Яблочко от яблони.

Масштабное бедствие в лице двух братьев тем временем было на пути к Конохе. Делегация, которая отправилась подготавливать очередной экзамен на чунина, даже не представляла, что вместо своего багажа, который был профессионально выгружен по дороге, везут в Скрытый Лист термоядерный дуэт. Минами был в таком предвкушении, что с трудом сдерживался. Сасари тоже, хоть и пытался, как всегда, спрятать этот волнительный трепет под маской равнодушия и ледяного спокойствия. Коноха. Родина их отца. Деревня, о которой он им так много и часто рассказывал. Скала, на которой гордо высечено лицо их дедушки. Академия, которую закончил папа. Дом, который он вспоминал с такой теплотой и ностальгией. Ребята видели, что он безмерно тосковал. Это было место, где все эти годы было сердце их отца. Колыбель его души. И раз уж им все равно выхватывать за побег, то нужно было нагуляться вволю и увидеть все, что хочется, ведь оба понимали: когда злобный папочка до них доберется, как минимум следующие лет десять каторжных работ обеспечено. Это было то, о чем думать совершенно не хотелось. С особым комфортом оба брата добрались до Конохи. Хорошо еще, что в багажную повозку никто не заглядывал, а то бы выгрузили их на полпути. Да и с провизией повезло. Чрезвычайный запас был в этой же повозке. – Похоже, мы на месте, – шепнул старший брат. Младший лучезарно улыбнулся, предвкушая новые открытия и приключения. – Только о нашем отце ни слова! Фамилию нашу тоже никому ни вздумай назвать!!! – предупреждающе зашипел Сасари. Минами понимающе кивнул, но потом взглянул на брата с мольбой. – Но если меня спросит, что мне сказать? Я не могу так, как ты, – простонал младшенький. Сасари подавил тяжелый вздох. – Ладно, скажем, что племянники дяди Гаары. Так что и фамилию его можно на время одолжить, – примирительно решил старший близнец. Минами даже засветился от удовольствия. – Запомни: теперь мы братья Минами и Сасари но Собаку. Племянники Кадзекаге. После согласного кивка две шкодливые улыбки сверкнули в сумерках. Следующее утро деревня Скрытого Листа встретила громогласными криками. Какие-то вандалы разрисовали изваяния Хокаге, да еще как. Чертова краска ничем не оттиралась! И самое забавное, что этот ненормальный живописец еще и подписался под своим художеством: «братья но Собаку». Вот так выяснилось, что живописцев двое. Темари, которая уже пять лет носила фамилию Нара, с разинутым ртом смотрела на эти художества. Женщина знала, что вчера вечером прибыла делегация из Суны, вот только какой полоумный мог учудить подобное, да еще использовать фамилию ее братьев? Хокаге, глядя на это чудачество, лишь печально улыбался, собственно, как и многие, кто еще помнил такие фокусы от самого Удзумаки Наруто. К обеду на стол изумленного Хатаке Какаши посыпались первые жалобы и донесения. Кто-то разбил витрину. Кто-то учинил разбой в пекарне. Некто затопил оружейную. Какой-то полоумный выпустил плотоядных жуков клана Абураме, и на улицах поднялась паника. Вандалы подпалили заповедный лес Нара, пожар удалось локализовать с минимальными потерями. Была поднята ложная тревога в академии ниндзя, кто-то пустил слух, что здание заминировано. Были выпущены из клеток дикие волки клана Инузука, причем звери, по какой-то неясной причине, взбесились. Хокаге сидел за столом и нервно потирал единственный глаз. Однозначно в деревне завелся активный вредитель, который за один день успел натворить столько, сколько Удзумаки не успел за все свое детство. Но, как только Хокаге доложили, что неизвестный проник в секретное хранилище и перевернул его вверх дном, по приказу были подняты все