Проклятые наследники Шерстянеску

      Белоснежный двухэтажный автобус подъехал к остановке, через десять минут после звонка Буйволсона. Друзья по несчастью, влезли в салон, с трудом держась на ногах.       - Полиция Зверополиса! - устало вздохнула Джуди, предъявляя удостоверение панде, сидящей за рулем. - Сверхзадание.       Водитель сердито поморщился. Очевидно он не одобрял право полиции на бесплатный проезд по первому же их требованию. Автобус был почти пустой, поэтому Джуди уселась на первое попавшееся место у окна, рядом с выходом. Ник опустился на соседнее сидение.       - Удрал, - с грустью произнесла крольчиха, - Теперь его не достать.       - Да ну, брось! - не согласился напарник, - Мы уже сообщили. Ориентировки на него скоро будут по всему городу.       - Какие ориентировки? Он прикрывался чужим именем, как и наш дорогой горе-детектив. Если бы этот глупый лис сразу же все нам рассказал, мы бы возможно, предприняли бы более решительные шаги. Всё что мы теперь знаем, это внешность преступника. Почему я не додумалась сфотографировать всех наследников? Теперь придется фоторобот в штабе составлять.       - Эй, - сказал Ник, - не забывай, что его потенциальный сообщник лежит в больнице. Настоящий Спайсер расскажет все, что они с Гринвудом задумали.       - А если он будет молчать и отпираться?       - У нас есть Роджер. Правда одних его слов будет недостаточно... жалко, что он не додумался использовать диктофон, в разговоре с волком в поезде. Рано или поздно он сломается.       Автобус пересек границу Тропического леса и Тундра-тауна.       - Наконец-то, - просиял Ник, - В жизни больше не вернусь в эти джунгли! Вообще будь моя воля, я бы стену построил, чтобы отделить этот район от города.       - Хоппс! Уайлд! - прокричала рация на поясе у Джуди.       - Да, шеф? - быстро ответила крольчиха.       - Ну где вас там носит? - Буйволсон рвал и метал в трубку.       - Мы в автобусе. Сейчас в снегах, приедем минут через сорок.       - Скажите водителю, чтоб поторапливался. В больнице ЧП!       - Что случилось? - испугалась Джуди.       - Этот ваш маньяк-хорек проник сюда под видом врача. Вколол Спайсеру какую-то дурь. Тот сейчас в коме. Санитары борются за его жизнь.       - ЧТО? - ужаснулась Джуди. - Его поймали?       - Нет! Через окно сбежал. Мы опоздали на полминуты, бросились за ним, а его уже и след простыл. Оцепили весь центральный район. Похоже он настроен серьезно...       -Ясно, мы едем... Сам говори с водителем. - бросила она Нику.       Спустя полчаса автобус резко затормозил.       - Что происходит? - не понял водитель, резко давя на тормоз. Впереди цепочкой стояли полицейские автомобили.       - Район оцеплен, - на ходу объяснила Джуди, выскакивая из автобуса.       - Офицеры Уайлд и Хоппс! - представился Ник, предъявляя аусвайсы одному из стражей порядка. - Нам нужно в Центральный госпиталь.       Они залезли в автомобиль и к шести часам были уже у больницы. Казалось, что тут собралась вся военная техника города. У дверей капитан Буйволсон беседовал с каким-то жирафом.       - Вот вы где! - пропыхтел он, - Заставляете меня ждать.       - Приехали как только могли, шеф! - пожал плечами Ник, - как обстановка?       - Ваших наследников уже доставили. Все уже в стабильном состоянии. Мы приставили охрану к каждой палате, учитывая, что произошло.       - Ну, я уверена, что он уже не вернется сюда. Это было бы самоубийством, - сказала Джуди, - Можно нам допросить Тома Гринвуда?       - Нельзя! - гаркнул капитан, - Уволенным вход воспрещен!       - Простите? - переспросил опешивший Ник.       - Не явились вчера вечером с отчетом, - начал загибать пальцы буйвол, - Не явились утром на работу. Оставили казенный полицейский автомобиль без присмотра в Тропическом лесу. Не выходили на связь два дня подряд. Развернули вертолет не по уставу. Кроме того, заявились сюда через полтора часа, после того, как вас вызвали. Можете быть свободны! - он развернулся к дверям.       У Ника отвалилась челюсть.       - Но... но... - у Джуди задрожали уши. - Но вы же сами... ночное дежурство...       Буйволсон снова повернулся к ним. Его лицо светилось от торжества.       - ХА-ХА! - он радостно хлопнул себя по боку, - Видели бы вы свои морды!!! Пошли за мной!       - Его шутками можно заключенных пытать, - сердито проворчал лис.       Они прошли по коридору, где у каждого угла стояло по охраннику и зашли в одну из палат. На кушетке сидел, свесив вниз ноги, довольно пожилой хорек, его глаза были почти не видны за пышными седыми бровями.       - Здравствуйте, я офицер Хоппс, - представилась Джуди, демонстрируя свое удостоверение, - А вы Том Гринвуд?       - Все так, - вздохнул хорек, - Но я уже рассказал все что знаю. В день, когда я попал сюда ко мне приходил только Майк. Он сказал, что раз уж так произошло, он съездит на виллу вместо меня.       - Кто такой Майк? - спросил Ник.       - Майк, мой помощник. - сказал хорек, - Работал у меня два месяца. Я рассказал ему, что собираюсь ехать в поместье за завещанием. Он как-то разволновался. Скажите, это он меня отравил?       - Вполне вероятно, - кивнул Ник, - А не могли бы вы поподробнее рассказать нам о нем?       - Я уже стар, - произнес Гринвуд, - В последнее время работаю дома. Одному мне все труднее и труднее. Я разместил объявление и он откликнулся, Майк Шепмен. Молодой, умный, хороший помощник... Когда я получил письмо с поместья, я рассказал ему, что собираюсь поехать туда, посвятил во все планы, сказал, что нужно будет делать, пока меня не будет. Но утром, три дня назад, когда я уже собрался выезжать, мне стало очень плохо. Майк отвез меня сюда и сказал, что съездит вместо меня. А теперь ко мне приходит полиция и сообщает, что там в поместье произошло что-то ужасное.       - Майк Шепман - хорек? - уточнила Джуди.       - Да!       - Мы уже проверили, - вмешался Буйволсон, - В Зверополисе проживают три хорька с таким именем. У всех алиби: двое все это время были на работе, а один сидел дома с семьей. Ни у одного из трех нет шрамов на лбу, никто никак не связан с Шерстянеску или наследниками.       - Рана могла быть поддельная, - заметила Джуди.       - Да ну, - не согласился Ник, - Я же тащил его на руках. Вблизи наблюдал: кровь хлыстала из раны как настоящая.       - У вас есть фотография Шепмена? - спросила Джуди у Гринвуда.       - Нет, - покачал головой тот.       "Почему старики такие доверчивые?" - подумала Джуди, - "Как можно посвящать в дела, связанные с большими деньгами того, кого ты знаешь всего два месяца?"       - Ну ладно, - сказал Буйволсон, - Можете сходить пока в кафе. Спайсера допросить у вас все равно не получится: этот гад хорошо постарался.       - Спасибо босс, пожалуй так и сделаем, - согласился Ник, - Есть хочу жуть как...       - По крайней мере основное дело мы сделали, - подытожила Джуди, когда десять минут спустя они с Ником сидели в кафе, - Остальное уже не наша задача. Пусть ищут этого Лжегринвуда хоть по всему свету.       - Вообще замечательно получается, - хмыкнул лис, помешивая эспрессо, - Один преступник заменяет наследника и приезжает под его именем на виллу, где втеревшись в доверие ко всем, начинает дожидаться своего подельника. И так получается, что по дороге на виллу, его подельника заменяет воришка-домушник и под именем этого подельника прибывает туда же на виллу. Добавьте ко всему этому двух представителей полиции и получите два дня сюрреалистических приключений в запертом месте.       Но нормально пообедать нашим героям было не суждено, поскольку в самый разгар их беседы им снова позвонил шеф полиции и сообщал внезапную новость:       - Мы нашли его! Пробили номер, по которому он связывался со Спайсером. Он сейчас на Полисад-стрит, в квартире 32! Наши парни уже оцепили улицу и дом.       - Полисад-стрит, - с легким волнением повторила Джуди, - Это же совсем рядом, тут за углом...       - Пошли скорей! - вскочил Ник, - Я не могу этого пропустить.       Друзья пулей вылетели из кафе и стремительно помчались на противоположную улицу. Один из домов в самом деле был оцеплен. У дверей стояли Быковски, Рыкинс, Клыкадо, Носорожец, Волкос и Хоботовски. Все готовили к бою транквилизаторы.       - Вы двое как раз вовремя! - поприветствовал их Волкос. - Второй этаж! Выступаем!       Они с Клыкадо и Рыкинсом забежали в подъезд, Ник с Джуди бросились за ними, остальные побежали в противоположную сторону дома, к окну.       Чуть не сбив с ног испуганного бобра, группа захвата оказалась на третьем этаже в считанные секунды. Квартира 32 находилась в самом дальнем конце коридора. Ник с Волкосом заняли позицию слева и справа от двери, Клыкадо со всего размаху выбил её ногой. Джуди забежала в квартиру вслед за ним.       Они оказались в маленькой комнатке, почти такой же, в которой жила Джуди, из мебели здесь были только небольшая кровать и столик, стоящие друг напротив друга у противоположных стен. В центре комнаты, со стаканом в руке безмятежно стоял уже хорошо знакомый хорек с затянувшейся раной на лбу, которого Джуди и Ник знали, как Тома Гринвуда. Его, казалось, нисколько не смутило столь внезапное появление полиции.       - Майк Шепман, вы арестованы! - объявил Клыкадо.       - А чего так долго? - со скукой в голосе спросил хорек, ставя пустой стакан на столик, - Вы уже десять минут, как окружили мой дом.       И внезапно, сделав резкое движение, он сиганул в открытое окно. Клыкадо с Волкосом машинально совершили выстрелы из транквилизаторов. Дротики со снотворным вонзились в оконную раму. Джуди моментально бросилась к окну.       Этажом ниже находилась крыша близстоящего дома. У стены под самым окном находился батут, позволивший хорьку благополучно приземлиться. Преступник со всех ног уже удирал по крыше. Особо не отдавая себе отчета, Джуди бросилась следом за ним.       - ЭЙ! - крикнул Волкос, выглянув в окно, - ОН УБЕГАЕТ! ЛОВИТЕ ЕГО!       Полицейские, стоявшие на улице, услышав его впали в замешательство и судорожно принялись оглядываться по сторонам в поисках преступника.       - НА КРЫШЕ, БОЛВАНЫ! - завопил волк.       Джуди гналась за хорьком со всех ног. Добежав до конца одного дома, тот ловко перескочил на другой, примыкающий к нему под прямым углом. Джуди настойчиво повторяла все его действия, все время держась на одинаковом расстоянии.       И вот крыша закончилась, сворачивать больше некуда. Хорек остановился на краю и развернулся. Злобно улыбаясь про себя, крольчиха нагоняла злоумышленника. И тут на лице хорька заиграла лукавая ухмылка, он развел руки в стороны и упал вниз спиной вперед.       Джуди в страхе затормозила. Осторожно подойдя к краю и посмотрев вниз, она увидела, что Лжегринвуд приземлился на второй приготовленный трамплин, стоящий уже на земле и бросился бежать в противоположную сторону. Тут Джуди решилась на отчаянный шаг: собрав всю свою волю в кулак она ринулась с крыши вниз пытаясь прицельно приземлиться прямо на голову беглеца.       Когда Ник с Хоботовски и Рыкинсом обежали улицу, то застали запыхавшуюся Джуди, рядом с которой лицом вниз лежал застигнутый врасплох преступник.       - Браво, Хоппс! - похвалил Рыкинс, поднимая хорька на ноги. Глаза у Лжеспайсера снова глядели в разные стороны.       - Молодец, Морковка! - Ник потрепал подругу по плечу.       - Да чтоб вас! - выругался хорек, которому тигр надел наручники. - Второй раз за день головой об землю! Сперва баран, теперь ты, ушастая!       - Майк Шепман, - задыхаясь проговорила Джуди, - Вы арестованы!       - Я не Майк Шепман! - рявкнул хорек, выплевывая зубы на землю. - Ну и удар у тебя, ушастая, прям как у Горностайсона.       - Вы имеете право хранить молчание. Всё что вы скажете, может быть использовано против вас!       - Но вы ведь не хотите, чтобы я хранил молчание, мисс Хоппс? - язвительно спросил хорек, улыбнувшись беззубой пастью, - Хотите, чтобы я все вам рассказал! Кто я такой, как я провел вас, как водил всех за нос...       - Вы имеете право на один телефонный звонок, - продолжала зачитывать Джуди, игнорируя его слова, - У вас есть право на адвоката. Если у вас нет денег на адвоката, его предоставит Зверополис.       Пойманного преступника поволокли к полицейской машине.       - Молодец, - Ник заключил подругу в объятия и расцеловал её, - Горжусь тобой! Задержала в одиночку! Чувствую сегодня будет сенсация в новостях.       - Только у меня телевизора нет, - сказала Джуди,- Не против если сегодня вечером я побуду у тебя?       - А у тебя нет другого выбора, - подмигнул Ник. - Уже вечереет. Рабочий день почти закончился.       -Что-то многовато событий для одного дня, - заметила Джуди, - Давно такого не было! Давай вернемся в кафе, я пить хочу! Продолжим наш прерванный перекус...

