Три из трех

Домой Квон прибежал в шесть вечера, отпросившись с работы пораньше. Начальник, конечно, был шокирован подобной наглостью после опоздания, но Джиён сослался на болезнь троюродной бабушки, и его все-таки отпустили. Он успел забежал в супермаркет и купить шампанское (на всякий случай) с пиццей. Его не покидали мысли, что этот человек может оказаться неплохим парнем: такого и покормить не жалко. Да и, к тому же, Джи ощутимо нервничал: он никогда не знакомился по сети, да еще с таким предложением смены ролей. Гахо получил свой ужин, а его хозяин тем временем успел оперативно принять душ, побрить все нужные места и вытащить на видное место смазку, презервативы и бокалы для шампанского. Осталось решить, что же надеть: это должен был быть неброский, но в тоже время стильный, подчеркивающий его характер. Немного повоевав со шкафом, Джи решил ограничиться рубашкой и простыми джинсами, правда, из дорогих брендов. «Дорого, но скромно» — вот девиз сегодняшнего вечера. До назначенного времени оставалось пять минут, и нервы, как струны, уже были натянуты до предела: Джиёну казалось, что он даже слышит тонкий скрип, с которыми они явно намеревались порваться. Квон сидел на диване в темноте и нервно бил пальцами по колену: сейчас вся эта затея казалась очень странной. Верхом абсурда же стал тот факт, что ровно в восемь так никто и не позвонил в дверь. Идиот, — раздосадованно сказал он сам себе, но часы сменили цифры на 20:01, и вдруг тишину в квартире нарушил дверной звонок. Квон, сорвавшись с дивана и сметая все на пути, подбежал к входной двери и тут же прильнул к глазку, рассматривая гостя. Но там было темно: очевидно, кто-то закрыл его пальцем, чтобы не портить интригу. — Скотина, — прошипел Джи, понимая, что все-таки придется открыть, и повернул ключ в двери. Перед ним стоял высокий брюнет в стильном серебристом костюме. Он был не просто симпатичен, а вполне себе красив, чего Джиён от интернет-знакомств совершенно не ожидал, а потому на несколько секунд даже потерял дар речи, замерев на пороге и глупо таращась на парня перед собой. Тот стоял на коврике с надписью «welcome» и улыбался, словно Мона Лиза - едва заметно, но так лукаво и ехидно, будто он знал все тайны вселенной, но не хотел никому их рассказывать. Его волосы были аккуратно уложены набок, а большие карие глаза с интересом разглядывали хозяина квартиры. Он был похож на хищника, оценивающего жертву перед тем, как ее съесть. — Что за пунктик у тебя на цифру восемь? — неожиданно спросил гость, и Джиён почувствовал лёгкую дрожь в коленях. Потому что этот голос звучал еще лучше, чем он осмеливался представить. Низкий, переливчатый бархатистый баритон, так и пропитанный насквозь артистизмом. Если этот голос и можно было с чем-то сравнить, то только с дорогим вином, которое играло у тебя на языке всеми оттенками радуги. — Что? — растерянно промямлил Джиён, еще не пришедший в себя от такого мощного первого впечатления. — Ты помешанный немного, да? Живешь в доме номер восемь, квартира восемьдесят восемь и назначил время в восемь вечера. Может, у тебя и день рождения восьмого? — хмыкнул собеседник. Несмотря на то, что парень явно издевался, Квон не мог не думать, что этот его «хмык» тоже прозвучал очень сексуально. Да он в принципе весь был ходячей секс-машиной, — Нет, восемнадцатого августа, — ответил Джи, распахивая дверь гостю и приглашая его жестом. — А год восемьдесят восьмой. — О боги, — парень закатил глаза, но все же зашел, сразу осматривая квартиру с таким же интересом, как и Джиёна пару минут назад. Квон закрыл за ним дверь, стараясь как можно быстрее взять себя в руки: он уже начинал чувствовать себя дураком из разряда скромных школьных ботаников, к которому на свидание пришел кто-то из лучших футболистов школы. Гость продолжал осматривать оформление прихожей и небольшого куска гостиной, которая виднелась при входе. Даже Гахо вышел познакомиться, пару раз авторитетно гавкнув на чужака. — Собака - это хорошо, — сказал незнакомец, поглаживая шарпея. — Собак я люблю, у самого их две, — он в последний раз оглядел квартиру, и блуждающий взгляд наконец сфокусировался на Джиёне, все еще стоявшем около входной двери. — Сойдет, остаюсь, — вынес он свой окончательный вердикт и, одним ловким движением пальцев расстегнув пуговицу на пиджаке, чуть повел плечами. Рукава мгновенно соскользнули вниз по белоснежной рубашке, и секундой позже пиджак был небрежно брошен в сторону