Тернии. Ученица

Когда впереди показался крепкий частокол, Саша остановила Тима и проворно утащила его в кусты. Друг, ничего не понимая и отчаянно тараща глаза, отшатнулся от нее, когда рука подруги метнулась к его поясу: - Сашка, ты чего?.. – и тут же расслабился, когда Гордецкая всего-навсего выдернула из кобуры, висящей у него на бедре, бластер. - Стреляю я получше тебя, - невозмутимо отозвалась та, проверяя заряд. Индикатор горел желтоватым светом – плохой признак, но на день хватит, если не пытаться нарисовать лазерными зарядами свое имя на камне. «Оставить автограф, так сказать, - мысленно фыркнула Саша, конфискуя у Тима еще и кобуру. – Чтобы потомки через тысячу лет бились над надписью в стиле: «Здесь был Вася»». - Думаешь, потребуется стрелять? – недоверчиво спросил Тим, кося глазом на бластер. - Не думаю, а осторожничаю, - поправила его Саша. – Мы на неизвестной планете, с собой минимум запасов и никакой защиты. Как думаешь, что я в первую очередь сделаю, попытайся какой-нибудь абориген мной пообедать? - Каннибализм практикуется в другой части света Пайтау, - пробурчал Тим. Тем не менее, бластер отбирать не полез, косился лишь беспокойно карим глазом. Они вылезли из кустов и медленно побрели к возвышающемуся частоколу. Ворот видно не было, как и чего-либо, на них похожих. Чувствуя себя несколько глупо в своем теперь откровенном наряде и с бластером на боку, Саша изо всех сил прислушивалась к окружающему ее пейзажу. Было тихо. - Тебе ничего странным не кажется? – произнес Тим почему-то шепотом. Саша покачала головой. Тим взглянул на нее непонимающе: - Для деревни здесь слишком тихо. Саша прислушалась и поняла – а друг-то прав! Ни тебе хрюканья-пыхтенья скотного двора (или как они там шумят), ни возни детей, ни торопливого говора – ничего. Деревня словно погрузилась в какой-то зачарованный сон, и лишь ветер доносил откуда-то запах гари. Пришлось запрокинуть голову, подергать Тима за рукав – где-то за частоколом поднимался черными щупальцами дым. Не сговариваясь, они прибавили шаг и вскоре обнаружили резные, высокие ворота – над ними явно трудился небесталанный мастер. Столбы, украшенные незатейливой, простой резьбой, казалось, дышали – такими легкими они выглядели. Створки разглядеть не удалось – они были распахнуты настежь и – Саша присмотрелась – чуть ли не висели каждая на одной петле. - Что-то не похоже это на мирную деревеньку, - заметил шепотом Тим. – Если, конечно, у них нет в обычае так подвешивать ворота. - Думаю, что нет, - так же шепотом отозвалась Саша. – Пойдем посмотрим, или?.. Из деревни донесся полный муки, рыдающий крик – и тут же снова все стихло. Саша быстро покосилась на друга и тут же поняла, что «или». Вместе они осторожно подобрались к воротам и заглянули внутрь, скрываясь за покачивающимися створками. Картина развернулась настолько неожиданно, что Саша невольно вздрогнула. В стоящей, оглушающей тишине, в этом молчаливом тандеме свистящего ветра и шумящих листьев творилось нечто, чего она сначала не поняла, а, поняв, крепко-накрепко сцепила зубы. На небольшой площади возле ворот собралась толпа – похоже, все небольшое население деревни. На первый взгляд могло показаться, что она замерла под дуновением времени, но нет – жался к отцу испуганный мальчишка, тряслись в безмолвном рыдании плечи женщины, приникшей к чему-то темнеющему на земле. Саша ощутила на языке привкус железа – что-то темнеющее оказалось телом массивного, рослого мужчины, не подающего никаких признаков жизни. В полукруге, образованном жмущимися жителями, деловито сновали одетые в черное и зеленое люди. Все до одного были вооружены – взгляд всюду натыкался то на нож, то на топор, то на гладко выструганные дубины. Их смуглая кожа и темные волосы выделялись на фоне преимущественно белокожей и светловолосой толпы. Невооруженным взглядом было видно, что южане (Саша решила про себя называть их так) пришли сюда не чаи гонять. Мешков на площади набралось уже с дюжину. Жители деревни робко поглядывали на них, пряча глаза. У многих на лице были заметны