Зов одиночества

— Ангел! Он нашёл её на полу комнаты. Ламповые блики окислённой светотенью расползлись по помещению, разбавляя мрачную обстановку толикой приглушённого света. Еле слышное жужжание работающей техники неприятно царапало разум; казалось, что оно раздражало до болезненного жжения в горле. До отвратительной пульсации в висках. Риз учащённо дышал. Он сам не заметил, насколько быстро добрался до нужного отсека. Стоило прочитать сообщение, как парень вскочил и, захватив с собой несколько необходимых вещей, отправился в путь. Заподозрил что-то неладное, пока бежал до склада и от этого щемящего чувства пальцы на кибернетической руке машинально сжались в кулак. Интуиция его не обманула. Сердце едва ли не вылетело из груди, едва ли не переломало все рёбра оглушительным стуком, когда вместо ледяной молчаливости Ангел Риза встретила темнота. Дверь в комнату девушки была приоткрыта. И первое, что сделал Риз — устремился туда. Сначала постучал, покашлял, но, не получив ответа, вошёл без приглашения. Торопливо осмотрелся, поискав её глазами, и когда взгляд переместился вниз, его бросило в холод. Ангел растянулась на полу и практически не подавала признаков жизни. Отброшенная тень зловеще искажала некогда мягкие черты её лица; сейчас же Ризу почудилось, что девушка вмиг повзрослела, неузнаваемо изменившись. Набравшись решительности, гиперионец осторожно опустился возле неё и покачал головой. Ангел хмурила лоб, и Ризу почему-то захотелось разгладить образовавшуюся морщинку, проведя по ней пальцем. Ему с трудом удалось подавить в себе это неуёмное желание, а после он снова принялся вглядываться в бледное лицо девушки. Из носа Ангел шла кровь. Риз покрутил головой, намереваясь найти то, чем можно было её стереть. Бегло оглядел помещение, отметив, что дочь Джека не отличалась педантичностью: стол девушки был захламлён различными предметами. Там были и листы бумаги, и ручки, и цветные карандаши, и даже краски. В зыбкой полутьме комнаты было сложно разглядеть что-либо ещё; любопытство Риза дало о себе знать, но парень отмахнулся. В любое другое время он бы непременно порылся в чужих вещах, но в данный момент ему не было до этого дела. — Ангел, — её состояние не на шутку его испугало, — п-пожалуйста, Ангел, поговори со мной. Она распахнула глаза. Сначала воззрилась на Риза отчуждённо; так, словно видела его впервые. А затем моргнула, и её взгляд прояснился. — Ты? — выдавила из себя слабое удивление она. — Я, — следом выдохнул Риз, почувствовав, как от облегчения закружилась голова. Ангел сощурилась, будто сканируя его. Медленно, нерасторопно, но потом отвернулась и злобно выпалила: — Оставь меня. Я тебя не звала, уходи. — Но… — Мне нужен покой, — с нажимом добавила она. — Хорошо, как скажешь. Но мне следует принести салфетку, чтобы… — Не надо. Может, перестанешь меня перебивать? — про себя огрызнулся Риз, гневно сдвинув брови. Но затем смягчился. Ещё раз осмотрел её и тяжело вздохнул. А потом натянул рукав на тыльную сторону ладони, цепляясь за край пальцами, и с опаской придвинулся ближе. — Что… что ты делаешь? — поморщилась Ангел, но не отпрянула, когда Риз осторожно коснулся её лица, промокнув тканью рубашки подсыхающую кровь. — Вот так, — неуверенно забормотал он. — Так будет лучше. Ангел терпела, неодобрительно скривившись. И когда Риз