Яблочко от яблони.

Задание затянулось. Он уже две недели не был дома, и примерно столько же еще придется отсутствовать. До тех пор, пока его клиент не вернется благополучно в свой город. Это еще как минимум дней десять, а потом пока доберется до дома. Мужчина, с волосами цвета спелой пшеницы, обреченно вздыхал. Не часто он так долго отсутствовал. Редко брался за столь долгосрочные миссии. Всегда спешил домой побыстрей. От части, домой его гнал страх. Ведь неизвестно, что на этот раз выкинут его непоседливые дети. Беспокойство и безграничная любовь к проказникам всегда гнала домой с невероятной скоростью. Да и безделушки, что он успел приобрести в ходе своей миссии, хотелось поскорей отдать своим мальчикам. Он их любил. Любил так сильно, что порой даже удивлялся, что все еще способен на такое чувство. Это ведь его дети. Его самые любимые и родные. Было время, когда мелькали мысли, что полюбить он их не сможет. Теперь это кажется таким глупым. Стоило двум малюткам впервые взглянуть на своего отца антрацитовыми глазенками, как сердце родителя дрогнуло и растаяло. Это была любовь с первого взгляда и на всю жизнь. Да и как могло быть иначе, когда глаза эти он обожал больше всего в этом мире, и его малыши унаследовали их. Первые несколько лет были тяжелыми. Дети дались ему огромной ценой, и часто бывало, проскальзывала мысль, что не встанет он на ноги после их рождения. Малышей долгое время воспитывали жабы, а он и вовсе редко их видел. Моментами, когда приходил в себя на несколько часов, а потом опять отключался на неизвестное количество дней. Если бы не жабы, мальчики погибли бы, даже не родившись. Это время мужчина до сих пор вспоминал с содроганием. И вряд ли когда-то удастся забыть этот кошмар. Десять лет назад воплотилась в жизнь самая его большая мечта. Он уже даже и не ждал. Не надеялся. Хоть упрямая вера все равно не умирала. И он дождался. Было начало осени. Вся деревня дружно копошилась. У каждого были свои дела. Да и после войны все еще шли восстановительные работы. Но, невзирая на все, люди были счастливы. Нападение Пейна на деревню они пережили, война позади, между шиноби альянс, и беды, вроде бы, ждать не откуда. Живи и радуйся. Вот все и наслаждались долгожданным миром и покоем. Это была страшная война. Такой бойни не было за всю историю шиноби. Вернулась какая-то жалкая горстка со всего альянса. И это было страшное время. Отовсюду слышался вой, крики и плачь. А потом сплошные похоронные процессии. Люди хоронили мужей, сыновей, братьев, отцов, сестер, дочерей, матерей, жен. Долгое время скорби. Слишком много смертей. Единицы вернулись с этой проклятой войны. Год спустя потихоньку люди пришли в себя. Появились новые заботы, дела, обязанности. Боль притупилась, и все дружно взялись за дела, которых, как оказалось, накопилась целая куча. Наруто носился по всей деревне сломя голову, помогая всем и во всем, как мог. Десятки его клонов мелькали то тут, то там. Парень старался успеть везде и сразу. Хокаге постоянно одергивала непоседливого блондина, но это не помогало. И только все начало входить в привычную колею, только этот непоседа малость успокоился и не проедал всем окружающим, и Хокаге в частности, плешь насчет поисков Саске, как этот многоуважаемый субъект изволил вернуться сам, без чьей-либо помощи. Осень только начала входить в свои права, как перед главными воротами деревни возникла юношеская фигура, плотно закутанная в плащ. Неспешным шагом парень направлялся к резиденции Хокаге. Весть, что великий мститель соизволил-таки вернуться на родину, облетела деревню со скоростью звука. И, как только эта новость дошла до всеми любимого блондина, деревню