Муторная речка

В этот раз мы отправились в путешествие не на ебаном самодельном супер-ахуевшем летающем космолете, а на самом наиобыкновенском паровозике на конской тяге. Конечно, я бы предпочел ему наш вертибак, но он благополучно был смешан с говном и уничтожен, а на восстановление или покупку нового уже не оставалось времени. Не успели мы занять наше купе, как Битч забаррикадировался в паровозном сортире и вывесил на двери табличку «Санитарные зоны для лохов». Купе представляет из себя уютный миниатюрный вагончик с четырьмя окошками по бокам, которые были завешаны белыми занавесками из бабкиных панталонов. От входа в наше купе и следующее был расстелен красный ковер. Но главная достопримечательность — это расставленные вдоль стен старые дедовские табуреты, на которых можно было бы неплохо сидеть с подзорной пиратской лупой и читать этикетку от кефира. Подойдя к окошку, я хотел было сесть на табурет у окна, дабы попалить на красивые виды, но тока-тока я поднес к нему свою чёрную задницу, Быч выхватил из-под меня табурет, после чего я уебался, сломав анус, а он сказал. — Неуважительно осквернять казенное имущество паровозного отделения эквестрии такой бляцкой Гамской жопой, так что я изымаю этот табурет для более ахуенных нужд, так-та. Затем щучкой прыгнул на койку, а табуретку использовал как подставку для копыт. — Всмысле? — промямлил я, глядя на место, где секунду назад стоял табурет. Я с досадой подставил под себя мешки с говном, в смысле, подарок для принцессы и нашу снарягу к окошку, и уселся, глядя на природу. — Красиво, блять, душевно… Быч, на удивление, сразу уснул с наушниками и каким-то стареньким плеером. — Ну-ка, что там? — заинтересовала меня новая побрякушка Быча. Плеер был действительно древний, кассетный. Сзади на руфке была наклейка «Made in Sanfarncisco». Сон Быча уже был крепок, как чифир матерого зека, отмотавшего на зоне уже с пол века, поэтому я решил по стелсу спиздануть один наушник и чекнуть, что ж он тама слушает. К сожалению, все было по пендосски, а его я не знал, поэтому нажал две случайные кнопки: «Volume max», «Turbo play». Звук из наушников боксерской волной перемолол в труху все стекла в подзорной залупе ближайшего деда, а основание наушников расплавилось и сгнило после первого припева, после чего они пришли в негодность, однако этого было достаточно, чтоб из моего уха потекли brains. Но Быч просто сплюнул барабульку и перевернулся на другой бок. — Блять! Brain потёк! — вскрикнул я, закупоривая свои ухи Оделовыми тампонами, найденными в мусорке. Но это было тупа пустяком по сравнению с тем, что ожидало меня за испаганенные наушники. — Тэкс, надо чинить! А что будет, если жмякнуть на эту кнопку? «explosion» После нажатия на кнопку крышка плеера открылась и из него шлёпнулась кассета с надписью «Супер-пупер турбо клубные хиты-ремиксы рекорд мега миксы ультра басы дэнц зарубежка 216-х группы Сталинград». — Так, что-то сложно пиздец, скажу, что оно так и было. Я поднял всю эту порнуху телекичунезом и хотел было положить на место, как вдруг дверь купе резко открылась, отчего я дернулся, как ебанутый, и все Бычевское добро улетело в открытую форточку, потому-что кое-то уже спиздил окно. — Гам, я там всё обосрал, можешь сходить, понюхать. Теперь я пришёл спиздить зажигалку у Быча. Так что т-ш-ш! — радостно заявил Битч. — О, круто, ваще заебись, — согласился я, ударив кулаком о ладонь, но вспомнив, что у меня нет кулака и ладони, уебался и укатился прочь из купе. — Мне как раз что-то приспичило. Я пошёл, — обрадовался я, почти до конца выкатившись. Тока я закрыл дверь, как изнутри послышался явно довольный голос Быча, ведь не каждый божый день к нему залетают в гости за батиной зажигалкой: — Э ебать, Битч, где плеер-то нахуй? И хули у меня ухо болит, а ебать?