следы слез – как и следы побоев. Но самое страшное было то, что все это происходило в полной тишине. Если бы вокруг не свистел ветер, Саша бы ужаснулась – она потеряла слух? Но нет, слух был на месте, как и все происходящее перед глазами. Казалось, это картинка из немого кино – этот жанр получил свое второе дыхание где-то лет пять назад на Земле. Если бы это была сцена фильма, режиссер получил бы любую премию – хоть ходи и выбирай. Но это был не фильм, и от этого ощущение нереальности только усиливалось. Пожалуй, с этим могли бы сравниться только недавние события на «Химере». Пока Саша пыталась привести себя в чувство, она совсем забыла, что рядом стоит Тим. Когда она про это вспомнила, то едва успела ухватить его за плечо: - Ты куда?! - Грибы солить, - свистящим, злым шепотом ответил Тим и вырвался из ее рук. - Нам нельзя это делать! Мы не имеем права вмешиваться в их дела! – прошипела Саша. От этих слов ей стало противно, но рациональная ее часть подтверждала: это правда, суровая и необходимая. Какие бы события не происходили бы на планете класса Д – цунами, извержения, войны, эпидемии – вмешиваться космическая часть цивилизации Вселенной не должна. Любое вмешательство могло привести к катастрофе – от государственного переворота до полного вымирания жителей планеты. Такого же правила придерживались и во время эпидемии на планете Криша, когда по неизвестным причинам умирали кришуанские дети (доходило до полного вымирания детского населения в некоторых местах), и во время Карибского кризиса на Земле, когда ядерной войной могла быть уничтожена планета. К тому же всю Вселенную десять лет назад потрясла история капитана, захотевшего стать героем: его команда, вопреки всем законам привезшая лекарство от серой чумы, пожиравшую планету класса Д, заодно привезла и грипп. Обитатели планеты иммунитета не имели. Инфекция выкосила все население. Капитан, конечно, отправился в пожизненную ссылку, но никому от этого легче не стало: культура, история, будущее вымершего народа были навсегда утеряны. Любая цивилизация, еще не знакомая с далекими звездами, должна была заслужить на это право. Доказать, что она способна справиться со своими проблемами сама. Некоторые называли это естественным космическим отбором. Но Тим плевать хотел на естественный космический отбор. Он обжег Сашу злым взглядом и вылетел на площадь, совершенно не думая ни о своей шкуре, ни об ее. - Эй, вы! – заорал он, подхватывая с земли камень. Казалось бы, это невозможно, но стало еще тише. Стук ударившегося об плечо какого-то южанина камня разнесся по всей деревушке. Тим подхватил еще один. - Оставьте их в покое! Жители ожили, заморгали. Воздух наполнился шумом и плачем, словно кто-то нажал на кнопку «включить звук». Южанин, которому прилетело камнем, покосился на невысокого, крепко сбитого мужчину – видимо, главный, - получил в ответ кивок и направился к злому Тиму, скалясь и сжимая по ножу в каждой руке. Саша застонала сквозь зубы: - Черт бы тебя побрал! Никакие законы не могли заставить ее бросить непутевого друга на салатик. Выуживая бластер из кобуры и ставя на ходу на «жалящий» режим (не наносящий смертельных ран, но очень болезненный), она выскочила следом за Тимом и направила оружие на южанина. - А как же законы? – непримиримо буркнул друг, упрямо глядя на противника. Камень в его руке едва видно дрожал. - Отцепись, - посоветовала Саша. – Ты не представляешь, насколько я сейчас зла! Свою злость она выплеснула в выстреле, направленном в небо. Лазерный заряд свистнул и исчез, но впечатлил народ лишь на мгновение. Засомневавшийся на миг в своих силах южанин презрительно сплюнул и деловито оценил Тима – словно разделывающий тушку мясник. - Назад! – рыкнула Саша, ткнув дулом бластера в его сторону. – Кусается больно. Южанин не послушался совета. Мысленно снова застонав, Саша глубоко вздохнула и нажала на кнопку. Заряд попал в ногу противника – в небо ввинтился крик. Нога нападавшего подломилась, и он рухнул перед своими оцепеневшими «коллегами». Народ на площади дружно шарахнулся