Зов одиночества

— Твою ж ма-ать! Он понял, что проспал, когда взглянул на настенные часы. Будильник на ЭХО-устройстве, предварительно заведённый несколько раз, не заиграл, мало того, он был отключен. Риз в панике вскочил с дивана, но запутался в одеяле, обвёрнутого вокруг него словно кокон, и споткнулся, полетев на кофейный столик. На короткий миг комната в его глазах покачнулась, лампы вспыхнули ослепляющими огоньками, а испуганный вскрик, больше напоминающий визг, был заглушён тяжёлой подушкой. Она свалилась на него откуда-то сверху и неприятно ударила по голове. Идеально сложенная стопка журналов разлетелась в разные стороны, а сам Риз больно стукнулся локтем о стеклянную поверхность стола. Гиперионец заворочался, безуспешно пытаясь выпутаться из-под вороха постельного белья, а затем с раздражением скинул всё с себя и встал на ноги. Но, чуть помедлив, вернул одеяло на плечи — расставаться с утренним теплом до одури не хотелось. — Что здесь… Оу, — раздался позади звонкий голос Ангел и Риз обернулся, встретившись с её удивлённым взглядом. Оценив всю ситуацию, девушка насмешливо добавила: — Ты очень эффектно просыпаешься. Гиперионец вовремя проглотил обидную фразу, которая готова была сорваться с языка, и вперил в девушку грозный взгляд. Но потом вздохнул, с раздражением отметив, что у него не получается на неё злиться. И даже опоздание и неприятное покалывание на месте ушиба не заставили его начать словесную перебранку. А затем он понял, что настал его черед удивляться. Потому что сегодня Ангел была особенно хороша. И если бы Риз увидел её впервые, то наверняка бы подумал, что она одна из новых сотрудниц Гелиоса. В неформальной обстановке, естественно. Потому что её волосы были тщательно уложены и заплетены в две аккуратные косички, а тёмно-синяя рубашка педантично застёгнута на все пуговицы и заправлена в джинсы с завышенной талией. И немного — он не был в этом уверен — запоздалого подросткового бунтарства в виде чёрного лака на ногтях. Такой образ шёл вразрез с нелепым розовым фартуком, небрежно повязанного поверх её одежды. По сравнению с Ризом, Ангел выглядела бодро и приветливо — она подобно далёким звёздам источала мягкий свет. Девушка стояла в дверях кухни, тщательно вытирая руки салфеткой, и отвернулась, когда раздался пронзительный писк одного из приборов. Кухонного, наверное, который оповестил о приготовленном блюде. И точно — через несколько секунд в воздухе запахло чем-то сладким, аппетитным, и Риз шумно сглотнул, ощутив, насколько сильно он голоден. — Мой будильник, — опомнился он, возвращая утраченное внимание Ангел обратно на себя. — Чёрт… — Я его отключила, — беспечно отмахнулась она. — У тебя сегодня выходной. Риз опешил. Отпустил края одеяла, и оно тяжёлым грузом упало к его ногам. — Ты понимаешь, что, — осторожно начал он, постепенно закипая, но замолчал, когда Ангел двинулась в его сторону. — У тебя сегодня выходной, — стальным тоном повторила она, скрестив руки на груди. — Мне повторить эту фразу ещё раз? — Но… — Риз попытался оставить последнее слово за собой, но Ангел прервала его взмахом ладони. Невыносимая девчонка. Спорить с ней было бесполезно. Риз потёр воспалённые глаза, пока Ангел отошла от него и стала что-то искать в шкафу, а затем покачнулся от неожиданности, когда что-то мягкое стукнулось ему в спину. — Эй! — негодующе воскликнул Риз, поднимая с пола атакующее его полотенце. — Что за… Но замолчал. Потому что Ангел еле слышно рассмеялась, демонстрируя ему одну из самых очаровательных улыбок. — Марш в душ. А потом завтракать, — беззлобно добавила она. — Так точно, капитан, — кисло отозвался Риз, мысленно прикидывая, во сколько оплеух от начальства ему обойдётся эта выходка.

