Зов одиночества

— Риз! Изумлённый голос и не менее изумлённый взгляд Иветт отвлекли Риза от глубоких раздумий. Он чуть ли не споткнулся на ровном месте, но потом заставил себя остановиться, и посмотрел на подругу с полным недоумением. В первую очередь гиперионца удивило то, что он услышал её; когда его мысли были заняты чем-то, — или кем-то, как в данный момент, — Риз словно бы терял связь с реальным миром. Уходил в себя, ничего и никого не замечая. Но сейчас заметил. И это, безусловно, радовало. Иветт шла ему навстречу: короткие волосы были стянуты и убраны спортивной повязкой, одета в светло-розовый топ, контрастирующий с её тёмной кожей, и такого же цвета лосины. Она на ходу перекинула небольшую сумку через плечо и помахала ему на тот случай, если парень её не услышал. А он слышал. И неуверенно переминался с ноги на ногу, чувствуя, как биологическую руку неприятно обжигает стаканчик с горячим шоколадом. Чего таить, Риз не ожидал встретить своих знакомых; чёрт, да он вообще не ожидал встретить кого-либо, и теперь его за это немилосердно терзала заострёнными клыками совесть. Из-за Ангел он перестал вспоминать всех, замечать всех. Будто эта невыносимая девчонка внезапно стала центром его вселенной, и никого, кроме неё, больше не существовало. Риз вздохнул. И почему-то разозлился; но когда переключился на улыбающуюся подругу вновь, злость моментально испарилась. Иветт последовала его примеру, она остановилась, часто поморгала, но затем засеменила к нему мелкими шагами, заранее раскинув руки для приветственных объятий. — Без линз сложно видеть, — засмеялась она, щурясь. — Но твою походку я узнаю из тысячи. Пока девушка приближалась, Риз ещё раз осмотрел её. И в который раз отметил, что без обязывающего дресс-кода и косметики было немного непривычно видеть подругу, но после случая с футболкой он стал потихоньку привыкать. Иветт раскрывалась ему с новой, ранее незнакомой стороны, и чем больше он узнавал её, тем больше она ему нравилась. — Что? — поймав пристальный взгляд, Иветт растерялась. А когда заметила в его руках два стаканчика, с сомнением продолжила, — ты что тут делаешь? — Попалась! — радостно воскликнул Риз, обнимая её настолько, насколько ему позволяли занятые руки. — Э-это тебе, — спохватился следом и без лишних раздумий протянул ей один из стаканчиков. Иветт польщено прикрыла глаза, вдыхая пар ещё горячего шоколада, и звонко поцеловала гиперионца в щёку. — О, мой герой, — улыбнулась она, пластмассовой ложечкой размешивая десерт. — Я как раз после тренировки хотела зайти за ним, но ты меня опередил. Иветт ходила на фитнес, значит. Она как-то призналась, что в свободное время тренируется до изнеможения. — Отлично выглядишь, — искренно похвалил девушку Риз. — Ты тоже, — обрадовалась комплименту Иветт, снова заключая парня в объятия. Риз потянул носом и почувствовал слабый аромат свежести. Ему это понравилось больше, чем сладковато-горькие духи девушки; кожа Иветт пахла мятой и чем-то цитрусовым, а кончики её волос слиплись от воды. — Не тяжело? — он покосился на сумку и вытянул руку, чтобы снять её и перекинуть себе, но подруга шутливо стукнула его по ладони. — Там кроссовки и вода. Не особо. — Как скажешь. Хм, мы… остановимся где-нибудь? Они одновременно осмотрелись по сторонам, выискивая спокойное место для разговора. Но к их превеликому сожалению, свободных мест не было. — Пошли ко мне, — предложила Иветт, пояснив. — Я живу неподалеку, если ты не забыл. Конечно же, он не забыл. Он так же помнил о… Заметив испуганно-округлившиеся глаза Риза, девушка расплылась в насмешливой улыбке. — Соскучился по Миллс? Готова тебя огорчить, наша красотка уже неделю ночует у Эла. На тебя точно не набросится. Риз с наигранным безразличием отмахнулся, давая понять, что это его нисколько не волновало, но мысленно перевёл дух. У Иветт не было своей квартиры на станции, она снимала скромные апартаменты вместе с Милли, или как она привыкла называть