Понимание приходит после

Дэвид не мало спорил со своей женой о том, что ей и Золушке лучше не входить в замок Тёмного, но спор так и оставил обоих при своём мнении. Лишь Эшли напрочь отказалась входить в замок до окончания операции — страх очередной неудачи был очень силён. Давно уже успели вернуться феи ко всей процессии, но были очень сухи на общение, чем подхлёстывали общее напряжение. На попытки разговорить их или получить от них хоть какой-то прогноз на предстоящую встречу с Румпельштильцхеном Прекрасные получали лишь пожимания плечами. Дэвид уже успел набросать план вторжения в своей голове, но не хотел пока его ни с кем обсуждать из присутствующих. Феи почувствовали впереди магическое поле, которое реагирует на тех, кто попытается его преодолеть. Они подали сигнал, чтобы все остановились. Рул начала анализировать поле: оно было только сигнальным, и как его подавить или исказить, чтобы можно было пройти незамеченными, оставалось не ясно. Об этом она предупредила остальных. Вперёд вышел муж Снежки, подошёл почти вплотную к голубой фее и поинтересовался «где конкретно начинается поле». Оно было неровным, словно волнующееся море перед штормом: то сильно отступало, то сильно уходило вперёд. Феи с помощью магии очертили на земле линию, ставшую границей, которая располагалась на несколько сантиметров раньше поля, линия получилась в длину метров десять, этого должно быть достаточно, чтобы никто случайно не нарушил спокойствия. Дэвид вернулся к брошенному на землю кисету средних размеров, развязал его и начал в нём копаться. Спустя некоторое время он вытащил оттуда свёрнутый кусок, который был сложен пополам. Мужчина расправил его, рулон оказался около метра в ширину, подошёл к линии на земле и резко выбросил вперед рулон, придерживая его за края, и он дорожкой в полтора метра расстелился по земле. Реакции от поля не последовало. Нова подлетела к коже и дотронулась до неё: её магия стазу пропала, а она превратилась в обычную девушку, в тоже время розовая фея почувствовала сильную и разрастающуюся слабость. Феи — существа чисто магические, поэтому без магии они умирают, пусть и не сразу. Нова отдёрнула руку от куска кожи и сила к ней вернулась, а слабость стала стремительно отступать. Поле за пределами кожи было без изменений по анализу фей. — Это будет аргументом для Тёмного. Дэвид, ты всё просчитал! Теперь мы можем его не бояться! — радостно воскликнула Снежка и сразу закрыла рот рукой, поняв, что высказалась слишком громко. Дэвид подошёл к жене и обнял её. Эшли заметно повеселела, осознавая, что шансы на успех теперь не призрачны. Все аккуратно, выстраиваясь в колонну по одному, перешли на другую сторону поля, самый трудный переход оказался для фей, так как им самим преодолеть этот путь было тяжело. Прекрасный по окончании перехода вновь взял в руки кожу и отрезал несколько частей от общего куска, затем попросил фей принять размер, сопоставимый с человеческим. С разрешения Новы, Дэвид обмотал лоскут около запястья розовой феи. Как только она снова лишилась магии, то попыталась снять его, но у неё не получилось — самодельный браслет словно намертво прирос к её коже. Белоснежка поспешила снять «украшение» с члена отряда, даруя той снова возможность обрести магию и дышать полной грудью.