***

После освежающего душа гиперионец надел на себя первое, что попалось ему под руку. Критично осмотрев своё отражение, Риз недовольно сжал губы в тонкую линию — он забыл, когда носил что-нибудь подобное в разгар рабочего дня. Но затем одобрительно качнул головой, всё же жёлтая футболка и свободные штаны светло-серого цвета были удобными. Да и выбирать особо не приходилось… Запустив пятерню в плохо высушенные волосы и взлохматив их, Риз ещё раз взглянул на своё отражение, представив, что о нём подумает Ангел, когда увидит его в таком виде. Пф-ф… Идеально же, — про себя фыркнул он, удивляясь, почему его вообще волнует то, что о нём подумает эта девушка. Он ещё немного повозился в ванной комнате, приводя себя в порядок. Синяк на его лице выглядел уже не так устрашающе, но и не сошёл полностью, красуясь тёмно-желтоватыми пятнами на коже. В воспалённом глазу тоже перестал ощущаться дискомфорт, но Риз, помня строгие наставления Ангел, повторно закапал его. Он стоически стиснул зубы, пережидая боль, а затем снова взлохматил волосы и тихо прошествовал на кухню. Ему показалось, что вся кухня пропахла сладкой выпечкой. Ярче всех выделялась ваниль, к ней тонкой ноткой примешивались кислая малина и шоколад. Гиперионец опустился на стул, глядя на остывающие маффины. Рот моментально наполнился слюной. — Ваш чай, сэр, — с насмешкой протянула Ангел, поставив перед ним большую кружку с крепким напитком. Следом девушка наполнила кружку и себе, сняла фартук, отбросив его на свободный стул, и села рядом с Ризом. Они вежливо пожелали друг другу приятного аппетита и продолжили общаться так, будто между ними ничего не произошло. Будто никакого поцелуя не было. И если Риз нервничал и суетился, выдавая этим себя, то Ангел удавалось мастерски скрывать свои эмоции и чувства. Или она не придала этому значения, — хмуро заключил он. Стоило признать, что это многое облегчало. Общаться с ней так, будто ничего не произошло… Да, так нужно. Необходимо даже. Ведь ни к чему хорошему это бы не привело. Такие их… отношения. Или что это было вообще? — Риз? Он вздрогнул, когда прохладная ладонь коснулась его руки. — Ты витаешь в облаках. — Извини, я… Я просто думаю о тебе, — мысленно закончил фразу он, не решаясь произнести это вслух. И о том, что было вчера. Он не заметил, как его губы расплылись в мечтательной улыбке. Ему вспомнились неловкие объятия, натянутый смех и тепло её тела, которое ощущалось даже через одежду. Подумать только. Снаружи холодная и взгляд её ледяными иголочками вгрызался под кожу, но внутри, вопреки всему, горело необузданное пламя. Захотелось почувствовать его вновь. Прижать девушку к себе, ощутить прикосновения её пальцев — таких прохладных и таких привычных на своём лице, и чтобы она опять решительно развернула Риза для поцелуя. Он улыбнулся таким мыслям. Посмотрел на девушку, но она внезапно смутилась и торопливо отвернулась. Что?.. Неужели, тоже подумала о… — Скоро чай остынет, — перебила его размышления она, насупившись почему-то. Нужно было как-то разрядить обстановку. Срочно. Пока они не начали жалеть. А может Ангел уже… Иначе что за поведение такое? Скрывать эмоции было всегда тяжело. Чтобы не покраснеть, Риз на всякий случай несколько раз подул на чай и сделал маленький глоток. — Откуда такой симпатичный фартук? — хохотнул он, а затем неприятно врезался передними зубами о край кружки. Видимо, настало долгожданное время замолчать, потому что сама вселенная покарала его за длинный язык. — И поделом, — сощурила глаза Ангел, заметив, как Риз болезненно скривился. — А фартук Джек подарил. Он ожидал такого ответа. Действительно, откуда ещё могло взяться всё это? Риз мысленно отругал себя за глупый вопрос. Но стоило отдать должное — это помогло им, как показалось ему, немного расслабиться в присутствии друг друга. Окончательно придя в себя, парень потянулся за маффинами, но Ангел шутливо стукнула его по ладони. — А вот они пока не остыли, — предупредила его девушка и коварно добавила. — А ещё они с изюмом. Малиновые