Мой любовник

Прошло уже двадцать минут с тех пор, как Юма вспылил и выскочил из родительского дома. Он стоял посреди улицы, унылый и потерянный, и, как пес, дожидался возвращения Донована. Время шло, но мужчина не спешил выходить. С каждой минутой желание развернуться и уйти, сбежать все больше овладевало парнем, но контракт держал его, как невидимый поводок. Ключей от машины у него не было, и он никак не мог укрыться от глаз любопытных соседей. - Юма-кун, это ты? – тяжелая рука упала ему на плече, и парень подпрыгнул от неожиданности. Он повернул голову и увидел тучного мужчину с залысиной – соседа из дома напротив. - Ито-сан, уберите, пожалуйста, руку. – Из всех людей, живущих на этой улице, Юма больше всего не хотел встречаться именно с ним. Премерзкий тип был госслужащим, главой какого-то там департамента. Раньше отец Юмы по-соседски часто с ним выпивал. Они не были закадычными друзьями, но старались поддерживали хорошие отношения. Несколько раз этот человек даже оставался у них ночевать, когда ругался с женой, и она, на ночь глядя, выставляла его из дома. А когда однажды ночью приют понадобился Широ, сосед указал ему на дверь. А еще, когда отца забрали, он очень настойчиво стал приставать к его матери, предлагал ей стать его любовницей. - Неужто вернулся? А я-то думал, ты давно кормишь рыб в Токийском заливе, – проговорил он парню в лицо, обильно облевывая его слюной. Юма поморщился, несмотря на ранний час от него безбожно несло перегаром, а еще духами. Дешевыми женскими духами. Скорее всего, он провел ночь в отеле с проституткой. - Простите, но купальный сезон еще не начался. - Ну, ты не переживай, успеешь поплавать еще. Те парни не успокоятся, пока не вытрясут из вас свои деньги… Хотя, если совсем припечет, – сосед сменил насмешливый тон на серьезный, – ты всегда можешь прийти ко мне. – Он бесцеремонно приобнял Юму за талию и прошептал продолжение ему на ухо, – Не брошу же я такого милашку в затруднительном положении. - Что Вы сказали? – Юма не мог так сразу поверить, что человек, которого он знал много лет, оказался редкостной мразью. - Я говорю, что с такой смазливой мордашкой, как у тебя, и такой соблазнительной попкой работать вовсе не обязательно. – Рука борова опустилась ниже, легла парню на бедро. – Надо же лицом ты весь в мать пошел. Настоящий красавец! – восхищался сосед. – А сестра твоя, к сожалению, личиком не вышла, она больше похожа на Широ… - продолжал разглагольствовать он, а его пальцы-сардельки тем временем оглаживали ягодицу парня, а потом вдруг резко вцепились в нее. - А ты со своим свиным рылом можешь только помои из корыта лакать! – громко сказал Юма и со всей силы наступил борову на ногу. Тот завизжал, как свинья, и отшвырнул парня к машине. Запищала сирена. Юма ударился головой. Пока приходил в себя, туша соседа опять нависла над ним. Он завозился в попытке убежать, но израненное тело его почти не слушалось. - Что тут творится? – раздался голос Донована всего в метре от машины. Впервые за время знакомства Юма по-настоящему рад был его слышать. Мужчина в два шага преодолел оставшееся между ними расстояние, небрежно оттолкнул соседа, из-за чего тот пошатнулся и упал прямиком на асфальт. А после помог Юме подняться. - Что Вы себе позволяете! Я на Вас в суд подам! – начал было вопить сосед, поднимаясь с земли и осматривая свои до крови счесанные ладони и колени, но потом вдруг резко замолчал. – Мистер Моррис, какая встреча! – продолжил он почти раболепно. – Что Вас сюда привело? Неужто, этот пройдоха и Вам должен денег. - Этот «пройдоха», как Вы выразились, Ито-сан, мой дорогой друг. И я не намерен слушать оскорбления в его адрес. - Так он Ваш друг? Не знал, не знал… Простите, если б я знал… - замямлил тот, непроизвольно пятясь назад. - То Вы бы лучше подбирали слова? - Да-да… Конечно, да… - И руки свои тоже Вы распускать не стали бы? - Нет-нет… Подождите, что? – Ито-сан