***

Сижу и пержу, на горы гляжу С тех гор на меня ебло уставила Она Та, чья жопа на солнце похожа Хотела бы секс, но увы… ам… руки волосатые! Сидя на кортах у запотевшего от перегара и курева, окна, я зыркал на быро меняющиеся натюрморты, от которых получал вдохновение и изжогу, тщетно пытаясь сочинить какой-либо репчик. Рядом со мной сидела Одела-пердела, курящая сигарету с кофейно-сырной кнопкой. — А знаете, миссис Одела, — начал я диалог с миссис Оделой. — А вы, между прочим, шлюха! — Не соизволите ли Вы своей скромной персоной пойти нахуй? — соизволила открыть свой рот мисс Одела. — А лучше прогуляться со мной по вагонам, а то скучно. — Звучит неплохо, — согласился я, падая с кортов на захарканный пол. Стряхнув лобковые волосы вместе с челкой со своего рога, я решили отправиться в неизвестном направлении в надежде найти что-нибудь крутецкое, так как Быч сейчас разбирал весь вагон по винтику, тщетно пытаясь найти плеер, а Битч был отпизжен, так что в ближайшее время не сможет вкидываться. Сорванную с петель открытую дверь купе, мы очутились в плацкарте, где сейчас должны были находится Твайлайт со своими подругами — А неплохо они тут расположились, как я посмотрю. — прокомментировал я то, что в ближайшем будущем уже будет съедено и, что немало важно, спизжено! — Вы ведь тоже видите этот ахуевший, яшкинский торт, мисс Одела? Перед нами, прямо по середине вагона стоял огроменный, сникерсовый торт, рядом с которым Пинки что-то делала, то и дело кидая на нас косые взгляды, как и на ее подруг, спокойно сидящих на своих лавочках. — Да. — отрицательно покачав головой, сказала моя спутница, смотря, как Пинки начала устанавливать прямо под тортом ловушку Джокера. — Похоже, это какой-то навороченный торт, раз он так охраняется. — предположил я, начав подходить ближе. — А что, кто. — Эй, Гам! Осторожней! — прикрикнула на меня Пинки Пай, заставив меня остановиться и посмотреть вниз у видеть под своим копытом противозачаточную мину. — Ты чуть не попался в мою ловушку, глупенький! В следующий раз будь осторожней, а то соберешь все ловушки на себя, а какой-нибудь воришка украдет торт! — А что это, собственно, за торт такой? — спросил я, подойдя к Пинки. — Это моему бате на поминки? — Хи-хи, нет, глупенький! — хрюкнула, словно сучара, розовая пони. — Это торт миссис и мистера Кейка, который они поручили доставить мне и моим подругам в Кантерлот, на ежегодный конкурс кондитеров. — О, так я тоже кондитер! — оживился я, ложа копыто Пинки на плечо. — Не могла бы ты пока что сбегать посрать? А я поохраняю этот тортик, заодно проверю его состояние. — Не знаю, что такое «посрать», но если ты готов поохранять торт и дать мне отойти по делам, я буду только рада! — охотно согласилась кудрявая пиздюлинка. — Девочки, я в уборную! Кто со мной? Просить дважды не пришлось, и все кобылы, резко оторвавшись от своих кобыльих дел, пошли делать другие, совместные кобыльи дела, испарившись буквально спустя пару секунд. Одела уже хотела было по привычке уйти, но была остановлена капканом и сигаретной Оделла-ловкой. — Такс, ну что же, сейчас мы тебя спиздим! О, а что у нас тут? — Заметил я надпись на торте, уже расчехлив нож и вырезая печень и селезенку из Оделлы. — «Красная пизда». А что, неплохой торт, заулыбался я, переключившись на торт и вырезая из него новогоднюю елку, а остатки распихивая в рот. В какой-то момент я слишком увлекся «доработкой» торта, и уже опомнился, когда в помещение вошла Пинки со своими обоссаными подругами, которые мигом завизжали, увидем, что я сотворил с тортом. — О нет, Гам! — подлетела к нам Пинкусик. — Что ты сделал?! Нам ведь влетит! — О боже, это конец. — вжалась в потолок Флаттершай, изображая умирающего еврея. — Гам, ну такого конечно я от тебя не ожидала. — вклинилась в разговор Эплджек, поправляя прокладку на голове. — Ну ты и урод конечно, Гам! — вскрикнула Дэш, разминая ебло для сосания хуя. Зажмурив один глаз, а второй оттопырив, словно хакас, я сказал: — Да чего вы приебались, ничего вы не понимаете! — показал я на торт в форме хуя. — Это авторская подача. — А-а-а! М…А!.. а.м-м…м.А! — задумчиво начали чесать друг другу подборотки вдруг проникнувшихся моей, разумеется, пиздатой идеей пони. Пока все понимали то, чего не понять простым смертным, я достал Оделу из ловушки Джокера и успешно съебался нахуй, испепелив силой мысли вход в следующий вагон. Моё внимание сразу же привлёк старый дед-пони, сидевший на верхней койке боковушки у туалета. За пазухой у него коптилась бутыль непонятного, но наверняка крепкого алкоголя, размятая-перемятая газета мезозойского года выпуска и загарающая на ней истлевшая плотва, которая совсем не шевелилась, хотя, дед был суше. Он явно служил на Донба$$е, так как на его оторванном копыте, торчащем из-под матраса было наколото штык-ножом его погоняло «ДЕД», только по английски. Эти подробности я выяснил по оставшейся под кожей свиной тушенке. — Вы только посмотрите на этого господина, мисс Одела, — показал копытом на медленно черствеющего деда, пердящего на изорванной псинами паралонке. Подойдя по стелсу к нему, Одела подала Оделе знак копытом, указав на бутылку. Нихуя не поняв, что делает Одела, я на всякий случай подполз к ней как змий. Схватив меня, она хотела было меня сдать немцам, но подсадила на иглу, чтобы я смог дотянуться до деда. Не сумев подтянуться, я пнул Оделу в лицо, так как я чмо и бью шлюх. Тихо закричав немецкий марш, она дала мной пасс наверх. Упав прямо деду на коленки, я оказался прямо перед харей нашей цели. Меня чуть не сдуло рвотным храпом, но, успев захватить волос из его ноздри, я смог выжить. Пригнувшись, я присел, чтобы зайти в режим скрытности и украсть бутылочку без палева. С громким и противным хрустом я не я, но на моем плазменном телефизоре ЛОС показывало, что дед лох. Мгновение спустя дед сплюнул меня с кровати и я, упав прямо на Оделу, с хрустом порвал ее курточку «Stone Island», а патч съели мыши. — Даб-да-даб-дааааа я да… — подушив свою одноглазую змею, он посмотрел на нас и нахмурив брови, облизнулся. — Не понял. Скрипнув то-ли анусом, то-ли по приколу, он срыгнул на пол и стал речь держать: — Командир-надполковник авиационного отряда «Стрижы» Жмыщенко Валерий Альбертович. Извинись. Насторожившись, я насторожился, чтобы быть осторожным. — Пухи к бою! — закричал я, доставая маузер с глушаком из кармана, и открыл огонь по левитирующему и читающему молитвы деду, который уже десантировался в полной боевой выкладке с верхней койки. Все пули летели мимо, потому что на деду был перевернутый крест, который с помощью божьей силы защищал того от пулей. Поняв, что пестишы бесполезны, я быстро выкинул его в специальную мусорку для бесполезных пестишей, которую я всегда беру с собой. Вдруг пестиш бесполезный, а мусорки нет! — Ах-ха-ха-ха! Эй, простофиля, я сдеся! — Растворив мои пули перегарным дыханием, хохнул дисантура. Напав на неожидающего такого долбоеба деда, я пизданул его ножом по ушам, от чего он сделал нулевое сальто назад и упал на шпагат. Я быстро подбежал к нему и хотел быдло закончить правосудие над дедом, но он ударил меня фигушкой на лопате прямо в живот, от чего я отлетел на десять метров. За всем этим действием наблюдали Битч и Одела, которые уже давно в крысу ебашил содержимое бутылки деда. Медленно вскончив, я с осторожностью начал смотреть на злого героя Донбаса, который достал бензопилу, громко крича. — Не томи Григорий, заводи! — прокричал дед, и начал дергать свой ручник, при этом пердя.- Завожу, завожу ёпта ма! Проговорив последнюю фразу писклявым голосом, он наконец завел ее, и с громким «С-А-Н-ЯЯЯ!» понесся на меня, размахивая громко шуршащей пилой, гул от которой напугал всех пассажиров, которые начали срочно всем коллективом писать жалобное письмо Селестии. Когда дед был уже совсем близко, я поставил между нами гвоздь, на который он наступил, а его бензопила тоскливо пернула и провалилась в форточку. — У-ух, сука! — заматерился он. — ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! Как вдруг он сам напал на меня, повалив на пол, и пытался прокусить мою шею своими гнилыми от чифира зубами. Быстро нажимая на сцепление, я хотел его бросить, чтоб дед дернулся и слетел с меня. Я остался один на один со злым и голодным дедом, который вот-вот сест меня. — НАКУКАНЮ! — закричал дед. «Это пипец», — подумал я. Но тута! Из ниоткудава! Ваще! На поле брани выехал поц на скейтборде и на полной скорости сбил деда с меня. Он залетел прямо в сартир и смылся. Крича, он улетел обратно на Донбасс командовать парадом «Стрижей». — О, блин, Бен, прифет нафик)). — сказал неизвестный. — Че ты как дела?). Поднявшись, я пожал ему копыто, после чего он поехал дальше по тамбуру и закрылся в себе. — И нахуя мы сели в поезд для перевозки фанатов Наруто…«Экономно нахуй!», — спародировал я Быча. — Вот тебе и экономно. Подойдя к уже успевшей нахуяриться как шлюха Оделе, меня вырвало на бутылку в её копытах. Посмотрев на заблеванную этикетку на бутылке, а затем на эту шлюху, я задал вполне логичный вопрос: — Ты вообще знаешь, что в этой бутылке? Разлепив глаза плоскогубцами, она внимательно, с подчеркнутой заторможенностью глянула на меня, а затем утвердительно уебалась в обморок. — Вот и я не ебу, что тут. Давай изучать, — пробормотал я, начав вчитываться в текст. — Так. «Сьогодні я смоктав величезну залупу». Ну тут что-то на немецком, пропустим… ага, вот: «Древнее лопковое волокно предаст этому напитку необычный привкус запрелой залупы, а также вылечит геморой благодаря открывшемуся источнику чистой чакры в вашем очке, а так уж улучшает потенцию». Хм, звучит неплохо. Как только последние слова сорвались с моих уст, я услышал кряхтение прокуренного курильщика прямо у меня под ухом. Он, судя по звукам, являлся на удивление живым. Повернув голову в ту сторону, откуда доносятся звуки, я увидел, как из-за под койки по частям выползает нечто толстое, потное, небритое и вонючее. — А, это всего лишь Битч, — с облегчением разжал свой анус я. Быстро рыгнув в нашу сторону, он, подполз к Оделе, прямо из ее копыт присосался к бутылке и быстро влил в себя содержимое, нахоботившись этой ядерной смесю свой рот. Через секунду я смог почувствовать, как он начал фотосинтез. — Бля пацаны, ну наконец жопа не преет, ух заебись! — пернул Битч ртом. — Палки-моталки! Да еще на горлышке осталось! Нельзя чтоб пропало, завернём в пакетик, на свадьбе допьём.

***

— Ничего нового ты мне не рассказал, — высказал свое мнение на этот счет мой рогатый Гам. — И вообще, хули ты еще тут? Мы уже скоро прибудем в Контерлоут! Снарягу и наши подарки принцессе не забудь, ратдкрысья морда! — Как можно забыть ее? Вон лежит, прямо… я хуй знает где она, — ответил я после харчка в ебало. Зыркнув на схороненный под обоссаным матрасом шмот, он, подойдя к окошку, выглянул. Перед взором предстала огромная гора, на которой стоял огромный замок, окруженный огромным розовым девчачим куполом. Так же над горой летали чайки, а у подножья стоял дом какого-то деда. Сердито хмыкнув, Быч повернулся ко мне. — Гам, ты же маг, что это за кисель ебаный вокруг замка? И где у него молочные берега? — А, это? — сказал я, выглянув из окна. — Это купол такой, который злых дибилов не пропускает. Как-никак, свадьба у самой принцессы и командира стражников, Швайнинга. — И от кого они защищаться могут? Из их мира мы встретили только каких-то более менее страшных воробьев-разбойников. Кто тут вообще, блять, опасность может представлять? — Хуйзлинги! — сказал я, подняв копыта вверх, как на распятии. — Помнишь, Битч меня одним из них обозвал? Они, блин, умеют менять облик, вот. — Нихуя, а они могут превратиться в сиську пива? — К сожалению, нет. Только в кого-то, кого когда-либо видели. — Надо будем им показать…

Туки-тук. Послышался стук в дверь.- Откройте, проверка багажа, приказ начальника стражы! -Фааак! У меня же там швейцарских нож! Его не пропустют! Посмотрев на меня, пытающегося в панике спрятать мешок с вещами, он хехнулся. — Хули ти ебать, — усмехнулся Быч. — Щас все будет! Выхватив мешок, он сунул его под табурет. — О как! — довольно хохнул мой товарищ, после чего поставил на него горшок с гербером, который он купил на алиекспрессе. Скептически ахуев от такой гениальности, я, немного успокоившись, спросил: — А что делать с остальным багажом? У нас, как-никак, четыре сумки, забитых всякими цацками. — Да похуй, я под матрас всё спрятал, эти долбоебы не найдут, отворяй ворота.- Сказал Быч, кидая в меня солдатским ботинком.

