Я победил

Ролло тяжело вздохнул. Каждый день, вот уже на протяжении шести месяцев, он приходит в покои своей новоиспеченной супруги и по несколько минут стоит под дверью. Ролло, безжалостный воин и весьма самоуверенный мужчина, боится снова быть отвергнутым и униженным этой несносной девчонкой. Он так и не сделал ее своей женой - по крайней мере, не по законам христианской церкви. Только не в этот раз, подумал он и решительно толкнул дверь. С него хватит. Гизела сидела на полу у камина и читала. При виде мужа в ее взгляде промелькнул уже привычный для него страх. Ролло удовлетворенно улыбнулся - правильно, лучше пусть боится. Он так устал - от этого двора, где все его ненавидят, от навязчивых мыслей о брате... Неужели все это было зря? Неужели он предал свой народ ради того, чтобы получить взамен вот это? Неделями Ролло прилежно изучал язык, чтобы иметь возможность свободно разговаривать с ней; читал историю ее народа, чтобы не позорить при дворе свою высокообразованную молодую супругу; танцевал с фрейлинами и даже, да простит его Один, позволил постричь себе волосы! Лучше бы он этого не делал - Ролло стал понимать, что этот брак, похоже, станет для него проклятием. Синрик сказал ему за ужином, что в Париж, по слухам, едет папская делегация. Прочитав недоумение на лице друга, Синрик объяснил, что они едут сюда по просьбе принцессы или императора - чтобы подготовить развод. - Добрый вечер, Гизела. Могу я к вам присоединиться? - вежливо поинтересовался он и сел рядом с ней, на полу. Она инстинктивно отодвинулась от мужа. Ролло вздохнул. - Когда это вам нужно было разрешение, - пробормотала девушка и сделала вид, что читает. Ролло тихо рассмеялся. - Милая Гизела, неужели же я так вам невыносим, что вы попросили отца прислать в Париж папскую делегацию для оформления развода? Гизела невозмутимо посмотрела на него. Конечно, ее супруг узнал бы об этом рано или поздно. Так почему бы не поговорить об этом сейчас? Она отложила книгу и, пристально глядя ему в глаза, честно ответила: - Вы прекрасно знаете, как я к вам отношусь. К вам и вашему народу. - Чем я заслужил такое отношение? Разве я не убил собственноручно почти всех своих людей? Разве я не принял христианство ради вас? - Да, все так. Но мне кажется, что вам все это безразлично, Ролло. Я вообще не понимаю, зачем вам был этот брак. Вы могли отплыть с Рагнаром и вашей семьей, найти богатства где-то еще... Ролло прерывисто вздохнул. - У меня нет там ничего своего, Гизела. И это не моя семья, это семья Рагнара. Я надеялся начать здесь новую жизнь. - Я понимаю, но почему же вы решили начать новую жизнь именно со мной? - Что еще я должен сделать, чтобы вы были счастливы, Гизела. Она удивленно приподняла бровь. О чем он? - Я вас не понимаю. Зачем вы хотите сделать меня счастливой? Вы получили свои земли и титул, получили меня как законную супругу. Чего же еще вы от меня хотите? Ролло посмотрел на жену с нежностью и провел рукой по ее щеке. Как бы он хотел поцеловать ее и почувствовать, как она страстно отвечает ему! Вместо этого Ролло пробормотал на своем языке: «я хочу твоей любви, наивная девочка». Гизела часто задышала: наверняка сейчас он захочет овладеть ею. Он всегда начинал ночь с нежных ласк и лопотал что-то на своем языке, но дальше этого не заходил - наверное чувствовал, как она напряжена. Гизела бы ни за что и никогда не призналась в этом ни одной живой душе, но иногда ей даже нравилось то, что вытворял с ее телом муж. От своих фрейлин она слышала только, что супружеский долг - это что-то невероятно скучное и неприятное для женщины, однако сама пока убеждалась в обратном. Но даже растущее влечение к мужу не могло остановить ее, когда граф Одо намекнул на возможность развода. - Я хочу развестись с вами, потому что в моих планах никогда не было брака. Я не хочу иметь мужа и детей. - Может, вы просто любите другого мужчину, Гизела? - процедил Ролло. Например, этого мальчишку, сэра Ролланда, командира ее гвардии. Гизела посмотрела на мужа с недоумением. Этот варвар что, ревнует? Неужели к Ролланду? Хм, почему она не воспользовалась этим раньше. - Вот еще, разумеется, нет. Я - принцесса крови, Ролло. Любовь и все эти глупости не для меня. С детства мне внушали, что если я и выйду замуж, то только по расчету. - Например, за графа Одо? - Да. - Он же предлагал это раньше, почему вы не согласились? Этот союз был бы не самым плохим с точки