Муторная речка

Обоссаная помойка, освещаемая лучами красной луны, была до отказу переполнена трупами долбоебов в ватниках и различными обломками пидорских вундервафлей. Всё вокруг горело, пердело и блевало. Посреди всей ебучей хуйни стояли перепризнанные герои Эквестрии, а напротив них, чиста как в мортел комбате, стоял их заклятый враг…

***

Жопа очень болела и сильно хотелось срать, ссать, пить, есть и срать. Я протер забитые гноем и харчками глаза, увидев перед собой обыденную картину. Я лежал на кантерлотской помойке в старой покрышке от трактора с очень модной капитанской фуражкой на голове. Я попытался выбраться из шины. Спокойно встал и благополучно вылез, без всяких происшествий, а потом запнулся об ебучие 5 копек и свалился нахуй с помойки прямо в горную реку, пролетев вниз десятикилометровку по водопаду. В принципе, это даже хорошо. В реке я и попил, и посрал, и поссал. А спустя десять ударов ебалом о разбросанные в речке топоры я и поспал. После хорошечного отдыха я снова раздуплился в каком-то отстойнике с водичкой, парашкой и гематогенчики-чиком. Первым делом схрюмкаф гематоген и извазюкавшись блин парашей, я все-таки пришел в себя. — Ну аче)? Что произошло-то такое?! — с негодованием спросил я самого себя. Подождав пару часов, я не получил ответа. В следствии чиво было принято разрешение экрана вылезать из блядского пидарского колодца. Тупа ползти по тунелю к свету, как мой батя. Выпав яки пакет с говном из блядского колодца, я упал прямо в тачку для насвая, которая благополучно прикатила меня к крыльцу нашего дома, после чего развалилась как СССР. На крыльце меня уже встречал уебищного вида еблет. — Оп-п-па гам-гам-стайл. Гам. Прив, — сказал Битч, после чего кинул окурок в урну, но, как оно и бывает, промахнулся и окурок угодил прямиком в приют для сирот, выстроенный целиком из солом. Все сгорели сдохли нахуй блять ( — Битч, епта-ма бля, чо за хуйня… а)? Последнее, что я помню — нихуя. Какого хуя я всплыл в парашнем, парадном колодце нашей БИБЫ? — недоуменно полностью охуел я. — А, ну так говно как бы э, хуле. Не ну, а ваще, если чисто уж по чесноковичу, то я слыхом слыхивал, что Быч как-то на досуге пошёл на речку по грибы. И чо-та он нахуй как взял блять реку, как сука повернул её в наш колодец и вот, теперь, ну, вот. Каждый день какой-нибудь зверски выебаный в жопу обезглавленный труп вылавливаю в колодце, когда иду жепу мыть. Блядство! — Не, ну это не про меня! Я не труп, да и голова на месте, ну типа. — В смысле нахуя? Если кто в речке кто-то умрёт, все в наш колодец парашный пойдет. А из такой-то замиксованой параши насвай понажорестей получица! Да и ты, долбоеб, любишь в речки падать — чтоб не потерялся! Двух телок одним хуем трахнул, хе-хе-хи. Почесав затылок залупой, я присел рядом на крыльцо и продолжил с пристрастием свой рассос. — Так что в Кантерстрайке было? Я помню, что Быч женился да съебал в неизвестном направлении на спизженной карете Шрека. — Ай, да по классике: тебя разъебало с двух стопок сока и ты упал под стол. А ты же черный, как негр, прислуга подумала, что ты мусорный пакет, и выкинула тебя на помойку. Я же, тем временем, разжег угли для кальяна и пиздел весь вечер с кобылами, а там, слово за слово, пизда к пизде и хуй в жопе! — доставая айкос из могилы, поведал мне Битч. — А на утро на велике поехал домой. — В смысле утром? Сейчас же только светает, — заметил я. — Дак это неделю назад было. Я уже хотел было задать с пару десятков тупых вопросов, как вдруг из дома вышла Рарити и сказала: — Битч, сходи в магазин, купи мне брюликовых прокладок!

***

Оказалось, что все действительно было по классике. Я как всегда самый первый проебался, Битч таки соблазнил Рарити своими жирными копытами и кубиком пресса, а Быч проебался в неизвестном направлении, а точнее очень даже известном. Быч решил забить на все хуй, купил участок на окраине Понивиля, построил дом и живет теперь со своей женой. Собственно, я решил проведать его, а заодно и узнать о жене. Притараканив себя в нужное место, я встал напротив шикарного дворца из яблочной фанеры и шифера, окруженного колючей проволкой, по которой шел ток. Быч же стоял у калитки и рыбачил в луже пива. Я молча подошел, и мы начали пристально смотреть в лужу на протяжении суток. В конце концов, я все же решил поинтересоваться: — Чо делаешь? — Ловлю пивную рыбу. Пиздатая тема, сразу выпил и закусил. — Так такой не бывает, — ответил я, но спустя пять минут переспросил. — А что, реально? — Ну так-то да блять, какая нахуй пивная рыба… — после чего кинул удочку в лужу, облил ее керосином и сжег. — Хули хотел-то? — Да вот, проведать пришел тебя. Как ты тут, что ты тут. Что за жена в конце концов, блять. Где ты нашел ее? У Фенси Пенса в его pants? — разведя копытами и уебавшись лбом о топор, спросил я. — Да, я у этого Фани Пениса ебаного. — Сказал Быч, засунув большие пальцы в карманы на джинсах. — Короче, дело было так…

Поф Быч

Ну вот так как-то

Конец пов Быча

— Ого, вот это нихуевая история, дружище блин! — ответил я, присев на очко. — Не ну если ряльна)