её — Миллс, — доброй и достаточно милой, но очень любвеобильной особой, которая вешалась буквально на всех представителей противоположного пола. После разрыва её прошлых отношений прошёл максимум день, как она решила начать всё с чистого листа и стала проявлять явный интерес к Ризу. Они познакомились на тусовке по случаю Хэллоуина, кажется; Риза вытащили насильно, пытаясь отвлечь парня от затяжной депрессии. Завидев Риза, лицо Милли вытянулось, а глаза широко распахнулись, словно ей довелось увидеть восьмое чудо света. Она молниеносно схватила парня за руку, увлекая его за собой сначала к столику, а затем на танцпол, будто это было в порядке вещей. Будто они были знакомы много лет. Иветт обдавала друга внимательным взглядом на протяжении всего вечера, но не встревала, позволяя Ризу самостоятельно разобраться с назойливой «поклонницей». Она, видимо, была не против такого расклада событий, но всё же предупредила: — Аккуратней с ней, — шуточно говорила Иветт, подливая что-то креплённое в их бокалы, — а то потом она от тебя не отвяжется. Вону повезло, — а может и не очень, — Милли не смотрела в его сторону, решив, что раз Иветт пришла вместе с ним на вечеринку, то значит, что они — пара. Милли прижималась к Ризу во время танца и терлась об него, как кошка. Бери и пользуйся на здоровье, сама хотела, но Риз отступил. Он не любил такое внимание, оно пугало. — Это так ущербно, когда на тебя вешаются. От безысходности, — фыркнул он в бокал, допивая алкоголь. А затем поспешил уйти, делая вид, словно не замечает печальный взгляд Миллс. — Ты попал в список счастливчиков, — хохотала на следующий день Иветт, толкая его локтём. — Она весь вечер томно вздыхала, глядя на фото. Твоё фото. Ты всё-таки влип, Риз. Тогда он закатил глаза, но когда Иветт повторно подшутила над ним, и вовсе сорвался. В итоге они поссорились из-за мелочи. Из-за какой-то слишком любвеобильной Миллс, которая через два дня нашла себе новый предмет воздыхания. И наконец-то оставила Риза в покое. Наверное, в тот момент было забавно наблюдать за Воном со стороны, который отчаянно краснел, пытаясь помирить друзей. И у него это получилось; не сразу, правда, но получилось. Благо, что обижалась Иветт недолго. С тех пор они старались не затрагивать неприятную для Риза тему. Но, впрочем, он хорошо относился к тому, что у кого-то нормально складывалась личная жизнь. Хоть у кого-то. Кроме него. Он плотно сжал губы, напомнив себе о том, что после Стейси решил поставить жирный крест на отношениях. Такое его… отвлекало. Мешало сосредоточиться на самом важном — на карьере. Теперь она была у Риза на первом месте. Он хотел добиться повышения, закрепиться на нормальной должности, и после всего этого можно будет смело думать о девушках. А всякие побочные связи на одну ночь… Нет, такое его не интересовало. И всё продвигалось достаточно неплохо. Пока не появилась она. Ангел. Чертова Ангел. Со своими проблемами, секретами и крутым отцом, которым Риз не переставал восхищаться. И, пожалуй, в их мимолётных встречах и заключался самый огромный плюс его новой «должности». — Чёрт, — выругалась Иветт, возвращая парня в реальность. Он не заметил, как они дошли; всё это время Риз покорно ступал за подругой и вынырнул из своих мыслей тогда, когда дверь в квартиру Иветт распахнулась настежь. — У меня тут бардак, прости. Риз с любопытством осмотрел комнату. Их квартиры заметно отличались: здесь не было отдельной кухни, а в самой комнате с трудом помещались две кровати и письменный стол. Роль шкафа принял на себя стул, но даже там Иветт умудрилась достаточно аккуратно разложить свою одежду. Единственный бардак, — если это можно назвать так, — несколько бумажек, застеливших стол и одну из кроватей. — Ты явно преувеличиваешь, — улыбнулся Риз, осматривая сероватые стены. — У тебя здесь… миленько. Иветт фыркнула, но промолчала. Она переобулась в жёлтые тапочки с эмблемой «Гипериона», стянула с головы повязку, кинув