в духовке. Рука замерла на полпути. — Ненавижу изюм, — разочарованно промямлил Риз. — Кто его вообще любит? — Я. И Джек. — Это гадость! — Это вкусно, — пожала плечами Ангел. — Но так даже лучше. Мне достанется больше. — И не мечтай! — Риз всё же стащил маффин и придирчиво осмотрел его со всех сторон. Ненавистного изюма не было видно в выпечке. — Кстати, милые косы. И синий цвет тебе очень идёт. Ангел машинально прикоснулась к своим волосам, потом опустила взгляд, медленно осмотрев свою одежду, и кивнула. Она задумалась, медленно помешивая чай, и чуть смущённо призналась: — Мне нравятся сарафаны. Воздушные и цветастые. У меня есть… был любимый, но из-за этих дурацких татуировок я не могу его надеть. Она сжала губы — признание далось ей тяжело. Её слова были пропитаны горечью. — Всё хорошо, — мягко ответил ей Риз, пытаясь ободрить. — И никакие они не дурацкие, они… чудесные. Его ладонь дотронулась до её руки, и они с готовностью переплели пальцы. Будто так было надо. Будто они всегда делали так. И, кажется, Ангел снова смутилась? Потому что она опустила взгляд, но затем вернула, когда Риз подытожил: — Невероятная. Такая, какая есть. Смелая, умная и это я не затрагиваю внешность. Не позволяй никому манипулировать тобой и внушать тебе, что ты плохая. — Но ты ничего не знаешь, — одними губами прошептала Ангел. — Тогда расскажи мне, как будешь готова. Она благодарно улыбнулась ему. Её свободная рука потянулась к нему навстречу, пальцы робко коснулись его лица, пробежались по скуле к виску, а затем зарылись в волосах, пригладив их. Они придвинулись ближе друг к другу. Неумелые и несмелые, а может они медлили специально? Утопали в этих редких моментах, наслаждаясь каждым прикосновением. Риз скользил большим пальцем по ладони девушки. И — о, чёрт! — снова смотрел на её губы. Внутри что-то заворочалось, воспротивилось, пытаясь образумить. Голос разума терпеливо повторял, кто находится перед ним и во что это всё выльется, если зайдёт дальше. Тщетно. Потому что Риз продолжал гладить её ладонь, а губы Ангел мимолётно коснулись его щеки. Как вдруг ЭХО-устройство пронзительно заиграло, и они отпрянули друг от друга как ошпаренные. Оглушительная неловкость сокрушающей волной накрыла с головой, а щёки беспощадно горели от смущения. Превосходно, — мрачно подумал Риз, кляня себя за то, что забыл поставить ЭХО на беззвучный режим. — Превосходно, — будто прочитав его мысли, мрачно произнесла Ангел и отодвинула стул немного дальше. Вернуться к обыденному диалогу было сложно, но у них это получилось. Они лениво обсуждали форму сотрудников «Гипериона», пока Риз копался в устройстве. Ангел спросила у него что-то — Риз прослушал её вопрос, и ответил коротким «угу». Вопрос повторился. «Угу» тоже. Внезапно девушка вспыхнула, теряя терпение, и выхватила ЭХО-устройство из его рук. — Отдай! — не своим голосом воскликнул Риз. — А ты забери, — показала ему язык Ангел, убегая в гостиную. Он направился за ней следом. Что за выходки? — Простите, мистер Томпсон, у меня не получится сегодня, — передразнив его, прочитала неотправленное сообщение девушка и закатила глаза. — Серьёзно? Слишком милое сообщение для человека, который чуть не покалечил тебя. О, а знаешь, следовало добавить постскриптум, что «и, ах да, вы — мудак, сэр». — Ангел! — Э-э-э, то есть очень нехороший человек, — быстро исправилась она, невинно захлопав ресницами. Девушка завела руки за спину, пряча устройство, и с вызовом посмотрела на подошедшего Риза. — Ангел, пожалуйста, просто отдай мне ЭХО, ладно? — почти молил её он. — Из-за твоих выкрутасов, я могу огрести заново, а мне этого не хочется. По крайней мере, пока синяки не пройдут. — Риз, — не унималась Ангел, — ты унижаешься. — Иногда так приходится делать, представь себе. Чтоб не быть вышвырнутым в открытый космос, например. Гиперионец не знал, сколько бы ещё длилась их словесная перепалка, но когда металлические дверцы разъехались в стороны и на пороге возник Красавчик Джек, они синхронно замолчали. — Привет, тыковки! Я