Поф Быч

Не успел я выйти из залитой кровью, мочей и говном Селестиной избушки, как ко мне подбежала летящей походкой нихуевого вида кобыла Танюха, а вслед за ней и хуевого вида какой-то хер моржовый пидарского типа. — До меня дошёл прослушович, что Вы, якобы, очень молодец, спасли нас от крайне вероломного и совершенно неприкольного вторжения совсем уж не фешенебельных чейнжлингов… В таком случае, я, Фенси Пенс, собственной персоной, так уж и быть, снезойду и приглашу вас на свою турбо-пати вечеринку в моей спешл амбеливбл резиденции… — Угощаешь? — Разумеется! — достав чекушку из трусов, охотно закивал пепс. — Ну так и хули ебать. Чо еще не идем? Пиздуй веди блять, чепушила. — Ох, я, конечно, слышал о ваших грубых манерах, но на самом деле вы еще большее чмо! Я это уважаю… Пройдемте. Долго ли коротко ли, мы пиздовали по супер мажорскому Кантерлотскому райончику. Не успели еще убрать трупы этих дырявых пидаров, так эти такие же дырявые пидарасы уже выебываются по всему району на своих мажорских бэхах (ну типа вы поняли) — Это, конечно, не те нищебродские избушки, в которых Вы привыкли проводить время, но, надеюсь, вам будет комфортно в моем скромном жилище. — Бросив копыто на брюликовый особняк пробубнил Фенси Пепс, оттряхивая говно с подков. Внутри просторного зала было множество мажористых пони, занятых у различных столов для игр азартных игр на очко и матерей. Однако, меня это не сильно интересовало, первым делом я стал принюхиваться к стенам. — Да, редкостные мажоры. Нет чтоб как все нормальные люди из яблочной фанеры построить, они из грушевой сделали... — Быч почесал затылок, оглядывая этот грушевый дефолт. — Мисье Быч, как видите, я вас немножко наебал, ведь вы лох, а я такой пиздатый. — В очередной раз повыебывался Фенси Пенс. — В смысле наебал? Халявного пива не будет? — Я расстроился. — Не в этом дело. Как вы могли заметить, эта вечеринка - игральный вечер, а у вас есть кое-что, что я хотел бы у вас честно выиграть. Ведь вам - быдлу, оно все равно без пользы — Фенси Пенс уже заебал выебываться. — Нихуя себе. И что же нужно от меня мужику с домом из грушевой фанеры? — Я ахуел. — Мне нужна ваша БИБА. Место весьма интересное, только вот, быдлом заполоненное. Я бы хотел превратить её в элитарный загородный клуб для элитных персон! — Фенси Пенс сделал сальтушку. Я уже хотел было вежливо разбить ебало Пенсу и пойти бухать на свадьбу, но мне всё никак не давала покоя та кобыла, все время стоящая за спиной Пенса. — Слыш, Фани Пенис, а это кто? — Я ткнул пальцем в лоб загадочной кобыле. — О, это моя дочь от первого брака. Танюха Бракованная. — Фенси Пенс представил Танюху. — Похуй, давай сыграем, я ставлю БИБУ, ты ставишь свою Танюху, иначе мне поебать. — Я закосплеил Райана Гослинга. — Хихихохо, какой же вы профильный простофиля! Оно мне на руку. Пожалуй, дабы чувствовать себя еще более пиздатым, я дам вам выбрать игру, которую вы безнадежно проебете мне, самой ахуенной персоне в Эквестрии — Фенси Пенс сделал еще одну сальтушку. — Сыграем в городки. Кидаем 1 раз. — Я не думая ответил. Городки были расставлены, все гости столпились в центре главного зала, трепетно наблюдая за игрой. Фани Пенис кинул первым, почти полностью сбив городок Быча. — Дадим фору бедному быдлу) — Ухмыльнулся Фани пенис, а вместе с ним захохал весь зал. Быч похрустел шеей, вырвал нахуй центральную колонну и швырнул в несущую стену. Весь особняк развалился в пизду, все сдохли блять. — Грушевая фанера слишком хлипкая. После чего Быч закинул Танюху на плечо и убежал в сторону свадьбы.

Конец пов быч

— Так, ну это понятно, а сейчас то что? Где она, жена твоя, эта, как ее… Танюха, во! — вопросительно посмотрел я на похуистическое ебало своего друга. — Да, сука, шлюха, бросила меня, за сотку биткойнов променяла, пидораска, вот! Уехала с каким-то репером-пидаром, найс! — и че-та пригорюнился. — Да похуй) Че там, телки эти, кабылы, шлюхи, давай лучше пройдемся, а то давненько мы просто не гуляли, не проводили время нормально там, не отдыхали, пива не пили. — Да что мелочиться то, ебать, давай прокатимся с ветерком! — после чего нажал на кнопку в воздухе, после чего дом сбросил свою стелс-маскировку, и на его месте появилась турбо-четырка в портвейный цвет, турбо-спорт четырка, хе. Подойдя к этому агрегату, я невольно ахуел, да. — Ого! А откуда у тебя такая крутая тачанка? — В кепке гайки нашел, да склепал на досуге, пока в канаве валялся. Усевшись в удобное кресло-качалку в машине, я тут же через аукс подрубил свой любимый плейлист: «Мешапы и всякий калич», после чего и Быч, как влитой залетел через багажник на водительское место, после чего откупорил бутылочку пива, а другой достал вейп, а затем посмотрел на меня и спросил: — Ну чо. — Да ниче) — Ну все, ебать) — и дал по газу. Мы просто ехали прямо, куда глаза глядят, навстречу горизонту, под душевную музыку, с хорошим пивасом, вкусным вейпом, без всяких залуп. Мы ехали так до глубокой ночи, встретив закат, попытавшись догнать уходившее солнце. В итоге, я таки сделал глоточек пива, нахуярился в сию секунду и вырубился. Проснувшись уже к рассвету, я, с похмельным трудом разлепил глаза пласкогубцами, лежащие в бардачке, и увидел, что Быч, судя по всему, уже давно дрыхнет. Знатно ахуев, я посмотрел вперед и увидел неплохой такой трамплинчик. — Быч, ебаный твой рот, блять! Проснись, сука! Убьемся! — начал я трясти Быча как можно сильнее, чтобы он очнулся. Быч только перевернулся на другой бок и заявил: — Один хуй с колеи никуда не денемся… — А чо такое колея. — спросил я. В следующую секунду мы заехали на трамплинчик со скоростью триста километров в час и отправились в полет прямиком хуй знает куда и зачем.

