Ближе

You gave it all, Ты все растеряла, Given up on luck your heads above the dust, Отказалась от удачи, боясь подняться над всей этой пылью. You gave it all, Ты все растеряла, I waited by the other side. А я ждал тебя на другой стороне.

Она

Было где-то около одиннадцати часов вечера, когда я услышала тревожный звонок телефона. Лениво открывая глаза, я взяла трубку в руки и выдала неторопливое приветствие, до конца не понимая, что требует от меня звонящий человек. Сначала размыто слышала какие-то звуки, а только потом ко мне заговорили. — Василиса, ты? — торопливо сказал Ник не своим голосом. Сперва я даже не поняла, что это он, но потом голос стал звучать чётче, и это придало уверенности, что звонит всё-таки Ник. — Ну? — абсолютно не понимая такого напора, я наконец ответила, присев на кровати и ожидая дальнейших слов парня, которые были сказаны незамедлительно. — Фэш в плохом состоянии, — выдал как на духу, и для начала я изумленно поднялась с кровати, а на глаза совершенно неожиданно брызнула влага, и я просто не знала, что ответить, потому что появилось чувство, что из меня в один момент вышибли все слова. — Ты всё ещё здесь? — нет, нет, меня здесь нет; это не я; это не со мной… — Я здесь, — дрожь была еле ощутима, но любой бы человек распознал её среди других звуков. Дальше я уже не продолжала, потому что не знала, как продолжить, а в голове было столько вопросов, что это было до жути нетерпимо. — Я понимаю, как тебе плохо, но я должен был об этом сказать, — неосознанно киваю на его слова и ничего не отвечаю, и он говорит дальше: — У него было переохлаждение, и, возможно, диагностируют пневмонию, как нам врач сказал, вероятно, что он заразился ею, — Ник тараторил очень быстро, и некоторые слова доносились ко мне только отрывками, но сейчас я всё понимала. И знала, что это слёзы струятся по моим щекам. — Пневмония? — губы мелко дрожали, и звуки выходили очень смазанными, и я постаралась говорить четче. — Воспаление лёгких? — следующий вопрос вышел увереннее, но всё равно было слышно, что я резко вдыхаю и выдыхаю, что было признаком того, что я плачу. — Да, ты всё верно говоришь, — утвердил Ник, и его голос с каждой секундой звучал всё тише и тише. — Это очень серьезно, и нас к нему не пускают, но… Так как у Фэша нет ближайших родственников, то врачи согласились пустить его девушку, — сказал он, и я уже понимала, к чему парень клонит, — так что желательно, чтобы ты сейчас примчалась сюда. Это недалеко от твоего дома, так сказала Диана. Так что прошу, приди именно сейчас. А то от врачей никакой информации нет, и я думаю, что ты сможешь добыть её, — Ник перевел дух. — Прошу. Я понимаю, что уже поздно, но это Фэш… Он очень дорог нам. И дорог тебе, Василиса, — сказал он, и эти слова доносились до меня уже из громкоговорителя, потому что я быстро одевалась и торопливо выдавала последующие фразы: — Хорошо, я сейчас буду, — и отключилась. Одеться для меня не заставило особого труда, так как я всею душою желала поскорее быть с Фэшем, и мне было абсолютно наплевать на одежду и подобную ерунду. Захлопнув дверь своей комнаты как можно тише, я прошла через гостиную в коридор, мысленно умоляя, чтобы меня никто не услышал, но все мои усилия были тщетными. — Куда ты направляешься? — спросила Елена, флегматично упираясь о косяк двери. Я же старалась не обращать на неё внимание, обуваясь, так как прошедшие месяцы то и делала, что игнорировала её и отца, которого, кстати, сейчас дома не было, так что я оставалась один на один с ней. — Не хочешь объяснить это своей маме? — язвительно приподняла бровь и присела на ближайший стул. — Маме? — не смогла сдержаться я. — Маме? Действительно? Ты никогда ею не станешь для меня, — последнюю фразу выронила со злостью, потому что итак за Фэша волнуюсь до дрожи в сердце, но, конечно, ещё и она должна раскопать во мне этот гнев. — Поверь, твой матерью мне хотелось бы быть меньше всего, — ухмыльнулась с ядом и погладила свой живот, который приобретал размеры с каждым месяцем. — О, так ты плачешь? — как-то не по-доброму фыркнула она. — Проблемы? — с усмешкой поинтересовалась, подходя ближе ко мне, и я положила последние силы, чтобы стерпеть это, но когда её рука соприкоснулась к моей мокрой щеке, чтобы вытереть слезу, то я, не выдержав, отбросила её от себя. — Не трогай, — выплюнула со злостью, и в следующую секунду