назад – причем к селянам присоединились и их истязатели. Саша, пытаясь унять противную дрожь в коленках, уставилась на главаря – ей хотелось верить, что взгляд этот был гневным и безжалостным. Чтобы добавить нужных эмоций, она вспомнила безрассудное поведение Тима – и нужный эффект проявился сам собой. Этот эффект, видимо, и заставил атамана шайки опустить глаза и что-то пробормотать. «Ага, значит, не немые», - машинально отметила Саша. Ей показалось, что она расслышала некоторые знакомые с недавних пор слова, и она громко сказала, ткнув бластером вперед: - Уходите, и мы вас не тронем. Какое-то время атаман молча глядел на невиданное до сей поры оружие. Возможно, он просчитывал варианты. Возможно, думал, как обмануть наглую девчонку. Возможно… впрочем, этого так никто и не узнал, потому что в мгновение ока вся честная (скорее, нечестная) компания оказалась за пределами деревни и растворилась в лесу. Награбленное, кстати, оставили. Тут же вся площадь наполнилась шумом, гамом, всхлипами.Звуковой волной друзей аж чуть отнесло к воротам. Тим задушенно пробормотал: - Не такие уж они и немые. Деревня постепенно оживала. Толпа на площади рассосалась – кто-то поспешно прихватывал скарб и бежал домой, кто-то под шумок старался присвоить чужое и тут же огребал, кто-то остался на месте и любопытно таращился на пришельцев. Саша не могла не отметить, что к любопытству в изрядной доле примешивался страх. Безжизненное тело мужчины унесли так незаметно и быстро, что невнимательному наблюдателю вообще могло показаться, будто его и не было. Площадь быстро привели в порядок: пара селян занялась покосившимися воротами, награбленное добро вернули на место, а к опешившим Саше и Тиму осторожно подошла высокая сухопарая женщина, одетая в длинную коричневую рубаху и серые шаровары. - Вы спасли нас, - сказала она с таким видом, будто пробовала ногой воду – не холодная ли? Саша растянула губы в улыбке. Она не имела никакого понятия, как в этой ситуации себя вести. К тому же у нее в голове уже нарисовалась пара вариантов, что с ними сделают дома, если узнают, что они натворили. Тим ткнул ее локтем; Саша спохватилась и убрала бластер в кобуру. После этого женщина заметно расслабилась. - Кто это был? – спросил Тим, когда Саша так и не нашла, что ответить. Лицо женщины помрачнело. Она быстрым движением прижала два пальца к сердцу: - Тихоступы. В этих местах у них где-то логово. Грабят окрестные деревни, путников, повозки… Но кто вы? У вас странная… одежда. Она уже не в первый раз покосилась на наряды «спасителей» - было видно, что этот вопрос ее мучил уже давно. - Мы… мы – просто путники, - быстро сказал Тим. – Путешествуем. В наших краях такая одежда – традиционная. Он быстро взглянул на Сашу и состроил гримасу – его не устраивало ее молчание. Та же никак не отреагировала – ее все еще занимали мысли о нарушенном законе. И где-то в глубине души зрела злость на Тима. Саша не могла не признать, что друг руководствовался лишь благими намереньями. Но, как известно, ими вымощена дорога не в самое приятное место в Галактике. Страшно даже было бы подумать, что случилось бы, повернись оно все по-другому: атаман не дал бы приказ уйти, жители деревни забросали бы чужаков камнями, оружие попало бы в неизвестные руки… Столько вариантов – и какое счастье, что развернулся именно тот, который был нужен! Тим, казалось, читал ее мысли, поэтому упрямо взглянул на подругу и плотно сжал губы. И – Саша была готова поклясться – если бы была возможность возвращать время назад (над этим уже несколько десятилетий бились лучшие умы галактики), он бы снова поступил точно так же. Бросился бы на выручку и без бластера. Интересное наблюдение: когда человек перестает думать, он перестает бояться. «А на Тима ли я злюсь?» - промелькнула мысль у нее в голове. Может, это и не злость вовсе? Или досада на себя – человека, продумывающего каждый шаг и теряющего время? Может, Тим поступил правильно – словно знал, что так все и будет, руководствовался сердцем и вышел победителем. А если… Саша мотнула