрекословно подчиняясь, она поднялась и собрала лоскуты, оставшиеся от её одежды и завернувшись в простыню девушка медленно пошла к выходу. –Не забывай, что ты дала Непреложный обет. -Последнее, что она услышала перед тем, как закрыть дверь. Опустошённая, выжатая, как лимон с огромными синяками под глазами и изуродованным телом. Она не помнила, как дошла до кровати, видел ли её кто-нибудь, как она уснула? Всё было туманным… но жуткие боли по телу напоминали о вчерашней ночи. Никаких эмоций, желаний или слов, она ничего не испытывала. Стоит перед зеркалом, абсолютно голая, на часах 4:00, а в душе - чёрная дыра. Ещё совсем недавно она стояла так же перед зеркалом и любовалась своим отражением. Огонёк в глазах. Где её огонёк сейчас, ничего нет пустые и безжизненно карие зрачки исследуют измученное тело. Шрам на груди, длинная полоса на правой ноге и разорванная в клочья душа, это всё что осталось от её невинности. Глупо было предполагать, что она подарит свою девственность тому, кого будет любить больше всего на свете, она думала, что первый раз будет романтичным и красивым, но в первый раз её изнасиловали. Малфой. Человек, которого она знает шесть лет, тот, кого она на протяжении целого года будет встречать в коридорах и на сдвоенных парах. Она боялась, что этот кошмар может повториться, и никто не спасёт её от него, она теперь по-настоящему принадлежит ему. Её насильнику. Её повелителю.