***

«Ту-у-у! Поезд Понивиль-Кантерлох прибыл к месту назначения. Просьба всех пони покинуть пАрик, и не забудьте свои цацки!» — оповестил нас интерком над дверью в следующее купе. — Летс Рок! — сказал Битч, одев на Оделу крутые панталоны с дыркой на жопе, чтоб не снимать лишний раз, и подорвав под собой карсар первый, под эпичный взрыв выпрыгнул в окно, как крутой перец из американских блокбастеров, при этом очень удачно уебавшись на одного из стражников, замазав его броню в говне и отходах общественного производства. — До свидания и вам! — Да как ты смеешь?! — закричал на Битча униженый стражник, и попытался скинуть с себя Битча, который тихо хихикал и говорил «Ну всё, начальничек, сейчас мы тебя трахнем». На все это смотрели и смеялись шестерка со Спайком и остальные стражники, даже не пытаясь помочь своему товарищу по несчастью. Первые, к слову, вышли из вагончика перед нами, и как и мы, ловили ржомбу с Битча. Наконец, Бычу это надоело, и он, используя один из мешков багажа как биту, скинул Битча со злого и обиженного по жизни стражника. Оттряхнувшись, тот встал, и приложив копыто ко лбу, произнес: — Спасибо Вам, сер, что избавили меня от этого… странного пони. — Сотку должен будешь. — произнес Быч, и под всеобщие харчки оттолкнул стражника и подошел к Битчу, который дрыгался так, словно в него вселились хуебесы. — Э, блять, вставай, кусок говна! Вот, это тебе. Будешь нести. Скинув со своего плеча все мешки с нашим добром прямо на Битча, который сразу успокоился и обмяк. Хмыкнув Быч, хотел было развернуться и подойти ко мне, как к нему подбежал Шпик, в руках которого был плеер Быча. — Эй, Быч! Примерно в середине пути, когда я сидел в туалете с фотографиями Рарити… В общем вот, в форточку залетела эта штука. Я подумал, твоё. — Опа, зигота! Благодарочка! Я эти цацки по всему вагону искал, вот тебе конфетка! — Сказал Быч и протянул спайку огромную конфету «Рогалик в компотике с молочком». — Так, выгружайте пьяную телку и пойдём пожрём в какой-нибудь местной кафешке, а то в этом паровозном буфете только кексы чечевичные продавали. — Скомандовал Быч и, дожидаясь нашей готовности, решил перекинуться парой слов с Твайлойт. — Ну, пойду схожу, что-ли. — Быстренько забежав в наше купе, я быстренько подобрал спящую под кроватью Оделу, и взвалив ее тушу на себя, с тихим кряхтением, вынес на улицу. Положив ее на землю, я медленно приблизился к ее лицу под всеобщие взгляды, и обизнувшись, резко закричал ей на ухо. — Ахтунг, жопа! — РЯ-Я-Я! — Ответив на моей боевой клич, Одела надела немецкую фуражку и красную повязку со свастикой на свое копыто. Подорвавшись на мине, она вскочила, достала свой шмайзер из-за спины, и уже хотев нажать на кнопку «ФАЕНАХОЛ», как я быстро подскочил к ней и сказал. — Одела, это пранк, не надо! Кажется, мои слова подействовали на нее, потому как она посмотрела на меня уже трезвым взглядом и не расстреляла всё к хуям огнем инквизиции. Опустив копита, она сказала: — Ну вы как всегда, конечно. Где мы есть? — оглядевшись, она не снимая свою униформу подошла к уже умирающему от тяжести Битчу, пытающемся нести все мешки на своем кривом горбу. Магией схватив парочку своих мешков, доложила их на спину Битча и посмотрела на меня в ожидании каких-то блицкригов — Ну что вы там? — подошел к нам Быч, поправляя свою кепочку. — Я узнал где находится ближайший нормальный ресторанчик. Погнали. Когда мы уже мы уже отходили от перрона, я краем глаза увидел, как Спайк с ужасно-огромным аппетитом аккуратненько тихонечко развернул ужасно-большущую, вкуснейшую, ЕДИНСТВЕННУЮ и НЕПОВТОРИМУЮ конфетину, и сразуже попробовав откусить кусочек, выпал в осадок. Конфета НЕОТКУСИЛАСЬ, а на обратной стороне конфеты, он обнаружил надпись: «ПОДДЕЛКА. КОНФЕТА ПОДДЕЛЬНАЯ, НЕ НАСТОЯЩАЯ — ИГРУШЕЧНАЯ ИЗ ПЛАСТМАССЫ. ОБМАНКА!». Увидев эту жопураздерающую картину, я отвернулся и пошел дальше, не в силах больше сдерживать слезы. Посмотрев на Быча, я спросил: — Быч, почему ты дал ему ПОДДЕЛКУ? — Просто тупа по приколу, ржомба же, хули — работает! И так, с пушками, подарками принцессе инцеста, мы потопали по улке Кантерлота в сторону ресторана «Имидж». Жаль, что не «Обжорка», но тоже что-то. Улицы Кантерлота выглядели одновременно празднично, и как-то военно из-за большого количества стражи. Прям как на девятое мая, да и Одела была одета соответствующе. Многие стражники косились на нашу ебанутую компашку из поехавшего, вонючего мага, быча-боксера и тёлки-фашиста, но нам было похуй на взгляды ментов и мажоров. Добравшись до ресторана, мы не долго думая заняли элитный, эксклюзивный супер вип столик специально для нас, на открытой крыше десятиэтажного ресторана. После чего стали определяться с заказом. — Тааак… Ну… мне окрошечку на кваску, мантики со сметанкой, салатик олевьешечку и водочки 0.5, ага. — Продиктовал Быч недоумевающему официанту, даже не заглянув в меню. — Мне давайте фастфуд, кириешки, семечки саленые.- Причмокивая проговорил Бич, доставая из пакетика остатки дедовской бражки, добытой в вагоне. — Ой, принесите мне гемотоген, корзинку, мармеладку, чебурек за 9 рублей, сырок, и 10 литров СОКУ. — Простонал я последнее слово, продавив страницу меню в разделе «СОКИ» — Боже. — Кинула одела. В ожидании заказа все занимались своим делом: Бич ковырялся в пупке, Одела старалась быть собой, Гам трёс всеми конечностями, в том числе и чёлкой, в ожидании всех своих деликотесностей, а Быч наблюдал за важными персонами в бинокль. — Ага, Конденсат, Швайнинг, Твайлойт о чем-то пиздят на мосту… такс, опа, Селестея в колейдоскоп палит. — Комментировал Быч свои наблюдения, как вдруг Принцесса Солнца сошлась с ним взором так, что Быч мог рассмотреть её глазное яблоко. — Чо, принцесса, в гляделки играем… ну эта игра по мне.

Pov Принцесса Селестия

— Надеюсь наши новые знакомые не принесут нам неприятностей и не помешают свадьбе, особенно этот излишне любопытный минотавр… Ох! — Воскликнула принцесса, отпрянув от телескопа, который вдруг треснул и взорвался термоядерным взрывом.