Елена, размахнувшись, влепила мне пощечину, и я сразу же почувствовала, как щека начинает бешено пульсировать. Я правда ощущала, как ударяются о десны мои зубы, и от этого внезапно разболелась голова, а слёзы ещё сильнее покатились вниз; сдерживать это не было сил. — Ты сумасшедшая! — выкрикнула я, рыдая ещё сильнее, и, схватив свою куртку, выбежала на улицу. Не обращая внимания на то, что падал сильный дождь, который смывал град слёз с моих щек, я подалась в больницу, по пути надевая уже влажную куртку. Мне уже ничего не хотелось, кроме Фэша. Я шла туда, где был он. Шла туда, где смогу быть с ним. Слёзы иссякли, даже плакать было тяжело, поэтому я просто шла. Там будет он. Там буду я. Живые или мертвые. Мы будем вместе. Медленно дыхание приходило в норму, пока я пыталась отдышаться, стоя перед больницей. Мне уже не терпелось войти туда, но должна была хоть как-то привести себя в порядок. Всё. Ладно. Терпеть уже не могу. Не хочу. Я быстро вошла в здание, оглядываясь вокруг, ища своих друзей. В руках держала уже полностью испорченный, но всё ещё рабочий телефон, с помощью которого я уже звонила Нику, но, увидев его возле какой-то палаты, я положила трубку и побежала к ним. Он о чем-то беседовал с Дианой, которая хоть и была растрепанной, но выглядела куда красивей, чем я. Глядя на меня, у обоих округлились глаза. — Что такое? — спросила я, осматривая себя в поисках того, что их удивило. — Ну, начиная с огромного синяка, заканчивая вообще твоим лицом? — устало выдохнула Диана, садясь на стоящий возле палаты стул. — Ну да ладно, сейчас это неважно, хотя в иной бы раз я бы с тебя шкуру спустила, — грозно прибавила девушка, вымученно улыбаясь, но эта улыбка, определенно, была одной из самых прекрасных в мире. — Сейчас, — Ник пошёл куда-то, и я взволнованно пережала плечами, с недоумением глядя на девушку, но через несколько минут он вернулся с врачом, насколько я поняла. — Эта девушка, Василиса, которую звал Фэш, — я постаралась мягко улыбнуться прибывшему человеку, и он кивнул мне, уже не обращая внимания на мой ужасный внешний вид. — Это палата парня, — махнул рукой в сторону двери, — Пройдем со мной, — и я послушно подчинилась требованию, до конца не осознавая, что именно делать, но ради Фэша пошла бы куда угодно. Увидеть его было тяжело. Это мягко сказано. Когда я увидела его, то почувствовала, как новый приступ рыданий застрял в горле, и я уже старалась не расплакаться. Его лицо было таким бледным, что я бы наверняка подумала, что он умер, если бы не вздохи, бывшие для меня в этот момент благословением с небес. Я обернулась. Не могла смотреть. Это было тяжелее, чем я предполагала. — С ним будет всё в порядке, — утешил меня врач, глядя, как я категорически изменилась в лице. — Пневмонии у него нет, так что по этому поводу беспокоится не стоит. Только одна проблема — он бредит и не может проснутся, — он сел возле меня. — Всё время зовет вас и его покойную сестру, Захарру, если я не ошибаюсь, — продолжил, и я кивнула, подтверждая его реплику. — Так что я подумал, что ему будет легче, если вы побудете рядом. На моей практике было несколько таких случаев, и я уверен, что ему станет лучше, — врач опять приподнялся со стула, ожидая последующих слов. — Я побуду с ним, — покачала утвердительно головой. — Только объясните Нику, что с ним, он волнуется, — доктор кивнул. — Хорошо. Ничего не трогайте, — указал в сторону капельницы. — Можете разговаривать с ним, это пойдет на пользу, и, если он очнется, сообщите, — перед тем как выйти из палаты, посоветовал он, но я уже не искала ответов, а просто смотрела на Фэша, который сейчас был так близко, но при этом далеко. Мир вокруг сжался. Что-то внутри меня рыдало, а сама я неосознанно сжала руку парня, губы которого неожиданно для меня зашевелились, и он выдал хриплое: — Василиса… — и я тут же придвинулась ближе, сжала руку сильнее, и тотчас заговорила, а слёзы смешались с улыбкой, которая неожиданно образовалась на моем лице. Он меня зовет. Он меня ищет. — Я здесь, Фэш, я здесь, — я наклонилась над парнем и оставила поцелуй на его лбу, ещё раз посмотрев на лицо, на котором уже красовались капли моих слёз. — Я теперь всегда буду рядом, только позови меня, Фэш… Только зови меня, прошу, зови, и я приду, — шептала я всё время, шептала с отчаяньем и с лаской, шептала с надеждой и болью. Я сейчас даже дышала только для него одного.