огласил победный клич такой силы, что многие чуть не оглохли от этого громогласного, радостного ора. За всю свою жизнь парень не испытывал подобного счастья и радости. Удзумаки таскался за своим другом, словно привязанный, чем неимоверно его бесил. К каким только хитростям не прибегал Учиха, каких гадостей не говорил. Как-то даже вся деревня с замиранием сердца наблюдала вконец озверевшего Саске, сверкавшего шаринганами, который носился по всей Конохе за хохочущим Наруто с чидори наперевес, грозясь загнать это самое чидори туда, откуда его будут очень долго выколупывать. С возвращение блудного мстителя в деревне определенно стало намного веселей, а шуму стало так точно раза в три больше. Казалось бы, чего еще желать. Идиллия. Только вот идиллия эта продлилась не долго. Скоро все заметили, что их непоседа как-то подозрительно притих. Непредсказуемый ниндзя деревни Скрытого Листа стал уж слишком задумчив и молчалив. Зарылся в какие-то книги, брал одиночные миссии, хоть поначалу и орал громче всех, чтобы ему давали миссии на пару с Саске, от чего тот, мягко говоря, был не в восторге. Перемены заметили не сразу. Когда же их уже заметил и Саске, заволновались все дружно. Но блондин отмалчивался, отказываясь что-либо объяснять. Тараторил, что все хорошо и не о чем волноваться, после чего быстро сматывался. Естественно, то, что этот прилипала отстал от него, было на руку Саске. До тех пор, пока носитель шарингана не просек, что его профессионально избегают. Тогда уже это стало дело принципа: отловить и допросить. Он будет не Учиха, если не выбьет из этого идиота всю правду. Однако это стало на удивление проблематично. Но ведь Саске всегда добивается своего. Он взял Пятую штурмом. Долго женщина не продержалась, и в итоге дала им общую миссию. К работе Удзумаки относился серьезно. Дурака валять не станет. И Саске хитро потирал ручонки. На следующий день обоих шиноби вызвали к главе деревни. Подходя к кабинету, Учиха услышал, что Наруто уже там и орет не своим голосом. - Я же просил тебя, бабуля! Как человека просил!!! Кто угодно, только не ОН!!! - кричал блондин, не давая даже слова вставить Хокаге. - Просто позволь мне пойти одному! Я справлюсь лучше и быстрей! - требовал джинчурики. - ДА ПОМОЛЧИ ТЫ! - рявкнула вконец взбешенная женщина. - Что происходит? Чего ты от него бегаешь, словно он возродившийся Десятихвостый?! Ты голосил громче всех, что хочешь вернуть его в деревню. Он вернулся. Радуйся!!! - прошипела Цунаде, буравя взглядом нерадивого подчиненного. - Я рад. Правда, очень рад, - потупившись, ответил парень, опустив голову. - Да уж, рад. Твоей радости хватило на пару месяцев! А потом что? Вы оба снова что-то не поделили? Поругались? Чего ты от него бегаешь, будто он прокаженный?! Саске внимательно прислушивался к диалогу. Но в ответ лишь тишина. Наруто молчал долго. - Отправь меня куда-нибудь, бабуля. Я возьму любую миссию, лишь бы один и как можно дольше. На полгода, а лучше на год. Подальше. И голос такой потерянный, убитый. Тут уж не по себе стало даже Саске. Такого тона он никогда не слышал. Словно из парня весь дух вышибли. Пришла мысль, что надо что-то делать, во что бы то ни стало, а то это состояние блондина уже начинает пугать. Было лучше, когда он лип к брюнету сутки напролет, цеплялся, словно клещ, и не отвязаться от него. Вечно лез под руку, куда не глянь, везде видно белобрысую макушку. Отчасти Саске стал к этому привыкать. Порой, даже добродушно отвечал на идиотские вопросы, пока они его вконец не выводили из равновесия. Теперь же они словно поменялись местами. Саске ищет его, а он мастерски конспирируется. Надо с этим балаганом заканчивать и все