удивленно вскинул глаза. - Не притворяйтесь, из окна я прекрасно видел, все то, – Донован резко схватил его правую руку и поднял ее вверх, – что Вы делали этой самой рукой, – а потом он переплел свои и его пальцы, сжал их и стал выворачивать в обратную сторону. - Ай-яй! Мистер Моррис, больно. Отпустите меня! – взмолился боров и попытался вырвать свою руку из захвата, но ее только сильнее сжали в ответ. – Ай-яй-яй! – его лицо побагровело, покрылось пятнами, боль стала такой невыносимой, что он упал перед Донованом на колени. – Прошу, умоляю… Я к нему больше и близко не подойду! - Это само собой разумеется. - Простите… - Я бы мог Вас простить, но мой друг пострадал по Вашей милости… - Понимаю! Я все возмещу. Сколько хотите? – свободной рукой сосед стал ощупывать карманы в поисках бумажника. - За кого Вы меня принимаете? За мошенника, за мелкого вымогателя? Деньги мне не нужны. Пожалуй, Вы расплатитесь со мной здоровьем. – Сказав это, Донован приложил больше силы. Послышался неприятный хруст, сдавленный крик борова и его вой, очень похожий на собачий. - Проваливай! – искалеченную, с торчащими в разные стороны пальцами, руку англичанин все-таки отпустил, и сосед со всех ног поспешил убраться от него подальше. - Не боишься, что он в полицию заявит? – первое, что спросил у Донована Юма, садясь в машину. - Твой сосед не так глуп, чтобы связываться со мной. У него сильный инстинкт самосохранения. - Подожди, а откуда, ты так хорошо его знаешь? - Сталкивались по работе. В свое время он был у моего дяди кем-то вроде консультанта. Сливал ему информацию о тендерах на госзакупки. Кстати, а он тебе точно ничего не сделал? Мне кажется, я слишком легко его отпустил. - Расслабься, этот кабель клеит все, что движется. Даже жена ушла от него по этой причине. Не стоит принимать его всерьез. – На самом деле Юме были противны поползновения соседа, но видеть его снова он не хотел. – Поехали уже, чего мы стоим? - Подожди минуту, сейчас выйдет Томоко. Из-за тебя она опоздала на поезд, и я согласился ее подвести. - Зачем… Зачем ты это сделал? Я не хочу сейчас ее ни видеть, ни говорить с ней. - Поверь мне, для твоего же блага. Тебе лучше здесь и сейчас выяснить с ней отношения, чем потом ходить и накручивать себя неделями. Томоко умная девочка. Уверен, она уже осознала свои ошибки. - Ага, возможно даже умнее меня. – Юма грустно улыбнулся. – Из нас двоих характер и деловая хватка отца достались ей. Она даже внешне больше на него похожа. Жаль отец при жизни не замечал в ней этих качеств. Он хотел сделать меня своим приемником, но сестра куда больше подходила на эту роль. Полгода в бизнес школе были для меня настоящей пыткой. Все эти графики и таблицы, бесконечные расчеты. Я всей душой ее ненавидел. Так сильно, что даже обрадовался, когда из-за банкротства семьи мне пришлось из нее уйти. - Простите, что так долго! – дверца машины хлопнула и Томоко торопливо села внутрь. – Мама все никак не успокаивалась. Юма мельком взглянул на сестру, и его захлестнула очередная волна раскаянья. Девушка выглядела плачевно, даже толстый слой макияжа не смог скрыть ее опухших век и покрасневших глаз. Сегодня она опять пойдет в школу заплаканная. А Юма так хотел, чтобы она больше никогда не плакала, чтобы снова стала веселой и озорной девчонкой, какой была в средней школе. - Мистер Моррис, спасибо, что подвозите меня. Мне стыдно пользоваться Вашей добротой. - Не переживай, нам все равно по пути. К тому же это из-за нас ты опоздала. - Я опоздала по своей вине. – Девушка повернулась к брату, поймала его руки и сжала в своих ладонях – такой пустяк, а у Юмы от сердца отлегло. В детстве Томоко часто так делала, когда пыталась с ним помириться. – Прости меня, братик, – прошептала она. – Я, правда, не думала, что у нас все так плохо. Не знала, что тебя жестоко избили, что отец… – На слове «отец» она снова разрыдалась. - Томоко… – Юма прижал