Конец Pov Селестии

— Не долго музыка играла, не долго фраер танцевал.- Прокомментировал Быч свою победу. — Прошу, ваш заказ. — Сказал официант, раскладывая тарелки по столу с помощью магии. — А где мой заказ? — Поинтересовалась Одела. — Извините, вашего заказа нет. — Безэмоционально ответил конь и удалился в запой. После чего все приступили к еде. Быч первым делом закладывал в рот окрошку своей супер ложкой, Бич плевал шелуху от семечек в пустой графин из-под сока, который Гам выпил еще до того, как официант расставил заказ на столе и уже интересовался у администратора, нет ли у них ещё сока. А Одела просто смотрела на всех голодными глазами, так как ей сись было нечего. — Дай кусить. — обратилась она к Гаму, посмотрев на него требовательным взглядом, пока он разворачивал глазированный сырок за 9 рублей. — Всмысле кусить? Заказывай себе сама, если я дам тебе кусить, я не наемся! — Пробубнил Гам своей подруге с тоном «Нихуя ты чо придумала». Через пол часа на столе осталась аккуратно составленная стопка чисто вымытой посуды, полный графин соленой шелухи, куча фантиков из-под мармеладок, доеденная корзинка и почти целый, едва надкушенный сырок с повидлом. Тем временем мы уже обсуждали наш ахуевший обед в самой живописной подворотне Кантерлота. — Ух, ну я ваще наелся фастфудом-кириешками, аж срать захотелось! — Сказал Битч на крыльце ресторана, прикуривая от нагретого на солнце блестящего шлема стражника. — А мне не понравилось! — Вспылил Быч. — Почему к мантикам со сметанкой не подали компотик с рогаличком?! — А я не наелся! — Обиженно пробубнил Бен, пересчитывая копытами сдачу в виде 23,51 бита. Посмотрев на всю эту хуйню и с сожалением осознав, что это норма, Одела подошла к Битчу и всем своим видом дала ему понять, что хочет сигаретку. — Что, сигу? Ща дам. — Пафосно кинул Битч, проделав в пачке дырку и на похуе тряхнув её, ожидая что сигарета красивенько вылетит из пачки прямиком Оделке в зубы, но вместо этого пачка взорвалась как украинский танк, а сиги разлетелись по разным концам света. Но вдруг, неожиданно для всех, появился таинственный незнакомец в цилиндре и белом плаще. Он поймал все сиги зубами на лету, поджёг одной спичкой и скурил за одну тяжку, после чего представился. — Сокич Цепили, рак имею! — Представился незнакомец, закуривая еще один беложбонд. — Знакомое ебальце… словно всё блять в сальце. — прищурившись, протянул Быч. — Эй ты, конь, ты случаем не брат Сырыча? — Верно подмечено, мой друг! — насмешливо сказал брат Сырыча, пожимая нам всем копыто одновременно и облизывая ногу 0делы в знак уважения и приветствия. — Вижу, вы тут неспроста так. Возьмите меня с собой, я помогу вам с вашим нелегким заданием! — Почему мы должны брать тебя с собой? Даже если твоя фамилия связана с соком, я не вижу от тебя профита. — высказал свое важное мнение я, пытаясь оттереть от своего копыта вечную вонь курева. Усмехнувшись и наклонив голову так, чтобы я не смог увидеть его глаз из-под шляпы, он медленно подошел к Оделе, посадил её на парашу в углу и начал действовать. На секунду нависнув над ней, он резко крикнул: «Балдежно-капитанблековый овердрайф!», и уебал той по рогу. Казалось бы, ее череп должен был расколоться на мильйон алых роз, словно еврейский шпион на допросе у Лейтената Лукина, но не тут то было! От места удара пошла волна сока, которая медленно прошла через всё тело и испарила парашу под кобылой. Достав сигу из-за уха Оделы, он посмотрел на наши лица, и смачно закурил. — Агх… Что?! Да этого не может быть блять! — Удивился я, глядя на супер выебоны Сокича. — Ну что же, ты нам подходишь. По крайней мере, с парашей на БИБе будет покончено. — ахуевающе произнес Быч, почесав Кепку. — Итак, мы пополнили наш отряд и покушали, можно пиздовать дальше. Спустя пять минут покинув ресторан, мы всей толпой отправились в замок, по пути разбивая стеклянные бутылки об детские песочницы и харкая против ветра. Дойдя до места, где была встреча Шершень Армора и Тварьлайт, нас встретила большая толпа вооруженных до зубов стражников с зубочистками, которые на понтах начали спрашивать, кто мы такие, и вообще нас не звали. — Предъявите ваши докУменты! — подлетел к нам, как я понял, главный. — Хуй, жопа и снилс, вот мои документы! — Недовольно выкрикнул Битч из-под нашего багажа. — На, заебал. — достав из своего мажорского рюкзака за пятьсот рублей приглашение от принцесс, я небрежно швырнул ее в лицо, всем видом показывая, как я его уважаю и люблю. — Так, посмотрим… Ой, так это вы важные гости из Понивиля? Прошу прощения, господа, проходити. Тити. — расслабившись, произнес тот под всеобщие фанфары. Пройдя мимо стражи и поднявшись по лестнице, мы попали в просторненький зал замка, красиво обставленный всякими красивыми штуками-дрюками, по типу люстр, штор и пьяного деда у фонтана в центре зала. — Похоже на хоромы Быча, только без кондиционера и полочки с батиным куревом, а также мажорскими мармеладками. — прокомментировал я. Пройдя чуть вперед, я увидел спускающуюся к нам Твайлайт, вид которой можно было описать как «Я видела еблю тапиров. Жизнь больше не имеет смысла». — О, Твайлайт, привет. А мы уже тута, вон, даже Сокича нашли! — Указал я копытом на коптящего белоснежные стены деда. Увидев меня и ковыряющегося в жопе Битча она, слабо улыбнувшись, спросила: — О, вы уже здесь! Вам не кажется, что Каденс какая-то странная? — Да, эта Каденц ваще пизда тупая, в рот ебал эту шмару. — Поспешил ненавязчиво поддержать Битч позицию Твайлойт. — Ну, так вот, — решил я развеять обстановочку дихлофосом, а также разъяснить ситуацию. — что нам делать сейчас? Свадьба будет на следующий день, насколько я помню. — Ах, как раз об этом! — забыв о Каденс, Твайлайт надела очочки, и достав письмо, начала читать: — Вы можете помочь Эплджек с готовкой, Флаттершай с подготовкой песни, помочь Рарити сшить наряд для Каденс, а также помочь Пинки с придумыванием развлечений и украшением зала для гостей. — Я могу помочь с готовкой, я же повар. — предложил я, надевая колпак повара на свою перхотную голову. — Песни — мое призвание. Я могу помочь Флаттершай с выбором нужной попсы. — подошла к Твай Одела, всем видом показывая, что она правда знает, что делать да как поступить. Нарыгав на мажорский светлый ковер, который прожгло кислотно-насваевой блевотиной вместе с блестящим мрамором на пять сек, Битч сказал: — Рарити? Хэ, да хули там знать, я знаю в одежде вообще всё! Я в адике закупаюсь, у меня курточка за касарь, шапка от армани, кросы за 5к. Я помогу ей! — Я, конечно, не рад перспективе помогать какой-то розовой залупе… но раз свадьба, то чего бы и не сочинить пару частушек… — смиренно сказал Быч, беря на себя свою роль. — А я, дорогие мои, вынужден временно покинуть вас до момента, как это будет необходимо. До скорой встречи, бейбики! — сказал Сокич, и испарился, как девственность двенадцатилетней Оделы после первой стопки водки. — Ну что же, в таком случае, — начала Твайлайт, явно довольная нашей инициативой помочь. — сейчас я расскажу вам, куда нужно идти, и вы займетесь своими делами.

Пов Гам

Спустя пять минут, я уже стоял в каком-то буфете, где-то и дело, словно ебанутые катались на гироспинерах пони-повара, которые готовили различные верхосытки под водочку, блюда и напитки. Подойдя к Эплджек, которая отдавала указания остальным, я, натянув колпак на жопу, спросил: — Эй, Эплежак, куда мне податься? Чо делать то? Повернувшись ко мне и поправив свою шляпку, она поставила передо мной поднос с какими-то кексами-сексами, и тыкнув в их сторону копытом, приказала: — Заправь-ка их, сахарок! — Вас понял, серс. — дав понять, что я всё не понял и мне непонятно, я начал думать, как сделать из этого блядские адовые блюда. — Так, если это зеленый, значит надо положить… блять я не помню… Да похуй, сделаю на свой вкус — нахуярю везде чеснока сколько влезет, как засолку к водке. О, привет Твайлайт! А ты тут чего зыришь всё? Обращение было адресовано Твай, которая стояла с планшетом и играла во фнаф, при этом делая записи у себя на лбу. Обратив на меня свое внимание, она сказала:

— Что.

Поняв, что всё в норме своих вещей, я быстренько достал из подвала сырой, грязный, обоссаный и заплестневелый мешок с луком, вынул на вид самую черствую и гнилую головку чеснока, и не почистив, сунул в один кекс на своем большом подносе, на котором стоял один кекс, так как остальные я по стелсу съел, но не наелся. — ЭплДжек, я всё! — крикнул я, после чего, она нахмурившись, подошла ко мне и взглянула на мой поднос с одной чесночно-чной корзинкой. — Один кекс? Я же приносила двести шестнадцать! Где остальные? Я хотел было честно ее наебать, но в помещение ворвалась Принцесса Хуема-Пиздастрадэнса, вся такая из себя ахуевшая завалилась в помещение. Но ее триумфальное появление прервал я, головка от хуя. Быстро оказавшись прямо перед ее ебучкой, я ткнул ее кексом прямо в рот, да так, что ее зубы затрещали, а чесночный кек оказался в ее блядско-королевском рту. — Приятного аппетита! — пожелал я ей, после чего, под всеобщие ахуевшие взгляды, а также просто НИВАЗМОЖНА прожигающий, злющий-пиздющий глаз, проскользнул мимо ее копыт и пошел в форткрафт. Вальяжно выйдя на каменное крыльцо и сорвав с себя поварскую форму в ближайшую могилу, я под всеобщие крики позади отправился вперед по тропинке, ведущей в одну из башен замка. Привлекла она меня тем, что из нее торчала огромная подзорная труба, над которой я должен был совершить диверсию по плану, который только что придумал. Уже на подходе к башне меня остановила приставленная к ней охрана в виде двух песиков-барбосиков. — Назовите себя, сэр. — спросил один из них. — Какое у вас дело в башне Принцессы Луны? — Выполняю приказ принцессы Селестии — нужно заменить парочку линз на телескопе. — в доказательство своих слов я достал отсоединенный прицел от моей снайперки, которую я всегда ношу с собой. Хмуро осмотрев представленное мной устройство, стражник кивнул, пропуская меня в башню. К счастью, наебать их оказалось не просто, и уже через минуту поднялся наверх и оказался в комнате принцессы Луны, представляющая из себя черную комнату с черными вещами и мебелью, а впереди был черный балкон с нужным мне черным телескопом. — Ну-с, щас подрочим! — подойдя к нему ближе, я повернул его в сторону замка, сверяя все по треснутому глазку, дабы навестись на нужное окно. — Та-а-ак, а теперь… Как следует задумавшись над тем, что я должен сделать, я внедрил в телескоп сервопривод, электромотор от подводной лодки деда, пропеллер, лцу, отсек с сырками, систему автопилотирования, автонаводку, коллекцию треков Стаса Барецкого с дисководом, сидушку и пердушку для сбора атмосферного говна. Установив последним делом сидушку и подключив аппарат к розетке, я довольно постучал по бульбулятору и создал из сырка вай-фай детонатор. Перед тем, как я покинул помещение, я включил лцу, которое своей мощью прожгло замок насквозь тонким как мой хуй лучом, наведенный на зал церемоний. Достав из своего швейцарского рюкзака противопихотные мины, я спрыгнул из башни, активировав парашют, и начал раскидывать везде свои прибамбасы, чтобы злобные пидары во время атаки познали всю прелесть Гамской обороны. Приземлившись на крыше замка церемоний, я сверху обмотал его сырной лдпровской косичкой, чтобы отравить всех членжыргов, после чего приземлился на грядку с луком и лег спать.