прояснить раз и навсегда. Знал бы он тогда, к чему это глупое решение приведет, десять раз подумал бы, прежде чем лезть к напарнику. В кабинет Хокаге брюнет вошел решительной походкой, уничтожающе глянув на вмиг сжавшегося друга. Мигом стало неприятно оттого, что блондин прячет глаза, наотрез отказываясь пересекаться взглядом. Словно виноват в чем-то. И это бесило. Вся эта ситуация раздражала неимоверно. Цунаде утвердила миссию ранга А на них двоих. Удзумаки вовсе раскис. Из кабинета он тащился весь поникший и какой-то словно убитый. Все подколки Учихи он благополучно пропустил мимо ушей, словно и вовсе не слышал. Хотя, отчасти, так и было. Миссия была ужасной. Как Саске ни пытался, не смог даже слова вытащить из своего упрямого друга. Только взгляды какие-то странные на себе ловил. И от взглядов этих мороз по коже шел и мурашки толпами гуляли. Это очень не нравилось Саске. Он уже сожалел, что напросился на эту миссию. Лишь вопросов прибавилось. А источник ответов словно воды в рот набрал. Не реагировал на привычные подколки и провокации, от которых раньше заводился с пол оборота. Парень, казалось, и вовсе не здесь. С миссии оба вернулись вымотанными. Не физически - морально. Удзумаки был как выжатый лимон, а Учиха на взводе, готов был разорвать любого, кто сунется. Отчет отдавал Саске с таким зверским выражением лица, что даже сама Цунаде испытала желание тихо сползти под стол и не высовываться. Прошел еще как минимум месяц бойкота, учитывая, что до этого блондин игнорировал друга как минимум два месяца. Терпению уже давно пришел конец. Только вот шифроваться Удзумаки стал еще профессиональнее, чем раньше. Да и Цунаде больше ни в какую не шла навстречу Саске. Как тот ни изводил ее, миссий общих им она больше не давала. От греха подальше, так сказать. Кровожадный мститель скрипел зубами, снова планирую жуткую расправу, только теперь над другом, который извел его своим непонятным игнором. И ведь правда, не ссорились, ничего такого не было. Все как обычно. И тут вдруг его переклинило. Не резко, конечно, постепенно. Но все же. Саске скучал. Ему недоставало их маленьких ссор, спаррингов, перебранок, споров. Не хватало этого упрямого, непокорного голубого взгляда, вызывающего поведения, глупых вопросов. Задумываясь обо всем этом, молодой наследник великого клана понимал, что вот этого ему не хватало всегда. С тех пор, как он покинул деревню. Просто раньше он об этом не задумывался. Было некогда. А теперь стало понятно, что без этого шумного непоседы мир словно бы останавливается и замирает. Одиночество наваливается неподъемным грузом. Понимание этого бесило еще больше, чем поведение товарища. Дождь барабанил по крышам. В этот роковой вечер терпению Учихи пришел конец. Саске решительно шагал по направлению к квартире друга. Дома он или нет, но он его дождется. И на сей раз этот кретин ответит на каждый его вопрос. Не будь он Учихой Саске! Наруто был дома. Увидев на пороге своего неизменного соперника, он попытался было захлопнуть дверь, да только не вышло. Брюнет толкнул напарника в квартиру и зашел следом, не приемля никаких возмущений. Злой и раздраженный взгляд блондина был проигнорирован напрочь. - Сейчас мы сядем и спокойно попьем чай. Потом поговорим. Ты ответишь на все мои вопросы. Я же, в свою очередь, обязуюсь ответить на все твои, какими бы глупыми они ни были, - ровным, спокойным голосом огласил программу Учиха. На что Наруто обреченно опустил голову, не говоря ни слова. - Не будь ребенком, добе! Давай просто поговорим! - нетерпеливо рыкнул Саске, которому жутко надоело играть в «угадайку», думая, что в очередной раз стукнуло в эту белобрысую головушку. Наруто