***

— Что ж, блять, это уже начинает быть нормой. — произнес я, смотря на быстро проносящиеся мимо облака, немецкие вертушки, воздушные колесницы и удивленно смотрящих на нас пегасов. Повернув голову в сторону Быча, который упал головой на руль, от чего наш драндулет издавал протяжное гудение, от которого закладывало уши. Но несмотря на всю эту ситуацию, я резко протрезвел, также резко, как и захмелел несколько часов назад. Посмотрев вперед, я увидел, что мы летим прямо к огромному городу, состоящему из тучек-вонючек. Насколько я помню, это был Клаудсдейл, город пегасов. Не помню, чтобы мы когда то были в нем. Что ж, все бывает в первый раз! Всегда было интересно, как именно живут пегасы и что из себя представляет этот город, состоящий из огромного шмата облака, который с помощью непонятной божьей силы, словно по велению Путина, умудряется держаться на одном месте и не улететь куда-то в ебеня. К концу моих рассуждений, мы уже достаточно близко приблизились к нему, и кажется, вот-вот уебемся прямо на одну из оживленных улиц, на которой как раз плотной толпой собралось множество маленьких жеребят-пегасов, отмечающих день симпла димпла. Взглянув еще раз на Быча, я начал тормошить его, пытаясь разбудить его. — Проснись нахуй, наша остановочка скоро! Разъебываться насмерть в одиночестве мне как-то не очень хочется! — тормоша со всей слабостью проорал я, смотря, как мы вот-вот уебемся. Пони, что смотрели на нас с большим испугом и ахуем, что-то кричали, а именно: -УАУАААААУААА ООЙОЙОЙОЙО АУУУУ ОЙЙЙЙ! Поняв, что это бесполезно, я, перестав тормошить Быча, начал неистово пердеть от осознания неминуемой менструации. Вдобавок, наша турбо-тачка начала крутиться, словно спинер, все больше и больше набирая скорость и обороты. Смачно уебавшись о землю, драндулет сделал бочку, и сделал ящик, и сделал мешок, и еще чо то сделал, отскочив от толпы жеребят и приземлившись прямо на толпу пенсионеров. Быч очнулся и по-инерции пробил двоечку всем выжившим жеребятам и пенсионерам. Меня же, отбросило через лобковое стекло, премиком ебалом в жопу Рейнбоу Деш, которая конечно же ясен хуй в Клаудсделе, она же бигус. — Ээээй, ублюдок! Не зазнавайся! Тебя что, поколотить? Я сейчас задам тебе взбучку и надеру задницу! — Начала по-пендосовски угражать Рейнбоудеш — Не, не надо. — Ну ок. Избежав драчки, я посмотрел на Быча, оттряхивавшегося от жиребят. — Однако повезло нам с посадкой! Жаль правда маловато жеребят было, недостаточно мягко приземлились, подвесочка расшаталась… В прочем, приземления приземлениями, но чет я после них хочу кушать как уебок. А ну давай а ну давай зайдем-кася вооот сюдамсь. — Ткнул пальцем Быч в ближайшую ублюдскую обрыгаловку под названием «Бустер». — Звучит очень даже заманчиво! Тем более, я и сам давно хочу покушац! Спрыгнув с машины смерти, мы сразу оказалися на крыльце, очень даже разъебанном крыльце. Открыв дверь и войдя, на нас сразу бросился ебучий сука ЦЕРБЕР, трехголовая блядь псина. Как начал блять кусаца тварина. Хорошо что Быч его просто убил. В кафешке бросался в глаза очень даже современный по меркам пони, интерьер: сразу впереди стояла барная стойка, за ней суетились барпони, быстро обслуживающих огромную очередь, разливая им в роксы очень даже вкусный и красиво выглядящий флэт уайт, какао, водку с тоником, сок с коллой, виски с фантой, героин, матюки и различные крутые убийства. Стены данного заведения были оббиты обоссаными матрацами, колючими одеялами и коврами! За барной же стойкой сидели бравлы. Кажется, они устроили соревнование по поеданию самой большой мамки. Вечерело. Пегас, стоявший у кассы, ехидно принимал заказ очередного посетителя. Недолго думая, этот самый посетитель — пидарас, дырявый как мои подштанники, у которого красовалась кьютимарка «Абьюзер», пафосно и с презрением сказал: — Я дед инсайд. Его тут и не было, но это неважно. Правее от стойки с бесконечной очередью, уходившей прямо в запой, находился иллюминатор подводной лодки, встроенный криво в потолок, отдавали всякие приколдесные и красивые блюда барберы, украшая каждое блюдо волосами со своего лобка и сразу выкидывающие все на помойку. — Все как я люблю! Еще правее находился туалет для персонала данного заведения, которое, как выяснилось по огромной вывеске над баром, называлось Бустер. Заведение, кстати, называлось Бустер. Мгновение спустя, держа чашку чая, из этого туалета выехал генерал верхом на гироскутере, высокий земной пони в военной форме, у него наверняка был пистолет. Следом за генералом бежала орава поваров, усердно свистяших в чашку чая. Генерал трижды объехал по кругу барную стойку и сделал сальтушку, после чего отпил чаю из своей чашки, и, немного почмокав, скривил недовольно ебало. Всех поваров уволили. Потолки данного заведения были увешаны красивыми лампочками, коврами, пепельницами, зубочистками, таблетками от изжоги и тумбочками, сделанными специально на заказ Кантерлотскими покойниками. — О-о-о! А тут очень даже распиздато! Капец тут мне ваще все нравится капец вот прям ига-го — Нно — прокомментировал открывшуюся ему картину Быч — ну и чо где, когда уже меня накормят парным грифоньим молочком с вагинальным рогаличком?! Буквально мгновение спустя, весь персонал подбежал к нам и забили гол в ворота бразильской сборной, в знак приветствия, а еще через пару секунд перед нами стоял официант. — Добрый день, как вы видите, свободных столиков нет, показал он копытом на генерала, который один занял все столы. Однако, мы можем поставить вам раскладушку! — начала дружелюбным тоном глагольствовать нам офик, уже пихая нам в руки меню. Усадив нас на отведенное нам место, а именно, за раскладушку с дедом умершим от туберкулеза, возле большого панорамного окна, из которого было отлично видно все то, чего мы так и не увидели, а также красивый вид на кирпичную стену и её пейзажи. Везде то и дело по своим делам выпадали кирпичи, а где-то даже появлялись трещины. Все же, оторвав взгляд от стены, я со своим другом уселись на деда. — Как будете готовы сделать заказ, сделайте! — мило улыбнувшись, низкорослая кобыла развернулась и осталась стоять к нам спиной. — Ух, ну наконец-то она съебалась. Теперь можно спокойно выбрать чо похавать, — потирая копыта и попку мертвого деда, я открыл меню, начав всматриваться во всякие всячины — так, посмотрим… Спагетти с жареным сеном, салат из чепухи, суп из манаги с чокопайками. Что-то это хуйня какая-то. — подытожил я, смотря, как Быч листает меню напитков и десертов, начав зачитывать его: — Пойло из кулебяки и отварного жмыха, чай из пепсиколы и радужными сливками, рулетик с толчонкой и манго-жижей, чизкейк СС с еврейским прахом и санта-лючия. Все ясно, я возьму пивной мега микс с очень бракованными свинными крылышками, копытные огузки в кляре избитые джеки чаном в полном соответствии с рецептом, рыбьи хрящи, глазированные в течени 35 лет и пинту пива «баребуховый отвар из козявок», и на закуску маринованную кабачковую ботву. — Извините! Я готов сделать заказ! — обратившись к официанту, воскликнул я. — Мне, пожалуйста, сушенные пупковые марибухи в чесночном соусе! — А мне… — обратился к официанту Быч. — Дайте с=(|)==3 Недоуменно посмотрев на Быча, официант спросила: — Извините, но я не могу понять, что это. — ее глаза забегали, пытаясь вспомнить что-то из меню, что было похоже на сказанное. — Хули не понятного? — воскликнул Бычуша. — Это бабка. — Кажется, ты только что сломал четвертую стену. — Подметил я — Какую нахуй стену? Вот эту? Н-на нахуй! — замахнувшись, Быч со всей силы уебал по кирпичной стене, рядом с которой мы сидели, от чего все кирпичи развалились, попадав на находящихся за ней младенцев и беременных кобыл. — Да, именно ее. -А, так бы сразу и сказали! Хорошо, и так, ваш заказ: сушенные пупковые марибухи в чесночном соусе и с=(|)==3. Все верно? — Нет. — ответил Быч. После чего официант поспешно развернулась к нам спиной. — Пожалуй, пока наш заказ готовится, схожу-ка я посру. — Протянул я, потягивая гантель. — А я тогда попредвкушаю бабушку… — Задумчиво ответил мне Быч. Зайдя в туалет, я увидел ряд из 10 довольно просторных кабинок и 1 раковину. Пожалуй, по размеру туалет тут даже больше самого зала. Дверки во всех кабинках были открыты, везде пусто. Что странно, в каждой кабинке стояло по два унитаза друг напротив друга. Я по привычке залетел в крайнюю и прикрыл дверку. К сожалению, защелку с нее уже давно спиздили. Едва я уселся на унитаз и приступил к сранью, дверка заскрипела и медленно приоткрылась, а в щель протиснулась кобылья морда. — Я посру? — Расплываясь в улыбке спросила незваная гостья. — Да, конечно, посрите. — Растерялся я. Кобыла завалилась в кабинку и уселась на унитаз напротив, не срывая с меня глаз. — Что делаешь? — Спросила она спустя минуту ожидания. — А, да я вот, сру тут маленько. — Ммм, вонюче. — Как дела? — Продолжила расспрос кобыла. — Да заебись, вот покушать с другом пришли. — Да? А я посрать пришла… — Задумчиво протянула пони. Внезапно, моя жопа дала осечку. Обпернувшись, я уебался с унитаза прямо на ведро для обосраных бумажек, разнеся его в щепки. — ЕБАНЫЙ РОТ БЛЯТЬ КТО СУКА РАЗЬЕБАЛ МУСОРКУ?! — Вдруг из зала послышался истошный вопль Быча. — Извините, новая мусорка за счет заведения! — Робкий кобылий голос попытался успокоить буйного. — А, ну лан тада… После чего дверь кабинки снова заскрипела. В щель протиснулась морда официанта. — Вы уже посрали? — Полюбопытствовал пегас. — Нет, мы еще срём! — Недовольно крикнула моя соседа. — Лааадно, срите… — Официант удалился. Я отряхнулся от бумажек с говном и уселся обратно на утиназ. — Слушай, блять, а ты вообще кто? — Решил я поддержать неловкий разговор. — Я случайная пони с заднего плана. У меня 5 сестёр близнецов. — Похвасталась кобыла. — Ого, наверное, здорово иметь столько сестер… — Нимножка ахуел я. — Нет, они все сдохли! — Обрубила она на полуслове. После чего пони в течении нескольких секунд жестко надристала полный унитаз говна, нарисовала крупом на стене половину свастики и поспешно удалилась. — Было приятно с вами посрать. — Остановившись на секунду у дверки, чтобы сказать на прощанье. Не успела дверка закрыться, как в нее протиснулась еще одна конская морда. — Я посру? — Поинтересовался массивный жеребец. — Да, да блять, срите на здоровье нахуй! — Заебался я от сумасшедшего трафика в местном сартире. Я спешно дорисовал свастику на стене и покинул сральню. Все остальные кабинки, кстати, все так же были пустыми. На выходе из туалета стояли местный шеф и официантка. — Анфисочка, вы такая уфюфная… — Кокетливо подмигнул Шеф официантке. — Да ну неее) — Засмущалась Анфисочка. — Уфюф) Не успел я усестся обратно за мертвого деда и рассказать Бычу о моем ахуенном сартирном путешествии, как меня прервала наш офик. — Пожалуйста, ваш заказ! — Официант повернулась к нам мордой и раскидала блюда по полу. — Ну наконец-то епта-ма бля! — В предвкушении хлопнул в ладоши Быч, разорвав звуковой волной барабанные перепонки всем присутствующим. Я моментально проглотил все марибухи и не наелся. Быч же пристально взглядывался в непривзойденный кулинарный шедевр на своем полу, после чего отрезал ножичком маленький кусочек, пожевал, пожевал и заорал на все кафе. — ЭТО ЧТО ЗА ХУЕТА БЛЯТЬ?! — Рассверепел Быч. — Что это за ху-е-та а су-ка блять?! — Говорил Быч, ритмично уничтожая голову официантки об неугодное хрючево. — Моё любимое междуножное пирожное! — Крикнул Быч, достав из кармана гранату, и засунув в глотку полуживой официантке. — Заберите свой металлолол! — Быч закинул официантку с гранатой в дверь за барной стойкой, ведущей на кухню. Через секунду искомую дверь выбило взрывом, забрызгав кровью ближайших барпони. — Я Быч, мой телефон МТС. УАХАХАХА. — Захохотал Быч, закинув чеку от гранаты в стакан для чаевых. — Быч, ты что, крейзи?! — Возмутился я устроенному пиздецу. — Ну блять, сухая! — Недовольно развел руками Быч. Неожиданно, в небе разразился гром. Высунув голову из дыры в пробитой стене, я увидел, как в небе сверкают фиолетовые молнии, отдающие чем-то хуевым и ебаным. Все небо обрело багровый оттенок, начали сгущаться тучи и сгущёнки, которые пытались разогнать пегасы погодной бригады, но их разогнали омоновцы. Все эти тучи начали трансформироваться во что-то огромное, страшное, десиптиконовское, непредсказуемое. Завертевшись в туче-ворот, они начали превращаться в десиптикона, открыв портал в бесконечное лето, из которого начал доноситься гул двигателей и звуки советского марша в перемешку с опенингом из токийского гуля. Медленно, из портала показалась часть надувного матраса, а дальше и корма корабля, потому что он летел задом, будто Майкл Джексон. Через несколько секунд, огромная махина уже полностью показалась зависнув, как сан андреска, над Клаудсдейлом, словно предвестник апокалипсиса. В сравнении с городом пегасов, он был очень огромным, почти полностью накрывая своей ужасной, величественной тенью. Стену, из которой я выглядывал, тряхнуло, и она уебалась на посетителей, которые решили постоять на крыльце, разглядывая кубки в бравлсторс. — Это еще что за хуета? — Недоуменно воскликнул Быч, убрав кулак, которым секунду назад разъебал стену. — Если это кавалерия Принцессы Селестии, то мне похуй, гость всегда прав — бабка и правда была не вкусная. — Что-то мне подсказывает, — взглянул я на Быча, — что ничего хорошего эта поебень в небе не предвещает. — протянул я, оставляя хуевый отзыв в тугизе. В подтверждение моих слов, в небе возник огромный проектор из магии, на котором началось какое-то копошение, помехи и куплинов, а из самого дирижабля выдвинулись огромные колонки, из которых сразу донесся такой противный, знакомый голос, а когда хуйня на экране прошла, появился Он. Противное, конское усатое ебало с зализаной грязной пиздой. — Какого