закончил, она, не поблагодарив его, отвернулась. Риз растерянно уставился на рукав. До него стало постепенно доходить то, что вещь придётся сдать в химчистку. Он умудрился испачкать рубашку, — испачкать свою любимую рубашку! — помогая этой неблагодарной… Парень недовольно засопел, кляня себя за глупую идею и непонятное рвение помочь. Ей. Он скрестил руки на груди. И немного резко спросил: — Ты не встанешь? — Нет. — Хм? — Я медитирую. Отвали. Разве это делается так? Риз сдержался, чтоб не закатить глаза. Но тень улыбки всё-таки скользнула по его губам, когда он вновь посмотрел на Ангел. Я скучал, — мысленно признался он. — Ты осталась такой же невыносимой эгоисткой, но я… скучал. Между ними возникло привычное молчание. Ангел приоткрыла глаза, заметив, что Риз продолжал сидеть на месте. Морщинка на её лбу стала глубже. — Принеси мне воды, — наконец процедила она и сухо добавила. — Пожалуйста. — Угу, — мрачно ответил ей Риз, поспешно вскочив на ноги. — Я скоро вернусь, — и зачем-то ляпнул, — никуда не уходи! И тут же разозлился на самого себя. Куда она может уйти?! Но Ангел проигнорировала. И в этот раз он был ей за это благодарен. Его руки подрагивали от сильно ощутимого напряжения. Он направился на кухню и склонился над мойкой. Сначала включил холодную воду и умылся, пытаясь успокоиться. И у него это получилось. Практически. Безумие. Настоящее безумие, — болезненно стучало в его голове. — Я готов взять свои слова обратно. Скучал по ней? Пф-ф. Рад её видеть? Ну-ну. А затем понял, что сам себе противоречит. Потому что эта девушка могла одновременно и разозлить, и… побудить его на другие чувства. На жалость, к примеру. Вспомнив, зачем он здесь, Риз наполнил стакан водой и поспешил обратно, бесшумно ступая по полу. — А вот и я, — оповестил о своём приходе он. Ангел промолчала. Гиперионец сел на пол, поставив стакан рядом с девушкой, и легонько ткнул её в плечо. Никакой реакции не последовало. Кажется, она уснула. Да ты издеваешься, — чуть не застонал Риз, не имея ни малейшего понятия, что ему делать дальше. Толковых мыслей не было. Кроме… Нет, брать её на руки — не лучшая идея. Парень испугался, что не справится и на полу они распластаются уже вдвоём. Так что пусть дальше лежит — медитирует, — сколько ей влезет. Риз стянул с кровати одеяло, намереваясь укрыть им девушку, но внезапно замер, как вкопанный. Потому что мешковатый свитер задрался. И хоть Риз прекрасно знал, что не должен разглядывать дочь Красавчика Джека, но взгляд непроизвольно опустился вниз, очертив впалость девичьего живота. И обрамляющие его татуировки. Стоп. Татуировки?! Во рту пересохло. Сам того не замечая, Риз приподнял колючий свитер выше. Бледные линии исполосовали кожу Ангел; они сплетались воедино и образовывали дивные, ранее неизведанные узоры. Ризу даже почудилось, что в плохо-освещённой комнате те вспыхивали приглушённым сиянием, будто окроплённые ледяной крошкой. Или серебрились морозным инеем; от ветвистых переплётов словно веяло холодом. — Что это, — вслух пробормотал он и осекся, потому что девушка во сне пошевелилась. Но, к его превеликому счастью, не проснулась. Риз понял, что натворил, когда поправил задранную одежду и укрыл Ангел одеялом. Он ещё долго таращился куда-то вдаль, воссоздавая в памяти отголоски увиденного вновь и вновь. А затем в спешке покинул её комнату.