поднял на друга потухший и какой-то пустой взгляд. От этих глаз Учиху малость передернуло. Таким, конечно, Саске еще своего друга не видел. Темные круги под глазами, волосы какие-то тусклые, еще больше спутанные, чем обычно, кожа приобрела какой-то бледно-желтоватый оттенок, искусанные губы, и вся фигура была такой поникшей, словно выражала мировую скорбь. И такой вид, откровенно говоря, пугал. Брюнет устало вздохнул, и, не слушая возмущений, схватил товарища и поволок на кухню. Там он откопал пачку рамена, которую тут же заварил и поставил перед проблемным другом. - Ешь! - не просил, а приказывал Саске. Недовольный взгляд в расчет не брался, учитывая, что похудел блондин тоже ощутимо. - Сомневаюсь, что в последнее время ты нормально питаешься, так что жуй хотя бы эту дрянь. А я пока чай заварю. И носитель шарингана споро застучал чашками. Заметив же, что собеседник даже не думает притрагиваться к еде, психанул. - Либо ты сам будешь шустро работать палочками, либо этим займусь я! Поверь, тебе это мало понравится!!! - тут же зашипел парень, сверкая черными глазами, словно молниями. Блондин как-то заинтересованно покосился на товарища. Словно прикидывая, понравится ему это или нет. Чему-то улыбнулся. Да так, что все возмущения застряли в горле мстителя. Но, слава богу, блондин взялся за палочки и больше не кобенился, послушно поедая свое любимое блюдо. Саске вернулся к приготовлению чая. Пили чай в дружеском молчании. Саске немного успокоился, да и Наруто, вроде, расслабился, не дергаясь от лишнего шороха, как бывало раньше в присутствии Учихи. - Ну, а теперь давай поговорим, - ставя пустую чашку на стол, заявил брюнет. На что на него был обращен усталый и какой-то затравленный взгляд. - Не отцеплюсь, так и знай. В этот раз мы поговорим, даже если мне придется приковать тебя к себе наручниками, - безапелляционно отчеканил Учиха, решительно глядя на стушевавшегося друга, который с каждой секундой мрачнел все сильней. Бледная кожа резко стала какой-то серой. Создавалось впечатление, что он и вовсе сейчас хлопнется в обморок. - Если я скажу, в чем причина, ты больше не будешь ко мне цепляться? - тихо спросил парень, поднимая на собеседника нерешительный взгляд. Это был взгляд загнанного в угол человека. Саске заинтересованно вздернул бровь. - Смотря на то, что за причина. Если это какая-нибудь ерунда, из-за которой ты в очередной раз заморачиваешься, то я тебя прибью. Ибо нервы ты мне помотал знатно, - недовольно ответил брюнет. Джинчурики глубоко вздохнул и выдохнул, будто готовясь прыгнуть в ледяную воду. Выплывет – хорошо. Утонет – значит, такова судьба. - Я не знаю, как объяснить, Саске. Даже не знаю, когда все это началось. Может тогда, когда ты ушел из деревни, а может и раньше. Просто я до недавнего времени не осознавал. Хотя, скорее, просто отказывался допускать такие мысли. Когда ты вернулся в Коноху, я был так счастлив, ничего вокруг не замечал. Все наши миссии, наши споры, спарринги, редкие разговоры у костра… все это делало меня безмерно счастливым. Я наслаждался всем этим до тех пор, пока не заметил некоторую нездоровую тенденцию. Я, порой, ненормально на тебя реагировал. Это начало меня беспокоить, потому я потихоньку начал от тебя отдаляться, чтобы разобраться в своих сумбурных чувствах, которые во мне накопились за время твоего отсутствия, - Наруто говорил, глядя словно сквозь собеседника. Будто сам с собой. Но, невзирая на это, брюнет внимательно слушал. Решил, что уточняющие вопросы можно задать и позже. Главное, чтобы уловить суть того, что происходит сейчас с этим человеком. - Я никогда столько не думал, Саске. Даже за книжки засел, думая: а вдруг