её на стул, и растормошила волосы. А затем кивнула Ризу на кровать, мол, присаживайся, не стесняйся. — Напомни, зачем ты ходишь на фитнес? — неожиданно поинтересовался он, пока подруга старательно сметала всё со стола. Иветт замерла, прижав исписанные листы к груди. — Вместо секса, — просто ответила она, пожав плечами. — Не могу сказать, что это лучше, но… Нехило так отвлекает. — Так тебе нужна помощь? В этом плане? — усмехнулся Риз, проиграв бровями. — Шучу. Теперь я тоже всерьёз задумался о посещении зала. Иветт громко засмеялась. — Никогда не спрашивала у Вона насчёт его похождений, но, кажется, мы трио неудачников. Чай будешь? Он утвердительно кивнул. Иветт вскипятила чайник и теперь разливала кипяток по чашкам. Риз сел на кровать, прислонившись спиной к стене, и на секунду прикрыл глаза. Расслабился, чувствуя, как холод стены обжигает спину, и постепенно растворялся в темноте, которая зыбко играла перед его глазами. Как вдруг. Её образ. Резко. Прижатая к стене, с окольцованными запястьями. Тяжело дышащая, с розоватым румянцем на щеках. И немного испуганным взглядом. Она была такой красивой тогда. Такой… настоящей. Живой. Необходимой. Щелчок пальцами и перед глазами уже совершенно другая картина. Искажённая его воображением, но… такая правильная. Выгибающаяся ему навстречу Ангел. Жар её тела, который Риз чувствовал сквозь одежду. И его губы на её губах. Риз рвано вздохнул. Его дыхание сбилось, а по телу пробежалась колючая дрожь. Что… Он хотел возмутиться. Испепелить образ Ангел, забыть её раз и навсегда, но не стал. Медлил. Наслаждался её дрожащими ресницами, руками, неуверенно сжимающими его предплечья и, — о, чёрт! — ответным поцелуем. И пусть это был плод его воображения, пусть такое никогда, н и к о г д а не случится, но… Крышу сносило нереально. От такого. От слишком простого поцелуя в его слишком буйных фантазиях. Он ей заболевал. Она его не отпускала. А стоило. Риз закрыл ладонями лицо и закричал: Прочь из моей головы! — мысленно, до сорванных голосовых связок. Он понял, что ему нужно отвлечься. Срочно. Пока Ангел не завладела им полностью. Пока он ещё мог её оттолкнуть. Риз растопырил пальцы, не убирая ладоней от лица, и посмотрел на Иветт. Та поставила его чашку на стол и теперь поглощала шоколад, с удовольствием слизывая лакомство с ложки. Риз, разгорячённый собственным воображением, смутился сильнее. — Хватит, — простонал он. Подруга встрепенулась: посмотрела на него с удивлением, а затем виновато потупила взгляд. — Извини, — она покрутила ложечкой в воздухе, жестикулируя, — постоянно забываю, что теперь ты тоже… ну… — и будничным тоном продолжила. — Ты не будешь? — она ткнула пальцем в его шоколад, уже остывший. — Нет. Взял себе на завтрак, — соврал он. — Хочешь ещё? — Иветт вежливо отказалась. Риз постарался сменить тему, бездумно выпалив. — Как твой отец? Иветт застыла, отвлекаясь от десерта, и перевела на него напряжённый взгляд. Не сейчас, прошу тебя, прочёл он в её глазах. — Потом, — жизнерадостный голос девушки вмиг стал блеклым. — Всё потом. В знак поддержки Риз коснулся её руки, несмело сжимая ладонь. Иветт печально улыбнулась. — Я расскажу тебе как-нибудь, — клятвенно пообещала она. Они поговорили ещё немного, Ризу удалось развеселить поникшую подругу, и опомнился он, когда взглянул на наручные часы. Чёрт! — Мне п-пора, — произнёс Риз, заикаясь, и вскочил с кровати. Иветт понимающе кивнула. Она обняла его; крепко обхватила парня руками, утыкаясь лицом в его шею, и слабо выдохнула: — До скорого. Риз потрепал её по волосам, пытаясь намотать короткую прядь на механический палец, и прошептал: — Береги себя. И если увидишь Вона, передавай ему привет. Ему показалось, что это было прощанием. Он представил, что больше никогда не увидит Иветт, Вона, и ему стало страшно. И этот страх сковывал, тащил за собой на дно. — До скорого, — через силу улыбнулся Риз, наивно убеждая себя, что увидятся они действительно скоро.