шиноби с единственной целью: найти и обезвредить поганца, который решил за один день разгромить целую деревню. Коноха к вечеру гудела, словно растревоженный улей, а бедному Хокаге на голову высыпалось уже больше сотни жалоб и столько же докладов, а злоумышленник так и не был найден. Поисковые группы скрипели зубами и разводили руками. Довела седовласого главу деревни издевательская надпись на воротах деревни: «братья Собаку но следят за вами, смертные!» Рыкнув, мужчина лично отправился вылавливать преступников, которых, как назло, в глаза никто не видел. Изумо и Котецу разводили руками. Они ни на секунду не отлучались, и, как появилась надпись на воротах, ума приложить не могли. Стоило только Хокаге втянутся в расследование, как он с замиранием сердца и тошнотворным ужасом имел честь наблюдать, как полыхает его личная резиденция, а отважные шиноби пытаются спасти все, что только возможно, и с горем пополам затушить этот полыхающий ад, который всем назло только сильнее норовил разгореться. – Кто же меня сегодня так проклял?! – Измученно простонал глава деревни. Сегодня был сущий дурдом. Никак иначе обозвать эти все зверства нельзя. Какой-то вандал с наклонностями маньяка поставил себе целью довести всю деревню до дикого бешенства, после чего ухитрился незамеченным пробраться в резиденцию Хокаге и устроить из нее кострище. После такого рабочего дня Саске и сам был на взводе, и готов разорвать всех и каждого, кто вызовет хоть малейшее подозрение. Его заставили сегодня знатно помотаться. Домой он возвращался далеко за полночь. Ранее утро Коноха встретила грандиозной тишиной. Шиноби затаились и тихо сканировали каждый миллиметр деревни, а гражданские испуганно сидели по домам, полагая, что в их селение проникли вражеские шиноби. Мир миром, но всегда найдутся недовольные, которые с удовольствием объявят новую войну. Вся деревня затаилась и с ужасом ждала то ли нападения, то ли новой несусветной пакости. Хокаге, ночь не спавший, ломал голову над личностью вчерашнего злоумышленника. Кто-то должен был понести строжайшее наказание за тот хаос, что царствовал сейчас в деревне. Попытки что-либо выспросить у приехавшей делегации из Суны не увенчались успехом. Те стоически отмалчивались, но вот взгляды этих делегатов ох как не понравились главе Конохи. С такой жалостью и сочувствием на него в жизни никто не смотрел. Это заставило все же заподозрить Песок в диверсии. Было, правда, здесь одно большое «НО». Какой психопат-диверсант, устраивая беспорядки, будет подписываться фамилией главы собственной же деревни? Да и Темари клятвенно заверяла, что Суна здесь никаким боком. Ну не возможно, что кто-либо из благоразумных шиноби учинил такой массовый разбой, свалил все на ее братьев, учитывая, что один из них Кадзекаге, а второй его правая рука. Это же полный маразм! И с этим Хокаге не мог не согласиться. Все дружно ждали очередных бедствий глобального масштаба. Но все на удивление было тихо. Просто гробовая тишина, что пугало куда больше. Ожидание изматывало. Деревня, почти ночь не спавшая, вымотанные люди, рычащие в бессилии, обозленные шиноби, Хокаге, раздающий всем пинки и уже с пеной у рта требующий найти злоумышленников. Несмотря на все страхи и опасения, утром, как всегда, Саске поднялся рано. Привычка. Быстро съев бутерброд и запив его чашкой крепчайшего кофе, последний обладатель шарингана направился на тренировочный полигон. Так начиналось каждое его утро, если он был не на миссии. Мужчина быстрым шагом приближался к своей излюбленной тренировочной площадке, полной грудью вдыхая свежий утренний воздух. Неожиданно его остановил какой-то посторонний