***

      Но в вечерних новостях не было сказано ни слова, касающегося происшествия на вилле. Поведали лишь, что волк, найденный в Мастиф-тауне при странных обстоятельствах, оказался частным детективом Рональдом Спайсером.       Явившись на следующее утро на работу, в отдел полиции номер один, Ник с Джуди были крайне удивленны, встретив в холле всех тех, с кем им было суждено провести два предыдущих дня: Клару Форест, Илану Дэвисон, Оливера Скролла, Германа фон Гамбурга, Алекса Уайтбера, Питкерна и настоящего Тома Гринвуда (с трудом передвигающегося даже с тростью).       Первым к ним подошел Оливер.       - Друзья, - произнес он, крайне взволнованным голосом, - Мне сказали, что вы вытащили нас из горящего дома. Это правда?       - Ну, - растерялся Ник, - В общем да...       Енот заключил лиса в объятия.       - Спасибо! Спасибо вам! - чуть ли не плача сказал он, обхватив Джуди.       - Не стоит! - хором сказали Ник и Джуди, после чего машинально на подсознательном уровне, бросились проверять свои карманы. Произошедшее вызвало у них параноидную недоверчивость к объятиям.       Вслед за Скроллом бросились выражать свои благодарности все остальные.       - Простите, но что вы все здесь делаете? - спросила Джуди.       - Пришли послушать оправдания этого чертового самозванца! - ворчливо сказал Гринвуд.       - К тому же у него было обнаружено завещание, которое он нашел на вилле. - добавила Илана.       Подошел Буйволсон.       - Ну что ж, господа, - произнес он, - Допросили мы вчера вашего хорька. Все нам рассказал, кроме того, кто он такой. В его квартире мы обнаружили около дюжины поддельных паспортов, все на разные имена. Его точно зовут не Майк Шепман, и точно не Том Гринвуд. Кожа на его пальцах обожжена, отпечатков нет. Никто не может его опознать, взялся будто бы ниоткуда. Пришлось брать слепки с его зубов, но ничего не выяснилось, кроме того, что он одиннадцать лет назад посещал зубную клинику в деревне Серые Вибриссы. Он сидит в комнате для допросов. Можете не бояться, он прикован наручниками, но никакого рукоприкладства и попыток самосуда! Вас обыщут перед входом. И да, предупреждаю, его крайне трудно слушать без желания набить ему морду.       Когда Буйволсон завел толпу наследников, вместе с Джуди и Ником в комнату для допросов, хорек разразился дружественным приветствием:       - О-о-о, здорово, друзья мои! - протянул он, - Я бы пожал вам руки, да только как видите, я прикован. А где этот рыжий дерганный детектив? Вы его уже повесили?       Самозванец сидел на стуле. Его руки были прикованы наручниками за спинкой.       - Кто вы такой? - сурово спросила Джуди. - Вот этого я вам не скажу, - усмехнулся хорек, - Зачем вам мое имя? Мне двадцать семь лет, этого будет достаточно думаю.       Наследники сердито глядели на него, но никто не сказал ни слова.        - Наверное вы хотите узнать, почему я чуть не убил вас? - спросил хорек, - Так это просто потому, что у меня такой характер. Я зверь простой - меня ничего в жизни не интересовало, кроме того, чтобы поиметь кого-нибудь, обмануть или убить. Особенно сладко убить того, кого ты обманул или поимел. Или все это вместе, да, Оливер? Иланочка?       Скролл и Дэвисон промолчали.       - Почти все нераскрытые преступления за последние три года совершил я, - с маниакальной гордостью произнес хорек, - Почти все, что связано с отравлением газами или ядами, всё это мои хитроумные планы. Не было никакой банды ласок, подсыпающих серногидрат ашерчатовия в лимонады, всех их подставил Спайсер, по моей наводке. Спайсер вообще оказался мне крайне полезен. Мы вместе с ним навели такой переполох: дело о скандале в Литернии, дело о чугунных кроссовках, дело о бриллиантовых слезах... какие были заголовки в газетах! Как же было приятно читать их. "Преступник скрылся", "Преступник залег на дно", а я в этот момент спокойно сидел в ресторане, рядом с вами, а вы и не догадывались об этом, чувствуя себя в полной безопасности. Я мог бы убить любого жителя Зверополиса в любой момент, просто тряхнув рукой у него над едой: раз, и маленькая искра жизни в ваших вонючих телах моментально угасает.       Хорек разразился чудовищным театральным хохотом. Его лицо с раной на лбу, в купе с почти беззубым ртом выглядело мрачно и противно.       "Он так умело притворяется, или он и в правду настолько ненормальный?" - подумал про себя Ник.       - Интересно, - продолжил хорек, - Как озаглавили бы заголовки статей в этот раз? "Дело о проклятых наследниках?", "Дело о поместье с привидениями"? Жаль, что я не увижу этих заголовков. К завтрашнему дню я вообще ничего не увижу. Ну да ладно... Не стану перечислять все, что я совершил за последние три года, скажу только, что это было самое лучшее, что я испытал за всю свою скучную жизнь. Я уже все рассказал этому дубоголовому быку, - он кивнул в сторону Буйволсона, - Можете у него спросить, если хотите. Сперва я начинал с всяких мелких краж, мошенничества, ну и всякого такого, офицер Уайлд может вам подтвердить, он специалист в таких делах.       - Не отвлекайся, - прорычал Буйволсон, - Давай к делу.       - Короче, я познакомился со множеством всякого сброда, с которыми мы вместе крутили дела. Они закалили мой характер и подняли его на небывалую высоту. Я стал умнее их всех, я превзошел их всех... От них я набрался и умению мастерить всякие микросхемы и умение находить хорошо спрятанные тайники. Также я стал превосходно разбираться в ядах и в том, где их найти. Я стал получать удовольствие, выдумывая всякие хитроумные преступления, которые полиция не в силах была разгадать, и реализовывая их. Полиция вообще ничего не может раскрыть, будь это что-нибудь сложнее кражи со взломом, но это и не удивительно, учитывая, какие идиоты у вас тут работают. После последнего громкого моего триумфа, который журналисты назвали "Случай с таинственной коалой из Гринчапелла" я решил взять небольшой отпуск и поехать в Уркхарт. Мне нужны были деньги, поэтому я устроился на работу к этому старому маразматику Гринвуду...       - Ах ты, поганец! - прокричал Гринвуд, замахнувшись тростью, - Да я тебя!       - Мистер Гринвуд, успокойтесь! - поспешил остановить его капитан полиции, - Он провоцирует вас, не обращайте внимания.       - Короче, работаю я у него месяц, работаю второй, - продолжил задержанный, - Под очередным фальшивым именем разумеется. Мне это очень нравится, я чувствую себя кем-то... это не объяснить... кем-то несуществующим и кем угодно одновременно... И тут это старый дурак говорит мне, что мол, побудешь в моих делах за главного, а я пока съезжу в поместье, заберу то, что мне мой покойный друг завещал. Ты, кстати, будешь приятно удивлен, когда прочтешь завещание! Да и вы все собственно тоже. Я нашел завещание Шерстянеску вместо вас, можете не благодарить! Суть была в том, что Шерстянеску завещал свое имущество нескольким зверям, совершенно не знающим друг друга в лицо. И даже дворецкий не знал никого из них, я это понял после слов Гринвуда о том, что Шерстянеску менял слуг как носки, и что он совершенно не помнит такого, как Питкерн. У меня тут же загорелась в голове новая идея, это как наркотик: я долго не совершал ничего из ряда вон выходящего, а тут мне подвернулась возможность так круто напакостить другим и разбогатеть самому! Я не знал на сто процентов, что меня ждет там на вилле, но очень люблю импровизировать. Я снова связался со Спайсером и предложил ему дельце, тот почти сразу согласился, чувствуя запах наживы. Мы со Спайсером очень похожи, вот только им движет лишь алчность и жажда побольше наскрести, в нем нет никакой романтики и никакой фантазии, в отличии от меня. Я посвятил его в свой план: я убираю с дороги Гринвуда и занимаю его место, приезжаю на виллу и представляюсь всем как бухгалтер. Потом предлагаю в помощь Спайсера. Тот приезжает и начинает искать завещание, после чего мы с ним вместе убиваем всех обитателей поместья, включая дворецкого, берем деньги и сматываемся. Конечно весь план я ему не открыл: я планировал убить и самого Рона. Честно говоря, желание прикончить его меня посещало уже давно и я знал, что рано или поздно мне придется это сделать. Хоть он и помогал мне и был полезен в некоторых делах, но... Я не мог терпеть этого волка рядом с собой, он был в какой-то степени конкурент, я должен был остаться один! Только представьте: все, кому покойный хозяин имения что-либо завещает - в конечном итоге умирают, пятеро - в поместье, и один в больнице. Вместе с ними умирают дворецкий и детектив. Кто все это совершил? Неизвестно. Семеро трупов в поместье и один в госпитале, все так или иначе связаны с завещанием. Виновного найти не удается и единственное объяснение: их погубил призрак покойного хозяина дома, вернувшийся с того света.       Хорек мечтательно посмотрел в потолок.       - Помимо всего прочего, - сказал он, - Я воспользовался тем фактом, что у Гринвуда была астма. Он вообще был ипохондриком. Я взял с собой множество всяких лекарств, в некоторые из флаконов я спрятал свои яды: "Аргентумный ферум" и "Калдаханский душитель". Были у меня и противоядия от всего этого, на всякий случай. Но самое главное - я взял с собой целый баллон крайне ядовитого газа, известного как "Кашель болотистых лилий". Я сказал дворецкому, что в баллоне находится стерилизованный насыщенный кислород, который помогает мне пережить приступ астмы. Я прибыл в назначенный день в поместье самым первым гостем, дворецкий принял меня радушно в следствии чего я сделал вывод, что он не знает Гринвуда. Он попросил меня показать удостоверение личности и я его показал. За десять лет я научился делать качественные поддельные документы. Когда я вошел в комнату, в которой жил Гринвуд, то сразу заметил его фотографию, висящую на стене в рамке. Я сказал, что это фотография моего отца, который жил когда-то здесь, благо Гринвуд как и я является хорьком и довольно старый, чтобы сойти за отца. Правда, как только Питкерн ушел, я сразу же вытащил эту фотку и спрятал от греха подальше.        Потом прибыли все остальные. Я сразу понял, что они не знают друг друга, только доктор с садовником упоминали, что как то раз или два виделись на вилле. Мы познакомились, поговорили, я старался произвести очень хорошее впечатление на всех. И произвел. Узнал обо всех почти все, что надо было. Все поверили, что я действительно был бухгалтером Шерстянеску, но меня никто не спрашивал про него. Я понял: всем плевать на покойного, все приехали сюда ради денег. Когда стал вопрос, относительно поисков завещания, я предложил позвать детектива, который сведущ в таких делах, а именно Рональда Спайсера. Медведь вон подтвердил мои слова, он тоже слышал про Рона, что он хорош в таких делах. Свинья вызвалась позвонить ему, баран отвез её в деревню и оттуда она связалась с моим приятелем. Он ждал звонка и тут же сел на поезд. Всё шло по плану, мы продолжали вести беседы в холле, в ожидании детектива, но он все не приезжал и не приезжал. Я начал волноваться: не струсил ли Спайсер, но утешал себя тем, что он вовсе не из пугливых, проворачивал дела и похуже, к тому же он не отказался бы от таких денег.       Однако вскоре произошло нечто непонятное: пришла какая-то зебра и принесла телеграмму, якобы от Спайсера, где он писал, что задержится и прибудет завтра днем. Я занервничал. Серьезно, что это еще такое? Мы с ним так не договаривались. По канатной дороге я поехал в деревню и позвонил Спайсеру на мобильный, но никто не ответил. Я решил не бросать это дело и вернулся обратно, решил подождать до завтра, вдруг у Рона правда возникли трудности, что задержали его.       