***

Все попытки уснуть венчались крахом. Риз долго ворочался на диване, слепо глядя в одну точку и медленно переваривал случившееся. Он не мог просто забыть о таком или не обратить на это должного внимания; все его мысли были прикованы к Ангел. Вернее, к её удивительным узорам на коже. Риз задумчиво сощурил глаза. Может это была… пигментация? Или мутация? Или, в конце концов, обычные разводы краски на теле? Но узоры выглядели слишком реалистично, слишком… натурально. И ко всему прочему добавлялся тот факт, что девушка их скрывала. Ему захотелось всё у неё расспросить. Но проблема заключалась в том, что Ангел была не слишком разговорчивой. И если бы представился шанс сблизиться с ней… Гиперионец принялся вспоминать, как выпытывал нужную информацию у Иветт, когда они только становились друзьями. Осторожно, ненавязчиво; упоминал ненароком, будто случайно и постепенно узнавал для себя новые детали. С Ангел такое можно было провернуть, но для этого требовалось много времени. И терпения. Ни того ни другого у него не было. Риз не заметил, но мысли о максимальной строгости и никаких контактов на дружбу благополучно позабылись. Вместо этого ему захотелось как-то помочь ей, чтобы в дальнейшем она стала ему доверять. Ради кого ты так стараешься, Риз? — напомнил о себе насмешливый голос в его голове. Риз вздрогнул. И мысленно себя утешил. Всё это не ради неё. А… Ради него. Да, скорее всего, так. Он разберется, в чём дело, и это всё упростит. А потом, быть может, она замолвит за него словечко Красавчику Джеку и тот станет ему платить. Возможно. Когда-нибудь. Задремать удалось лишь под утро, когда до звона будильника оставалось примерно два часа. А когда Риз проснулся, ощутил во всём теле ломящую боль и разбитость. Ему не хотелось вставать, но из-за Ангел и её дурацкого режима, он заставил себя подняться с дивана. Сонно потянулся и бросил беглый взгляд на кухню, припоминая, что однажды Ангел умудрилась вскочить в шесть утра и почти бесшумно возилась с завтраком. Но сейчас девушка спала. И поднялась ближе к двенадцати, когда Риз собрался её будить. Она мрачной тенью скользнула на кухню и села на стул, вперив пустой взгляд в тарелку с завтраком. — Яичница с беконом, — пояснил Риз, протянув ей вилку. — На этот раз без поджогов станции и подгорания. Он подлил себе в стакан тёплого молока, попутно поглядывая, как Ангел отделила хрустящую корочку бекона, не решаясь к ней притронуться. Девушка была как всегда угрюмо-молчаливой. Не вспоминала вчерашний вечер, хотя поговорить о нём всё-таки стоило. Риз расположился напротив неё, нетерпеливо забарабанив пальцами по столу. Но когда поймал её пристальный взгляд, прекратил. — Что-то не так? — скупо поинтересовалась она. — Слу-ушай, — Риз слишком резко вскочил с места, отчего стакан дернулся, и крупные капли молока окропили поверхность стола, — насчёт вчерашнего. Всё было так странно. И я… Я кое-что заметил… Поэтому, — нерешительно начал он, но под конец струсил, — чай? Ангел удивленно моргнула. — Кофе. Риз снова погряз в раздумьях и очнулся, когда заметил вокруг кружки внушительную лужицу пролитого напитка. — Чёрт, — выругался он и с опаской покосился на девушку. Но Ангел не заметила его рассеянности; она витала в своих облаках и вяло уплетала завтрак. Риз поставил перед ней кружку, и она в знак благодарности кивнула головой. Но потом он увидел, как девушка внезапно побледнела. Она глубоко вдохнула, но затем зажала рот ладонью и, вскочив, побежала в ванную. — Приятного аппетита, да, — со вздохом пробормотал Риз, с тоской глядя на остывающее молоко.

***

— Можно? Ответом послужил её продолжительный кашель. Риз открыл дверь в ванную, просунув голову в проём: — Неужели я так плохо готовлю? — невесело усмехнулся он. Ангел промокнула губы полотенцем, а затем обратила на него вопросительный взгляд. — Я принёс тебе стакан воды, — спохватился Риз, но потом понял всю абсурдность ситуации. — Хотя кого я обманываю? Я пришёл узнать, что с тобой. — Ничего такого, — отмахнулась девушка, принимая протянутый стакан. Она прополоскала рот и сделала жадный глоток. — Спасибо за воду. — Как ты себя чувствуешь? — не унимался Риз. — Потому что выглядишь не очень. — Всё хорошо. Она начинала злиться. Образовавшийся румянец ярко контрастировал с её бледной кожей. Ангел выпрямилась, попыталась сделать несколько шагов к двери, но внезапно покачнулась. Риз с готовностью подхватил её, пропустив мимо ушей тихий протест. — Я не… — Тише, — шикнул он, перекидывая руку девушки себе через плечо. — Если ты забыла, то готов освежить тебе память: я твоя нянька. Помнишь? — она кивнула. — Прекрасно. Я отведу тебя в твою комнату. Они медленно дошли до спальни. Риз усадил её на кровать. — Тебе принести что-нибудь другого? Ангел собиралась возразить, но он опередил её, предупредив: — Я ведь не отстану. Она вздохнула. — Хорошо. Принеси кофе, — и крикнула вдогонку. — И захвати мятный сироп!