заболел чем ненормальным. Представляешь, даже Сакуру просил меня осмотреть. Но она выпнула меня, заявив, что здоров, как бык. Тогда я начал терроризировать Сая. У него ведь много стремных книг, я даже в них рылся с его разрешения. Только вот толку никакого. Только я начинал думать, что, вроде бы, все наладилось, как все начиналось заново, да с новой силой. И это доводило до исступления, до истерик и паники. Я уже не знал, что делать, в открытую тебя избегая. Думаю, я бы до сих пор в себе не разобрался, если бы не столь четкие, ехидные замечания Курамы. Именно он помог мне разобраться, когда устал наблюдать за моими бесполезными метаниями. Только вот пользы от этого было не много. Ибо, когда я все понял, сначала за голову схватился, а потом начал тихо себя проклинать. Блондин обреченно вздохнул, собираясь с мыслями. Говорить было крайне тяжело. Слова то и дело застревали в горле. На собеседника же он и вовсе старался не смотреть. Куда угодно, только не на него. - Я не хотел тебе говорить, не хотел, чтобы ты даже подозревал о чем-то. Это невероятно сложно для меня, Саске, но я примирился с собой. Когда я принял себя с этими новыми отклонениями, то многое встало на места. Только жить стало куда сложнее. Я впервые в жизни хотел сбежать. Да что скрывать: я и сейчас с удовольствием дал бы деру куда подальше от тебя и от того хаоса, что творится в моей душе. Только вот от себя не убежишь. И одиночные миссии не помогали. Меня с дикой силой тянуло обратно в деревню. Я хотел хоть мельком тебя увидеть, лишь бы успокоиться. Это убивает меня, и я не знаю, что мне делать дальше. И как буду жить, тоже не знаю. Наруто впервые за разговор поднял глаза на собеседника. И то выражение лица, что он увидел, еще долго стояло перед глазами. Саске выглядел настолько потрясенно… Удивленно вытянутое лицо, широко распахнутые, пораженные глаза… Брюнет пытался ловить ртом воздух, но у него это, похоже, плохо получалось. Словно выброшенная на берег рыба. Вот такое выражение полного оторопения на лице друга Удзумаки вряд ли когда-то забудет. На губы против воли выползла улыбка. А Саске сидел и таращился на друга, предполагая, а не свихнулся ли его товарищ, а может он сам, или они оба. - Я ни о чем тебя не прошу и ничего не требую, не жду ничего от тебя, Саске. Но это та правда, которую ты хотел получить. Самая ужасная правда в моей жизни. И я пойму, если после всего ты от меня отвернешься. Я бы и сам от себя отвернулся, если бы мог, - уныло прошептал блондин, пряча виноватый взгляд. А Саске был в глубокой прострации. Мысли впервые в жизни отказывались собираться в кучу. Хотелось бежать от такой правды. Только теперь до брюнета стало смутно доходить, почему этот идиот так странно себя вел, почему убивался. Тут волей-неволей задумаешься о суициде. Такое-то шило в мешке точно не утаишь. Учиха сидел, словно пришибленный, и все, чего ему сейчас хотелось – это встать и уйти, чтобы больше не возвращаться, не видеть, не слышать. Но что-то держало, и от этого становилось еще более жутко. За такое откровение впору возненавидеть друга, а ненавидеть не выходило. Никогда не выходило, даже когда к этому прилагались все усилия в прошлом, а сейчас и подавно. Минуты ползли со скоростью беременной улитки, отказываясь шевелиться быстрее. Наруто сидел молча, ожидая ни то удара, ни то смеха в лицо, ни то откровенных оскорблений и угроз. Саске же, уткнувшись в пустую чашку из-под чая, старался хотя бы создать видимость, что собрал себя в кучу. Выходило плохо. Что сейчас говорить, он ума не мог приложить. А как ко всему этому относится – тем более. Блондин был чертовски прав. Лучше бы ему не знать этой правды. Слишком