шум. Саске насторожился. Учитывая, что практически все шиноби, от мала до велика, мониторят деревню, то никто не должен тренироваться. Неслышно ступая по земле, Учиха крался к источнику шума, пока не услышал звонкие мальчишеские голоса. Совсем еще дети. – Минами, кому говорю, бей сильней! – Кричал один из мальчиков, а второй неумело нападал. – Слабо! Слишком слабо!!! Ну почему я никак не научу тебя правильно ставить удар?! – Кипятился юный наставник, нанося удар за ударом, пока его оппонент не оказался на земле. – Сас, это не честно! Я не успеваю за тобой! – Захныкал ребенок. – Поднимайся с земли, несчастье моё – уже мягче сказал второй, подавая руку товарищу. Саске с интересом наблюдал за мальчишками, пытаясь их повнимательней рассмотреть. Все, что он понял: это братья-близнецы. Не отличить друг от дружки. – Рано или поздно я все равно тебя сделаю, глупый старший брат! – Недовольно заголосил один из них. У Учихи мороз по коже пошел от этих слов. – Ага, как же. Тебе до меня как до Луны, мелочь! – Съехидничал старший, что послужило спусковым крючком для его брата, и тот яростно кинулся в атаку, напрочь забывая обо всех запретах. Когда маленькие ручонки уже стали складывать печати, старший брат мастерски скрутил своего оппонента. Тот с рыком пытался вырваться, но не мог. Никогда не мог вывернуться из этой хватки. – Совсем спятил?! – Зло зашипел старший, с легкостью удерживая брата. – Мне еще здесь техник твоих недоученных не хватало! Мало мы, что ли, набедокурили? Нас же мигом обнаружат. Этого хочешь?! – Распалялся все больше старший, а младший мало-помалу успокаивался. – Прости, Сасари, не подумал, – повинился паренек, и брат настороженно выпустил его на свободу. – «Не подумал». Ты никогда не думаешь. Вот только подумай о том, что, стоит нам использовать хоть толику больше чакры, отец нас тут же учует. Представь, что он с нами сотворит, когда поймет, откуда исходит наша чакра. Мы и так уже себе на пожизненное заключение срок намотали. Когда он до нас доберется, то церемониться не будет. На раз нам шеи скрутит за то, что мы из дому ушли, да еще куда заявиться додумались – в деревню ниндзя! Только за это он нас к этому полоумному изобретателю как минимум на десятилетку запихнет!!! Младший весь скукожился, тут же захлюпав носом. – Братик, не хочу-у-у-у… – Застонал он, сдерживая слезы. – Не реви, Мин! У меня есть прекрасный план. Младшенький резко замолчал и уставился на брата с верой и надеждой. Однако от той улыбочки, что выползла на лицо старшего близнеца, передернуло даже Саске, младший же брат засветился, словно солнышко, уже зная, что значит такая улыбка. А значила она еще большие, глобальные катастрофы, хуже, чем были сейчас. Ведь если за дело брался Сасари, то даже их отец был не в состоянии что-либо противопоставить. Уж слишком кровожадным порой бывал нрав его старшего сына. – Мы сживем этого алхимика-переучку со свету! – Мстительно и ядовито сообщил старший. Младший глядел на него круглыми глазами, переваривая информацию. – Он же у нас великий ученый. Что нам мешает использовать его козырь против него же? Доступ к лаборатории беру на себя, ты отвлечешь. Я ему так его яды и снадобья смешаю, что он будет сам о смерти умолять, – злобно захихикал старший из близнецов. – Убьешь? – Ахнул младший, на этот раз глядя на брата с ужасом. – Нет, конечно, глупенький. Зачем же сразу. Смерть – это слишком скучно и легко, – объяснил старший. Минами нервно взъерошил свои пшеничные волосы. – Знаешь, братик, порой ты меня очень пугаешь – доверчиво сообщил тот. Старший близнец ухмыльнулся и так знакомо прищурился, что Великий Учиха Саске чуть