Пов Быча

Я стоял облокатившись об колонну этого зала церемоний, виртуозно метая козявки на потолок уже пятый час, а также наблюдая за тем, как розовая залупа как всегда прыгала, развешивая по залу бабкину цацку. Как вдруг это порождение феминизма подошло ко мне с требовательным взглядом. — О, Быч, привет! Давно не видились! Самса и бичаки в Сахарном Уголке расходятся на ура, особенно с этим, как его. пивом! Ах, Твайлайт сказала, что ты поможешь мне, ты ведь поделишься со мной своим опытом развлечения гостей? — прыгая вокруг Быча, воодушевленно кричала Пинки. Кинув последнюю козявку на потолок и закончив фреску Иисуса Хреста, я начал молвить: — Так, значит, записывай: первым делом нужно найти нарды, шахматы, шашки и карты! Пачек двести. А еще листочек бумаги и ручку — научу их в тыщу играть. — наблюдая как Пинки записывает все в блокнот, я протянул ей старинную видео кассету с надписью: «Турбо Габба-трэш-пиздец». — Это видое с супер новомодным танцем! Внимательно посмотри, будешь заводить гостей. А теперь, записывай мои частушки: Девки в озере купались…

Спустя десять головокружительных частушек

— Это конечно все хорошо, но как же веселые конкурсы? — Корвус Экстрим мне под веки! Как я мог забыть! Короче, помню я один конкурс… на похоронах Гамского отца запомнил. Невесте под юбку прицепляем пакетик «Золотая чаша», приводим толпу зеков с кружками. На ком кончится заварка, тому в жопе остальную пачку заваривают! Та-а-ак, что же еще вам сделать… Ага! Вот еще один конкурс, но это уже посложнее: женеху к хвосту привязываем нож, после чего он начинает махать жопой в разные стороны, а подруги невесты должны поймать нож зубами. Кто поймает — та следующая выйдет замуж. Ну и финал. Я на этот случай сам приму участие в конкурсе, так сказать, окажу честь королевской свадьбе. Личные телохранители Шайнинг Армора будут по очереди пиздиться со мной на боксерском ринге, а в финале я выйду с Армором один на один, ты тоже будешь принимать участие! — Какое? — удивленно спросила Пинки. — Вызывать скорую. — скорчив ржачное ебло ответил я, после чего отправился уничтожать шветский стол. «Нихуя у Селестии хата мажорская. Вокруг всякие позолота, как золотые купола в России. Хуйня дорогущая. Это ж столько гостей будет на свадьбе, а вдруг кто спиздит? Спрячу-ка я все в своем багаже. Главное совершенно «случайно» не забыть выложить перед отъездом». Как вдруг мои совсем недобропорядочные мысли прервала обворожительная красотка, элегантно поедая здоровенный эклер с кремом, размазывая его по своим сексуальным щечкам. — Ля какая!

Пов Битча

Рарити находилась в полной эдилии, работая в мастерской, так любезно представленной ей самой принцессой Селестией, что было огромной честью для каждого модельера. Подготавливать свадебное платье для королевской особы — что может быть лучше? — думала Рарити, стоя у манекена и украшая почти готовое платье для Каденс. Неожиданно, под звук смыва толчка в помещение ворвался Битч. — Блять, Рарити! Я тут посрал, нихуя неудобно вашей бабской-понятской бумагой жопу вытирать, все копыта измазал! — и не церемонясь, использовал платье как салфетку. — О нет! Что ты наделал, грязный невежа! Это была моя самая долгая и трудная работа! А теперь посмотри, оно испорчено! — закричала разлобленная кобыла. — Чего? Эта хуйня даже не от Армани. Ты что, это в глории джинс брала? — не сказав больше не слова, под удивленный взгляд Рарити Битч начал наводить марафет. Поставив рядом свой чемодан, Битч достал из него ослепительное платье от ГуччиМани с четырьмя полосками. — Это не просто платье! В этих полосках скрывается история о четырех пацанах. Их было четверо, четыре пацана. Четыре орла, летящие в небо, лучшие друзья… Такое платье будет подходить как нельзя кстати, ведь одно отражает в себе всю глубину магии дружбы. — Вот это да! Я и не думала, что ты можешь подойти к делу так серьезно, сделав что-то действительно достойное с таким глубоким смыслом! — Да, заебись, пока срал сшил. Кстати, раз уж пошла такая пьянка… — Битч достал из своего чемодана армированный кейс с кодовым замком и попросил Рарити. — Отверинись, пожалуйста. После чего ввел код и достал легендарную, непревзойденную, единственную в своем роде, можно сказать всемирный эталон моды — шапку Армани, и надел на голову манекена, от чего тот засверкал и засиял ослепительно белым светом. После чего, Битч невозмутимо подошел к Рарити, что стояла в сторонке с открытыми настиж глазами и ртом. — Дай сотку. Посмотрев на Битча растерянным взглядом, Рарити потянулась к своему кошельку, но опустив голову она его не обнаружила, а подняв голову, обнаружила открытую, измазанную в говне дверь и никаких признаков Битча поблизости. — Вот это мужчина!

Пов Оделы

Флаттершай снова и снова репетировала песню из птиц для свадьбы, но вдруг в их личное пространство завалилась Одела, сигаретным дымом распугав всех птиц, и бросив тлеющую сигу на соломенную крышу ближайшего дома, залезла на дерево заместо птицы и достав из кармана всех своих бывших, она заполонила весь Кантерлот, да так что даже все не влезли, так что решила оставить все-таки несколько самых бывших из них для оркестра, после чего, они уселись на жердочки рядом с ней и запели: — Джинсы порезаны, лето, три полоски на кедах под теплым дождем… Флаттершай прослушав предложенную Оделой песню, начала неуверенно на копытах, опустив взгляд. После чего, открыла рот. — Ох, ну. это явно звучит неплохо, пожалуй, можно использовать твою песню, только не туши об меня окурки… — испуганно пропищала желтая пони.

Вечер того же дня. Кафе отеля «Понион»

Шестерка разноцветных поней сидела за летним столиком пятизвездного отеля, попивая наивкуснецкий молочный коктейль с крапивой, который заказала Рарити и Спайк, заказавший себе жареных евреев в томатном соусе. Также неподалеку сидела наша компашка из троих пацанов и одной телки, употребляющих ягуар со вкусом водки, закусывая пивом. — Это был тяжелый год для всех нас, но мы выжили. — воодушевленно поднял банку с девяткой я, принимая на себя тост. — За это я предлагаю испить сей замечательный напиток. — Владимир Владимирович, а дальше ж то хули делать? Скоро ночь, где ночевать будем? — задал вполне адекватный вопрос Быч. — Ну как это где, конечно же в отеле, который так любезно оплатила за нас Селестия! — отпив из своей банки не дождавшись всех, ответил я. — А там сортиры есть? — поинтересовался Битч. — А в мини-баре есть сигареты? — спросила Одела. — А не пойти бы им нахуй со своей бомжацкой общагой? — возразил Быч. — Зря что ли Битч таскал в трусах сто килограмовую палатку? Я предлагаю разбить лагерь напротив королевского дворца. — Зачем все это усложнять? Мы бы завалились в элитный номер, со всеми удобствами. Сортир, бар, сортир, сок. Что еще нужно для счастья? — недоуменно спросил я. — Да скучно это, все эти отели — залупа! — ударил по столу Быч, разломав его на миллион кусочков. — А в лагере костерок разведем, шашлычок пожарим! На площади плитку раздолбим для сортира — станет общественным аттракционом, так еще и деньги соберем, тебе сок купим. — развел меня Быч на сок. — Не слова больше, я согласен — воскликнул я, забив на протесты Битча и ахуевший взгляд Оделы. — Как ставить палатку?

Одной палаткой и двумя раздлобленными плитками спустя

Быч жарил шашлык на костре, Битч тестировал новый аттракцион в виде толчка, Одела докуривала кофе, а я сидел рядом с Бычем и вертел головой, жаря на своем роге сырок. — Гам, пионерское задание! — воскликнул Быч. — Так как мы разбили лагерь, то кто-то должен его сторожить. Предлагаю сторожить его по очереди. Сегодня ночью ты, а завтра сворачиваемся. — Ну ебаный в рот, ну почему я то? Вон, есть Битч, есть Одела, почему я то?! — недоуменно воскликнул я, слизывая раскисший сырок со своего ебала. — Молчать! Это пионерское задание, и обсуждению не подлежит. Всем отбой — Гам на парашу. — приказным тоном скомандовал Быч. Делать нечего, придется всю ночь стоять и охранять лагерь. Достав дедовский маузер, не забыв разрядить его в проходящего мимо бомжа, я уселся на табурет и приготовился к долгой бессонной ночи, уснув через пять минут.