хозяина квартиры. Джиён едва успел вытянуть перед собой руки: серебристая ткань едва не попала ему прямо в лицо. — Эй, можно повежливее?! — не выдержал он, на автомате складывая пиджак, и не успел среагировать, как этот дерзкий хам моментально оказался напротив него, тут же прижимая его к двери всем телом. — Что? — низким приглушенным тембром спросил гость. — Повежливее, — так же недовольно отозвался Джиён, стараясь даже не дышать. Это все-таки была его квартира, и он не хотел такого обращения. Но юноша почему-то подумал иначе. — Это так, что ли? — спросил гость тем же шепотом, нежно опаляя его шею горячим дыханием. Квон почувствовал, что его парализует, а ноги подгибаются и ползут вниз. Этот нахал ловко пробрался к его паху и, не стесняясь, потирал ладонью его член. Джи издал неясный звук, похожий то ли на возмущение, то ли на призыв о помощи, но парень даже не стал слушать - лишь слегка прикусил его выступающую жилку на шее и усилил движения промеж ног. Квону катастрофически не хватало воздуха; он совсем не понимал, отчего этот хам ведет себя так нагло и, самое главное, почему он, Джиён, ему это позволяет. Но он ничего не мог с собой поделать, только прижимал чужой серебристый пиджак к себе все сильнее. Ему действительно хотелось, чтобы его поимели без всяких вопросов и предложений. В джинсах становилось тесно, Джи тихо выдохнул и прикусил губу. — Черт, нельзя так, — наконец-то Квон нашел правильные слова, но тот парень лишь нахмурил брови и помотал головой, из чего Джи сделал вывод, что можно еще и не так. — Как тебя зовут хоть? — Топ, — отвечает коротко гость, сбрасывая пиджак из рук Джиена и властно дергая его за руку, ведя в гостиную, где стоял диван и компьютерный стол. — Но там есть спальня, — Джи ничего не понимал и волочился следом, а Топ проигнорировал его слова. Предусмотрительно закрывшись от собаки, он развернул Квона к компьютерному столу, сдвигая мышку с клавиатурой к дальней стенке. Джиен под напором веса наклонился, облокачиваясь о стол. — Здесь? Но... Подожди, — Джиена немного пугал такой напор, но заводил не меньше. Он привык почти всегда все планировать и делать неспешно, но, видимо, Топ был сторонником другой тактики: он здесь всего пять минут - и уже установил свои правила, совсем не слыша просьб и каких-то предостережений. Чужая рука стянула джинсы Квона вниз, ниже колен; туда же спустилось и нижнее белье. Джи почувствовал, как все пульсировало и внизу, и в груди, и даже что-то щелкало в голове - все в одном дурацком сумасшедшем ритме безумства от рук этого странного, но желанного Топа. Прохладная ладонь парня коснулась члена Джи, получая моментальную отдачу - горячую пульсацию, выдающую желание и напряжение Квона. Гость коварно улыбнулся, явно довольный собой, и, покусывая чужую мочку уха начал двигать рукой вдоль, немного надавливая на головку. Квон застонал, понимая, что выбранный ритм слишком медленный и мучительный для него. Он не мог этого выдержать. Джи простонал снова, прося большего и непроизвольно начиная двигаться в направлении руки сильнее, быстрее, а после в его голове что-то щелкнуло: внезапно он осознал, что Топ давно перестал двигать рукой. Парень просто сжал его член, а Джиен сам, как заведенный, трахал его руку и при этом еще стонал, как шлюха. Отвратительно. Но сейчас именно то, что нужно. Джинсы вместе с бельем были полностью сняты, а рубашка все еще оставалась на Джиёне, хотя была небрежно расстегнута: Топ не захотел раздевать его сразу, но Джи было даже не жаль порвать ее, главное, узнать, что же будет дальше. Топ развернул его лицом к себе, и Джи вновь встретился с этими чарующими чернющими глазами. Он не мог не отметить, как ровно и четко очерчены губы этого парня. Линия губ была настолько манящей и привлекательной, что он, не сумев удержаться, медленно провел по ней указательным пальцем. Топ на мгновение замер, следя за движением Квона, а после немного приоткрыл рот, лизнув самый кончик ногтя. Этого было достаточно, чтобы Джи, поддавшись порыву, бросился ему прямо в руки, тут же получая в ответ жаркий, страстный поцелуй. Да, это именно то, что Джиен хотел. Страстно, грубо, горячо. Топ владел его телом, будто оно давно принадлежало только ему. Усадив Квона на стол, Топ раздвинул ему ноги, оголяя все то, что обычно прячут. Джиён смутился, пытаясь прикрыться рубашкой, но парень ему не дал. — Нравится побыстрее, да? — уточнил Топ и вновь продолжил движения руки по его члену. Квон