зрения политических амбиций вашего отца, хотя и не самым блестящим для вас: все-таки Одо - мерзкий старик, - тихо сказал Ролло. Гизела с любопытством посмотрела на супруга и кивнула. Надо же, он не так безнадежен. - Вы правы. Но брак с вами во сто крат хуже. Вы - сын простолюдина, а ваш брат и вовсе вырезал тысячи парижан. Ролло метнул в нее взгляд, полный ярости. Опять, опять она его провоцирует. Как будто специально! Она что, хочет, чтобы он ее ударил? Ролло никогда не бил женщин, только если это не было на поле битвы, где все равны. И причинять боль своей жене не собирался тем более, но ... Ее слова страшно ранили его гордость. Внешне Гизела сохраняла полную невозмутимость, но Ролло прекрасно знал, что в такие моменты она боится его до смерти. Он обхватил ее лицо руками и очень медленно проговорил: - Хотите развестись? Что ж, пожалуйста. Я был с вами терпелив и сделал все, что мог. Но, видимо, мудрец ошибся. - Какой еще мудрец? - пробормотала Гизела, исподлобья глядя на мужа. Ролло отпустил ее и придвинулся ближе к очагу. - У меня на родине живет мудрец, к которому принято обращаться за советом и поддержкой когда кажется, что боги оставили нас. Я пришел к нему в минуту слабости. Мне не хотелось жить, я был себе противен. Мудрец спросил, почему я так зол. И я ответил, что ненавижу себя и буду искать смерти в битве, все равно моя жизнь ничего не стоит. Так вот, тогда верховный жрец предрек мне встречу с вами, Гизела. Он рассмеялся и сказал, что «медведь возьмет в жены принцессу, а я буду присутствовать на церемонии». Сначала я думал, что мудрец повредился умом, ведь где мне встретить принцессу?! Но потом я понял, что пророчество имеет силу. - И что же заставило вас поверить этому языческому пророчеству? - При осаде Парижа я увидел вас наверху, со знаменем. Вы вселяли в своих воинов храбрость и надежду. Тогда я и понял, Гизела. Я понял, что вы будете так или иначе принадлежать мне, - тихо сказал Ролло глядя на огонь. - В вас было столько решимости, отваги... Я увидел в вас валькирию, о которой так давно мечтал. Такую женщину я бы смог ценить как равную. Я бы никогда не стал подчинять вас себе, Гизела. Какой в этом смысл? Я представил, какой может быть наша жизнь: мы бы вместе правили в Руане, я бы вас любил и почитал... Для вас я бы мог стать тем, кем всегда хотел. Но если вам это не нужно, я пойму. Я восхищаюсь вашей силой духа и ни в коем случае не хочу, чтобы вы из-за меня страдали. Я не стану удерживать в столь ненавистном браке насильно, Гизела. Ролло тяжело вздохнул и посмотрел, наконец, на жену. Она тут же опустила глаза. - Что же вы молчите, дорогая? Никогда не поверю, что вам нечего сказать, - сказал Ролло и горько усмехнулся. Гизела только покачала головой и тихо попросила: - Оставьте меня, я устала. - Как угодно, - равнодушно бросил Ролло и легко поднялся с пола. Гизела была поражена. Этот дикий человек, этот варвар, только что признался, что любит ее! Любит не за нежность и покорность, а за ее тяжелый нрав! За неуступчивый характер, который отец пытался подавить много лет. Она никогда не забудет слова отца, брошенные в запальчивости: «Моя дочь, Гизела, должна была бы родиться Гийомом»! Как этот совершенно чужой человек, пусть и ее супруг, с которым она делила постель, смог так точно прочувствовать все ее страхи и тайные желания? Наверное, ей не стоило судить о нем так поспешно. Но как же теперь все исправить… Да и нужно ли? Через несколько дней папские делегаты прибудут в Париж, и она станет свободной женщиной, как и всегда хотела. Может быть, именно с этим странным норманном она сможет быть по-настоящему независимой. Гизела обняла подушку и зарылась в нее лицом. Засветло Ролло поднялся на башню, где впервые увидел свою жену. Он не мог ни спать, ни оставаться в своих покоях. Что ж, думал он, если развод все-таки состоится, он женится на другой знатной женщине-парижанке. Теперь, когда он стал больше похож на цивилизованного человека и выучил язык, желающих наверняка будет больше - он не раз ловил на себе заинтересованные женские взгляды на приемах. На принцессе Гизеле жизнь не заканчивается! Он спустился в конюшни и велел оседлать своего коня, Гримнира. Ролло проехался по окрестностям города и уже был на пути обратно, когда в предрассветном тумане, на въезде в Париж, увидел Гизелу и сэра Ролланда, который вел на привязи ее коня. Принцесса почти бежала, рыцарь торопливо