Понимание приходит после

Реджина переместилась в свою спальню, недалеко от кровати, и слёзы, тут же, хлынули как ниагарский водопад. Она подошла к своему туалетному столику, схватила первое, что попалось под руку, как на зло, это оказалась любимая расчёска, и швырнула в противоположную от туалетного столика сторону. Как он мог! Потеря любимой расчески, сломавшейся от удара, не принесла, как ожидалось облегчения. Реджина оглянулась, в поисках, на чём ещё выместить свой, не стихающий, гнев. На глаза попалась прекрасная ваза, со стоящей в ней розой, Не раздумывая, она схватила вазу и с силой бросила об каменный пол. Её забрызгало водой, от разбившейся вазы. Теперь, на полу, в луже лежала только роза, с остатками, некогда прекрасной вазы. Даже этот жест, не дал ей того, чего она хотела. Реджину душила обида «Ну ничего, она ещё ему покажет!». Надо кого-нибудь помучить, это всегда помогало, но только кого? Точно, в её состоянии виноват Румпель, значить отвечать его Белль! Реджина взмахнула рукой и растворилась в тумане. Злая Королева появилась возле камеры Белль и сразу почувствовала головокружение, заставившее её слегка покачнуться и опереться рукой о стену. Что с ней творится? Она задумалась, сделала глубокий медленный вздох, закрыв глаза. Только не хватало рухнуть здесь, на глазах Белль, внимательно наблюдающей за ней через решётку! Приступ прошёл также быстро, как появился, но от осознания собственной беспомощности она снова расплакалась. - Реджина, что с тобой? – спокойно поинтересовалась Белль, сидя на кровати, находившейся около окна напротив решётки. - Румп… - на одном выдохе произнесла Реджина, голос которой предательски задрожал. Вопрос Белль немного привёл её в чувство, и поток слёз почти прекратился. - Что с ним? – громче сказала Белль, кинувшись к Реджине, её лицо выражало сильное беспокойство. Она не так хотела с ней поиграть, но это, даже, лучше! Реджина прислонилась спиной к стене и стала медленно сползать. Оказавшись на корточках, она уткнулась лицом в ладони и начала слегка трястись, что было похоже на беззвучное рыданье. На самом деле она смеялась, ей нужно было немного времени, что бы спланировать следующие действия, взяв эмоции в руки, для следующего акта. - Реджина! Что с ним?! Я имею право знать! – кричала тем временем Белль. Реджина перестала трястись, убрала руки от всё ещё мокрого от слёз лица и посмотрела на Белль. - Не молчи, пожалуйста, - умоляла та. - Я только от него. Он болен, - с грустью и сожалением в голосе медленно произнесла Реджина. - Расскажи мне всё, пожалуйста, с самого начала, - попросила Белль, затаив дыхание. - Хорошо, - ответила Реджина, помолчала несколько секунд и, как бы собираясь мыслями, продолжила – Мне понадобилась консультация в одном вопросе, попытавшись его найти, я обнаружила, что его нигде нет. - Реджина шмыгнула носом – Я проверила и в замке, и за его пределами. Услышав, что крестьяне обсуждали кого-то, похожего на него, пойманного и заточенного в волшебной темнице, я поспешила к нему… Он и в правду был там. Только его не просто поймали и кинули в неё, а ещё и избили до полусмерти! Представь, Белоснежка с Прекрасным, за НИМ, избитым до полусмерти, поставили ухаживать лекаря. С которым я поговорила, узнав, что Тёмный очень плох, всё время спит или без сознания. Этот лекарь так себе, удивительно, что вообще получил такое звание. Он его даже не лечил, а просто ходил и смотрел: испустил уже дух Тёмный, или ещё нет. - И? - аккуратно поинтересовалась Белль, прерывая затянувшееся молчание Реджины. - Я проникла в клетку, подошла к нему и попыталась привести его в чувство. На все мои попытки он не реагировал, и я поняла, что Его нужно срочно оттуда вытаскивать. Я переместила нас в его замок, где попыталась лечить магией. - Ты его вылечила? – с надеждой спросила Белль. - Нет, - покачала головой Реджина – я его немного привела в чувства, на сколько хватило моей магии. Ему лучше, он уже пришел в сознание, но ещё плох. Как только очнулся, тут же стал меня прогонять. Целительная магия очень истощает, я решила пока больше не тратить, вдруг поправится сам… Что-то мне нехорошо, возможно я слишком истощилась, мне надо прилечь, - закончила Реджина, изобразив изнеможение на лице, что было не трудно, так как она и так чувствовала себя достаточно уставшей, и медленно растворилась в тумане. Оказавшись в своей комнате, Реджина подошла к кровати и рухнула на неё. Как