Утро следующего дня

Открыв глаза от странного шума, я медленно начал открывать глаза, пытаясь выпрямить затекшую спину, я уебался от взрыва слева от себя. Упав в вырытую яму от сартира, я быстро пришел в себя и подскочил, на автомате перезаряжая маузер и оглядываясь. Вокруг была бойня между чейнжлингами и стражниками. Посмотрев на своих друзей, я увидел, как Быч уже дрался с сотней этих дырявых уебков голыми руками, Битч же стрелял по ним из своей насваевой пушки, а Одела тушила об них сиги, от чего чейнжлинги превращались в прах. Так же непонятно откуда появился Сер Сокич и сигаретной магией крошил врагов в табак для самокрутки. — Блять, пацаны, щас все будет! — вскрикнул я, бросившись на помощь окруженному со всех сторон Бычу. — Гам, у тебя ширинка расстегнута! — крикнул мне Быч, прописывая двоичку одному из членжленгов. Оконфузившись как лох я скорей поспешил застегнуть подставившую меня в самый неподходящий момент ширинку и понял, что на мне сейчас нет никакой одежды, а подняв голову, успел запечатлить как Быч разъебывает строй из ста чейжлингов комбо ударом, оставляя меня теперь уже реальным лохом. Наёбал. Наёбка работает — не ржэкич. Тем временем толпа чейнжлингов окружили Оделу и превратились в её бывших парней. — Одела, берегись! Это коварные чейнжлинги, а не твои ебланские долбоебы! Они опасны и владеют невероятно чудовищной техникой заморозки! — Крикнул Сер Сокич, прикрывая спину Быча. Однако, Тут Одела была бессильна, так что она просто встала на колени и сдохла. Злыдни заморозили её тело до состояния обсиканой льдышки и разорвали лёгким движением на множество замерзших кофейных сигарет. — Плёхо дело. Гам, ты должен найти Принцессу Селестию и Твайлайт, им нужна твоя помощь, поспеши! — Подметил Сокич, уничтожив очередного чейнжлинга техникой скурения жизни. — В смысле блять? Имеется ввиду, как я вас кину то? — Решил я построить из себя героя. — Гам, Сокич прав, ты должен… — но Быч не успел договорить, так как я уже съебался в ужасе отсюдава, аж копыта засасали.

Легендарная битва Быча и темных рыцарей

Не успел Гам съебаться, как земля вокруг задрожала, запердела и блеванула, а из параши вылезли два ужасно смертельно капитально опасных чейджлинга. Это были легендарные ахуевшие рыцари Лалфорд и Сруркус. На самом деле, раньше они были моралфагами и состояли на службе у Принцессы, но были злоебуче преданы и в уебищно зарезаны как ебаные свиньи блять. Лалфорд был на вид обыкновенским чейнжлингом, но в обваражительно распиздатых доспехах, ослепительно заебательским мечом и невообразимо длинными чёрными лобковыми волосами. Сруркус выглядел невъебленно огромным и ебать его в рот каким гигантским. Казалось, что его великовыебнутое обкаченное тело затмевало Солнышко над полем блядской сечи, а его blade словно был выкован армией дворфов-таксистов из цельного куска паровоза нахуй — настолько он был помпезно, грандиозно и ахуеть вообще как огромен. Эти пиздецки ахуевшие Рыцари ночи пришли явно не пить чай с кексиками. Они жаждали только одного — исполнить волю своей королевы Кризались, то есть поубивать нас всех в пизду нахуй и зверски выебать в жопу наши обесчественные трупы. — Сокич, у меня созрел прикольный план и кабачок в Наноферме. Кабачок я соберу сам, а с планом ты мне должен подмогнуть по брацки. Короче, щас я пизды дам этому пидору волосатому, а ты пока отвлеки на себя внимание этого тиранопотама. Его мы оставим на полдник с ряженкой и сдобным пряничком, . — Решил я отодвинуть Сокича во второстепенных персонажей. — ЕС, а ЕС, мне это как в кашу пернуть! Но будь осторожен! Эти тупые дибилы невероятно опасны! Одна ошибка может стоить тебе жизни, а может даже и сотки! — Предостерег меня сер Сокич. — Не ссы, Маруся, я вернуся.- Не прекращая выёбываться я ответил Сокичу. — Слышь, Лалфорд, тебя когда в очко ебали чо на жопе написали? Я тебе щас въебу, иди нахуй отсюда. — Решил я взять его на понт чтоб задизмаралить, прочитав на его бейджике рецепт майонеза. — Да как ты смеешь?! Готовься к смерти, жалкий минотавр! — Обрекая своё ебало на неминуемое уничтожение ответил мне первый рыцарь. Лалфорд Прыгнул на меня, сныкав меч за спиной, тем самым наебав меня на четыре кулака, как тупого дурака. Откуда же он даст пизды? Как вдруг темный Рыцарь атаковал меня своими лобковыми волосами, впишись ими в мои Бычьи руки и ноги, тем самым парализировав меня. Однако, коварный чейнжлинг проебался и не учёл одного важного нюанса. Мне не нужны конечности, для проведения невероятно пиздатой смертоносной атаки и поражения его сигаретным хамоном! — Ах-ах-ха, щас я тя трахну блин, понял нафиг?! — Вскрикнул Лалфорд, занося меч для удара. — Бля, пацаны, ща! — быстро сбегав в ближайший ларек за пивом, Битч откупорил сиську и начал смотреть. — Продолжайте. В самый наипоследнейший момент, когда меч был уже в макрометре от моей головы, я совершил молниеносный рывок и забодал этого ебаного долбоеба своими рогами, послав через них хамон. Искренне ахуев, Лалфорд уебался прямо на жиребят, раздавив их всех нахуй. — Быч, очкуй. Хамон не прошёл! — Предупредил меня сокич, отвлекая внимание Сруркуса, показывая ему фокусы с сигами. Рога являются уебищным проводником хамона, так что я не пизданул Лалфорда, как батя учил. Поэтому он воспользовался моментом и прихуярил меня волосами к ближайшей пятёрочке блять, тут же принявшись захобачивать мои жизненные силы. — Да как ты смеешь позорить меня своим скверным хамоном?! Получай! — Воскликнул Лалфорд, вновь атакуя меня своим мечом. — Левый коронный — правый похоронный — На серьёзе ответил я Лалфорду и, разорвав в пизду нахуй мышцами его волосы, пнул блять занесенный над моей сука головой меч, послав по нему салидолово-мочегонный хамон. — Так держать, Быч! Так им, немцам поганым! — Подбодрил меня Сокич, доставая сигу из-под жопы Сруркуса. Хамон прошел в тело темного рыцаря как водочка под селедочку. Он превратил правую руку в мерзкую ссаину и продолжил хуярить по венам. — Эта боль — хуита для меня! Пиздись со мной не сдерживаясь, ублюдок! — Закричал рыцарь, вновь атакуя меня своим мечом. Однако, тут мне все понятно, как буква «Ъ» в категории моей годности к службе в армии. Поэтому я не стал предпринимать ничего для отражения меча, а просто встал на колено и забил косячок. — Быч, ты чо ебанутый блять? Остановись! — Бросил обеспокоенный Сокич. Меч Лалфорда остановился в миллиметре от моей бычьей кепочки с сотками. В этот момент мы оба всё вдуплили. Жызовая энергия хамона воскресила снюс под его губой, его жмыхнуло и он снова стал тупым сука дауном блять, потому что снюс для хуесосов. Хамон сделал его живым. Кровь чейнжлигов разлитая под ним превратилась в живое пиво. — Быч, я в шоке нахуй. Спустя столько лет нашёлся кто-то, кто смог раскачегарить во мне снюсыч.- Начал свою синтементальную реплику Лалфорд. — Я хочу дропнуть тебе мой меч. Моя принцесса подарила мне его, а вместе с ним выгравированное на нём слово «рак», а я дарую тебе слово «срак». После этого рыцарь дописал букву «С» пальцем, вымазанном в говне блять. Затем он превратился в прах и был развеян пукичем, а его ослепительная броня осталась сверкать в свете туманок тонированной четырки. — Помянем фраера. — Почтил я память падшего героя, достав из кепки рюмку ацитона и хлопнув её. Тем временем, Сруркусу стало уже поебать на финтифлюшки Сокича, так что он мгновенно растоптал добытый мною шмот, но я успел спасти геройский меч. — Лалфорд был пидаром! Он использовал в бою свои пидарские волосы и прочую хуйню, чтоб одолеть долбоебов. Я же, Сруркус, не нуждаюсь ни в чём подобном! Я готов срать и ебать! — Взревел второй пидар, вызывая меня на поножовщину. Однако, ни я, ни Сокич недооценили его коварности. Мы оба думали, что Сокич отвлекает Сруркуса. На самом же деле — всё было в точности наоборот. — Смертельная атака — адское небесное геморойное убийство, убью обоих за касарь! — он успел раскидать огромную железо-бетонную цепь вокруг поля битвы. Одним лёгким движением руки Сруркус обвил цепь вокруг моей шеи и вокруг талии Сокича. Смертельная атака Сруркуса разорвала Сокича на левую и правую палочки твикс и сломала шею Бычу, после чего два ахуевших тела уебались на коврик для йоги. — Королева Кризалис, как Вы и приказали, я избавился от них! — вслух проговорил Сруркус. — Нихуя ахуеть! Охранник пятёрочки вышел! — завизжал Битч, прячась под чужой жопой от чоповца. Несмотря на сломаную шею, Быч все же ворочался на земле и промычал: — Мэм, а ммэ. — Ах-ха-ха-ха! Я сломал ему жопу, а он еще срет! Вдруг Сокич схватил барахтающегося Быча за кепку и простонал: — Б-Быч… мой последний, мой последний… мой беломорно сигаретный прием! Я передам курительную технику Бычу! Последний оверсмоук «Спасение»! — А-а-а! Охранник, иди нахуй! — орал Битч, убегая от охранника, который бил его ссаной тряпкой. — Быч, я отдал тебе все свои прокуренные легкие, ха-ха… — промычал Сокич, после чего сдох. Лох. — Сокич! Сука! Ты мне полтос должен! — закричал Битч, забив на сотрудника пятёрочки. — Лол, вам пизда. — сказал Сруркус и хотел было раздавить голову Сокича как самый вкусный и сочный кусочек баобаба. Как вдруг Быч, полный сил, поднялся и разорвал цепь, как целку девственницы и сказал: — Я пописал немножка, и сказал… атсаси у меня Сруркус! После чего прописал бандюгану-чейнжлингу неистовую солнечно-беломорную водочную приколюху. Ебло Сруркуса превратилось в конфету «Левушка». И лопнул лох. После чего Быч сказал: — Nice!