следовал за ней. Ролло спешился и притаился за каменной стеной. - Принцесса, послушайте же! Вы не можете отослать посланников Его Святейшества! Что на вас нашло, ведь еще вчера вы так этого хотели... - Можно как-то скрыть их пребывание здесь от моего мужа? Хотя бы на какое-то время? - Да, конечно, но Гизела, - тяжело дыша произнес Ролланд и обхватил ее за плечи. - Герцог все равно узнает об этом, рано или поздно. Принцесса холодно посмотрела на спутника и сбросила с себя его руки: - Что вы себе позволяете, сэр Ролланд. - Простите меня, принцесса. Я просто беспокоюсь за вас. Я ваш друг… - Не стоит, - Гизела забралась на коня и твердо сказала: - Я могу о себе позаботиться. Ролло хотелось тут же броситься за ней, но вместо этого он вернулся в замок. Он должен что-то сделать, чтобы она передумала. Что же ему сделать? Ролло просто не мог позволить себе потерять сейчас эту женщину, ведь она была обещана ему богами. Гизела вернулась с прогулки верхом и тут же направилась в покои мужа. Она репетировала эту речь, потому что не хотела расставаться в плохих отношениях - особенно, после его вчерашнего признания. - Сообщите его Светлости, что я хочу его видеть, - церемонно сообщила она стражнику. - Простите, принцесса, но герцога нет в покоях. - Где же он, в таком случае? - Не имею чести знать, ваше Высочество. Гизела направилась в тронный зал. - Отец, вы не видели моего супруга? - Нет, дитя. Ролло не завтракал со мной. Принцессу посетила жуткая мысль: а вдруг он сейчас со своими людьми собирается штурмовать Париж за то, что она была с ним груба и бесчувственна? - Мари, Луиза, найдите герцога Нормандского! Он срочно нужен мне! - дрожащим голосом попросила она своих фрейлин, продолжая прохаживаться по покоям и нервно заламывать руки. Прошел день, а о Ролло по прежнему не было вестей. Папские посланники прекрасно проводили время при дворе, поедая их еду наслаждаясь изысканным обществом. Однако не могут же они пользоваться этими благами вечно... Гизела уже собиралась спать, как услышала деликатный стук в дверь. - Луиза, можешь идти, я собираюсь ложиться. - Вы хотели меня видеть? Ролло. Принцесса в панике забегала по комнате в поисках шелкового халата. - Я не одета. - Да прекратите, я ваш муж. Ролло зашел в покои, демонстративно проигнорировав ее полный ярости взгляд. - Зачем вы хотели меня видеть, ваше высочество? Чтобы лично оповестить о нашем разводе? Не стоило утруждаться, я уже приказал моим людям собираться в дорогу. Завтра на рассвете я уеду. Гизела удивленно приподняла бровь. - Я хотела извиниться за то, что вчера была так груба с вами. Но сейчас подумываю о том, чтобы взять свои слова обратно. - Вам пришлось бы очень долго извиняться, - равнодушно бросил Ролло и отвернулся к окну. - И куда же вы направитесь? Обратно? - А вот это, принцесса, вас не касается. Я вытерпел от вас достаточно унижения и не намерен оставаться здесь больше ни дня, - Ролло говорил очень спокойно и разумно, но взгляд его не выражал ничего, кроме боли и сожаления. Он не считал нужным носить тунику; на нем были его кожаные доспехи и меховая накидка, а густые волосы собраны назад. Впервые за все это время принцесса призналась себе в том, что испытывает к Ролло интерес. Мысль о том, что она больше никогда не увидит этого мужчину, поразила ее и заставила действовать. Гизела в нерешительности подошла ближе и, глядя супругу в глаза, тихо произнесла: - Ролло, я не хочу, чтобы вы уезжали. Он протяжно выдохнул и так же тихо спросил: - Чего же вы хотите? - Я хочу научиться доверять вам, но не знаю, как это сделать, - честно сказала Гизела. - Мне кажется, у вас нет ничего святого, и я всегда ожидаю худшего. Ролло улыбнулся, снял с запястья свой браслет и протянул его Гизеле. - Эта вещь - самое дорогое, что у меня есть. Вы можете делать с ней, что хотите. Принцесса взяла браслет из его горячих рук и растерянно кивнула. - Развод не может состояться, если мы... Если мы... Вы меня поняли, Ролло. Он с недоумением посмотрел на принцессу и тихо проговорил, тщательно подбирая слова: - Вы хотите стать моей, Гизела? Она немедленно залилась ярким румянцем, но с достоинством встретила его горящий взгляд и смело ответила: - Да, я хочу стать вашей супругой, по-настоящему. Если вы, конечно, все еще хотите этого. Неужели это наконец происходит? Ролло обнял ее за талию и притянул к себе. - Я хочу этого с того самого дня, как впервые увидел вас.