только голова коснулась подушки, она погрузилась в крепкий сон. *** Семья Прекрасных несколько дней тряслась в карете, пока они добирались к магу-провидцу, способному вместо Тёмного поведать пророчество. Путь был изнуряющим, особенно для Белоснежки. Они не раз вспоминали Тёмного нехорошими словами, ведь, по их мнению, он виноват в том, что им пришлось проделать этот путь. А ещё предстоял и обратный. Белоснежка с Прекрасным Принцем подъезжали к назначенному месту встречи, одинокой избушке, стоящей посреди лесной чащобы возле дороги. Уже смеркалось, и в доме, находящемся в прямой видимости, виднелся свет от свечей. У порога их встречал человек, одетый в длинное, достающее до земли, тёмно-коричневое домино с поднятым капюшоном и в белой, полностью скрывающей лицо, маске. Он держал в руке палку, которую можно было принять за посох издали. Не дожидаясь остановки тормозящей кареты, Дэвид открыл дверцу, выпрыгнул и побежал к ожидающему их человеку. - Здравствуйте, Ваше Высочество. Рад Вас приветствовать в своей скромной обители, - сказал ровным спокойным голосом мужчина в домино, поклонившись почти до самой земли и оставшись в таком положении. - Здравствуйте. Рад встречи с Вами, - ответил Дэвид, протянул руку, дотронувшись до плеча мага, давая понять, что можно выпрямляться. - Могу я предложить Вам войти? – продолжил маг, указывая приглашающим жестом на дом, когда с ними поравнялась Белоснежка. - Мы очень спешим. Если Вас это не обидит, - Дэвид протянул магу мешочек с оговоренной заранее суммой внутри. Ему показался голос знакомым, где-то он его уже слышал. Маг одобрительно кивнул головой, пряча в складках домино мешочек: «Понимаю, понимаю. Тогда могу я предложить Вам присесть? Королева, наверное, сильно устала с дороги», - он указал на располагающееся рядом, поваленное дерево. Дэвид с Белоснежкой двинулись в указанном направлении. Как только они разместились, с относительными удобствами, маг прислонил палку к ближайшему к нему дереву и пошёл к ним. - Мне нужна какая-нибудь ваша вещь, - сказал маг, обращаясь к Белоснежке и протягивая к ней руку. Она протянула ему белый платок. Маг взял его, покрутил в руках, произошла внезапная вспышка света в руке с платком, заставившая резко закрыть глаза Прекрасных. Когда они перестали моргать и уставились на мага, он поднял над собой руки, уже без платка. - О, Великие Достопочтенные Норны! Прошу поведать рабу вашему то, что должен я молвить этим нуждающимся Господам! – говорил с почтением маг, обращаясь к небесам. Прекрасные выжидательно на него смотрели. - Здравствуй, дитя, дочь Евы и Леопольда, внучка Марии и Эдуарда. Что ты хотела бы узнать? – говорил маг старушечьим голосом, повернувшись к Белоснежке. - Я хочу узнать, какие самые страшные опасности могут ожидать моё дитя, - сказала Белоснежка, положив руку и нежно посмотрев на свой выпирающий живот - От чего стоит оградить, чтобы не случилось непоправимого, чем я могу помочь. - В возрасте 14-ти лет твоя дочь, Эмма, может подружиться с дочерью Малифисенты, и эта дружба тогда будет стоить твоей дочери очень высокой цены, - отвечал маг всё тем же странным голосом. - Эмма? Снежка, ты уже придумала имя нашей дочери, а мне ничего не сказала? – немного обиженно подал голос Прекрасный. - Как я могу на это повлиять, будучи под действием проклятья? – взволнованно интересовалась Белоснежка, игнорируя мужа. - Проклятья не будет, - закончил маг, повернувшись к ней спиной. – Благодарю Вас, о, Светлая Скульд! – говорил маг уже своим голосом, снова обращаясь к небесам, затем вновь повернулся к ним. - Могу я увидеть, с кем общаюсь? – спросила Белоснежка, вставая и пристально глядя на человека в маске. - Извините, Ваше Высочество, но я слишком уродлив. Я дал клятву, что никому не позволю видеть это, - ответил человек в маске, развернулся и пошёл в сторону входа в дом. Белоснежка с Дэвидом не стали догонять его и пошли в сторону кареты. - Снежка, тебе не показался голос этого мага знакомым? – первым нарушил молчание Дэвид, спустя несколько минут тряски в карете. - Показался, но не могу вспомнить, - ответила Белоснежка. - Я точно говорил недавно с этим человеком, - с уверенностью говорил Дэвид, затем помолчал несколько секунд, нахмурив лицо, и выкрикнул: «Лекарь!». - Лекарь? А, да, точно, голос очень похож на него. - Но ведь он пропал после побега Тёмного! – говорил на повышенных тонах Прекрасный. - Дэвид, так об этом сообщил