Пов Гам

— Надо поспешить! — пробегая по королевскому саду, я выбежал прямо ко входу в тронный предбанник, в котором и проходила церемония посвящения во враги народа. Ворвавшись прямо во время произнесения слов «Объявляю вас шлюхой и…», я крикнул: — Кукурууузааа свежая варёная очень вкуууснаяяя! — обратил я на себя внимание всех находившихся в зале пони, включая пятерку не выплаченных элементов, Селестии, поддельной Каденс и Куколд Армора, который приготовил ссаную кочергу и злое ебало для контр-аргументов моим вполне адекватным словам. — Это вам не Каденс! Это вам Королева хуйни Кризалис! Как только я сказал выше сказанное, в зале воцарила минута молчания, прерываемая только скрилексом. Переглянувшись как Шреки, все устремили взгляд, полные взглядов, на Кризалис, невинно хлопающую глазьями. Наконец, прервав всеобщее молчание, Селестия спизданула басом: — На каком основании, смердный Гам, ты смеешь говорить такие слова?! — кинув в меня озлобленный взгляд, произнесла повелительница солнца. — Ты хоть вдупляешь, что проявил абсолютное беспардоние в сторону королевских особ, а также великой церемонии бракосочетания?! Состроив грустную рожу и план по краже полтарухи жигуля из пятерочки, Королева чейнжлингов аж хрюкнула своим своим блядским носом, сучара, изображая абсолютли обидэбл, показывая мне фак. — Какая бестактность… я просто хотела, чтобы этот день прошел идеально, как водочка под селёдочку. День моей свадьбы! — Она натравила на Кантерлот дырявых пидаров! — Попытался я парировать фак. — Что это за бредни? Если я, Принцесса Каденс, натравила на Кантерлот, как ты выразился, «дырявых пидаров», то почему ты сейчас здесь? — Да в смысле блять? Прямо сейчас чейнжлинги рашат Кантерлот, который защищают мои бротюни! Не верьте ей, выгляните в окно и убедитесь сами! — возразил я, направив ответное копыто гамского правосудия в сторону Украины. В это же время, в помещение влетела пара-тройка тысяч чейнжлингов, приземлившись где-то среди присутствующих, подняв всех на забив. Все пони мигом ринулись к экзиту, где их поджидал еще один отряд чейнжлингов, составляющий по моим расчетам около десяти тысяч пони-оборотней-фури. — О нет! Все, драпайте! Спасайтесь кто может! — проревел какой-то педик, которого сразу повалили на пол членжинги. Нахмурив свои гамские брови, я начал прорубаться топором сквозь толпу напуганных пони, разсасывая их на своем пути. Уже почти оказавшись над зависшими в схватке Селестии и Кризалис, которые сражались на каких-то мега лазерках, изображая стар ворс. — Ух ты ж блин блинский, я должен помочь принцессе Селестии, пока все смотрят как долбоебы новогоднее обращение Путина! — уже достав из кармана свой коронный-похоронный, дедовский, клевый, эпично-легендарный, заряженный маузер и нацелившись на Кризалис, я выдавил прыщ и пукнув, обмяк. А именно — я увидел на столе с закусками поднос с мармеладными, простатными бутербродами. Так как я знал, что их граммовка составляет от 70 до 80 грамм, я перевел прицел на ножку стола, прострелив ее, из-за чего все закуски, канапе и мармеладки скатились в уже заложенный под столик едосос. — Тихо спиздил и ушёл — называется нашёл! Тем временем Селестия получила аперкот супер лазером в глаз и с подпаленным рогом, валялась на ссаном полу в окружении могильного хоха. Кинув в сторону Селестии изумленно-похуистичное ебало и икону пресвятой богородицы, я произнес: — Это вам не это! — и навел свой пестиш на злюку, но его, конечно же, 10 раз заклинило в пизду нахуй, по этому я решил соорудить обманку. От чего Твайлайт встала дубом, тупо уставившись на мой крутой, накачанный пресс, как и все вокруг, включая ухмыляющуюся Кризалис, довольную своей недавней победой над солнце-жопой. Открыв свой зубастый, злодейский рот, она злодейски спросила: — Гам, как ты накачал такой крутой пресс?))) — Спиздил. — Сказал я, воняя изо рта ей в лицо, чуть не получив зарядом магии в ебало от королевы, вовремя увернувшись, пропустив луч через мелкую терку для насвая, из-за чего он отрекошетил и убил Филипа Киркорова, потому что ахуеть. — Ах ты! Ну все, время Гамской схватки! Вернув пестиш в боеготовность, я начал прицельно палить в злую злыдню, а за одно и мемсы, а дваче, пока остальные ахуевали от происходящего. Хихихая, Кризалис начала в ответ стрелять в меня смертельными зелеными сгустками магии. Пули летели точно в молоко, но выставленный перед ней магический shit блокировал все выстрелы, не давая нанести ей хоть единицу дамага. Это продолжалось в течении двух дней, пока у меня не кончились патроны, так как я ношу с собой только гильзы, а пули продал на барахолке за надкушенный сырок. — Ты пососёшь, жалкий уродец! Как ты вообще посмел присунуть мне эти отвратительные кексы! Я испепелю тебя на месте! — орала она в мою сторону, тыкая в меня своими лучами с помощью лазерной указки. — Слыш сука блять чо, а?! — опрокинув стол с уже пустыми тарелками и сныкавшись за ним, я уже хотел было понюхать попку носиком и прикинуться кисипёсиком, как вдруг стол был взят в плен немцами, а я поднят вверх на всеобщее посмешище суперкой Кризалис. В попытке вырваться, я начал дрыгать всеми конечностями, как я это всегда делаю, но это не дало никакого эффекта. Подлетев прямо к ней, она повернулась ко мне своей понячей жопой и уставилась на фреску с углем. — Твои друзья сейчас, как и ты, скорее всего давно убиты и зверски выебаны. Зачем же ты сопротивляешься, жалкий червячок? — Потому что я русский, немцы хуй сосут! — гордо сказал я. — А еще ты не права, ибо я продумал еще все до того, как ты родилась. Улыбнувшись во всю свою конскую морду, я зажег рок, после чего послышалось куча взрывов и предсмертных, мучительных криков и аплодисментов, издаваемые чейнжлингами. Их ошметки раскидало по стенам и окнам зала церемоний с обратной стороны, заставив Кризалис перестать улыбаться и растопырить свои глазные ставни, осматривая все действо в полнейшем ахуе. — Ты… что ты только что сделал?! Мои подданные, я не чувствую их связи! — начав заряжать свой рог, проорала злыдень, уже готовясь меня кремировать. Я уже думал, что это не пипяу, как вдруг стену пробила самонаводящаяся подзорная труба, упав рядом с нами. Пока сучара отвлекалась на необычный объект на котором кто-то восседал, я с помощью своего скалиоза вырвался из телекинетического поля, улетев в стену и распластася на полу в позе долбоеба. Кряхтя, я поднял свою голову и не увидел то, что никак не ожидал не увидеть: Не спиздеть — кровищи море. Отъебал жених невесту, нет на ней живого места, а также Борода, который и прилетел на телескопе. Он дрался с нахлынувшими из дыр в стенах вражинами, толпами накидывающихся на него. Пока он пиздил и насиловал врагов, а пятерка пони защищала принцессу, Пиздализ злобно уставилась на меня. Как только началась вся мокруха, из неоткуда вылезла диджей Ванилька Скруч, и повертев своей пластинкой 13, она включила крейзи фрога, поставив на воспроизведение следующей песни бутырку. — Мы с тобой еще не закончили, и этот пушистый не спасет тебя! Подданные! Атакуйте этот комок шерсти! Вы что, не можете прикончить этого глупого кота?! — смотря, как целые пачки ее детей умирали от взмахов когтей и струй кошачей мочи, она из последних своих сил, телепортировалась на люстру, начав обильный орбитал страйк прямо в меня. Подорвавшись сальтухой с пола, я включил наруто-ран, начав уворачиваться прыжками от вражеской магии, при этом активировав в пип-бое 216 режим СЭС. Сделав сальтушку задом наперед в воздухе, я встал на уши прямо под люстрой, вбившись рогом в мраморный пол. — Борода! Ко мне! — подав Бороде знак, он в мгновения ока оказался у меня, после чего я сразу схватил его за веки и подбросил его на люстру к Кризалис. Борода, приняв позу 69, проссал потолок насквозь рядом с ней, раскачав ударной волной люстру с жопными свечками. Завизжав, она полетела с этой люстрой прямиком нахуй. Выглянув в окно, я увидел, что она проломила собой деревянный дедовский сортир. В следующую секунду, с ноги выбив дверь, она злобно уставилась на меня. Резко телепортировавшись ко мне сзади, она кинула меня на прогиб, сломав мне спортивные очки и жизнь. Попытавшись подняться, я сразу был прижат ее жопой к полу. — Вот ты и попался, жалкий червь! Время умирать! — победоносно дав лыбу, она собралась уже было меня добить, как вдруг услышала топот копыт на крайний день и скрип открывшейся калитки. Подняв голову, она увидела в проеме минотавра с ахуевше классным мечом и символикой на нем. — А ты еще кто, тварь?! Лучше убирайся, если жизнь дорога! — Чо нахуй, ты блять, лошадь дырявая, щас ахуеешь на месте. — после сказанных слов, он пошел прямо на Кризалис, эпично вышагивая каждый шаг. — Кризалис! — Хо-хо, ты приближаешься ко мне? Вместо бегства ты идешь ко мне? Как смело, но твоя уверенность продлится не долго. — уверенно двинувшись ему навстречу, произнесла королева. — Я не могу разъебать такую шмару, как ты, пока не подойду ближе. — максимально ахуевше ответил Быч, покрепче сжав меч в руке. — Да, вот так вот так-то! Ща, Быч, я пойду посрать. — высунулся из широкой спины Быча Битч, держась за обосраную жопу и сел срать прямо по середине зала на мертвых чейнжлингов. В последнюю секунду Кризалис отвлеклась на пердеж и хихикание Битча, что дало Бычу момент занести меч для удара, выкрикнув. — Получи по ебалу «Сраком», орра! — И, замахнувшись мечом, со всей Бычовской силы попал ей прямо в колено. Однако, ничего не произошло, после чего все замерли в шоке нахуй. — Хм) — Злобно усмехнулась Кризалис, как вдруг копыто дало трещину. — Я… Кризали-и-и-и-с-с-с! — Завопила Королева Хуйни, когда трещина разошлась по всему ее телу. Тупая пизда загорелась синем пламенем, взорвавшись, как бомбочки и пиво. Её голова подлетела вверх и, ударившись о потолок, упала прямиком Бычу в руки. — О, заебись трофей. Сделаю из нее чучело. Повешу в сартире, буду смотреть, пока сру. — Ура, давно такую хотел! — озвучил свое согласие Битч, вытерев жопу языком мертвого чейнжлинга. — Эй, Гам, можешь вставать, я ее разъебал своим отвлекающим маневром. — Быч, ты просто крейзи! Это просто аха-хатбл. — произнес я, сразу подняв взгляд на потолок, на котором пять сек назад был Борода. Осмотрев зал, заполненный растерзанными трупами вражин, а также сжавшихся возле очухавшейся Селестии мейн сикс, я поднялся. — похоже, что все кончено — Кризалис сдохла. — Это так… жестоко, — в ахуе сказала принцесса, прижав к себе защищавших ее пони. — столько смертей за один день. Я точно никогда не забуду эту свадьбу. — Да ладно вам, принцесса, — подошел к ним Битч, — меньше стресса. Какая пиздатая свадьба обходится без поножовщины? — И то верно. — согласился очухавшийся Шмарник, подходя к своей супруге. — И все же, это не повод отменять нашу свадьбу. — Согласна, пожалуй, можно перенести ее в парк, подальше от всего того ужаса, что произошел здесь. — согласилась солнечная кобыла. Доковыляв до дыры в стене замка, я увидел, как остатки чейнжлингов отступают, отрываясь от земли и улетая прочь, куда-то далеко, прямиком нахуй. Везде были следы бойни, город местами горел и был разрушен десантированием войск Кризалис. Солдаты и обычные пони собирались толпами, запинывая не успевших сбежать вражин. — Теперь точно все. Быч, что у нас там дальше по плану? — обратился я к подошедшему ко мне Бычу, вертящему свой трофей на одном пальце, словно бейсбольный мяч. — А теперь, Гамский Гам, мы будем тусить. — Не ну такое я люблю без пизды. — охотно согласился я, как вдруг к нам подлетел Битч, услышав заветные слова и уже накрывал пивную поляну на ковре из трупов чейнжлингов. — Да не тут же, надо ж вечера подождать! Смотревшие за сием действом пони, наконец-то начали приходить в себя, потеряв всякий страх и решившись подойти к нам. — Блин, это было нереально круто! — подлетела к Битчу Дэш, восторженно смотря на него. — Как клево ты их всех замочил! Научишь меня таким приемчикам? — Н-да… нашла ты конечно героя. — косо прошептала ей Эплжук. — А я вот считаю, тут заслуга Быча! Вы вообще видели, какой у него большой меч? У-ух, еще и такой красивый! — не менее ахуевше прокомментировала Рарити, указывая на уже допивающего сиську пива, Быча. — Ну, а хули, у меня не только меч большой. — согласился Быч, заливая мочу и пиво мне в уши. — Даже снаряга не понадобилась. — отпив пива, произнес уже я, смотря на спрятанную гору сумок в горшке с геранью. — Хм…)0 — привлекла к себе внимание Селестия. — Тири. Это конечно все ху. печально, но это еще не повод отменять день молодежи. По этому, я предлагаю направится в парк, где уже по моему велению уже накрыта поляна. — А что, я согласен, вот я давно уж ничего не ел. — радостно произнес я, направляясь к выходу со всей дури и остальными дурами. Растопырив хуй и растопырки, я увидел целую толпу ахуевших от нашествия зергов пони. Не успел я что-либо сказать, как они сразу столпились вокруг нас, окружив Селестию и остальных, подняв шум. Растолкав всех, я смог вырваться вперед, направляясь в точку назначения.