пропустил что-то интересное? Настроение у мужчины было приподнятым. Если бы ты только знал, — испуганно ответил ему Риз в своей голове, продолжая стоять истуканом на месте. Ангел ещё несколько секунд буравила Риза пристальным взглядом, но затем передёрнула плечами и фальшиво улыбнулась: — Привет! А ты…, — её голос не выражал никаких эмоций. — Хочу позавтракать с дочерью, разумеется, — просто ответил Джек и протянул ей подставку с тремя стаканчиками кофе. — Я как чувствовал, что ты будешь тут, кексик, — обратился он уже к Ризу, пока тот переминался с ноги на ногу. — Конечно тут, где же ему быть? — озвучила мысли Риза Ангел, отказываясь принимать кофе. — Я как раз испекла маффины, — нервно добавила она, пропуская Джека на кухню. Риз уже в который раз почувствовал себя неловко. Не в своей тарелке. И внутренний голос будто бы горячо шепнул, что надо как можно быстрее уносить ноги. А ещё ему было не по себе, потому что Джек — сам Красавчик Джек! — принёс ему кофе. — Я-я… Я могу уйти, — неуверенно залепетал он, как провинившийся ребёнок. — Я должен уйти. Ему почудилось, словно Ангел забыла о присутствии отца и теперь вовсю смотрела на Риза, впитывая его образ глазами. — Нет. — Решительно отрезала девушка после долгой, почти бесконечной минуты молчания. — Ты останешься. Заметив его настороженность и отголоски отчаянной тревоги, Ангел смягчилась. Подошла ближе и улыбнулась ему уже искренне, донельзя тепло и это моментально успокоило. — Останешься, ладно? — жалобно попросила она, протягивая ему ранее отобранное ЭХО. — Пожалуйста… И Риз остался.

***

Картошка-фри, кисло-сладкий соус и кофе — идеальное начало дня. Ну и маффины, естественно. Риз чуть ли не вжался в стул, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Он испытывал растерянность и замешательство, и если бы у него была такая возможность, он бы непременно сбежал. Когда Ангел и Джек находились в одном помещении, то воздух между ними будто бы искрился от напряжения. Ангел смотрела на отца так, словно взглядом можно было убить, а тот, в свою очередь, всячески провоцировал дочь. Риз не любил конфликты. Даже когда кто-то ссорился рядом, парню становилось некомфортно. Но пока всё было относительно спокойно. Президент «Гипериона» и его дочь обменивались колкостями, как любезностями, и до страшной катастрофы было далеко. Ангел выкатила из своей комнаты кресло, она нервничала, Риз заметил это. Её эмоции были словно осязаемы, но затем девушка мотнула головой и нацепила дежурную улыбку. Она пододвинула кресло к Джеку, на что тот небрежно отмахнулся: — Не стоило. — О, ты же его так любишь, — язвительно процедила она, но Джек пропустил её замечание мимо ушей. Ангел села на своё место — напротив Джека, пододвинув стул ближе к Ризу, и протянула отцу тарелку с ещё тёплыми маффинами. Тот в свою очередь предложил ей кофе, и девушка ловко выхватила бумажный стаканчик из рук отца, сделав небольшой глоток напитка. — Я обожаю тебя, тыковка, — с набитым ртом похвалил дочь Джек. — Забыла подсыпать в них яд, — в ответ парировала Ангел, щедро обмакнув картошку в соусе, и сломала ломтик напополам, прежде чем отправить его в рот. Риз удивлённо моргнул. Откуда столько ненависти? Парень знал, что отношения между Красавчиком Джеком и Ангел были запутанными, непростыми, но у него никогда не хватало смелости спросить в чём дело. Он не был уверен, что Ангел ответит прямо на его вопрос. Наверняка, она бы обвинила его в нетактичности, разозлилась и сказала, что он лезет не в своё дело. И это так и было, наверное. А у Джека лишний раз лучше ничего не спрашивать. Если жизнь дорога. Риз чуть не подавился кофе, когда почувствовал прикосновение к своему бедру. Лёгкое, игривое, но затем Ангел прижалась своей ногой к его ноге. И с вызовом посмотрела на своего отца. В какие игры она играет? Безумная! — Что-то не так? — хмуро поинтересовался Джек и, заметив, что дочь не обращает на него никакого внимания, прикрикнул. — Ангел! Слёзы едва ли не брызнули из глаз Риза, а Ангел не подала никакого виду — лишь слегка наклонила голову вбок. — Ничего. Вчера был отличный день. Да, Риз? Красавчик Джек не видел её действий, и из-за этого она чувствовала вседозволенность. Потому что её нога буквально вжалась в бедро Риза, вынуждая парня густо покраснеть. Ангел внимательно наблюдала за его реакцией и, кажется, осталась довольной. — Мы рисовали, — кивнул Риз, обращаясь к начальнику. Ангел закатила глаза. Она убрала ногу и откинулась на спинку стула. — О да. Мы рисовали. У Риза, знаешь ли, мало практики в этом деле. Я надеялась на большую… заинтересованность. Щеки парня запылали с новой силой. В следующий раз я покажу тебе практику, — одним взглядом пообещал ей он. Ангел сжала губы в ответ, пряча двусмысленную ухмылку. — Смотрю, вы неплохо поладили, — цепко заметил Джек. — Ну да, — беззаботно отозвалась она. — Здесь больше никого нет, сам знаешь. Приходится ладить даже с такими несносными гиперионцами. И следом мило улыбнулась отцу: — Я бы не отказалась от карамельного топпинга. Не принесёшь? — Маленький манипулятор, — с неуклюжей нежностью пожурил её Джек, вставая. Когда он скрылся в другой комнате, Риз повернулся к девушке и возмущённо прошипел: — Что ты делаешь?! А она протянула руку в сторону Риза и несильно сжала его ладонь. Брови парня удивлённо поползли вверх, а Ангел весело прыснула. — Ой, прости, — хитро протянула она. — Я хотела взять ложку. Свою. И как же я могла так промахнуться? Кто-нибудь, дайте ей награду за лучшую женскую роль, — про себя вздохнул Риз, но ответить не успел — к ним вернулся Красавчик Джек. — Невозможно пить это пойло без чего-нибудь креплённого, — скривился он, неся в одной руке бутылку с топпингом, а в другой что-то алкогольное. — Ума не приложу, чем тебе нравится эта гадость, тыковка. — Эта гадость тыковке не нравится, — недовольно фыркнула Ангел, — просто кое-кто постоянно забывает о моих предпочтениях. Джек проигнорировал её возмущение. Он посмотрел на Риза так, будто только заметил его присутствие. — О, Ризи! Будешь моим компаньоном, — бодро воскликнул Джек, но затем внимательно всмотрелся в его лицо. — Оу, твою мать… Что у тебя с лицом, парниша? Джек перегнулся через весь стол и бесцеремонно схватил Риза за подбородок, разворачивая лицо гиперионца к себе боком. — Это… — Не я, — следом выдохнула Ангел, но потом её голос стал громче. — Какого чёрта твои прихвостни могут калечить сотрудников? Это разрешено только тебе, разве нет? — Жаль, что не ты, детка. И не ругайся! — подмигнул дочери Джек, но потом распалился. — Мы что-нибудь сделаем с этим, дружище. Начальник щедро влил ему алкоголь в кофе — теперь он горчит сильнее и до тошноты вяжет язык. Тепло разлилось по телу Риза, и он, в свою очередь, прикрыл глаза, сдерживая дрожь отвращения. Но от этого «мы» стало по-семейному уютно. Риз немедленно представил себе такую картину: где-то в параллельной вселенной, где он — часть семьи. Старший сын, так сказать. И, видимо, отношения не совсем нормальные, стоило только вспомнить выходки Ангел несколькими минутами ранее. Так что нет, грёзы о семье отменяются. Ему предостаточно и такого тёплого отношения к себе. Риз посмотрел преданными глазами на босса, прокручивая в голове его слова снова и снова, пока тот курил прямо на кухне. Ангел демонстративно поморщилась, но комментировать ситуацию не стала. Она, как и Риз, не любила сигаретный дым. От него резало в глазах и постоянно хотелось кашлять. Однажды Риз даже пытался отучить от этой пагубной привычки Стейси, читая нудные лекции о вреде курения, но их скоротечное расставание нарушило его планы. Риз задумался на какое-то время, представив Ангел с зажатой сигаретой в зубах. А потом усмехнулся. Наверняка её бунтарство проявилось бы именно так. Но вместо сигареты Ангел поочередности слизнула шоколадную крошку с перепачканных пальцев. Риз случайно поймал её действие, но затем стремительно отвернулся. Не хватало выдать себя перед Красавчиком Джеком! Он мысленно пообещал себе, что больше не взглянет на Ангел — пока рядом будет Джек, конечно же, — и