догнавший нас гонец. Что ещё я не знаю? – осуждающе спросила Белоснежка, тоже повышая голос. - Уезжая, я оставил поручение, узнать как там Тёмный и подготовить отчёт к нашему приезду. Если возникнет что-нибудь непредвиденное срочно сообщить мне, - говорил намного тише Дэвид, - Гонец сообщил, что клетка была пуста и открыта к моменту проверки, и в ней на полу были рассыпаны баночки с лекарствами. Лекаря уже ищут, но пока так и не нашли. - Значит, лекарь сбежал, выпустив Тёмного. А сейчас посмеялся над нами, устроив этот спектакль. Он мог слышать о моих родителях, но о бабушке с дедушкой? Получается, он не только лекарь, но ещё и маг, иначе, откуда он мог знать, как я хочу назвать нашу дочь? Я об этом никому не рассказывала. - Вот-вот, даже мне не сообщила, всё решила сама! А я имею право знать такие вещи! – говорил Дэвид, повышая голос, затем обратился к кучеру, крича: "Кучер, разворачивайся и гони к домику того мага, у которого мы только что были!". Карета развернулась и помчалась обратно. Не прошло и получаса, как кучер остановил скакунов. Никто не мог поверить увиденному: ни дома, ни мага не было, лишь поваленное дерево, на котором сидели Прекрасные! Дэвид покинул карету, взял с собой стража, и они вместе всё прочесали в радиусе 100 метров. Это точно было то место! Домик был метров в 30-ти от развилки дороги и в 10-ти от самой дороги. Но сейчас на его месте были лишь деревья. *** Проснувшись спустя несколько часов сна, Реджина осмотрелась и встала. Она чувствовала себя бодрой и отдохнувшей. Уделила несколько секунд изучению своего туалета и осталась недовольна: её платье было помятым и немного грязным, его необходимо было сменить, да и причёска оставляла желать лучшего. Она закрыла глаза, сконцентрировалась, представила, как меняет надетое на неё платье на другое, затем тоже проделала с причёской. Открыв глаза, Королева взглянула в зеркало, удовлетворенная результатом. На ней было удобное, прилегающее во всех местах платье, чёрного цвета, не стесняющее при ходьбе и подчеркивающее фигуру, прическа, выгодно сочетающаяся с платьем такого же, глубокого, черного, цвета возвышалась над её головой, зрительно увеличивая её рост. За окном появились первые лучи восходящего солнца, впереди предстоял долгий день. Ей ведь нужно было успеть все подготовить к запуску проклятья. Раз Румпельштильцхен думает, что она причастна к исчезновению его любимой Белль, то долго медлить, нельзя, ещё сам найдёт её, а заодно и поставит над всем этим большую и жирную точку. И как он только узнал, что Морис здесь ни при чём? Реджина долго и пристально следила за Белль. Выждав, когда Белль зашла в пещеру, где гномы добывали кристаллы для фей, служившие феям источником волшебной пыльцы, Реджина появилась рядом с ней. Взяв её за руку, она переместилась с Красавицей в темницу своего замка. После чего, она быстро вышла, заперев за собой решётку. Реджина выбрала идеальный момент. Даже, если бы Румпельштильцхен наблюдал за Белль, в свой волшебный шар, то увидеть, что происходило в пещере не смог. Пещера полна истинной первозданной магии, которая блокировала любые магические попытки Румпельштильцхена. Чтобы он не смог за ней наблюдать, Реджина из опасения, так же расположила в своей темнице кристаллы, из шахты. Злая Королева, наложив на себя чары невидимости, переместилась в замок Мориса, в покои Белль. Увидев, что она одна, бесшумно прошла к резной шкатулке с драгоценностями и вытащила первую попавшуюся цепочку из золота с украшением. Закрыв шкатулку, она так же бесшумно удалилась. Морис, в приступе ностальгии, зашел в комнату своей давно покинувшей его дочери. И тут же увидел, что ларец, который он так часто открывал и с печалью перебирал все украшения, слегка сдвинут. Открыв его, он обнаружил, что чего-то не хватает. Разгневавшись, он, узнав, кто последний занимался уборкой комнаты его дочери, заточил служанку в темницу, чтобы, остыв, разобраться в этом деле. Спустя несколько часов, он в очередной раз предался очередному запою. Несчастная, проведя в ожидании несправедливого наказания несколько дней и поняв, что её хозяин долго раздумывает над наказанием, разволновалась, и её сердце не выдержало. Молва о несправедливом Морисе, умертвившем в своем подземелье служанку, тут же разнеслась в округе. Морис, выйдя из запоя, узнал о смерти и с трудом вспомнил, за что он поместил служанку в подземелье. Осознавая, что его власть находится под