В тот вечер я поговорил с Иланой, произвел впечатление и заманил её к себе...       На лице белки внезапно проступил испуг.       - Не буду говорить, чем занимались, - усмехнулся хорек, - Скажу только, что эта белка хорошо работает ртом и любит быть сверху. Умеет все, что надо. Всем её рекомендую!       - Я протестую! - вдруг закричала Илана.       Буйволсон подошел к хорьку и залепил ему пощечину.       - Еще раз позволишь себе говорить в таком тоне, получишь апперкот. - предупредил он.       - Да я просто привык говорить правду, - сказал хорек, облизывая губы, - А вы, капитан, бьете как баба. Даже ваша зайчиха своими задними лапами избивает больнее. Ну в общем с белкой я хорошо поиграл. Потом мне оказалось чертовски полезным соблазнить еще одного...       - ЧТО? - вскрикнула Клара. - НЕТ! ЭТО ЛОЖЬ!       - Боже упаси, миссис Форест, - замотал головой хорек, - Я не имел в виду вас. Я говорил про другого. В целях анонимности не будем называть его имя. Скролл вам сам расскажет, если захочет. Он любит изливать душу, вон с вашим коллегой, Уайлдом, они тоже по душам поговорили. Скролл обожает всем рассказывать, как его отец и сестра умерли от водобоязни, после того как их покусал больной лис, а потом его дядя Мяулае оставил его бедненького в приюте, где над ним издевались другие дети, потому что он енот. Прям до слез, в пору расплакаться. От такого отношения у бедного Оливера повредилась психика и поехала крыша. Он перестал понимать, какого он пола. Короче, чтоб полностью войти в доверие, пришлось полностью войти... В рот, я конечно, был вынужден взять, но потом отыгрался на нем по полной: наш Оливер любит под хвост... Прям так приятно стонет от этого. В старую эпоху его бы с обрыва сбросили. Хотя ему бы это только на пользу пошло, может мозги бы на место вста...А-А-А-А-А-А-А!!!       Хорек завопил от боли, когда Буйволсон схватил его руку и начал выкручивать пальцы.       - Я предупреждал! - обратился капитан к присутствующим, - Слушать его более пяти минут без желания причинять боль невозможно.       - Я больше не буду! - взмолился хорек и буйвол отпустил его, - От Оливера я узнал, что здесь есть тайный проход, о котором никто не знает. Рассказал мне, что он находился в холле под столом. Я понял, что это может быть путем к отступлению в случае чего. А на следующий день ситуация еще больше ухудшилась: эта тупая свинья... простите-простите... миссис Форест вызвала копов. Это сильно осложнило дело, хотя, когда я их только увидел, то решил, что они не опасны. Я думал обсудить сложившуюся проблему со Спайсером, когда он приедет. Но потом случилось нечто еще более ужасное: вместо Спайсера пришел какой-то непонятный лис в его одежде. Я был настолько поражен и ошарашен, что поперхнулся шампанским, когда его увидел. Я попросил у него документы. Он бегло показал их мне, не дав даже как следует рассмотреть, но я сразу понял: это удостоверение Рона со вклеенной липовой фотографией этого лиса. У меня тут же возникло две теории: либо Спайсер послал вместо себя кого-то другого, но зачем, совершенно непонятно; либо Спайсера сцапали копы и послали вместо него ряженного легавого. Я выбрал вторую теорию. Это только подогрело мое стремление создать идеальное преступление.       Я решил сразу избавиться от него. У меня с собой был ингалятор от астмы, который я постоянно носил с собой, чтобы поддерживать иллюзию болезни, но на самом деле внутри ингалятора был аргентумный ферум. Когда лис позвал нас на второй этаж, я немного задержался в холле и подбросил одну гранулу в бутылку, которую он оставил на окне. Мы бродили по комнатам, искали тайники, ферум в это время уже растворился в бутылке. Когда мы спустились вниз, я старался держаться как можно дальше от окна. Все получилось: лис сделал глоток и начал задыхаться. Признаться, я не ожидал, что доктор спасет его. Когда этот псевдо-детектив спустился и публично заявил, что кто-то из присутствующих на вилле хочет всех убить, я сразу понял: он знает, что было задумано, но не знает кто именно это задумал. Я стал вести себя, как будто ничего не понимаю, как будто был не в курсе задуманного. Этот детектив устроил обыск в моей комнате и обратил внимание на пустую рамку, где висел портрет Гринвуда, я ему сказал, что там висел портрет моего отца, но Шерстянеску снял его в виду своих странностей. Мне поверили.       Далее он устроил голосование, которое помогло мне и которое я обратил себе на пользу. Мне нужно было подставить кого-то. Сперва я выбрал Скролла, поскольку думал, что его подозревают больше всего, он был заядлый лисофоб и вообще вел себя вызывающе. Но, оказалось, что только я один проголосовал за него. Два голоса были против медведя. Таким образом мой выбор пал на него. Раз большинство за садовника, так пусть все будут против него! Кроме того, голосование показало, что меня самого никто не подозревает, а это было очень кстати. Еще за ужином моя наблюдательность подсказала мне, что Уайтбер, в отличии от остальных, пьет кофе вместо чая, это я тоже решил использовать в будущем.       Когда я жил в детском лагере, один ирбис показал мне интересный фокус. Мы украли ночью еду с кухни, а объедки подбросили одному поросенку в комнату, пока тот спал. Далее, при помощи хитрых манипуляций с проволокой в замочной скважине ирбис заблокировал дверь, так чтобы ее невозможно было открыть. Когда вожатые пришли разбираться, подозрения пали как раз на этого свина. В итоге ему здорово досталось тогда!       Я решил воспользоваться этим методом. Опять же мне помог этот горе-сыщик. Помог тем, что велел всем заблокироваться изнутри. Это дало мне фору. Ночью, покинув свою комнату, я на цыпочках поднялся на третий этаж и при помощи проволоки заблокировал дверь в комнату Уайтбера. Потом спустился вниз, взломал замок в комнате Клары, зашел внутрь и набросил ей спящей на голову кусок ткани, вырезанный из моего покрывала. Пару секунд удержания, пара ударов кулаком в живот и вот нужный эффект достигнут - истеричные крики на весь дом. Я выбежал из комнаты, стараясь топать как можно громче и производить как можно больше шума. И как только услышал, как остальные начинают разбирать баррикады, тихо вернулся в комнату, чтобы притвориться, что тоже немало удивлен.       