Вечер того же дня.

Я стоял рядом со столом с кушанием, как обычно, пока все заняты своими делами, распихивал все в свой рюкзак, который двести шестнадцать раз успел треснуть порваться от натуги, которую создавал напизженный хавчик. Играл замечательный шансон от того же диджея, шарманка которого пела о ввалившихся сраной кучей три ботаника ебучих, подошли блять рядом, сели, и хуйню запели: «Нойз — король, да гопник Баста. Центр — лохи, сосут у Касты. Нойз ментов хуйнул по теме. Он герой и признан всеми». — Интересно, что за Нойз такой опальный… хуй проссышь. — прокомментировал я, отстав внатуре, и думая, что за репер нереальный. Все в тот вечер было наконец-то идеально: вот они, слева направо стоят наряженные Твайслайт, Псинки, WinRARити, Айджек, Флахтершайс и конечно же Стаса Михайлова. Какая без него королевская свадьба? Все нарядные, ахуевше нарядные, смотрят на не менее грациозную Каденс с Шайнингом, стоящих под аркой блядосочетания, в окружении сотен миллионов пони, следящих и слушающих уматную речь Селестии о том, как все у супруг в жизни будет пиздато: как лес стоит, как деньги будут. А вон, рядом стоит Битч, окуная жопу в фонтан, в котором обильно лились реки сникерсового сока. А вот там, где-то недалеко Быч… стоп, а где Быч, собственно? По закону жанра он сейчас должен был поедать, попивать и побивать все, что есть поблизости. Если бы было какое-нибудь супер-пупер дело, он бы заставил меня, а если я слишком блядский распиздяй для этого, то хотя бы высказал мне об этом в лицо и отпиздил. Что-то тут не так, надо бы разузведать… — Эй, Битч, ты не в курсе куда Быч подевался? — Обратился я Битчу, который хвастался своими передними жирными копытами перед Срарити. — Хуй знает. — Как всегда ответил Битч, показывая свой кубик на животе. Пусть один, зато большой. — Хуй, ты знаешь где Быч? -Поинтересовался я у достоверного источника. — Конечно знаю, я ведь хуй! -Воодушевленно ответил мне хуй.- В последний раз он был замечен по дороге к дому Фэнси Пэнса. — Спасибо, хуй, дай бог тебе здоровья. Не спеша додавив прыщ, я спрятал свой рюкзак на дороге посреди парка и отправился искать Бычу. — Стоп, блять, чего? — достав советскую лупу, я начал внимательно следить за действиями Быча, подбежавшего к арке и столкнув женихов в парашу.

Тем временем у Быча

— Слыш, блять, белая, давай это, самое, читай нахуй свои стишки. Жениться хочу! — и кивнул головой в сторону цистерны с пивом, в подтверждение своих намерений отразив на небе с помощью очень мощного прожектора свою фигушку. — Во! — Быч… как-то нехорошо прерывать такую церемонию другим пони. — робко ответила Флаттершай. — Поебать. — грамотно парировал ее замечание Быч. — Что же… — замялась Селестия, смотря прямо на минотавра. — Так как ты и твои друзья являетесь спасителями и героями Эквестрии, я могу сделать такую услугу. Кхм! Обратив на себя внимание всех находящихся пони, принцесса начала торжественную речь: — Быч, спаситель, герой и гордость Эквестрии! Готов ли ты взять эту… особу в свои жены? — задала она самый в мире коварный вопрос по ЕГЭ. — Ну, а хули. — ответил Быч, и не дожидаясь право голоса своей новой половинки, откусил ей пол ебала, после чего закинув ее на плечо, как мешок с говном, сел в наикрасивейшую, ахуевшую повозку, явно предназначенную для Шрека, и уехал в закат, под Стаса Барецкого, которого включила та самая диджей-хуй-фри. — Эй, куда! Это карета принцессы Каденс и капитана Шайнинг Армора! — закричали вслед стражники, но быстро были остановлены самой принцессой, виновато смотрящей на всех вокруг и неловко давая лыбу, будто так и должно было быть Закончив наблюдать за всем этим пиздецом, который учудил Быч, я вернулся к своим Гамским обязанностям — поглощением пищи. — Все таки хорошая свадьба получилась. — смотря на оттряхивающихся от грязи Кукалмора и Кукаденс, произнес я. — Так, а что там с Оделой?