головой, чем заслужила удивленные взгляды со стороны. Чертовы «если»! Вечный бич думающего человека, это замедляющее трение. Не зря Яр как-то учил ее, что интуиция для ведьм – одна из трех китов колдовского мироздания: первый ответ, приходящий в голову – самый верный и правильный. «Может, из Тима получился бы ведьмак получше, чем из меня», - нерадостно хмыкнула она про себя и прогнала эти мысли прочь. Смысла заморачиваться уже не было – все-таки, как говорилось, машины времени еще изобретено не было (да и получится ли?..). - У нас путники обычно не приветствуются, - медленно проговорила женщина. Ее пальцы мяли край рубахи. – Но вы можете остаться. Кажется, вам не помешает крыша над головой на ночь. Тим невольно взглянул на Сашу, и та поняла: он хочет, чтобы на этот раз решала она. «А что еще терять?» - с неожиданной твердостью подумала та и кивнула: - Спасибо. Мы останемся. А вы?.. - Меня зовут Эльна, - сказала женщина. – Эльна Лю. Я староста Лаг. - Это деревня так называется, - прошептал Тим Саше. – Деревня Лаг. - Я поняла, - буркнула она и обратилась к Эльне: - Прошу прощения… не найдется у вас какой-нибудь одежды для меня? Староста смерила ее взглядом: - Пожалуй. Кажется, мерки у нас одинаковые. Идите за мной. Друзья направились следом за Эльной, попутно таращась на все, что только можно. От площади змейками расходились улицы – широкие и на удивление чистые. Деревянные дома стояли редко, окруженные садиками и огородами – как на подбор, опрятными и ухоженными. Если бы Сашу спросили, с чем у нее ассоциируется Лаг, то она, не задумываясь, ответила бы: «Сиреневый и зеленый». Все здесь было именно этих цветов – оттенки варьировались от светлого к темному и наоборот. Выделялись лишь местные жители – их одежда преимущественно была коричневых и серых цветов. На фоне деревни они практически сливались с тенями. Говорливые и любопытные, они совсем не вязались с той толпой, впервые представшей Сашиным глазам полчаса назад. - Не замечаешь ничего странного? – шепотом спросил у нее Тим. Староста, идущая рядом вздрогнула и покосилась на него, удивленная тем, как бегло путник говорит на незнакомом языке. Саша на всякий случай огляделась. Ничего в глаза не бросалось, хотя и зрела на краю сознания смутная догадка. Слишком уж все вокруг было каким-то… привычным. Будто попала в очередную деревеньку из проекта «Вспомним о своих корнях!». - Дома. Они привычной нам формы, из привычного материала, привычного расположения. Как думаешь, какова вероятность этого, учитывая, что мы на другой планете в другой цивилизации за много световых лет отсюда? И тут Саша поняла, что друг-то прав! И он гораздо наблюдательнее ее. - Ну ты и голова, Тим, - восхищенно пробормотала она, оглядываясь. Эта загадка добавилась в копилку. Пару раз встретились странные существа, похожие на небольших собак, зачем-то ходящих на задних лапах. В разговоре выяснилось, что функции них совсем не собачьи – эти создания давали питательное и густое молоко, шедшее затем либо на свои нужды, либо на продажу. «Собаки» на самом деле назывались кнассами и нрав имели ласковый и дружелюбный. Их мясо употреблять в пищу считалось чем-то кощунственным да и вообще отвратительным. «Да, куда уж тут исследовательским зондам, - думала Саша, проходя по улицам, - я на этой планете даже дня не прожила, а уже знаю больше, чем аналитический отдел «Химеры»». В душе у нее зрело беспокойство. Несмотря на весь ажиотаж, вызванный свалившимся на голову опытом, Саше отчего-то было неуютно. Случайно как-то раз оглянувшись, она поняла, отчего: юркнувшая за ограду быстрая тень явно шлепала за компанией далеко не минуты две. Сделав себе мысленную пометку, Саша быстро отвернулась – и вовремя: прямо перед ними встал добротный ухоженный дом, выкрашенный в белый цвет. Где, как не здесь, жить семье старосты? - Да уж, мы их явно не стесним, - пробормотал Тим, оценивая размеры. В голосе у него вдруг явно прозвучала тоска. Домочадцев внутри не оказалось – разбрелись по деревне по делам. Выданная одежда порадовала Сашу необычайно: её