***

Её организм наотрез отказывался принимать пищу. Риз спрятал под кровать принесённый тазик и осторожно сел возле Ангел. — Это лишнее, — воспротивилась она. — Когда меня снова затошнит, я смогу добраться до… — Если не упадёшь по дороге, — сердито оборвал её Риз, поражаясь своей храбрости. Его терпение сходило на нет. Было бы проще, если бы несносная девчонка объяснила причины своего… отравления? Что с ней вообще происходило? Риз не знал. И это незнание его пугало. Потому что Ангел становилось хуже; к её плохому самочувствию: тошноте и лихорадочному блеску в глазах добавился кашель. Риз не без трудностей отыскал аптечку, и теперь всё её содержимое было вывалено у ног Ангел. — Мне никогда не доверяли уход за больными, — нервно рассмеялся он, разглядывая упаковки лекарств. — Однажды я перепутал таблетки, а ещё вместо сахара насыпал в чай соль и накормил аллергика апельсинами. Родители были в ужасе. — Как интересно, — с сарказмом протянула Ангел, хотя кончики её губ дрогнули. — Это был мой двоюродный племянник, между прочим! — обиженно воскликнул парень, схватив коробочку с бумажными салфетками. — Из-за меня его отвезли в больницу. Сестра до сих пор со мной не разговаривает. — И поделом, — Ангел прыснула со смеху. — Ты настоящая катастрофа, Риз. Он с добродушной улыбкой посмотрел на неё. — Моя мама тогда сказала то же самое. Их взгляды пересеклись. Риз почему-то смутился, когда Ангел наклонила голову и потянулась к нему, забирая из его рук салфетки. — И после всего этого ты хочешь лечить меня? — выражение её лица оставалось невозмутимым, однако Риз услышал нотки веселья в её голосе. — В этот раз я буду внимательнее, — одними губами прошептал он, не разрывая с ней зрительного контакта. — О… Ангел хотела добавить что-то ещё, но её прервал новый приступ кашля. Она уронила голову на согнутые колени и хрипло отозвалась: — Плохо дело. — Надо позвонить Джеку, — запаниковал Риз. — Он должен знать, в чём дело. Он должен помочь. — Нет, — твёрдо произнесла девушка, выпрямившись. — Не смей звонить ему. Пообещай. — Я-я, — растерялся парень и незаметно скрестил пальцы. — Обещаю. Ангел выдавила из себя подобие улыбки. В её сжатых пальцах Риз заметил окроплённый алыми брызгами уголок салфетки. Дрожь пробежалась по его телу. — Ты не проголодалась? Может, хочешь чего-нибудь вкусного? Или какой-нибудь гадости, которая вредна для здоровья? Например, чипсов, мороженого или шоколада? — Риз… — На станции делают замечательный горячий шоколад с добавками, его можно есть ложкой, — он не заметил, как повысил от волнения голос. — Риз. — Он вкусный, наверное. По крайней мере, моя подруга его просто обожает. Она… — Риз! — негодующе перебила его Ангел. — Я не хочу ничего, ясно? Оставь меня в покое, — и язвительно добавила. — И перестань орать, от тебя болит голова. Риз замолчал, удивлённо заморгав. А затем его щёки побагровели. С каких это пор она заговорила его фразами? Он сдержался, чтобы широко не улыбнуться. — Хорошо, — сдался он, поднимаясь. — Позовёшь, если тебе что-нибудь понадобится. Обязательно, ладно? Она нехотя кивнула, кутаясь в одеяло. Риз покинул её комнату и ещё долго стоял на месте, прислонившись спиной к холодной поверхности двери. Он слышал кашель Ангел и не находил себе места. Он был в ответе за неё и осознание того, что никак не может ей помочь, сжирало его. Уничтожало. Заставляло мучиться вместе с ней. Или даже сильнее. Под вечер дочь Джека наконец-то уснула. Риз определил это, когда квартира погрузилась в гробовую тишину. Парень едва ли не извёл себя, меряя комнату шагами. И, потеряв терпение, ворвался в спальню. Ангел спала. Она лежала на животе; её рука свисала с кровати, а согнутые пальцы касались пола. Риз услышал тяжёлое, прерывистое дыхание. Он наклонился, чтобы коснуться лба, а затем опустился рядом, бережно положив голову девушки себе на колени. — Ты горишь, — вслух пробормотал он и осторожно запустил пятерню в её спутанные волосы. — Эй… Она не проснулась. — Эй! Риз принялся тормошить её плечо и успокоился, когда девушка очнулась, посмотрев на него мутным взглядом. — Снова ты? — сипло выдохнула она, прижимаясь щекой к его колену. — Пришёл проверить тебя, — честно ответил он. — Я хочу спать. Он погладил её по голове, словно убаюкивая, и тихо произнёс: — Извини, что потревожил. Сладких снов тебе, Ангел. Внутри него боролись противоречивые чувства. Они разрывали Риза на части, и он сомневался в своих дальнейших действиях. С одной стороны было желание оповестить Красавчика Джека о странной болезни. Потому что он, по мнению Риза, мог по-настоящему помочь. Но если рассказать Джеку, то всё пойдёт под откос. И получится, что Риз зря весь день старался наладить с девушкой отношения, ведь она попросила не сообщать Джеку о её плохом самочувствии. Можно было прислушаться к ней и молчать, но… Риз покачал головой. Он больше не мог смотреть на её мучения и в сотый раз убеждаться в своей беспомощности. Джек должен знать. Так будет лучше. Для всех, — настойчиво убедил себя Риз, поднимаясь. Внезапно тонкие пальцы робко коснулись его биологической руки. — Останься. Риз опешил. Поморгал, убеждаясь, что это происходит наяву, но потом мягко высвободился. — Конечно. Только захвачу плед, — соврал он. — А то у тебя тут… прохладно. — Хорошо, — выдохнула Ангел, перед тем как провалиться в тревожный сон.