прикрыл глаза от удовольствия, в этот раз ритм был тот, что надо, хотя он не отказался бы от языка, но не каждый готов на подобное для случайного секса. Ногами Джиен сильнее обхватил тело Топа, прижимая его ближе. Удивительно, но сам гость был полностью одет: пиджак был снят еще в прихожей, но больше ни одной пуговицы расстегнуто не было. И, чувствуя приближение оргазма, Джиен немного отстранился и потянулся рукой к чужим брюкам. - Рано, - пробормотал Квон. Топ оказался не против: он немного отступил, дав Джиёну больше свободы, и тот, не упуская возможности, расстегнул ему брюки и снял их вместе с бельем. Промеж ног у этого парня все так же восхитительно, как и все остальное. После стянулись и обе рубашки. Джиен не мог сдержать восторга от того, как ему повезло и что именно этот парень откликнулся на его предложение. Он не мог также не думать, что скоро будет сам иметь это восхитительное, божественное тело. Приоткрыв рот, Джи облизнул головку его члена. Сухую, но уже возбужденную плоть. Тихий басовый стон звучал как комплимент, когда воодушевленный Квон попытался заглотить его полностью. Когда он говорил, что его язычок того стоит, он не врал. Он двигался, сосал, облизывал это так, будто вкуснее ничего раньше не пробовал, особенно льстило, когда Топ поглаживал его по голове и помогал с направлением и ритмом. Джиен уже и сам потерялся во времени, не понимая, что происходит и с кем. Но руки Топа ласкали его умело, где-то просто поглаживая, где-то щипая и даже кусая. Все было именно так, как нужно. Джиен стонал и старался делать приятное в ответ. А потом настойчивые пальцы его гостя стали входить в него быстро и достаточно глубоко. Презервативы и смазка остались в спальне, но, на удивление, Топ принес свои. Это Джиёну показалось адской смесью милоты и брезгливости. Его вновь грубо повалили на стол, прижимая всей массой тела. Джи чувствовал, как каждая клеточка соприкасается с ним и делается одним целым. Вот тот долгожданный миг, которого они оба ждали. Член Топа медленно, но ловко вошел в него. Внутри горячо и узко. Джиен старался перетерпеть первые минуты не очень приятного момента, но после они прошли, когда толчки из медленных стали более плавными и безболезненными. — Еще, еще, — стонал Джи, и Топ в этот раз услышал. Он дал ему сполна и, может, даже немножечко больше. Толчки становились совсем настойчивыми и быстрыми. Джиён стонал, стараясь держаться за едва целую столешницу: все ходило ходуном под весом двух тел, но сейчас обоим было все равно, ибо это самый прекрасный момент, которого можно только пожелать. Именно к этому моменту стремится каждое живущее на земле существо, способное желать секса и, более того, получать от этого удовольствие. Толчки становились быстрее, Джи выгибал спину, чувствуя, как соски Топа трутся о его лопатки, что заводило еще сильнее. Одной рукой Джи схватил руку своего гостя, не в силах больше держаться. Стол издал подозрительный треск, в то время как стоны Топа и Джиена слились во что-то единое, похожее на песню. Оргазм накатил с головой, и Джи почувствовал, как ему хорошо и счастье разливается по жилам. Все тело приятно сводило в судорогах. Ему так офигенно, что он кричал, стучал руками и в приступе безумства все еще пытался насаживаться на член Топа. Джи слышал, как парень стонал ему в унисон, и от мысли, что ему тоже хорошо, становилось невыносимо лучше, хотя куда еще лучше? Презерватив выскользнул из него, его развернули и поцеловали, так крепко, как никто не целовал его раньше. Силы совсем оставили Квона, он ощутил, что выжат, словно лимон, но ответил на поцелуй с последними рвением и страстью, что в нем остались после оргазма. Он жутко рад всему: что стол выдержал, что его держат такие сильные руки, что чужой язык так соблазнительно ласкает его после всего того, что случилось. Квону просто не хотелось открывать глаза, он мурчал, будто кот, издавая какие-то приятные звуки, и чувствовал, как Топ потихоньку и очень деликатно отстраняется. — Думаю, продолжим завтра, — равнодушно проговорил он, и Джиен совсем не понял этого человека. Все же ему понравилось, разве нельзя было немного поделиться своими впечатлением и восторгом, разве нельзя было задержаться хотя бы до утра? Но это было условием Топа, и только ему было решать, когда будет второй раз. — Ладно, — с досадой сказал Джи и понял, как сильно не хочет засыпать один после такого чудесного, самого прекрасного секса за последние годы его жизни.