Мне не будущее потребовался бы транквилизатор зайчихи. Когда лис-коп сказал, что оставил ключи от наручников в комнате, я вызвался сходить за ними, чтобы обшарить их комнату. Но он побежал сам... Я потом все таки тайно обшарил комнату, однако было темно и я ничего не нашел, а включать свет было рискованно, к тому же у меня было всего несколько секунд на поиски... Чем они там занимались можно только предполагать. Вообще странно, как лис и заяц могут предпочитать друг друга? Но раз уж так получилось, не мне их судить. Если хотите еще большего разнообразия, можете взять с собой поиграть Илану и Оливера. Эти двое те еще извращенцы! ОЙ!       Капитан полиции резко ударил хорька в живот.       - Шеф, полегче, - попросил Ник, - Он же просто провоцирует вас.       - А мне приятно! - сказал Буйволсон. - Продолжай.       - Наутро, - запыхаясь произнес хорек, - Я пошел в гостиную и начал играть в шахматы с голубком Оливером. Когда он ушел, я встал с кресла, завел тему для беседы, расхаживая вздад-вперед по комнате. Пока все были заняты разговором, я, проходя мимо столика с едой, подсыпал душитель в чайник. Далее было бы два варианта развития событий: все, кто пьют чай умирают, а я, приняв противоядие, притворяюсь мертвым, а потом разделываюсь со всеми оставшимися, либо нас всех опять спасают и это обеспечивает мне дополнительное алиби, а Уайтбера прихлопывает полностью.       Получился второй вариант. Доктор сказал этому легавому про противоядие и тот дал его всем. Я его тоже принял для вида, хотя этого по сути и не требовалось. Я сделал всего один глоток из своей чашки, этого крайне недостаточно для летального исхода, но достаточно для покраснения глаз. Как только я почувствовал первые симптомы жжения в желудке, то тут же принял противоядие, которое до этого спрятал в пирожке. Ушастая копша обезоружила медведя, мы перетащили его наверх и привязали к кровати. После этого я сразу же начал благодарить всех подряд, и во время объятий украл у зайчихи транквилизатор. Вскоре лис-легавый велел всем запереться в комнатах. Я так и сделал вместе со всеми. Пока я сидел в комнате и ремонтировал рацию, то через стену слышал, как лис допрашивает медведя, тот ни в чем не признавался само собой. Мне предстояло совершить очень рискованную операцию: избавиться от Уайтбера, чтобы ни у кого больше не оставалось сомнений, что во всем виноват он. Я подождал пока сыщик уйдет и тихо вышел в коридор, там никого не было. Я по-тихому взломал дверь, вошел внутрь и выстрелил дротиком в медведя, тот без лишнего шума вырубился. Я взломал наручники, отвязал его от кровати, потом связал ему лапы за спиной и затолкал его под кровать (вы не представляете, как тяжело это было, учитывая наши различия в весовой категории). Я открыл лоджию, чтобы инсценировать его побег через окно, я правильно рассчитывал, что если все забегут внутрь и увидят открытое окно, то ни у кого и в мыслях не возникнет проверить под кроватью. Я перезарядил транквилизатор, вышел в коридор и планировал спрятать оружие в цветочном горшке, но... ха! Ни тут то было! Обернувшись я с ужасом узрел перед собой Питкерна, который видел, как я выхожу из комнаты медведя с пневматическим пистолетом в руке.       Признаюсь, я растерялся. Я попытался что-то объяснить ему, но похоже, что баран все понял. Он заорал "Полиция!!!" и мне больше ничего не оставалось, кроме как пустить и в него заряд со снотворным. Дротик попал в живот дворецкому, тот завопил и бросился на меня, ударив в лоб своей башкой. Пошел на таран, так сказать: он насадил меня на рога, а за моей спиной было окно. Мы оба вывалились из окна второго этажа и шмякнулись об землю, падение было не вполне удачным я вам скажу: я звезданулся головой об каменный пол и сильно расшиб голову. Снотворное уже подействовало на барана, он так и остался там лежать. У меня был разбит лоб, текла кровь, кружилась голова. Чтобы не вызывать подозрений нужно было срочно вернуться обратно в комнату, промыть рану и скрыть её. Я абсолютно не представлял как это всё сделать... я поплелся к дому, но голова кружилась очень сильно, а ноги не слушались меня. В конечном итоге, я прижался спиной к стене и так и стоял пока меня не нашли эти двое легавых. Сперва я думал: все кончено, меня разоблачили, но оказалось, что не все так плохо: они подумали, что это Уайтбер разбил мне голову. Это все из-за того, что я побормотал себе под нос "Он напал на меня...", имея в виду Питкерна. Получилось даже лучше: моя ошибка, что чуть не прикончила меня, создала мне еще больше алиби! Хорошо, что им не пришло в голову обыскать меня, иначе они нашли бы транквилизатор у меня в кармане. Пока я сидел в кресле с перебинтованной башкой, копы обыскивали рощу вокруг поместья. Когда они пришли обыскивать дом, то начали с первого этажа. Я в этот момент уже пришел в себя, поднялся на второй этаж, под предлогом принять лекарства, и войдя в комнату медведя, дал ему уже третий за день заряд снотворного и скинул его с лоджии в кусты. Естественно, после этого они обыскали весь дом, включая эту комнату и не найдя ничего пришли к выводу, что медведь вообще исчез со скалы.       А потом все было вообще круто: заяц с лисом вызвали подкрепление, которое прилетело и зацапало этого ряженного клоуна. Оказалось, что это не легавый под прикрытием, а какой-то левый идиот, узнавший про планы Спайсера, избивший его и вставший на его место. Перед отправкой я обнял зайчиху и подложил ей транквилизатор в кобуру. Это было совершенно не необходимо, можете считать это ребячеством, однако мне было приятно пойти на такой ход, чтобы запутать все еще больше. Представляю себе их морды, когда они обнаружили этот транквилизатор в вертолете.       