***

— Красавчик Джек не может… — Это срочно, чёрт побери! — закричал в ЭХО Риз. — По поводу... Ангел. Секретарша укоризненно вздохнула и перевела звонок в режим ожидания. Заиграла спокойная мелодия, от которой Ризу захотелось разбить устройство вдребезги. Спустя пару минут ему ответили. — Какого хрена ты произносишь имя моей дочери при посторонних? — тон Джека оставлял желать лучшего. — Тыковка, мы это уже проходили, и ты ослушался. — Ей плохо, — перебил его Риз; голос сорвался от волнения, — с самого утра. Джек замолчал, будто что-то обдумывая. И коротко ответил: — Скоро буду. Не соврал. Появился мгновенно, ворвавшись в квартиру, и сразу же направился в комнату Ангел. Но остановился на полпути, заметив разочарованность Риза. — Что-то не так? — с раздражением спросил он. — Я думал, что с вами придёт врач. — Чем я хуже врача, кретин? — огрызнулся начальник, но Риз промолчал. Парень допечатал сообщение Вону и попытался отвлечься от тяжёлых мыслей, пока Джек находился в комнате дочери. Он сбился со счета времени и успел задремать, но его разбудил хлопок двери. — Глупая, упрямая о, — начал ругаться Джек, но, наткнувшись на Риза, передумал. — О, привет! Гиперионец устало качнул головой, потирая глаза. — Ну кексик, ну разве так встречают Красавчика Джека? — наигранно расстроился мужчина. Он подошёл к одному из шкафчиков, открыл его и одобрительно хмыкнул. — А я думал, что ты уже добрался до моего тайника. Джек выбрал первую попавшуюся бутылку, откупорил её и протянул Ризу. — Отличная работа, малыш Ризи! — он ожидал, что подчинённый заберёт её, но Риз не тронулся с места, глупо глядя на то на владельца «Гипериона», то на бутылку. — Нет, ты всё-таки идиот. Ладно, хорошо, я понял. Короче, не тревожь её. Завтра всё нормализуется. Мужчина сделал несколько глотков крепленого алкоголя и облизнул губы, не поморщившись. — А как же, — начал Риз, но тот взмахом ладони приказал ему замолчать. — Я, — Джек ткнул себя в грудь, — Добрый Волшебник, тыковка. Поверь мне, завтра моя принцесса придёт в себя. Он прихватил бутылку с собой и вышел из квартиры, задорно насвистывая мотив незнакомой для Риза мелодии. Парень проводил начальника тяжёлым взглядом, а затем устало поплёлся на кухню, пытаясь влить в себя ещё немного кофе. Эта ночь обещалась выдаться долгой.

