С очень добрым утром

Просыпаясь, Паша помнил, что на этот раз его ждёт что-то особо хорошее. И тут же вспомнил всё. Его же Алиса просила войти в неё, когда она спит! И он даже привязал её ради этого по её же просьбе. И сейчас он наконец-то может исполнить и её просьбу, и свою давнюю мечту. Сколько раз он грезил о том, что хорошо бы войти в неё, не дожидаясь, когда она проснётся. И самому разбудить её. Вхождением в неё. Но он всегда ждал её пробуждения. Даже не стараясь ускорить его. Наоборот, стараясь её не разбудить даже нечаянно. Тем более учитывая её чуткий сон. Так как его спящая красавица часто сразу превращалась в уже-не-спящую. Он знал, что со сна женщина может не сразу понять, что в неё вошёл собственный муж. И не хотел, чтобы у Алисы были такие переживания даже на мгновения. И поэтому никогда раньше не позволял себе вторгаться в неё во время её сна, как бы ему ни хотелось этого. И только после её пробуждения и прелюдии наконец-то позволял себе разрядку. Но раз уж на этот раз она сама попросила войти в неё… Как говорится, чего хочет женщина — того хочет Бог. *** И вот он наконец-то в этот раз может не ждать, когда она проснётся. А может прямо сейчас войти в Алису. И разбудить её этим способом. Паша несколько раз глубоко вдохнул, чтобы немного сбросить возбуждение и контролировать себя. И чтобы насладиться ощущениями, и чтобы войти аккуратно, чутко меняя тактику в зависимости от состояния влагалища. Потом тихо-тихо сполз с кровати и пристроился возле Алисы. Его удивило, что у её промежности уже поблёскивает немного смазки. И обрадовало тем, что входить будет легче. И Алисе не будет сухо. Но когда их разделяли уже всего лишь миллиметры, Паша замер. От того, что Алиса отчётливо простонала. Тем характерным стоном, который был самым любимым Пашиным звуком на свете. Потому что так Алиса стонала только во время их близости и при его ласках. Паша подумал сначала — уж не проснулась ли Алиса, как и он. Если да, то их затея попробовать проникновение во время сна откладывается на следующее утро. Но Алиса не открывала глаза и вообще ничем не проявляла, что она уже не спит. А притворство за ней не было замечено. Если бы она хотела притвориться, что спит, хотя на самом деле проснулась, то и стоном не стала бы проявлять своего бодрствования. Паша решил, что Алиса простонала из-за сновидений. Может, ей снится секс с ним? Но раньше она во сне не стонала. Возможно, это из-за того, что раньше она не спала привязанной. После секса в привязанном виде. *** Решив, что потом спросит у Алисы, что же ей снилось, Паша сглотнул от волнения перед приятным, но ответственным моментом. Ему было очень интересно, как отреагирует Алиса на его вторжение во время сна и когда она проснётся. И наконец аккуратно надавил головкой на вход. Как он и ожидал, благодаря сну влагалище Алисы оказалось очень расслабленным и податливым. И позволило себя аккуратно ощупывать головкой. Это было упоительно. И позволило ему продвинуться даже быстрее обычного, несмотря на то, что он двигался осторожно. Не зная наперёд, насколько готово влагалище к его проникновению. И это при том, что обычно он часто замедлялся при проникновении в бодрствующую Алису. Из-за того, что её влагалище часто реагировало на его вхождение сильными сжатиями. Как говорила Алиса, так было из-за того, что ей исключительно приятно его вторжение в неё. Но сейчас она не сразу осознала эти приятности. И не поспешила ответить обычными непроизвольными приветными сжатиями. Едва Паша решил, что такими темпами до самого конца сможет войти, не разбудив Алису, как она снова отчётливо простонала. И её влагалище тоже таки проснулось, судя по тому, как оно сильно сжалось вокруг его члена. Хорошо, что из-за всех впечатлений и эрекция у Паши была предельная, так что при такой каменной твёрдости члена ему сейчас были нипочём даже такие сильные сжатия. Проснулись и железы Алисы, выделяющие смазку, так как во влагалище и около стало заметно более влажно. Снова резко дёрнулись завязки, из-за напрягшихся Алисиных мышц. И Алиса наконец-то открыла глаза. — Это я, Алиса, — тут же подсказал Паша, заметив в её взгляде непонимание и даже неузнавание. Он со страхом ждал этого момента. Как он и боялся, на мгновение во взгляде любимой промелькнуло удивление. Причём не только мизансценой. А словно она вообще удивлена даже тем, что она человек во плоти. И девушка, в которой может быть любимый. И только потом её лицо и тело снова расслабились. А выражение, в котором были перемешаны «что происходит?», «где я», «кто я?», сменилось выражением «ах-это-ТЫ!» и «я всё вспомнила!». И тут же Алисин взгляд вспыхнул страстью. Причём такой первобытной по каким-то неуловимым признакам, что у Паши дух захватило и он едва себя сдержал, чтобы не пуститься в галоп в Алисе. А этого пока не следовало делать, так как она снова стала, как напряжённая струна. Значит, надо сначала просто поласкать её осторожными движениями члена. Чтобы подготовить влагалище к своему исступлению. А заодно и смазки добавится за это время — лишней не будет в такой ситуации. Отбросив ставшее теперь ненужным одеяло, Паша с этой же целью повышения градуса готовности тела любимой поласкал руками её бёдра, живот и грудь. — Поехали, любимая? *** Алиса ответила, наклоном головы и движением век. Но ещё раньше ответило её тело. Подавшись ему навстречу так, что его член оказался в ней полностью. И прижавшись к нему в нетерпеливом ожидании его активности. Зная, что Алисе очень нравятся ласки сосков, он недолго поиграл с ними ртом. Сам заводясь не меньше, чем она, и от самого действия, и от её острых реакций на ласки. И только потом сделал то, о чём она умоляла его нетерпеливыми движениями своих бёдер и трением о его пах. Начав их любимый танец.