сестру к себе. - Прости, прости, – повторяла она в его объятьях. – Мы с мамой больше не будем сорить деньгами, я тебе обещаю. Я прослежу за ней! Мы все вернем обратно в магазины. А еще я хотела уйти со школы и найти работу, чтобы помогать тебе выплачивать долг, но мистер Моррис сказал, что это плохая идея. - Не вздумай! – Юма оторвал ее от себя и хорошенько встряхнул. – Ты что не понимаешь? Долг не твоя проблема! Ты должна думать только о том, как стать финансово независимой. Чтобы я за тебя не волновался. А для этого тебе нужно хорошо учиться, нужно окончить школу, получить стипендию и пойти в университет. И только потом найти себе хорошую работу. Те жалкие копейки, которые тебе заплатят сейчас, нас не спасут. - Хорошо не буду, братик, но после уроков я хочу найти себе какую-нибудь подработку? Много ребят из нашей школы работают в магазинах или кафе. - Как хочешь, только твоя работа не должна влиять на успеваемость. - Не повлияет, я буду очень стараться. *** - Ну, ты доволен? Как я и говорил, твоя сестра оказалась на удивление рассудительной девушкой. – Нарушил затянувшуюся тишину англичанин, попивая кофе в кофейне. После того, как они отвезли Томоко, Доновану внезапно захотелось прикупить Юме новых вещей, и они поехали в торговый центр. А после уморительного шопинга решили немного передохнуть. - Я рад, что мы с ней помирились, - Юма грел в руках свою нетронутую чашку чая и с завистью смотрел на напиток мужчины. Как бы он не хотел, кофе ему еще нельзя было пить. Донован сделал еще пару соблазнительных глотков и взглянул на часы. - Ого, так поздно уже! Что же делать? Знаешь что, Юма, мне давно нужно быть в офисе. Доберешься домой на такси? - И ты отпустишь меня одного в вольное плаванье? Не боишься, что я попрошу высадить меня у ближайшего отделения полиции, – начал было язвить парень, но мужчина не прореагировал в ответ. - Как хочешь, я ужасно опаздываю. – Мужчина стал в спешке собирать разбросанные вокруг столика пакеты. – Пойдем, я помогу донести их до машины. *** - Не спишь? Я тебя разбудил? - Наверное, сплю... – Юма с трудом разлепил тяжелые веки и взглянул на часы. – Перед глазами расплывались цифры один и два. – Что полночь? Уже так поздно. Где ты был? Я прождал тебя три часа. Ты же говорил, что уже едешь домой. - Прости, виноват, – Донован наклонился, чтобы поцеловать его в лоб, и Юма почувствовал от него запах алкоголя. Легкий запах, но и его было достаточно, чтобы заставить обычно угрюмого мужчину улыбался. – Обмывали удачную сделку. Я не мог им отказать, – оправдывался он. Мужчина одной рукой ловко сбросил с парня одеяло и быстро забрался к нему в кровать. Сегодня в отличие от прошлого раза он оставался в халате. Юма хотел уже, как и тогда, снять верх от пижамы, но его остановили. Тонкие длинные пальцы заскользили по волосам, плавно сползли на лицо парня, огладили шею, но ниже не опускаться не стали. Донован разглядывал его с упоением, как ребенок любимую игрушку, как коллекционер самую редкую и ценную вещь, и не мог насмотреться. Он целовал его сначала осторожно, потом все глубже, все интимнее. И очень долго. Пока перед глазами не поплыло, и голова не закружилась, и он не вспомнил, что для жизни ему все еще нужно дышать. А отдышавшись, повалил Юму на постель и снова зацеловал, жадно и без разбору, куда доставали губы. Юма сначала до чертиков испугался такого его проявления чувств. Он боялся, что мужчина навеселе забудет о своем обещании, не трогать его, и возьмет силой. Но этого не случилось. Хотя, когда нацеловавшись всласть, Донован, наконец, отпустил парня, ему уже было все равно. Все мысли напрочь вымело у него из головы. Спроси у него тогда, он бы точно не вспомнил свое имя. Он потерялся во времени и пространстве, а когда очнулся, на улице было уже светло. Что-то большое и теплое крутилось у него под боком. Юма присмотрелся и увидел Донована с маской ужаса, застывшей на лице.