угрозой, он незамедлительно распорядился организовать пышные похороны простолюдинки, пожертвовав лучшее любимое платье его дочери, Белль. Реджина, заинтересовавшись слухами вокруг замка Мориса, узнала последние новости и поняла, как может воспользоваться ситуацией. В ночь перед захоронением в склепе, которого обычно не могла удостоиться обычная служанка, так же невидимая, она появилась у гроба служанки и незаметно положила под платье цепочку с медальоном. Морис на похоронах служанки в очередной раз сильно выпил. Реджина незаметно появившись в зале, заставила его вспомнить, обо всём самом грустном, что связано с его дочерью Белль, будто всё произошло только что, со всеми причитающимися эмоциями. Результат превзошёл все ожидания: Морис сидел в обнимку с бутылкой и просил прощения у Белль, что не сберёг её. Реджина переместилась в замок Румпельштильцхена, не забыв снять чары невидимости. Как обычно Румпельштильцхен был в лаборатории и что-то как всегда прял. - Румпель, привет, как ты? - с сочувствие в голосе поинтересовалась Реджина. - Привет, Реджина. Как обычно, - сказал Румпельштильцхен, прекратил прясть, развернулся и посмотрел на Реджину - С чего такой интерес? - Я о слухах про Белль. Тебе должно быть больно, очень тебе сочувствую. Пришла тебя поддержать, как только узнала. - Слухах? – поднял брови Тёмный, слегка наклонив голову вперед. - Так ты ничего не знаешь? Лучше бы я не приходила. Извини… - Ну уж нет! Сказала «а», так говори и «б», - Румпельштильцхен весь превратился во внимание. - Белль вернулась в замок к своему отцу. Он её сразу заточил в темницу и прислал церковников, которые должны были её очистить от зла. Сердце Белль этого не выдержало, и она скончалась. - Ты лжёшь! Я только недавно наблюдал за Белль! Она была жива! И не в замке отца! - Румпель, я говорю только то, что до меня дошло. Как только узнала, решила проверить, наблюдая в волшебный шар, подаренный тобой. Он её не показывает, что бывает, когда человек либо мёртв, либо в другом мире, либо сокрыт магией. Румпельштильцхен сильно нахмурился, встал, подошёл к столу и взмахом руки переместил на него хрустальный шар. Никакие последующие манипуляции не помогали, шар не показывал его Белль. Тогда он взял его в руку и начал трясти в воздухе. Спустя пару минут, не выпуская шар из руки, повернулся и посмотрел на Реджину. - Я не верю, - зло сверкая глазами выплюнул Тёмный – Это твои проделки? – вопрошал Он, срываясь на крик. - Румпель, я пришла помочь, - попыталась успокоить его Реджина – что я могу для тебя сделать? – в надежде, что он переключится, спросила она. - Ты знаешь, где лежит её тело? – слегка успокоившись, поинтересовался Румпельштильцхен. - Наверное, в склепе, если слухи верны. Откуда мне знать, что могло взбрести в голову Морису? Тёмный кивнул и переместил их обоих к Морису. Тот уже был невменяем, несмотря на то, что не спал, и никак не отреагировал на их появление. От Мориса, полулежащего на столе, доносилось: «Белль … я погубииил тбя … я виинват … я должен был … запреть … не выпскать … ты … покинула мня навсегда …» Румпельштильцхен сильно сжал свободную руку в кулак, затем разжал, и на его когтях была видна кровь. Его стало трясти, Реджина почувствовала, как вокруг начала концентрироваться магия, также неожиданно, магия исчезла. Тёмный разжал руку, в которой держал шар, и он с характерным звуком раскололся о каменный пол. Поверил? Реджина не знала, что Темный очень хотел убить Мориса в этот момент, но его сдерживал договор, согласно которому он не мог этого сделать при таких условиях. - Я всё ещё не верю, - приглушённо-подавлено послышалось от Румпельштильцхена. Спустя мгновение они переместились в склеп, после чего двинулись по коридору мимо покоившихся, пока не стало виднеться тело служанки. Румпельштильцхен нервно сглотнул, но не решился приближаться. - Это одно из её платьев и её украшений, - сломлено донеслось. - Да, я тоже скорблю, Румпель, - поспешила с грустью в голосе добавить Реджина. Румпельштильцхен переместил их обратно в свой замок, но на этот раз в зал. - Реджина, лучшее, что ты можешь сделать – это уйти, - очень тихо сказал он, стоя к ней спиной. Что Реджина и поспешила сделать. Реджина прокрутила в голове воспоминания, надеясь, что его тогда убедила. Значит, ему кто-то рассказал, и, возможно, сам Морис. Получается, Морис участвовал в поимке Румпеля, иначе Тёмный давно бы знал о том, что Морис ни при чем.