***

Ангел вышла на следующий день, словно ничего и не было. Только осунувшееся лицо и тёмные круги под глазами выдавали вчерашний день. — Как ему это удалось? — ошарашенно спросил Риз, вскакивая на ноги. — Ты же… тебе ведь… — Ты позвал его! — перешла в наступление она, скрестив руки на груди. — Спасибо, что сдержал обещание! — Я сделал это, потому что тебе было очень плохо, — поймав её насмешливый взгляд, Риз вспыхнул. — Тебе было плохо, Ангел! Не смей отрицать это. — Ты слишком впечатлительный, — фыркнула она. — Мне просто нездоровилось. Девушка схватила с фруктовницы зелёное яблоко и направилась обратно в спальню. — Стоп, — решительно произнёс Риз, загородив ей путь. — Ты никуда не пойдёшь, пока не расскажешь мне. — Дай мне пройти! — возмутилась она, нахмурив брови. Парень отрицательно покачал головой и повторил: — Ты никуда не пойдёшь, пока не… И перестань увиливать от темы, это для твоего же блага! Ну и для его, естественно. Ему нужно было узнать о том, что вчера произошло. Получить ответы на интересующие вопросы. А ещё разобраться в её странных татуировках, мысли о которых не давали ему спать спокойно. Он запутался, устал и сгорал от собственного бессилия. Ангел не замечала этого; она умело выкручивалась. Или игнорировала. Но отступать в этот раз Риз не собирался. И вкрадчиво произнёс: — Я видел. Ангел подняла на него тяжёлый взгляд. — Я видел на твоём теле узоры, которые ты пытаешься скрыть, — он указал на свитер, — этим недоразумением. Девушка молчала, ошеломленно хлопая ресницами. А затем пренебрежительно ответила: — Не понимаю, о чём ты. Риз почувствовал нарастающую злость. И она подтолкнула его на очередное безрассудное действие. Он притянул девушку к себе, обхватив её за талию одной рукой, а второй потянул край свитера и оголил правую сторону живота. — Риз! — истерично воскликнула Ангел. — Что ты делаешь?! Яблоко выпало из её руки. — Но я же… я видел, — не веря своим глазам, прошептал он; никаких узоров на коже не было. — Я… — Не смей больше прикасаться ко мне! — закричала она, вырвавшись. — Никогда! И попятилась назад, выставив руки вперёд на тот случай, если Риз опять надумает к ней подойти. В её глазах плескался неподдельный страх. Риз попытался сделать шаг вперёд, но замер. А потом произнёс то, чего сам от себя не ожидал: — Я хочу помочь. — Но я не просила о помощи, — голос Ангел дрожал. — Просила. Моя кибернетика поймала твой сигнал. Ночью. Перед тем, как мы впервые увиделись. — Так это был ты? — Я мог проигнорировать, — продолжил он. — Но не стал. Всё гораздо сложнее, чем ты думаешь. Теперь это не жалкие попытки понравиться твоему отцу или... Я-я просто хотел сказать, что решать тебе. Но позволь мне хотя бы попытаться. — Нет, — слёзы заблестели на её глазах. Она замотала головой. — Ты не сможешь. Никто не сможет. Риз опешил. Он не был силён в утешениях. Но и давить на неё дальше не стал, отступив: — Просто знай, что я…, — рядом, — …всё равно никуда не денусь. Я надолго увяз здесь. Впрочем, как и ты. Так что, если захочешь поговорить, — он развёл руки в стороны. — Я буду тут. Она долго смотрела, изучая его глазами. А затем сдалась. Опустила взгляд вниз и на пару секунд зажмурилась. Чтобы потом вновь воззриться на парня и поддеть пальцами края одежды. — Хорошо. Смотри. И потянула свитер кверху.