сложно. Зачем усложнять себе и окружающим жизнь такой глупостью?! Должно быть отвратительно, но отвращения не было, и поэтому хотелось волком выть. Прошло как минимум полчаса в напряженном молчании. Саске тяжело вздохнул и только теперь взглянул на убитого горем и отчаянием друга, а друга ли?.. Тряхнул головой, словно пытаясь таким способом поставить все мысли по местам. - Тащи саке, придурок. На трезвую эта информация не усвоиться. Боюсь, у меня мозги сварятся быстрее, - пробурчал брюнет, нарвавшись на перепугано-удивленный взгляд собеседника, что вызвало лишь кривую усмешку мстителя. Делать нечего. Хозяин квартиры поплелся искать бутылку, что припас еще с прошлого года. Нашел с трудом. Пить не хотелось. Это был уже пройденный этап. Но не пить же Саске в гордом одиночестве. Учитывая, что в таком потерянном состоянии Учиха находится по его вине. Пили, опять же, молча, не спеша. Каждый думал о своем. Наруто настороженно поглядывал на Саске из-под пушистых ресниц, когда тот не замечал. Саске же бросал заинтересованные взгляды на блондина, что-то для себя решая, о чем-то напряженно размышляя. Прошло чуть меньше часа. Спиртное закончилось. За окном давно за полночь. Вроде и пили, а эффекта, казалось, никакого. - А ты уверен?- впервые за несколько часов подал голос Учиха, выжидающе глядя на товарища. - У меня было много времени, чтобы все обдумать, взвесить и понять. Я больше не сомневаюсь. Устал бояться и прятаться, - спокойно ответил Удзумаки. Рассказав все Саске, он почувствовал невероятное облегчение. Возможно, давно нужно было это сделать. Но так не хотелось валить с больной головы на здоровую. В подсознании что-то ворчал лис. Ворчал очень настойчиво. Но Наруто не понимал ни слова. Курама нес какую-то ахинею про полнолуние, про особенные силы и влияние луны. Только вот до сознания не дошло ни единого слова. На что Биджу уже в открытую рычал, грозился какой-то опасностью. Взгляд Саске был донельзя озадаченным, чем загонял в тупик еще больше. Было неизвестно, что можно ожидать от этого взрывоопасного брюнета. Джинчурики пытался предположить, что может предпринять его экс-друг в данный момент. В голову, как назло, ничего не приходило. И, когда Учиха поднялся из-за стола, блондин ощутимо напрягся. - Ты не будешь против, если я лично кое-что проверю, так, для общей картины происходящего?- серьезно спросил брюнет, как-то оценивающе глядя на собеседника. Наруто даже поежился под таким пристальным взглядом, но, тем не менее, согласно кивнул головой. Предвидено было много всего, но вот того, что великий мститель подойдет, нагнется, и просто поцелует, такого блондин ну никак не мог предположить. Алкоголь, похоже, решил подействовать, так как голова закружилась у обоих. Сознание решило дружно и на пару отвалить в отпуск. Реальность растворилась, и окружающий мир просто исчез. Все, что волновало – это губы, что с таким отчаянием целовали, руки, что обнимали до боли, и чувство полного и безграничного блаженства и счастья. Как оказались в постели, не помнил никто, тот вихрь эмоций, страсти и чувствительных ласк, что кружил голову куда качественней выпивки, окончательно вырубил мозговую деятельность. Это была волшебная ночь, невзирая на мимолетные вспышки боли и вой лиса в подсознании, что надрывался дурниной и обзывал своего носителя круглым идиотом и непроходимым тупицей. Утро встретило парней головной болью, а кое-кого не только головной. Наруто недовольно морщился. Болело все тело, а филейная часть и того хуже, горела огнем. Похоже, они перестарались. Но это его мало волновало. Больше волновало то, что Саске смотрел каким-то пустым, безразличным взглядом. Брюнет проснулся