хуя?! Это что, Андрей? — с негодованием воскликнул я, разведя глаза в стороны. — Приветствую вас, жители Эквестрии! — донесся голос Андрея из пердящих колонок, с каждым звуком танцуя опа гамнамстайл. — А также, мои старые друзья. Быч и Гам! Я почувствовал исходящий капиталистический монархический смрад из этой вселенной и прилетел, чтобы навести тут свои порядки! Отныне, — на секунду сделав паузу, быстренько посмотрев порно-арты с аниме-фурри и почесав Леночку из подушек, он продолжил. — вы будете почитать только меня! — Этому пидарасу было мало того, что он до этого устроил что ли? — Спросил я Быча, который лишь недовольно хрустел пивными крылышками и пластмассовым одноразовым стаканчиком, разливая пиво. — Он чуть не угандошил нас в тот раз, когда начал уничтожать Понивиль своими истребителями, а теперь прилетел разрушить все то, что нам так дорого. Ну, я конечно же про Бибу и пиво. — уточнил я, сделав серьезное лицо. — Ах да, Быч, Гам, давно не виделись! — Приблизившись к экрану так, что было видно только его шоколадный глаз, он посмотрел прямо на нас. — Я тут подумал, раз мы с вами те, кто может влиять на ход событий этих миров, то почему бы не уничтожить Вас? Теперь только я буду главный! Только я буду наводить свои порядки, только меня будет благословлять вселенная данного мира! — Да что ты, друже, зацени лучше ржаку! — Быч неспеша достал из кепки монитор, видик и микрофон для караоке, подключил все по аугсу. Настроив аппаратуру, он вывел на монитор гифку, где баба выплёвывает яблочко из жопы. — УАААААААААА — Рассверепел Андрей от увиденного, так как был моралфагом. Рядом с ним выдвинулась панель с единственной кнопкой, по размеру большая, чем его голова, после чего, с силой ударив куда-то мимо — Я уничтожу вас! После этого, из дирижабля во все стороны, огромным роем полетели байрактары, рассредоточившись во все возможные стороны, начали поливать градом пуль и наркотиков все вокруг, решетя пролетающих мимо пегасов и пидарасов. Кофейню и весь Клаудсдейл затрясло и закрыло на перерыв, со всех пустых туалетов и не совсем пустых, повыбегали постоянники, пидорской походкой, виляя попочкой, на ходу доставая расчески и прилизывая челки, начали окружать нас. Потолок взорвался, из-под прибитого ковра вниз опустилась стремянка, с которой поспрыгивали: Аркадий Укупников, Зеленский, Горшок, Хаги-Ваги, Мишка Фреде, полиция маями, пурпурные драконы, крысоловы доктора Стокмана, а так же негодяи, которые также сбились в огромную толпу, окружив нас, а под конец, стремянка со Стасом Барецким со смачным шлепком и чьим-то криком уебалась рядом с нами. Достав авапы и калаши, огромная арава разносортных ублюдков начала целиться в нас. Затаив дыхание, я, в полнейшей тишине, прерываемой нескончаемыми стонами боли и криков мирных пони, а также непонятных взрывов и играющего из колонок Андрея дабстепа, посмотрел на Быча. Тот же в свою очередь, взглянул на толпу вражин, расправил свой малиновый пиджак и сказал. — Стас, брат, за пацанов, за Урсу, за Гену! После чего из толпы послышалось — Малиновый тот пиджак, купил для себя когда-то… ходили тогда ребята… В МАЛИНОВЫХ ПИДЖАКАХ УААААА!. После чего Барецкий порвал Зеленского как банку пива, положив начало спецоперации. Это было триггером для начала жесткой пиздиловки: все, передернув, и передернув затворами, взвели пухи, готовясь убить нас, но Барецкий, вспомнив Урсу, кинулся в толпу, с криком — Вы ЧО, ВОЛЧАРЫ?! А?! — начал рвать и метать дротики в дартс. Началась настолько кровавая и ужасная дрисня, что даже я обблевался, а Быч, распробовав бабку, понял что вкусно. Барецкий разорвал всех за 0.00001 сек, после чего, повалив оставшегося в живых вражину, навис над ним. — Весь обвесился хуями, Мишка Фреде, ТЫ НЕ С НАМИ…! — взревел Барцкий, размазжив голову АНИМЕтронического пидараса банкой девятки. После чего, Быч с Барецким пожари руки, и Барецкий сказанул: — Ну, братуха, подмог чем смог, дальше сами! Вот вам, в догонку! — сунул в ладошки балтику девятку Бычу и прыгнул в бассейн Анфисочек рукомоек. — Уфюф. — довольно сказал Быч, сжав кулак в память об Урсе и Генке. К сожалению, Быч не забыл о врученном подгоне от Барецкого, раздавив одну банку, от чего она с криком душ сотен грешников разорвалась корсаро-подобным взрывом, расплескав свое содержимое по всему миру, образовав скорбную лужу. Наконец развернувшись и обратив внимание на взрывы в небе, среди которых петляла знакомая вундервафля с нашего бараковского завода. Битч, выпуская ИК ловушки, уклоняясь от армии автоботов, неуверенно рухался, разъебывался на мопедокрыле, аккурат приземлился рядом с нами, выронив трофейную банку с прахом Оделы, которую хотел обменять на новые адиковские подшатнники прямо в лужу пива. С грохотом разбившись, прах слился с жижей, создав новый элемент в таблице Менделеева — Оделиум. — Не-е-ет! Мой прах! — с негодованием воскликнул Битч, смотря на бурлящую жижу. — Мои подштанники… За сиим действием последовала вспышка хуеты, ослепив ослепших. Спустя пару секунд, перед нашими глазами возникла Одела во плоти, переродившись из шлюхи в поебошку. Подойдя к Оделе, рандомная старушка пригубила голубой винстон, после чего, испустила дух и умерла. Забрав у трупа сижечку и стянув ее всю до фильтра, она спросила: — Что я пропустила? Мгновение спустя к ней уже на всех порах подбежал Битч, хватая за жопу и на всех парах залетая к нам на крылечко, за которым успешно присел на корты, спокойно и медленно вынул вторячок и посмотрел на нас. — Ну, и хули мы делать с этим вот всем будем?! Гам, Быч, вы же блять, эти нахуй, не в первый раз из подобной передряги выбирались! — Что же, надо осмотреться, я считаю. — присев на лавочку, я достал бинокль и начал осматриваться. Везде была бойня, то тут то там умирали пони, летали самбиши, скидывая бомбы на дома бедных, точнее, теперь уже бедных и бездомных пони. Помимо всего этого пиздеца, я заметил огромную башню, которая находилась прямо рядом с нами, а по высоте идеально напротив злоебучего дирижабля. Вернувшись на крылечко, я застал то, как все сидели и играли партейку в очко. Битч, кажется, уже проиграл свое, а Одела ушла в минус. — Если вы закончили, то у меня для вас новость. — поймав на себе два несчастных, и один довольный взгляд, я продолжил. — неподалеку от нас. Блять! Залетевшая птур ракета прервала наш дальнейший план, распидорасив остатки кофейни, из которой фонтаном полились кишки и посыпалась штукатурка, от чего планирование перешло в действие. Подскачив, мы хихикая и улюлюкая начали съебывать с места обстрела, уворачиваясь от летящих в нас пулек и ракет. — Так что ты там говорил? — спросил Быч, поймав зубами всю очередь разрывных пуль и поправив на бегу пиджачок. — Да блять, в башню нам ту надо, оттуда можно будет добраться до дирижабля! И вот, ворваршись в самую высокую башню Смоуксдейла, передо мной предстала ужасающая картина. Огромнейшая