***

Румпельштильцхен сильно оскалился и посмотрел перед собой так, словно собирается броситься на того, на кого смотрит, а это была Белль, и растерзать голыми руками. Девушку пробил сильный испуг, отдавая холодной волной по спине, глаза смотрели на мужчину так, словно мышь смотрит на змею, которая в любой момент прервёт её жизнь. Весь натянутый как струна, Тёмный, был в бешенстве, сам не давая себе отчёта что его заставило в этот момент так выйти из себя. Да, ему было очень обидно, что столь важную информацию от него скрыли, но он и сам скрыл кое-то важное, но эмоции были почти неконтролируемы. В последний момент, маг подумал «Только бы не навредить» и обрушил свой гнев на табурет, подвернувшийся под руку. Предмет мебели отлетел в стену с грохотом разлетаясь на части и обрушилась грудой хлама на колбочки и посуду для опытов на столе, находящемся возле стены. Белль испуганно зажалась в угол, она успела позабыть какими бывают вспышки гнева её избранника, она их не видела очень долго, успев полностью отвыкнуть. Боясь посмотреть в глаза Тёмного, она лихорадочно начала осматриваться, в попытке найти то, что ей поможет, хоть и не представляла что на самом деле ищет. Её взгляд скользнул по двери, обнаружив застывших на месте Реджину и Грэма, да так и остановился на них. Заметив, что Красавица стала на что-то смотреть не сводя взгляда, Румпельштильцхен сам невольно повернулся в ту же сторону. Затем он глубоко вздохнул и, стиснув зубы, твёрдым шагом подошёл к окну, вцепился когтями в подоконник, и, находясь спиной ко всем присутствующим, проорал: «Пошли вон!». Грэм подхватил на руки Реджину, которая не успела опомниться и ни на что не реагировала, и бросился вниз по ступенькам. Белль поддалась общему движению, бросившись к двери. В последнее мгновение дверь закрылась, запираясь, и девушка на неё налетела, но преграда выстояла, обрекая проигравшего сползать на пол. Тёмный всё усиливал и усиливал давление на деревянный подоконник, пытаясь вложить в него всё, что бушует у него внутри. В какой-то момент дерево не выдержало, и у Румпельштильцхена в руках оказался кусок дерева, бывший недавно частью подоконника. Он почти сразу с силой отбросил его в сторону, создав снова немало грохота, угодив в шкаф со стеклянными дверцами. Маг резко развернулся и посмотрел на девушку: она съёжившись вжалась в дверь, словно пытаясь стать единым целым с ней, и вся дрожала как осиновый лист. Тёмный подошёл к креслу, сел на него и, приложив все силы, чтобы голос звучал максимально спокойно, поинтересовался: «Ты сопротивляться будешь?». Девушка перестала дрожать и повернула голову на голос: «Что?». — Если на тебя нападут, ты свернёшься в клубок и будешь ждать, когда нападающим надоест тебя пинать? — пытался успокоить любимую Тёмный. Сейчас он в её поведении узнавал себя прошлого, слабого и неспособного сопротивляться, боящегося даже попытаться. На душе стало ещё противнее. Но если самое дорогое, что у него сейчас осталось — Белль, которая всё равно будет подвергнута опасности, то она должна хотя бы попытаться сделать всё, чтобы выжить. Красавица встала и с непониманием посмотрела на мужчину, она решила, что он снова с ней играет. — Ты же теперь, вроде как, маг, а значит у тебя есть сила, с помощью которой можно защищаться. Если на тебя будут нападать, то это будет стремительно, без предупреждения и явно не с улыбкой и добродушным видом, Белль, — начал учить Румпельштильцхен, хоть и очень хотел её где-то запереть, чтобы она была в безопасности. Так будет лучше всего, уговаривал про себя маг сам себя. Белль применила магию, пытаясь создать щит, как это было описано в книге. Всё шло согласно ожиданиям, и девушка, немного ободрившись, поинтересовалась: «Так?». Уголки губ у Тёмного немного дёрнулись вверх в намёке на улыбку. В этот момент Красавица потеряла концентрацию, и магический поток вышел из-под контроля, превращая щит в сгустившуюся энергию, которая в следующий миг выстрелила