***

— Ты опоздал, — не поворачивая головы, бросила ему Ангел, не отрываясь от своего занятия. — Я встретил… — начал Риз, но потом нахмурился. С какой стати он оправдывается? Бросив взгляд на холодный стаканчик, он выпалил. — Я принёс тебе шоколад. Остывший. — Секунду, — властно произнесла дочь Красавчика Джека, продолжая что-то старательно вырисовывать на листке. Риз сел на диван и с любопытством заглянул через плечо Ангел, пытаясь рассмотреть её рисунок. — Что делаешь? — спустя пару минут спросил он. — А? — Ангел вздрогнула. Она медленно повернулась к нему, просканировав взглядом ледяных глаз. — Это? — девушка быстро захлопнула альбом, скрывая своё творение от посторонних глаз. — Ничего такого. Просто убиваю время. Он протянул ей шоколад и она послушно его забрала, затем опустилась рядом с ним на диван и скрестила ноги. — Что это? — поинтересовалась Ангел, зачерпнув подтаявшую посыпку. — Маршмеллоу. — Не знаю, что это, — честно призналась она, с опаской пробуя нежную пастилу. — Не знаешь? — удивленно вопросил Риз и разочарованно продолжил. — Но… но это классная штуковина. И вкусная. А ещё с помощью неё играют в пухлого кролика. — Пухлого кролика? — Ну да. Пухлый кролик. В такую игру играют с друзьями, — объяснил он. — У меня нет друзей, — с раздражением напомнила ему Ангел. — Ну… ты же дала мне шанс, — с сомнением пробормотал Риз и, не сдержавшись, толкнул её плечом, — друг. От неожиданности Ангел чуть ли не подавилась, громко закашлявшись, и изумлённо округлила глаза. Риз быстро сменил тему: — Ещё есть игра «я никогда не…». Обычно в неё играют в шумных компаниях. Отличная возможность узнать друг друга лучше и… — он расплылся в улыбке, — напиться. — Я никогда не пробовала алкоголь, — закатила глаза Ангел. — Видишь? — одобрительно усмехнулся Риз, еле сдерживая себя, чтобы не потрепать её по волосам точно так же, как Иветт. — У тебя неплохо получается. Если бы мы играли, то я должен был выпить после твоей фразы. Они обменялись улыбками. Риз с воодушевлением щёлкнул пальцами. — Мы сыграем как-нибудь! — горячо пообещал он, и, поймав её насмешливый взгляд, пояснил. — В кролика. — Жаль, а то я уже подумала… — Угу, и потом твой отец снесёт мне голову, — мрачно отозвался Риз. — Хотя-я… Знаешь, а я ведь могу стать нянькой мечты для многих подростков. После окончания моего, э-э-э, срока, напиши обо мне лестный отзыв. От клиентов отбоя не будет. Ангел задумчиво сощурилась, но затем закинула голову и рассмеялась: звонко, мелодично и задорно, и Риз застыл. Он никогда не слышал такого чистого и искреннего смеха. Он никогда не слышал, чтобы она смеялась… так. И Риз с замиранием сердца понял, что это нравится ему. Что она нравится ему.