серо-коричневый цвет ничуть не умалял таких достоинств, как чистота, «бездырочное» состояние и ощущение защищенности, едва ведьма переоделась из своих лохмотьев в удобный и теплый наряд. Правда, Тим так развеселился, когда увидел подругу в этих тряпках, что подавился молоком. Саша из вредности не стала хлопать его по спине. Кобуру и сумку она захватила с собой – осторожность никогда не помешает. - Ты уверен, что от этой дряни ты не свалишься? – ехидно поинтересовалась она. - Я его уже пил, - сказал, чавкая какими-то овощами, Тим. – Вроде не свалился до сих пор. *** На ночь им выделили спаленку на втором этаже – дом старосты был единственным, кто мог похвастаться размерами «этаж плюс». Поселили тоже вместе, хорошо хоть, лежанки две было, иначе Тим с его благородством точно бы отправился спать на пол. Похоже, староста приняла их за сестру и брата, хотя с чего она это взяла, так и осталось тайной, потому что Саша и Тим были похожи примерно так же, как Киодо и Атанас. Либо их обычаи совсем не похожи на обычаи Земли в эту же эпоху развития. Тим мерно посапывал в своем углу, а Саше не спалось. Что-то ее все еще беспокоило – словно что-то стучало в двери ее сознания, прямо-таки ломилось внутрь. Она попыталась понять, что именно: нарушение всех возможных законов? Да нет, к этому она уже привыкла на «Крылатом», спасибо друзьям; следящая за ними тень? Тоже пережить можно, рано или поздно будет понятно, кто это и с чего вдруг пара пришельцев удостоилась такой чести. Непонятная ситуация, в которой Саша оказалась? Как вариант. Пожалуй, именно это и заслуживало внимания, но, немного покопавшись в себе, Гордецкая поняла: грызет ее что-то другое. Пока она изображала экскаватор, то незаметно для себя уснула. Обычно Саше снилось два варианта: либо пустое бессмысленное ничто, либо такая фантасмагория, что хоть вешайся с утра. В этот раз подсознание решило выбрать второй вариант, причем такой, что старик Фрейд наверняка в гробу перевернулся. Саше снился «Крылатый». Родной, привычный корабль, где все было знакомо до мелочей – потертые студентами перила гигантской лестницы между палубами, арсенал – вспомнив это приключение, во сне она улыбнулась, - аудитории, где случилось много плохого, но также и много хорошего – и, пожалуй, хорошего все-таки больше. У этого сна был запах, что случалось вообще редко – он пах металлом и солнечным светом, чем-то, чем пах только «Крылатый». Широкие, светлые коридоры, с шипением открывающиеся двери, Джимми Йог, высовывающий свою лысую голову из комнаты… А ведь совсем мало времени прошло, а казалось, что десять лет. Саша и не подозревала, как соскучилась по академии. Там было, конечно, чуточку проще, чем сейчас – ни тебе никаких колдунов, ни жаждущего твоей крови Ордена… А теперь она лежит в незнакомой кровати, на незнакомой планете, нарушившая галактический закон – и ведь не один раз, причем. Она снова улыбнулась, но улыбку тут же как ветром сдуло – маятник сна качнулся вообще куда-то в другую сторону. Нет, «Крылатый» никуда не делся, скорее, даже обзавелся дополнением – перед глазами появился Яр. - Надо же, получилось, - сказал он без удивления, рассматривая ученицу. Саша вдруг поняла, что каким-то образом смотрит на всё от третьего лица. Она видела и колдуна – комбинезон, взъерошенные волосы, - и себя – в странной одежде местных жителей. Этот взгляд со стороны вызвал у нее небольшой диссонанс, от которого Саша надеялась утром не сойти с ума. - Что получилось? – решила она зачем-то поддержать разговор. Двигать губами и одновременно наблюдать за этим со стороны показалось ей забавным, хоть дискомфорт и остался. - Это не сон, - проинформировал ее колдун, холодно улыбнувшись. – В данный момент мое тело сидит по-турецки с закрытыми глазами, пока вдыхает дым кое-чего, что покажется тебе настолько мерзким, что твой ужин полезет наружу. Но другого способа связаться с тобой у меня нет. Саша не удивилась. Во сне почему-то удивляться трудно. - Ладно, - сказала она. – Как дела? Яр закатил глаза. Было бы интересно посмотреть, какие гримасы сейчас