не свалился с дерева. Это была его фирменная презрительная усмешка; и взгляд словно с него копировали. – О тебе же волнуюсь, малыш Мин, – оправдался старший. – Давай мы будем действовать по обычной схеме и доведем этого маразматика до белого каления. Он сам же нас папе и сбагрит, спустя пару тройку дней, – заканючил младшенький. -–Ну, да, в итоге нам от отца влетит в десятикратном размере, – мучительно вздохнул старший. Теперь уже оба головы повесили. – Так, ладно, чему быть, того не миновать! – Наигранно бодро воскликнул Минами. – Держись поближе ко мне, и все будет хорошо. Я тебя уж как-то прикрою, – в итоге решил Сасари. Младший кивнул и широко, радостно улыбнулся брату. Черные глаза искрились неподдельной искренней любовью и восхищением. Тем временем Саске холодел все больше и больше. Ведь именно такой улыбкой так часто улыбался Наруто. И глаза, совершенно точно Учиховские глаза, вот только такие несвойственные его клану пшеничные вихры, и кожа не такая бледная, как у всех носителей шарингана. Учиха Саске был в полной растерянности. Ребята снова принялись тренироваться, и, сказать откровенно, для своего возраста действовали уж слишком мастерски, особенно старший. Младшему же было не занимать упорства, или, скорее, упрямства. Он столько раз падал, но снова и снова поднимался, отрабатывал удары и техники по несколько десятков раз. Незримо для окружающих, но проницательный Саске увидел во взгляде старшего из близнецов неприкрытую и всеобъемлющую гордость. Старший брат смотрел на младшего с огромной гордостью. - Хватит на сегодня, – спустя три часа интенсивных тренировок заявил Сасари, ибо Минами уже валился с ног. – Отец меня разорвет, если с тобой что случится. Минами умоляюще посмотрел на брата. – Я, правда, еще не устал, братик, – и столько просительных ноток в голосе. – Мин, не ври мне; кому угодно, но не мне. Мы еще до нашего рождения были вместе, кому как не мне, знать тебя как свои пять пальцев? Младший насупился, и протестующе уселся посреди полигона, сложив руки на груди, недовольно засопел. Сасари, глядя на это, звонко расхохотался. – Боже, ну вылитый папочка, особенно в такие моменты. Минами буркнул что-то, обидевшись еще сильней. – Не злись, мелкий, я знаю, когда тебе хватит, и я знаю, что ты уже на приделе. У нас в запасе еще как минимум пара недель, так что нужно провести их весело, ибо потом веселье нам не грозит, – увещевал старший. Минами ничего не оставалось, как согласиться. Как не крути, а брат прав. Выбиваться из сил – не дело. – Куда сейчас? – С энтузиазмом спросил, поднявшись-таки с земли, младший брат. – Ну, местные достопримечательности мы видели, так что в Конохе можно не задерживаться. Будет очень плохо, если нас поймают. Есть еще что-нибудь, что бы ты хотел увидеть? – Размышляя, спросил старший из братьев. – В Суне мы были, в Конохе тоже… – Младший глубоко задумался, а потом его мордашка засветилась предвкушением. – Хочу увидеть мост Наруто и храм Огня! И еще тот странный остров, о котором папа рассказывал! Да, и еще деревню Скрытого Облака, там тот забавный дедуля живет, что реп читает. Еще поля битвы хочу посмотреть, что после войны остались, и горячие источники, где папа с наставником часто отдыхали!!! – Минами, словно и вовсе не устал, скакал около старшего брата, понукая скорее отправляться. Тот лишь снисходительно глядел на него, тихо чему-то улыбаясь. – Знаешь, за пару недель не успеем везде побывать, – добродушно заметил старший. – А папка нас так быстро не отыщет, если мы передвигаться часто будем, – воодушевился младший блондин. Старший посмотрел на него на этот раз хмуро. – Плохая идея с ним