вперёд. Тёмный в последнее мгновение развеял несущееся на него, отмечая про себя, что атака была весьма неплоха. Белль, испугавшись, бросилась вперёд в попытке обогнать магию, но лишь налетела на Румпельштильцхена, который её сразу перехватил и обнял, закрыв глаза. Слыша как сильно стучит его сердце, Белль прижалась к нему и заискивающе спросила: «Ты на меня теперь не сердишься? Я не успела тебе рассказать». — Сержусь и, даже, злюсь, — ответил маг выдыхая ей в волосы. Маг кратко поведал своей любимой о том, что проклятье создал он для того, чтобы найти своего сына. Также он рассказал о том, что сам виноват в его потере и описал, как это случилось. Во время рассказа Тёмный сам не заметил как вызвал дар в попытке заглянуть в будущее, поскольку, чем больше он рассказывал, тем больше ему хотелось верить, что найдётся способ найти Белфайера. После окончания рассказа о прошлом, Румпельштильцхен перешёл на настоящее: «Сейчас самое дорогое, что у меня осталось — ты. Но ты пытаешься снова лезть в дебри, в которых не просчитываешь наперёд. То, как я тебя напугал… Ты должна была хотя бы попытаться как-то защититься и атаковала бы перед тем как бежать…». — Лучшая защита — это нападение, — проговорила Красавица вспоминая цитату откуда-то. Затем Тёмный весьма сухо рассказал про свой «подарок» Мориса, что он живой и с ним общался. Расплата за дар пророчества настигала, Румпельштильцхен поморщился и покрылся потом, при этом напрягаясь. Белль сразу заметила изменения и в мгновение, когда магия от браслета стала ощущаться, встала рядом и поинтересовалась: «Где книга с описанием как лечить магией?». — Мне интересно, не отвлекайтесь, — прозвучало в мыслях Тёмного сообщение от браслета, и магия, исходившая от него же принялась лечить мага. — Знаешь, когда он думает, что мне станет плохо на душе от того, что буду чувствовать себя лучше — он лечит меня, — С иронией охарактеризовал Румпельштильцхен любимой то, что с ним сейчас происходило. Белль странно на него смотрела, но в какой-то миг до неё дошёл смысл сказанного, и она нахмурилась. Тёмный взмахнул рукой, и на стол переместилась книга: «Только помни, что магия целительства может истощать быстрее, поэтому к ней стоит прибегать осторожно». — Белль, поцелуй меня, — сказал Румпельштильцхен, как только подошёл к ней. — Я не понимаю тебя… — начала говорить Красавица, но в этот миг её осенила одна догадка. — Я надеюсь, ты не прощаешься? Мы должны были проработать план защиты от нападения, но ты рассказал мне о прошлом… Румпельштильцхен не дал ей договорить и начал целовать Белль, словно прощаясь. Но его магия не стала приобретать метаморфозы, как это было тогда. Тёмный незаметно переместил себе в руку артефакт-кольцо, которое также незаметно надел на свой палец. Артефакт придавал вид, который хотел его владелец, при этом он полностью блокировал магию с одним условием — владелец в любой момент мог снять его, снова получив своё могущество обратно, при этом никто, кроме владельца, не мог снять его. — Зачем?! — готовая заплакать Красавица еле слышно спросила любимого, как только он отстранился. Спустя несколько секунд она нахмурилась и обиженно спросила: «Снова со мной играешь?» — Я могу вернуть магию, когда это будет нужно, я понял как. В битвах можно побеждать либо силой, либо хитростью. И последнее существенно экономит ресурсы. А некоторые битвы не стоит начинать и тут важна правильная игра. Я собираюсь играть, Белль, но не с тобой, — Румпельштильцхен встал на правую ногу не предполагая, что вместе с временной потерей магии к нему вернуться старые проблемы здоровья, и его пробила боль, от которой он потерял равновесие и упал, шипя сквозь зубы. Спустя несколько часов Прекрасные стояли перед входом в замок Тёмного собираясь с силами, не зная как их встретит хозяин замка. Феи проверили двери и, убедившись, что на них нет каких-либо чар, дали добро для входа. Сначала вошёл Дэвид, за ним пошла Снежка, а остальные пока остались снаружи.