винтовая лестница уходила настолько далеко наверх, что казалось будто она уходит вниз. Как вдруг могильную тишину разорвало как как корсарчик сиську пива заявление Быча. — Кто последний тот лох. В ту же секунду все как ебанутые ломанулись к лестнице, толкаясь и пыряя друг друга ножами. Кто-то даже засунул банку девятки Оделле в жопу и прокрутил! И вот, спустя 30 секунд, мы, все изрезанные ножами, потные, вонючие, с банкой девятки в жопе, одновременно добрались до вершины самой высокой башни, где увиденное повергло нас в шок. На вершине самой высокой башни самого высокого города Эквестрии сидели армяне, в нарды играли. А самое ужасающие было то, что Быч их давно уже обыграл. — Блять, Быч, ты как нас обогнал? — Всем хором ахуели даже армяне. -Ну так, широким шагом. — Ответил Быч, спрятав лифт за зановеской. Однако, время пришло. Перед лохами и Бычем возвышался огромнейший, ебейший, потный дирижабль, несущий чота ваще хуевое всему этому миру. — Хули вундервафля ебаная, щас я её захуярю, сказал Битч, кинув в него адиковскую богохульную гранату. К сожалению, та, не долетев, упала вниз примяком в коляску с жеребенком. — Да ты заебал, обморок. Чо может еще Гам предложит чиста из шмайзера пилота убить? — опростоволосил Быч всех присутствующих. — Есть только один способ остановить эту летающую шлаеботу…- Протянул Быч, залезая в карман на кепке. Аккуратно он достал оттуда пачку сигарет. Эта была не простая пачка, на ней была подпись «Сокич». — О дай сижку — С горящими глазами Оделла потянулась к пачке, выплюнув раздавленную и опустошенную банку из жопы. — Ну-ка ША блять! — Гаркнул Быч, заправив Оделлу в пододеяльник. После чего, Быч распахнул заветную пачку. Богоподобное свечение низвергнулось из сигаретного гроба, залив светом непроглядную тьму. В пачке оставалось две сигареты, и все знали, что это значит. — Бля, Быч, у тебя нет права на ошибку, иначе пизда! — Я ахуел открыв Леона в бравсторс. — Быч, может лучше я? Я то сиг по больше тебя скурил. — Решил Битч прикрыть амбразуру своей жопой. — МММ! — Промычала Оделла из пододеяльника. — Нет, Сокич завещал свои силы и недобитую пачку капитана блека мне, теперь, это моя ноша. После чего, Быч чиркнул парафиновой спичкой по доске для нард и смачно прикурил сигарету. Окинув нас напряженным взглядом, он сжал кулак, выкурил сихаретку за одну тяжку, как Сокич учил, после чего прописал окурку фофана, предварительно прицелившись в бензобак дирижабля. Все устремили свои взгляды на наше секретное супер оружие — окурок капитана блека. Однако, сука блять, уже на подлете, пиздец, ОДЕЛЛА выпрыгнула из пододеяльника, схватила окурок зубами, добила и улетела в пропасть. — Да ёбаный в рот нахуй! — На лбу Быча выступил пот. Быч сорвал кепку с головы, прикуривая ВТОРОЙ, последний капитал блек. — Быч, не делай этого! — мы с Битчем пытались остановить его, но было уже поздно. — Так нужно, друг мой, так нужно… — Протянул свои последние слова Быч. Быч вновь скурил сигарету и отправил её в полет. Как только окурок оторвался от Бычьих пальчиков, жизнь покинула его тело. Глаза его закатились, а бездыханное тело упало на армян, а в небе появилась надпись «Билли Бонс умер». — Быыыыч, бляять. Ну нахуя ты скурил две сиги на покойника (((- Мы все залились горькими слезами. Тем временем, окурок достиг бензобака, после чего издался мощнейший взрыв, на фоне которого даже первый корсар покажется всего лишь третьим корсаром. Живописную долину, в которой расположился самый крупный детский лагерь для жеребят инвалидов, освещало теплое вечернее солнышко. В воздухе царил безмятежный счастливый дух инвалидного детства. — Мистер Пскукс, а когда нам дадут оладушек с компотиком на полдник? — Поинтересовался Стив Хорсинг у вожатого. — Завтра) — ответ вожатый Пскукс Как вдруг, оладушко-компотиковую идилию прервала огромная полыхающая тень, опустившаяся над лагерем. — Ооо, это полдничек? — Покачиваясь на инвалидном кресле, поинтересовалась Хое Гарден. — Нет, милая, это концовка… — Ответил важатый. Огромное, полыхающее облако огрызков Клоаксдейла, в котором торчал догорающий дирежаболь стремительно рухалося куда не попадя. И вот, после мягкой посадки на мягкое место, среди полыхающих анусов редакторов фанфика и обломков уже не парящего города, возвышалась лишь одна, чудом уцелевшая башня. — Нихуя себе блять, вот это башня, армянами построенная, как не развалилася то — кефтеме! — Удивился Битч. — Эх, это все Быч… Он один не выжил… — Гам с тоской вышел на смену. — Вот если бы Быч был жив, он бы придумал, как себя оживить. — Сказала Одела, хуй пойми как оказавшаяся снова на башне. — Так я здесь — Сказал Быч. — Нихуя себе, Быч, ты это откуда сказал? — Все ахуели — Ну так, с небка. — С какого нахуй небка? — Да нормально все, я с боженькой допизделся, я же крещеный. — Короче, туту-туду-ду… Мне, как не лоху, достоверно известно содержимое твоего рюкзака. С его помощью, у нас есть милипиздрический шанс не обкакаца. Я был крещен перевернутым крестом, так что у меня мало времени. Слушай и запоминай. Достань из моего кепочного кармана плеер и включи на нем сборник песен Стаса Барецкого, надень на мое тело теплые подштанники, две пары носков, спортивные очки, медаль ветерана, положи меня на матрац, завари ЛДПРовский чай, облей меня квасом, развей над Оделой прах деда, раскрути юлу, побрызгай на себя освежителем трупов. И, в то время как Битч ездит вокруг нас на одноколесном велосипеде, установи антенну, вычисли параметры с помощью нано-калькулятора, разожги печку буржуйку десятью тоннами угля, подними мой матрац на домкрате, введи рассчитанные данные в исследовательский автономный модуль, положи мне на глаза монеты довоенных времен, залей мне в рот яблочный хугарден и поцелуй икону. — Как можно скорее проговорил Быч, отчаянно цепляясь за этот свет. — Бля я не понял ничо, ну как тут нахуй, дайте мне лучше пестиш я все убью — Да ты сука ебаная блять. — Я Одела, я умная, я все запомнила! — Цокнув копытом, заявила Одела, редактируя «на» на «над». — Ооо, заебись, не зря на тебя смехуечки тратили. Давай, делай. — Обрадовался Битч, оформив кредит на 1.5 куллера. — Я не умею. — пожала плечами кобыла. Озарение снизошло на меня. Достав из кармана умный пистолет, я направил дуло на себя и сказал. — Пистолет, сука, ты же умный, давай нахуй, исполняй! А ты, Битч, давай, на тебе банку с прахом, кататайся вокруг нас. Осушив залпом сиську куллера, Битч попытался кататься во круг нас, как сказал Быч, но пару раз удачно упав головой об обломки Клаудсдейла, послал все нахуй и сел на мопед, повторяя процедуру. Пистолет же, сделав за нас весь ритуал, возвысил на домкрате тело Быча, после чего взорвался красочным фейрверком. Молния света, пробив густой смог, устремилась к телу Быча. Как вдруг, Андрей, облаченный в силовую броню, поймал молнию. — Хихихи, Дратути) Фигушки вам, а не Быч. Либо принимайте советскую