первым и выглядел мрачней тучи. Да и дождь за окном, что со вчерашнего вечера так и не закончился, не способствовал хорошему настроению. - Что-то не так, Саске? - осторожно спросил блондин, непонимающе заглядывая в отрешенные глаза. - Тебе по порядку, или как? - с толикой злобы в голосе, раздраженно спросил мститель. Джинчурики нахмурился, не предполагая, что с утра пораньше могло разозлить парня. Саске же даже не пытался что-либо объяснить. Тихо поднялся с постели и стал собирать вещи. - Что происходит? - уже встревоженно спросил Удзумаки. Брюнет спешно натягивал штаны, с раздражением дергая молнию. - Ничего не происходит! - рыкнул носитель шарингана. И столько неприкрытой ярости в голосе, что в пору было вешаться, ибо в противном случае Учиха повесил бы лично. - Я не понимаю… - растерянно прошептал блондин, пристально глядя в спину своего недавнего любовника. - Не понимаешь? – прошипел Учиха не хуже змеи. - Хорошо, объясняю! Я сказал, что хочу кое-что проверить, я проверил. На этом точка, что еще не ясно? - шипящие рычащие нотки в голосе становились все отчетливее. - Саске… - отчаянно простонал Наруто, пытаясь что-то сказать, но как только собеседник к нему обернулся, все слова испарились. Одно выражение лица сказало о большем, чем все слова мира. Учиха всем своим видов выражал крайнюю степень брезгливости, призрения и яростной ненависти. Даже на Итачи он не смотрел такими глазами, полными злобы и отвращения. Блондин как сидел на постели, так и застыл. Было одно желание - умереть. Но зачем же, зачем тогда была эта ночь? Что она значила? Брюнет шагнул к выходу, и джинчурики не выдержал. Он рванул следом, обнял со спины, и отчаянно сжал в объятьях. Саске ощутимо вздрогнул, после чего резким движением брезгливо откинул от себя обнимающие руки. - Не трогай меня! Никогда!!! - закричал брюнет, прожигая убийственным взглядом. - Ты, словно последняя тварь, поддался на провокацию! Так хотел, чтобы я тебя трахнул?! Я был о тебе лучшего мнения. Но на этом точка! Поиграли и хватит! Ярость так и клокотала в Учихе, и сейчас единственное, что хотелось – это убить своего недавнего любовника. Убить за то, что так взбудоражил чувства. За то, что заставил почувствовать что-то так ярко и всеобъемлюще. За то, что сердце сейчас не находит покоя. Хотелось убить, а рука не поднималась. Вот так же и вчера он не смог просто встать и уйти. Что-то заставило его сделать совершенно противоположное действие. Зачем он его поцеловал? Зачем ему ответили на поцелуй? Где в тот момент была его голова? О чем они думали?! И что за паника окутала его сразу по пробуждению? Что это за иррациональный страх? Он ведь не собирался говорить так грубо. Совсем не собирался. Так почему же?! Но слов уже было не удержать. - Зачем ты это сделал? Для чего все это было? - затравленным голосом спросил блондин. - Интерес. Было интересно, как ты отреагируешь. Насколько ты доступен. Смею заметить, было неплохо. Однако ты не более, чем игрушка на одну ночь! Разве это не было понятно с самого начала, придурок?! - ледяным тоном, с призрением отчеканил Учиха, насмешливо глядя, как бледнеет его бывший товарищ. Брюнет ожидал взрыва, криков, кулаков, чего угодно, лишь бы выпустить пар. Он провоцировал. Намеренно. Только реакции не последовало. Удзумаки после этих слов отшатнулся, глаза потухли, он застыл сломанной куклой. Бледное лицо окончательно утратило все краски, голова опустилась. - Что, будешь реветь, как сопливая девчонка?! Не унижайся еще больше, ибо падать ниже уже некуда! - все больше и больше нарывался парень, презрительно глядя на собеседника. Но опять никакой реакции. Саске ждал, но спустя минуту дождался лишь