отпил ещё немного горячительного кофе. Стало невыносимо жарко, а комната пьяно покачнулась в его глазах. Риз списал всё на алкоголь и волнение, и вежливо отказался, когда Джек попытался вновь подлить виски в его стакан. Но Джек пропустил слова подчиненного мимо ушей — впрочем, ничего нового — и щедро влил новую порцию алкоголя. Процент виски явно превосходил кофе, но, кажется, что это не волновало никого. Риз почувствовал, как его стало подташнивать. Всё-таки один маффин и «коктейль» по рецепту Джека — к картошке парень так и не притронулся — не лучший завтрак, но деваться было некуда. Риз без аппетита прожевал кусок маффина — он наконец-то добрался до малинового, и с любопытством прислушался к разговору Джека и Ангел. Они болтали без умолку, Ангел умело поддерживала беседу. Они говорили о новом оборудовании, спорили о чём-то своём, как вдруг… — Мне там работать, — распалилась Ангел, стукнув ладонями по столу. — Тыковка… — Что — тыковка?! — раздражённо переспросила она. — Или снова посадишь на цепь? Как жаль, что у тебя нет ошейника! — Пока нет, — подмигнул ей Джек, и Ризу почему-то стало не по себе. Ему моментально захотелось провалиться сквозь землю, в открытый космос, подальше от них. Чувство дискомфорта вспарывало кожу. Ризу моментально захотелось провалиться сквозь землю, в открытый космос, подальше от них. Захотелось остановить их, захотелось, чтоб они прекратили… Но Ангел не стремилась закончить конфликт, напротив, лишь подливала масло в огонь. Риз позабыл о своём обещании никогда не смотреть на неё в присутствии Джека, теперь он вовсю таращился на неё. Кулаки Ангел импульсивно сжались, а сама она напряглась, словно приготовилась к хищному броску. — Ангел, — угрожающе начал Джек, призывая её замолчать. Успокоиться. Но поздно. Потому что Ангел встала, отодвинув стул от себя с такой силой, что тот опрокинулся на пол. — Ищи себе другую сирену для опытов! — громко. Внезапно. Так, что воздух в комнате будто завибрировал от её крика. А затем Риз готов был поспорить, что Ангел хотела испуганно зажать себе рот. Потому что её взгляд, который она бегло бросила на Риза, был испуганным. Наступила тишина. Звенящая. Густая и вязкая, пробирающая до костей. Так, что Риз мог с лёгкостью посчитать удары собственного сердца. Раз… два… три… — Я, — несмело начал он, трусливо запнувшись. Четыре, пять, шесть… — Я знаю, — набравшись смелости, почти одними губами произнёс он. Джек перевёл тяжёлый взгляд на него. И сердце пустилось галопом. Семьвосемьдевять. Ангел победно скрестила руки на груди. — Думаешь, только у тебя всё схвачено? — как-то безумно улыбнулась она и в этот момент она была похожа, так чертовски похожа на Джека в их общем семейном безумии. И от этого стало по-настоящему страшно. Девушка презрительно сощурилась, и Риз увидел, как сквозь плотную ткань одежды видны свечения от её татуировок. Её начала одолевать дрожь — яростная, пугающая, и следом Риз почувствовал, как дрожь предалась и ему. А затем голова загудела от нарастающей мигрени. — На выход, кексик, — обратился к Ризу Джек, осторожно вставая. — Нет! — запротестовала девушка. — Он подчиняется мне, не тебе! Во взгляде Джека мелькнуло что-то. Что-то странное… Риз не успел разобрать, что именно, но то, что он увидел, ему не понравилось. Потому что в следующее мгновение Джек потянулся к нему явно не для дружеских объятий. Зачем? Что бы что? На мгновение свет острым лезвием ножа вонзился в биологический глаз, а затем на смену пришла резкая боль. Такая жгучая. Нечеловеческая. Риз вскрикнул, схватившись за голову. Он чувствовал, как лопнули капилляры, как его техника сошла с ума. Он ощутил металлический привкус во рту, и его согнуло напополам. Он отнял руку от лица, размазав на пальцах кровь. Пришло осознание, что он захлебнулся ей — собственной кровью, затем медленно сполз на пол и зашипел, абстрагируясь от боли, выгибаясь так, словно это должно помочь. Не помогло. — Риз! В голосе Ангел паника, в её глазах — настоящий ужас и понимание того, что она сделала. Или