власть, либо САСИска) — А почем куллер в эсэсэсере? — Поинтересовался Битч. — 5 коп — Ответил Андрей — Ооо, по рукам. — Битч трансформировался в советского десиптикона. — Битч, сука, как ты мог? Я ведь даже не вернул тебе 300 рублей долго! — При сссре нет деняк! — Взревел Битч, раскулачив Оделлу с одной тычке в аниме трипе. Последний пацан остался один и что делать не знал. Один гулял по БИБЕ, один сидел в сахарном уголке. Трипы друзей видел своими глазами, и как дальше жить — подумайте сами. Сейф с неизвестным содержимым взял из-под матраца — пацаны, я с вами. — Неееит! Не открывай этот сейф! — Запукал Андрей Но было уже поздно, сейф распахнулся, открыв свое содержимое — панасоник. — Хаохерх) Лох! Что этот дебильный панасоник нам сделает) — Раззалупался Битч — А вот, один звоночек… — Да ага! Да не звони! — Разлился первобытным страхом Андрей. — Але, у нас тут, ситуация… — Передал Гам фонограмму по панасонику. — Это что тут такое происходит?! — Возмутился Лукошенко — Да блин, да мы тут это… — Попытался оправдаться Андрей. — Никаких тут это! Что за безобразие? На казенные деньги город отстроенный разворотили, бандитскую группировку организовали — это же не дело. — Да блин какая нафиг группировка, да мы тут просто ну собрались с пацанами, а город то вообще не мы взорвали. — А ну-ка, быстро всем разойтись! Устроили тут, понимаешь, беспредел. Я сейчас тут быстро порядок наведу! — Лукошенко, сказал, как отпиздил, вырвав молнию из руки Андрея. Молния дошла до тела Быча, вернув жизнь в его покойниковское тело. — Блять, ну мы чо, зря ехали что-ли? — раздосадовались мужики на катофалке. — А вы кто такие? — Продолжил разбираться Лукошенко — Ну как это, тут покойник, мы яму вырыли, гроб заказан, оградка готова, а аванс даже не плачен. Вы либо умирайте, либо деньги платите. — Так, убирайте отсюда свой катофалк, картошку тяпать у меня пойдете. Все, мне еще показывать откуда на Беларусь готовилось нападение, я потом еще с вами разберусь. — Закончил Лукошенко, уходя в одиноко стоящую дверь посреди поля. Тем не менее, все разошлись по разным углам инвалидского лагеря. Андрей, Битч и мужики на катафалке на одной стороне, Быч, Гам и еще какая-то баба на другой стороне. Без лишних предисловий, Андрей выстрелил из встроенного лазера, окончательно убив Оделу. — В молоко) — Ответил Быч, похрустывая кириешками И тут понеслась. Мужики с лопатами ринулись в бой. Андрей стрелял лучами анимезатораа, Битч полевал все вокруг воспламененным куллером по 5 коп. Гам палил из маузера, Быч прописывал двоечки. — Может вы хоть подойдете друг к другу? — Спросила расхуяренная Одела, глядя на ебланов, пиздящих воздух. Андрей выстрелил по Оделе еще раз, уже точно последний раз. — Charge! — Прокричал Быч, бросившись в атаку с благословенным мечем «Срак». Одним ловким движением ноги, Гам упал в канаву, прострелив Битчу нагнетатель куллера. — Нееет 5 коп выливаются! — Битч усердно присосался к пробоине на куллерном баке своего куллеромета, временно выбыв из боя. Андрей продолжал стрелять из своего разрушительного анимезатора, однако, все лучи, огибая Быча, летели примяком в бездыханное тело Оделы. — Отведай как СРАКИ! — Воскликнул Быч, вонзая острый меч в силовую броню. — Да ты дебил что ли? Мне Леночка ее подарила! Андрей разрезал кепку Быча на две части. Легендарная кепка Быча задрожала, запердела и выплеснула бесконечный фонтан соток. — НИХУЯ ДА НУ НАХУЙ. — Битч, забив на куллер по 5 коп принялся жадно захобачивать Бычье сокровище. — Пиу пиу пиу. — Гам стрелял по могильщикам из разряженного маузера, успешно подавляя их импровизированными звуками огня. Эта битва продолжалась три дня и пол ночи. Обе стороны были невероятно уебищны и никто не мог одержать верх или же тупа проебать. Как вдруг, Быч решил использовать свой самый грязный прием из африканского гетто. — Андрей, это чо у тебя тут? — Быч показал на грудь Андрея. — В смысле? Где чо? — Андрей опустил ебало. В это же сиюсекундное мгновение Быч, молниеносным движением пальца, щелкнул Андрей по носу, забрав его душу. — Да вы чо ахуели? Кто мне теперь будет куллер по 5 коп поставлять? — Рассверепел Битч. — А нахуй ты вообще к Андрею переметнулся? В сссере секса нет. — А чо я? Я с вами пацаны. — Битч сбросил десиптиконовые прибамбасы, принявшись закидывать тело Андрея прокисшим насваем. — О, а вот и клиент — Обрадовались мужики, сложив лопаты в ножны. Мужики оперативно запаковали Андрея в гроб и увезли на катофалке в Понивиль. — Мужики, а если вам все это время клиент нужен был, чего вы Оделу то не забрали? — Крикнул Гам им в след. — Мы на кладбище домашних животных не работаем. — Бросил в след скрывающийся за горизонтом мужик. Быч выдохнул, присев на обломки горящей помойки, достав из-под жопы чуть живого жиребенка инвалида. Как вдруг на поле брани стянулись полчища репортеров. — Быч — герой Эквестрии! Спас жеребенка инвалида из-под обломков после ужасающего теракта! — Да, я молодец! — Согласился Быч, выкинув жеребенка и приняв эстетичную позу. — Блять, какой же пиздец… — Протянул Бен, вовремя обнаружив запасную коробку патронов на маузер в кармане. — Да, внатуре, Гам. ЗаебисЬ, конечно, попиздилсь, но в целом ты прав. Насвай тут все равно не такой получается. Сука, розовый… — Пацаны, а вы чо, по дому что ли соскучились? Чо раньше не сказали? — Быч выкинул из разрубленной кепки портативный подпространственный портал через муторную речку. — Все это время ты мог в любой момент вытащить нас из этой злоебучей конской пиздапроебины, но ты молчал? — Гам высказал свое недоумение. — Да я думал вам по кайфу. — Развел плечами Быч. — Ураааа! Зеленый насвай! — радостно закричал Битч, прыгнув в портал. — Мерзавец! Ты же обещал купить мне брюликовые прокладки! — В слезах разочаровалась Рарити, выпрыгнув из ближайших, догорающих, жареных (медиум рэрити), вкуснейший кустов крапивы. — Что ж, прощай, единственный, кто был мне дорог на этой басурмаской земле… — Протянул Быч, глядя в сторону Флатершай. — Ой, ой, ну, ну ой… — Расстеснялась Флатершай, как вдруг ее бортанул Бигмак, вырвавшись из-за спины. — Йобаный ты гамбургер) Чо, бох восстановил телегу с боксерскими грушами? — Йёпть, допизделся) — Кивнул Бигмак. — Ну что же, все было, конечно, очень весело, познавательно и круто, но, Эквестрия, это, конечно, хорошо. — Протянул Гам, посмотрев на собравшихся вокруг нас пони, остановив взгляд на Твайлайт и подходившим к ней сзади принцессам. - Но я лучше дома грядки пойду окучивать. - Что ж.. - оглядев горящие обломки некогда величественного города пегасов, ответила Селестия. - Пожалуй, ты прав. Ваши поступки для Эквестрии много значат для нас, как хорошие, так и плохие. Да и пегасы подзаебали, честно говоря. Может оно и к лучшему. Кивнув нам на прощание, принцессы кинули зиги, провожая нас в последний путь. Этому последовали и другие пони. Переглянувшись с Бычем, мы щучкой прыгнули в портал.