откалывает его тело. - Я не для этого вдыхаю всякую дрянь, - хмыкнул он. – Но если тебе интересно, то не очень. Пожалуй, это мои последние часы, когда я могу быть уверен, что Орден не идет за мной. Саша вздрогнула. Все вмиг стало кристально ясным – ощущение опасности прочистило ей голову, как шомпол – дуло пушки. Она вдруг поняла, что это не сон, и что Яр действительно за тысячи километров сидит и пытается с ней связаться, и что стоит, пожалуй, ему кое-что рассказать – и в этот же момент ощущение « своего взгляда со стороны» исчезло. Стало намного легче. - Яр, это был Вит, - выпалила она. – Не Тим. Этот чертов старик говорил сразу об обоих. Тим просто знал, кто я, а Вит… он из Ордена. Слова отозвались желчью во рту. Ничто не дрогнуло в лице Яра, но в глазах что-то промелькнуло. - Откуда знаешь? - Я нашла Тима. Он все рассказал. Яр помолчал, а потом произнес то, от чего ученица вздрогнула: - Плохо дело. Он знает. - С чего ты взял? – потрясенно спросила Саша. Яр пожал плечами, внешне оставаясь невозмутимым, как прежде: - Он крутится рядом со мной, явно что-то вынюхивает. Сначала я не придавал этому значения, но теперь… Кажется, зря я понадеялся тогда, что во время эвакуации никто не обратит на меня внимания. Саша непонимающе посмотрела на него, а потом воспоминание шибануло ей в лоб. Лесли! Яр пытался заговорить ей рану. А она ведь тогда даже не заметила этого в суматохе нападения. Вит, видимо, заметил… Либо заметил кто-то другой, а Виту дали приказ выяснить все хорошенько. Вряд ли Орден сунется к потенциально опасному колдуну, который смог скрываться столько времени прямо у них под носом! Как сказал тогда Яр, «элементы», напавшие на Сашу и домового, были редкими исключениями в системе Ордена. Значит, Яр под ударом. - Вот черт, - выругалась Саша. – Яр, уходи оттуда. Быстро. Яр успокаивающе поднял руки. - Не беспокойся. – В глазах у него промелькнул веселый огонек. – Уж я за себя постоять сумею. - Если на тебя навалится полстанции разом, даже твой уровень тебя не спасет, - буркнула Саша. Колдун посерьезнел. - Время на сборы у меня есть. Я собираюсь найти тебя. Где ты? На мгновение Саша потеряла дар речи, а потом быстро произнесла: - Агора, Лиссантия, деревня Лаг. Со мной еще Тим. Яр кивнул с таким видом, словно записывал адрес в блокнот. Впрочем, он все делал с таким видом. - Никуда не уходи. Сомневаюсь, что моих запасов хватит на еще один сон. Я постараюсь прибыть побыстрее… а заодно и оторвусь от Ордена. И, прошу тебя, не делай глупостей. - Я и так не делаю глупостей, - буркнула Саша, скрывая улыбку. Оказывается, Яру все же далеко не все равно на нерадивую ученицу. – Будь осторожен, ладно? Колдун приподнял бровь, ухмыльнулся: - Когда это я был неосторожен? Саша резко проснулась. Голова трещала так, словно она не спала, а билась ей об стену. Нижняя губа нестерпимо болела; осторожно потрогав ее языком, ведьма поняла, что прикусила ее во сне. «Во сне ли?» - подумала она, садясь на кровати. Нет, это точно был не сон. Образ Яра был настолько реален, что до сих пор стоял перед глазами… …но едва от окна раздался какой-то хрустящий звук, видение рассыпалось. Саша соскользнула с кровати, прижалась к стене, нашарила бластер, но, взглянув на него, решительно покачала головой – хватит уже демонстраций на сегодня. Подхватив по дороге тяжелую кружку, из которой пил на ночь Тим – тот от души сопел в обе дырочки и даже не думал просыпаться, - Гордецкая замерла и принялась ждать. Ни единый звук больше не тревожил ночь. Саша опустила свое оружие, настороженно подкралась к открытому окну. За ним плескалась темнота – чернила кальмара, перемешанные со звездной пылью, приправленные тихим шелестом листьев, приготовленные на медленном огне вулканов неизведанной заманчивой планеты… Деревенька спала, и ничто больше не тревожило покой ее гостей. Но все же этой тишины было мало, чтобы успокоить юную ведьму, хотя кружку она все-таки поставила на пол. И тут же замерла – рука наткнулась на что-то твердое, завернутое в какие-то тряпки. - Тим! – прошипела Саша, пнув