Когда полиция улетела мы остались вчетвером с доктором, Иланой и Оли. Наивно решив, что теперь они в безопасности, друзья пошли на кухню и принялись поглощать консервы, а я между тем, как обычно под предлогом принятия лекарства, поднялся к себе в комнату, взял баллон и перетащил его в ванную на первом этаже. После чего, провернув все тот же фокус проволокой в замке, я отправился на кухню и попросил Оливера зайти в ванну. Этот извращенец тут же согласился, как только я предложил ему уединиться. Заведя в ванну я оглушил Оливера, после чего, открыв баллон с газом, вернулся к доктору и телке, сказав им, что еноту стало не по себе. Они побежали к нему на помощь, я захлопнул за ними дверь и на всякий случай завалил её мебелью. Как же приятно было слушать, как они умоляют меня отпустить их, изо всех сил цепляясь за жизнь, которая с каждой секундой покидала их! Я в последний раз поднялся в свою комнату, то есть в вашу комнату, мистер Гринвуд, собрал все улики, все медикаменты и сжег их. Огонь начал распространяться по всему дому, финальный штрих моего торжества. Я пришел в холл, открыл потайной люк и спустился по тайной лестнице вглубь шахты. Там внизу меня ждал сюрприз: шкатулка с надписью "Завещание моим дорогим наследникам". Ценный приз за мою победу. Я пришел себе домой, открыл её... но там не было никаких акций, только само завещание, всего один лист бумаги. Это вогнало меня в гнев. Я пошел в больницу и притворившись доктором впустил яд в тело Спайсера. Нет, ну а что? Должен же был кто-то ответить за мою обиду? Капитан, - обратился хорек к Буйволсону, хитро улыбаясь,- Не зачитаете ли вы завещание Мяулае Шерстянеску его дорогим наследникам? Думаю, им было бы приятно!       Наследники с любопытством посмотрели на капитана. Тот, казалось, сильно разволновался.       - Это нашли в комнате у задержанного, - сказал он, наконец, вытащив из папки пожелтевший лист бумаги, - Проверили на подлинность: документ действительно составлен и зарегистрирован Мяулае Шерстянеску.       Буйвол протянул лист Скроллу. Енот взял его в руки и бегло пробежал глазами, по мере прочтения лицо его становилось все более и более возмущенным, после чего приняло совершенно серьезное выражение и он прокашлявшись начал зачитывать бумагу вслух:       - "Последняя воля и завещание Мяулае Шерстянеску. Я, Мяулае Шерстянеску, находясь в здравом уме и трезвой памяти, делаю следующие распоряжения своим имуществом:       Во-первых: миссис Кларе Форест, я ничего не завещаю из своего состояния, поскольку считаю, что у этой секретарши и так харя треснет от всех драгоценностей, что уже есть у неё. Добавлять к этому еще и мои акции было бы вообще немыслимо. Секретарша из неё так себе, чтобы что-то получить надо усерднее работать. К тому же Клара угрожала мне, что выдаст мой секрет относительно того, как я распоряжаюсь пожертвованиями, собранными для сирот. Меня это очень огорчило!       Во-вторых: моему дорогому племяннику Оливеру Скроллу (или племяннице, я не совсем понимаю, кто ты, учитывая твои предпочтения) я тоже ничего не завещаю из своего имущества. Можешь забрать себе мой дом и жить там сколько тебе влезет, ведь он всегда принадлежал тебе по праву. Надеюсь, что ты сдохнешь от водобоязни как и твой отец. После Скролла рекомендуется облить дом бензином и сжечь в целях дезинфекции, ибо жить там будет невозможно после него!       В-третьих: моему бухгалтеру Томасу Николасу Гринвуду я желаю скорейшей и мучительной смерти в агонии, я всегда тебя ненавидел за твои издевки надо мной в детстве. Ты думал я все забыл! Так вот: я ничего не забыл и ничего не простил! Хвост тебе, а не мое имущество!       В-четвертых: леди Илане Дэвисон я также ничего не завещаю, поскольку считаю, что такие куртизанки, как она не достойны владеть моими акциями. Посиди-ка без денег и поплачь. В следующий раз будешь думать, перед тем как принимать решение. Не надо было отказывать мне!       В-пятых: доктору Герману фон Гамбургу я тоже ничего не завещаю. Мало того, что я ненавижу скунсов и считаю их биологическим мусором, так ты, Герман, еще и подшучивал надо мной все детство. Надеюсь теперь вы с Гринвудом будете подкалывать друг друга и чувствовать какого это!       В-шестых: моему дорогому садовнику Алексу Уайтберу я завещаю шиш с маслом. Как я уже говорил, чтобы что-то заслужить надо как следует трудиться, а ты довольно посредственно ухаживал за моим садом.       И последнее: дворецкий Питкерн тоже ничего не получит. Можешь на меня не обижаться, ты не один такой. Другим до тебя я тоже много чего зажилил. Я всегда платил своим слугам вдвое меньше, чем они того заслуживали.       Вы спросите "А что же будет тогда с моими акциями, которые я никому не завещал?". Можете не беспокоиться на этот счет: я уничтожил их. Я устроил шикарный костер за своим поместьем и танцевал вокруг него, как бедуин. Вы наверное уже спали и видели, как после моей смерти станете пересчитывать мои деньги, держа их в своих руках. Так вот: единственное, что вы подержите в своих грязных лапах, это свои хвосты, которыми вы будите утирать слезы, горюя по денежкам, которых вы никогда не увидите."       Скролл закончил чтение. Абсолютно все наследники стояли как громом пораженные. Тишину нарушало лишь истеричное ржание хорька, прикованного у стулу.       - Что ж, - сказал Скролл, - Очень похоже на Мяулае.       Настоящий Гринвуд с Гамбургом выхватили листок из его рук и упираясь друг в друга головами принялись перечитывать его.       - Ну, с точки зрения бухгалтерии бумага составлена правильно, - сказал Гринвуд.       - Это что получается, - спросил Уайтбер, - Нас чуть не убили просто так? Мы чуть не погибли ради ничего?       Задержанный расхохотался еще больше. Если бы какой-нибудь глухой зверь смотрел бы сейчас на него, то ему показалось бы, что хорька сильно бьет током.       Клара Форест упала в обморок. Доктор бросился помогать ей.       - Знаешь, Том, - Скролл обратился к задержанному, - Не против, если я тебя так буду называть? Вы с Мяулае очень похожи. Я бы даже сказал, что ты его реинкарнация. Он тоже обворовывал сирот, а потом смеялся над этим, прямо как ты упиваешься своим садизмом. Ему доставляло радость приносить боль и отчаяние другим. Если бы он был жив, то с удовольствием взял бы тебя в ученики. Вы бы нашли общий язык!       - Я тоже как-то нашел твой язык у себя во рту, - ответил хорек, - Не смотри на меня с такой ненавистью и презрением, Оли. Я знаю, что ты любил меня. Скажи мне, почему ты не воспользовался тайным ходом в поместье, если знал о нем? Я думаю, что ты боялся за меня, боялся что меня убьют, боялся потерять меня... ха-ха! Поэтому ты притворился, что сидишь в изоляции как и все и не можешь покинуть эту чертову скалу. Как ты вообще терпишь себя такого? Я бы на твоем месте давно бы с собой покончил... А-А-А-А-А!!!       Скролл резко подпрыгнул на месте и со всего размаху врезал ногой по груди задержанного. Тот, издав вопль боли, упал на пол вместе со стулом к которому был прикован и начал задыхаться. Наследники разом зааплодировали еноту, с удовольствием глядя на корчащегося в кашле хорька.       - Собственно, думаю что это всё. - сказал Буйволсон, поднимая стул с задержанным и ставя его обратно, - Тебе парень, - обратился он к хорьку, - за все твои проделки светит вышка. Другого просто не дано!       - Я так не думаю! - отдышавшись сказал хорек и лукаво улыбнулся, - Суда не будет. Вам не отправить меня на электрический стул! Я избегу наказания! Вот увидите!       - Любопытно посмотреть как ты планируешь это сделать. - сказал буйвол.       - Скоро сам все увидите! Ха-ха-ха!       - Он отравил себя! - внезапно сказала Джуди.       Выражение лица буйвола сменилось удивлением, а хорька - страхом.       - Когда мы его брали, - сказала Джуди, - Он что-то пил. Да, как только мы забежали в его квартиру он поставил пустой стакан на стол. Я думаю он выпил какой-то медленно действующий яд. Он хотел, чтобы мы его взяли. Думал, что похвастается нам, какой он гениальный преступник, а потом умрет и мы не сможем предать его суду. Думаю хорошо бы отправить его в госпиталь.       - Пожалуй так и сделаем, - Буйволсон схватил стул с задержанным и потащил его в коридор.       - НЕТ! - завопил хорек, - ВАМ УЖЕ НЕ УСПЕТЬ! ВАМ НЕ НЕЙТРАЛИЗОВАТЬ! ВАМ УЖЕ НЕ СПАСТИ МЕНЯ! Я УЖЕ ИЗБЕЖАЛ ПРАВОСУДИЯ! Я УЙДУ НЕПОБЕЖДЕННЫМ!       Дверь в комнату допросов захлопнулась и наследники остались наедине с Джуди и Ником. Клара уже пришла в себя.       - Фантасмагория! - медленно произнесла Илана.       - Господа! - сказал Питкерн, - Я хочу сделать объявление! Не могли бы мы выйти на улицу?       Когда толпа вышла на задний двор, дворецкий продолжил.       - Я подумал, что все что со мной произошло, это расплата за мои грехи. И раз я выжил, то тоже хочу сделать признание. Это из-за меня умер Мяулае Шерстянеску. Я работал на него всего два месяца и возненавидел его больше всех на свете. Он с таким наслаждением рассказывал как умирали дети, которые не получили лекарства, потому что все деньги он забрал себе, так упивался своей жестокостью. В тот вечер, когда ему стало особенно плохо, он потребовал, чтобы я позвонил доктору Гамбургу и вызвал его. Я поехал в Harehole и позвонил вам, доктор, спустя час, намеренно потянув время. Когда я вернулся на виллу, Мяулае был в агонии. Он спросил меня, почему я так долго, на что я ответил "Простите, сэр, связь не работает, доктор сегодня не придет!". Шерстянеску завопил в ужасе, схватился рукой за горло и упал с кровати. Когда вы, доктор, приехали он был уже мертв.       Казалось, никто из наследников не был шокирован этим признанием.       - Я вас не осуждаю, Питкерн, - сказал Скролл, - Вы сделали что должны были. Собаке собачья смерть. Я бы поступил точно также.       - Я тоже хочу сделать заявление, - вздохнул Гамбург, - Я подтверждаю слова Питкерна. Мяулае был раздражающим и в детстве и всю оставшуюся жизнь. Но к концу его жизни, терпеть его стало невыносимо. Но когда он стал хвастать и упиваться своими чудовищными поступками... Он вызвал меня, когда у него была сломана нога, вместо лекарства я дал ему очищенный "Топольский гриб". Этот яд и спровоцировал его болезнь. Если бы вы, Питкерн, позвонили вовремя и не тянули бы время, то прибыв в поместье я собирался дать ему "Горе нарцисса". Этот яд не оставляет следов. Приди я вовремя, Мяулае все равно умер бы в тот день.       - И у меня есть что сказать, - добавила Илана, - Шерстянеску, на одной из своих вечеринок, затащил меня в спальню и пытался склонить... Я отказала ему, он в ответ сказал, что ему не стоит переходить дорогу и рассказал о своих преступлениях. Это так ужаснуло меня, что я... рассказала своим братьям. Они подкараулили и избили Шерстянеску... сломали ему ногу...       Все посмотрели на Уайтбера.       - А чего вы на меня так глазеете? - спросил он, - Нет, у меня конечно возникало желание огреть его лопатой по голове и сбросить со скалы, причем весьма навязчивое желание, но я сдерживался, хотя и с трудом. Я тоже никого не осуждаю.       Клара и Гринвуд отошли в сторону, как бы показывая, что они здесь ни при чем. Ник вопросительно взглянул на Джуди.       - Решай сам, - сказала она, уходя обратно в отделение.       Ник взволновано оглядел наследников.       - Так, - прокашлялся он, - Учитывая личность покойного, мы сделаем вид, что не было этого разговора. Но на будущее: чтобы такого больше не было! Вам, доктор, вообще должно быть совестно, ваша задача - лечить пациентов, какими бы они не были...       После этого все наследники на прощание пожали ему лапу.       - Ты отпустил их? - спросила Джуди, когда лис догнал её.       - Еще бы. Только не говори, что ты не поступила бы также! - подмигнул он.       - А если у кого то из них был включен диктофон и они записали весь разговор? - усмехнулась крольчиха, - Это может стоить тебе не только работы.       Ник в ужасе замер на месте.       - Ладно, успокойся, глупый лис, пошли, узнаем как у Вениамина дела с диетой!       - Зачем ты мне это сказала? - спросил Ник, - Я же теперь спать не смогу. А вдруг у кого-то и вправду был диктофон?       - Да брось, кому это надо!       - Нет, я серьезно, - продолжал Ник, - Я теперь постоянно буду об этом думать!       - Просто забудь... - смеялась Джуди.       - Я правда параноиком стану. Жаль, что усадьба сгорела... я купил бы ту скалу и жил бы там в изоляции...