могла сделать. Она попыталась помочь Ризу подняться, но Джек встал между ними, преградив дочери путь. Мужчина бесцеремонно оттолкнул её в сторону и хрипло хохотнул: — Не такая, как я, значит? Не чудовище, да? — а затем метнул взгляд полный ненависти на Риза. — А ты проваливай! Живо! Риз, наверное, был еле живым, но сил хватило на то, чтоб покинуть помещение, оставив на стене алые разводы. Он не понял, как выбрался, как сполз вниз по металлической стене, пытаясь успокоить быстрое дыхание и привести мысли в порядок. Как-то рассеянно стёр кровь с лица и шмыгнул носом, почувствовав, как на замену боли пришла бешеная пульсация. Его голова несильно кружилась, кончик языка раздражал терпкий вкус пережитого, а от одежды несло табачным дымом — Джек всё-таки соврал, что на станции самая лучшая вытяжка и фильтрация воздуха. Но этот запах, впитавшийся в него и его вещи, напомнил о том, что Риз ещё жив. Он жив, чёрт побери! Жив, жив! Гиперионец задумчиво сплюнул на пол — слюна была вязкой, горькой, и вытер подбородок. А ещё вздрогнул, когда дверцы разъехались и ему навстречу вышел Джек. — Риз. Он медленно поднял на начальника взгляд. Ему захотелось бросить в ответ такое простое: — «Джек». Но не осмелился. Кто он такой, чтобы говорить так? Риз заставил себя встать — тело всё ещё плохо его слушалось, и взглянул в глаза босса. На короткое мгновение ему почудилось, что Джек испуган тоже, но затем это прошло. Джек смотрел на Риза так, что тот вздрогнул. И как-то обречённо подумал, что мужчина добьёт его наверняка, вместо Ангел, и на всякий случай сделал крошечный шаг назад. — Тебе нужно отдохнуть. Риз опешил. Не ослышался ли? В горле нещадно саднило и удушающая тошнота не уходила никуда. Красавчик Джек подошёл к нему ближе, обхватив широкой ладонью Риза за плечи. Парень мгновенно смутился и выдавил первое, что пришло ему в голову: — Завтрак выдался весёлым. Джек моргнул, но потом одобрительно засмеялся. — А ты мне нравишься, приятель. Риз не поверил своим ушам — Джек не переставал его удивлять сегодня. Нравится? Но… чем? Он отмахнул запоздалую мысль о том, что ему нужно паковать чемоданы и бежать: с этой станции, подальше от Джека, Ангел, не оборачиваясь бежать. Как можно дальше, заметая следы, чтобы его не обнаружили никогда. Но Джек перебил его мысли. — Она не та, кем тебе кажется, кексик, — осторожно продолжил Джек, шутливо пихнув его. — И я не хочу, чтобы ты повторил судьбу предыдущих идиотов. О, Ризи, разве она не рассказывала тебе? А хочешь посмотреть? Я запечатлел эти моменты. Смотри! На экране ЭХО-устройства замелькали картинки, от которых кровь стыла в жилах. Риз не выдержал — отступил назад, замотав головой. Почувствовал, как тошнота возвращается вновь. Как он готов выблевать все внутренности вместе с воспоминаниями о сегодняшнем дне. — Она может использовать тебя для того, чтоб сбежать, — неумолимо продолжал Джек. Предсмертные крики жертв становились громче. — Придумать слезливую историю, например. Ты не первый кто может повестись на такое. А если поведёшься, то станешь не последним. Риз побледнел. Он был напуган, опустошён и почему-то разочарован. Ты знал. Она предупреждала, — отдалось тревожным набатом в голове. — Ты же знал, с самого начала знал!.. Но всё равно было… Было неприятно, да. И больно от того, что кибернетика сошла с ума и чуть не убила его. Не от выходок Ангел, конечно нет. Не по этому. Риз стиснул челюсть, едва ли не скрипнув зубами. А в голове — её обвиняющий тон. Ты знал! Да, знал. Но всё равно вообразил себе неизвестно что. Пожалел её, не подпуская и мысли о том, что Ангел может оказаться… такой. Он всё ещё не мог назвать её монстром, чудовищем, и от этого становилось паршивее. — Так что беги, Ризи, — насмешливо процедил Джек. — Тик-так! Отдых ждёт. И, не дожидаясь ответа подчинённого, развернулся, на ходу махнув рукой. Трусливая мысль повторила слова Красавчика Джека. Медленно, с издёвкой, смакуя отрицательные эмоции, как долгожданное угощение. Беги, Ризи. Страх толкнул в спину. И Риз побежал.