друга. – Просыпайся. - М-м?.. – сонно пробормотал тот, делая вид, что просыпается. Саша знала о его таланте действовать на автопилоте, успешно пудря мозги окружающим, поэтому пнула Тима второй раз, ощупывая сверток. - Смотри. Тим взъерошенной вороной сел, протер глаза. Саша с досадой оглянулась: - Могли бы и свечку какую-нибудь дать, или что тут у них… Ага. Бластер, конечно, не был оснащен фонариком, но немного света от активированного диска настроек давать умел. Пока Саша возилась с ним, Тим проснулся окончательно и более-менее заинтересовался, подползя поближе. - Что тут?.. Ого, это явно не наше. - Кажется, кто-то решил осчастливить нас подарком, - задумчиво сказала Саша, не рискуя пока открывать сверток. В неровном, тусклом зеленоватом свете лицо Тима казалось худым и мертвенно-бледным; глаза же – глубокими и черными. Мешки под ними могли похвастаться родством с черными дырами – спасибо, хоть свет не поглощали. Саша вдруг задумалась – а сколько друг в последнее время вообще спал? Да и спал ли вообще? «Я бы не смогла сделать так, как он», - прозвучал отчетливо слабый голосок у нее в голове. Тим, не замечая, как подруга смотрит на его лицо, осторожно потыкал сверток большим пальцем: - Ткань новая, вроде, - заявил он, подумав. – Хоть и не блещет изыском… Слушай, бомбы же здесь еще не изобрели, верно? Саша потрясла головой и переключилась на «подарок». Помяла ткань в пальцах и решила: - Нет. Это явно что-то твердое, что-то большое и прямоугольное. Думаю, можно разворачивать, не беспокоясь, что нас сейчас засыплет какой-нибудь местной порошкообразной ядовитой дрянью. - Если бы там была местная порошкообразная ядовитая дрянь, мы бы все равно уже отравились, - философски заметил Тим. – Разворачивай. Получив «добро», Гордецкая аккуратно развернула ткань. В комнате воцарилась тишина. - Ничего себе, - выдохнул Тим спустя какое-то время. – «Химера» бы за нее убила. Внутри обнаружилась книга – толстая, в деревянном переплете, на вид – древнее, чем все в этой деревне. На нее смотреть было страшно, не то, что в руках держать! Саша не решилась к ней прикоснуться – так и оставила на полу, в обрамлении серовато-зеленой в скудном освещении ткани. Отросшие волосы полезли Саше в глаза, когда она наклонилась рассмотреть находку поближе. В ушах у нее вдруг застучал пульс – громкий настолько, что она поразилась, почему Тим не отпрянул к стене. Что-то притягивало к поизносившейся обложке, заставляло глядеть на нее снова и снова – неотрывно, не пытаясь отвести взгляд. Рука потянулась вперед, пальцы коснулись переплета… Мир вдруг отошел на задний план, и перед глазами – потрясенными, ничего не понимающими, - в каком-то сером мареве встала высокая, черная гора. В верхушку врезалась шипящая молния, и секундное видение исчезло. Не замечая ничего и никого вокруг, Саша открыла книгу и потеряла дар речи. На первой странице была изображена донельзя знакомая гора, выбрасывающая вверх языки пламени – но знакома она была далеко не только по этому миражу (сну? видению?), промелькнувшему сейчас перед глазами. В голове услужливо развернулся поисковый запрос, и Саша поняла, что это – герб семьи Шихо, княжеской династии Якоста. - Тим, это такая редкость, что весь отдел историков продал бы за нее душу, - благоговейно прошептала она, переворачивая страницы. И тут же поняла, что не только отдел историков – на пожелтевшей от времени бумаге вдруг обнаружились совсем не исторические сведения. В тот день, когда Саша от скуки у Игры перелистывала «Трактат о царстве Огненном», многие иероглифы были ей непонятны, так как аналитики тогда еще не смогли найти нужные эквиваленты в общем языке. Но словарь, закаченный ей в голову накануне, похоже, был полным. «Обрести полное знание – значит, знать об окружающем тебя дыхании жизни все. Дети Махаат-Аша! Кровь ваша – вода, дыхание – ветер, кости – камни земли, дух – бестелесный огонь. Воззовите к ним – и дыхание жизни подчинится вашей воле». А дальше шла белиберда, которая могла быть только одним. - Тим, это книга заклинаний, - выдавила Саша.