в прядки играть. Была бы возможность тихо-мирно вернуться домой, пока он не знает о наших злоключениях, я бы еще после Суны тебя за шкирку домой приволок, а так только ждать, когда он сам нас найдет, и когда найдет, да помогут нам небеса, – вздыхая, высказался старший брат. – Почему папа так радикально настроен против мира шиноби? Ведь он сам нас воспитал в этом ключе. Столько нам рассказывал об этих странах, о совете Каге и альянсе шиноби, о скрытых деревнях, о своей родине. Я же знаю, вижу, как он рвется сюда, но словно сам себе запрещает возвращаться. И столько было неподдельной обиды в голосе младшего, что старший подошел, обняв его за плечи, тяжело вздыхая. – Полагаю, с этим как-то связана наша мама. Он ведь всегда так психовал, стоило эту тему поднять. Думаю, она была шиноби, что-то произошло, что сильно повлияло на отца, и он ушел, вырастив нас далеко от этого мира. Есть вещи, которые он просто не хочет или боится нам рассказывать. Мы ведь ничего не нашли в архивах Конохи, никаких намеков. Мы даже не знаем, что и кого ищем. Хоть бы имя ее знать, и была ли она шиноби Скрытого Листа, – впервые в голосе старшего брата было столько тоски. Минами поднял на него убитый взгляд. – Папа дружил ведь с дядей Гаарой, может у него узнать? Сасари покачал головой. – Кадзекаге смотрел на нас, словно привидения увидел. Думаю, он о нас и не подозревал. Из чего следует, про мать нашу он тоже не в курсе. Да и в Суну нас не пустят. Учитывая, что мы там наделали, нас выдворят оттуда, как особо опасных преступников. Оба брата страдальчески вздохнули. – Папка зараза! – В итоге выдал младший. Старший поддержал его теплой улыбкой. – Та еще зараза. Но зато это наша зараза, и эта зараза самая лучшая во всем мире! – Счастливо закончил старший под веселый хохот младшего брата. Похоже, эта парочка просто не умела долго грустить, как и сидеть на одном месте. Для себя Саске понял, что злоумышленников он-таки нашел. Хоть и не тянули эти дети на преступников. А еще он понял, что они просто кара небесная для своего родителя и всех их окружающих. По мнению Учихи, сладить с этими дьяволятами было катастрофически сложно. Однако глядя на этих братьев, в сердце бывшего мстителя распускалась какая-то запредельная теплота и желание позаботится, защитить, сберечь. И, почему-то, очень хотелось обоих обнять. Учиха недоумевал. Откуда такие яркие, сильные эмоции к совершенно посторонним детям? Еще очень сильно настораживали глаза, явно унаследованные от кого-то с кровью Учиха, и эта поразительная схожесть с Наруто, особенно в младшем. Да и проблемные они, словно стихийное бедствие, в точности, как он. Ясно было одно: детей из деревни выпускать нельзя. Нужно дождаться их отца и задать ему массу вопросов. Вот только сперва нужно отловить проказников и доставить их под попечительство здорово, озверевшего Хокаге, который уже с фонарями ищет врагов-диверсантов. Вот смеху-то будет. Два мальчишки, лет десяти, водят за нос целую деревню ниндзя, и ни разу не попались. Ведь не подслушай он их разговор, спокойно прошел бы мимо. И почему так хочется обоими гордиться, ведь их поступки отнюдь не то, что должно вызывать гордость? Слишком много вопросов, и Саске Учиха должен во всем этом тщательно разобраться. Так он для себя решил. Сдаст лишь лично в руки их родителю после того, как поговорит с ним. Пока же стоит усыпить обоих, чтоб, чего доброго, опять что-нибудь не отчебучили. Здесь все было просто. Легкая иллюзия, и оба брата даже не поняли, что произошло, дружно отключились. После этого спеленать их не составило труда. Вот смеху-то будет, когда он расскажет Какаши, в чем было дело.