нерешительного шага к выходу. Нетвердой походкой, шатаясь, и держась руками за стенку, блондин молча покинул комнату, а потом и собственную квартиру, шепнув совсем неслышно, но брюнет услышал. - Лучше бы ты убил меня, Саске. Учиха, несколько оторопев от такой реакции, глядел в спину бывшего любовника, глядел, как тот уходит в дождь, как медленно, будто неживой, переставляет ноги, шагая, казалось бы, в никуда. Никогда еще он не видел этого сильного парня сломленным, растоптанным, сдавшимся. И от этого вида сердце в груди рвалось на части. Было больно. Наверно, настолько же больно, насколько он сделал этому мальчишке только что. Да вот только гордость была сильней. Хотелось догнать, обнять, шепнуть: «прости!». Только он этого не сделал. И как же впоследствии он об этом жалел. Он бы предпочел всю жизнь унижаться, вымаливая у этого человека прощения, если бы знал, насколько глубоко они вросли друг в друга. Насколько невыносимо будет без него. Около недели спустя Саске совершенно неожиданно наткнулся на своего бывшего товарища. Он сидел в парке и каким-то пустым взглядом провожал облака. Больше не излучая того внутреннего света, что был раньше, он казался жалкой тенью самого себя. Был опустошенным, убитым, измученным. Выглядел куда хуже, чем до этого. Все это заставляло не просто чувствовать себя виноватым - заставляло начинать тихо себя ненавидеть. Но Учиха не был бы собой, если бы прислушался к своему сердцу. Он не мог показать свою слабость. Только не этому человеку. Перед ним он не мог выглядеть жалко. Только не перед ним. Почему так, он и сам не знал. - Вот меньше бы на небо таращился, и не поголубел бы! - шепнул брюнет, не ожидая никакой реакции. Но реакция последовала. Еще какая. Никогда еще Саске не видел во взгляде этого неудачника столь откровенную ярость, ненависть и жажду крови. Словно кто-то сказал: «Фас!», - и зверь сорвался с цепи. Юный мститель впервые в жизни испугался: не смерти, которую пророчил ему этот взгляд, а той клубящейся тьмы, в которую собственноручно погрузил, своего некогда лучшего друга. Схватка была проиграна, и ледяные пальцы вцепились в горло мертвой хваткой. И Учиха видел: убьет, без лишних колебаний и сожалений. Не смирится, не простит, изорвет в клочья, а потом еще на косточках потанцует. Появись Какаши секундой позднее, и спасать было бы уже некого. Он с огромным трудом оттащил рычащего и шипящего парня от полуживого Учихи, и вырубил его, ибо тот попытался напасть уже на него, словно сменил цель. Саске привели в себя довольно быстро, благоразумно предупредив: к Удзумаки и на пушечный выстрел не приближаться, иначе спасти его будет уже проблематично. Наруто же продержали в больнице на успокоительных еще несколько дней. Самого же брюнета отправили на миссию к черту на куличики. В целях безопасности, наверное. Прошла пара недель. Он вернулся, выполнив благополучно миссию. Однако чувство вины становилось все сильней и сильней. И, куда от него деваться, брюнет не знал. И тут как гром среди ясного неба: «Наруто пропал. Ушел на миссию и не вернулся». Вот тут-то носитель шарингана и не выдержал. Пришло понимание, что он натворил, как смертельно обидел, и что этому чудовищному поступку не будет прощения. На поиски он кинулся быстрее всех. Поднял на уши всю тайную сеть шпионов Орочимару, метался, как полоумный, бросался из одной крайности в другую, но все бесполезно. Удзумаки Наруто словно в воздухе растворился. Словно и не было его никогда. Все было тщетно, весь альянс разводил руками. Поиски дали ноль результатов. И это ломало Саске, ломало так, как он своими неосторожными словами и поступками сломал единственного родного сердцу человека.