Спустя скока-то времени

БИБа, оставленная на произвол судьбы, перешла под руководство Сырыча. Доверенный мужичок не запросил хозяйство, не остановил производство розового насвая и смехуечковых сникерсов, а парк развлечений никогда не пустовал. Сотни пони каждый день ходили в комнату юфа, катались на бараковских горках, купались в дренажном аквопарке и пели добрые песенки о дружбе и напасе. Борода, подчинив себе гномов поеботников, так и не дождавшихся второго прихода Христа, добил оставшихся немцев и на века обезопасил леса Эквестрии. Дед Гама, распродав все вещи в своем киоске, затусил со Стасом Барецким в Контерлотском клубе "Нирвана" Рарити без брюликовых прокладок умерла от гангрены пизды. Школа секса Черили какое-то время процветала. Пони со всей Эквестрии сдавали ЕГЭ в надежде набрать достаточно баллов для поступления в это элитное учебное заведение. Однако, однажды Черили пришлось отлучиться, но ей не на кого было оставить свою школу. Элитное заведение взорвалось. Оделу замариновали по Бычевскому рецепту. Для нее построили мавзолей прямо на Кантерлотской площади. Мавзолей был в первый же день разграблен ее бывшими. На развалинах Клаудсдейла построили пятёрочку. Самую большую в Эквестрии. Говорят, по ночам в ее залах можно услышать "А когда будут оладушки с компотиком на полдничек?" Мужики, везшие тело Андрея на катофалке, быстро вдуплили, что они долбоебы и покойник им аванс не заплатит. Из него сшили книжную обложку для фанфика "Цокольный этаж". Бывшая жена Быча сдохла от спида.