Последняя исповедь грешницы: Часть первая - "Да, простит меня Господь, за грехи моей молодости"

«Ангел, ты из любви и света», — шепчешь мне, обнимая взглядом. Богом послана ты, наверно, чтобы хранить меня и быть рядом. Чтоб вести меня по дороге, озаряя её звездою, Ярко вспыхивая как искра, путь указывая рукою. Я отвечу: «Любовь земная необъятная как пучина, души связывает людские. Если Ангел — я, ты — причина».

- Всё это началось ровно неделю назад... Был обычный день. Рано утром я пошла в школу, перед этим забежав по дороге к своей сестре. Она старше меня, сейчас ей девятнадцать. Жили мы весьма бедно, в трущобах, неподалёку от старенькой деревеньки, рядом с этим лесом, поэтому моя сестра всегда очень много работала. У неё не было образования, она даже школу не окончила полностью. На нормальную работу с приличным заработком её, разумеется, ни кто бы не взял, и из-за этого Рози приходилось трудиться сразу на нескольких тяжёлых работах. Наши с ней родители умерли рано, от болезни, и нам были очень нужны деньги, ведь даже на достойные похороны не было ни гроша, и пары монет в карманах было не сыскать, да и еды в нашем доме никогда много не было, вот и приходилось работать там, где только предложат. Училась я в благотворительной школе при церкви святой Девы Марии. Там давали очень хорошее образование, и большинство из их учеников после становились сёстрами милосердия, или же, сразу после её окончания, девушки принимали эпитимью и навсегда уходили в церковь в качестве монахинь. Обучение там было строгое из-за порядков, однако, мне очень нравилось проводить время в церкви. Вот только эта школа была очень дорогой. Оплата была заоблачной, про крайней мере для нашей бедной осиротевшей семьи. Я несколько раз хотела покинуть школу и найти другую, с меньшей оплатой, особенно после того, как погибли наши родители и денег совсем не осталось, но Рози сказала, что всё оплатит. Я согласилась. Днём Рози работала в придорожном кафе официанткой. Так, ничего особенного, просто разносила еду по столам, а в свободное время мыла посуду. По вечерам, когда бар закрывался, ей иногда еще и мыть полы приходилось. Ведь чем больше работы она выполняла, тем больше денег ей после платили. Работала она посменно - через каждые два дня. В другие же дни она работала либо дворницей, либо в офисах протирала стёкла. Платили копейки, конечно, но для нас это были огромные деньги. Ах да, ещё иногда ей удавалось подрабатывать нянечкой в детском саду, за это даже не плохо платили. Приходила Рози с работы очень поздно и сразу же шла спать на заранее подготовленный мною постельный футон, а вставала она рано, ещё до того, как я просыпалась, чтобы идти в школу. Сама я тоже хотела помочь сестре, поэтому днём, уже после школьных занятий, я бежала на самую середину городской площади. Там были каменистые улицы, и людей в это время суток там проходило значительно больше. Там я садилась на один из бордюров и просила милостыню, а иногда помогала соседскому мальчишке из той же деревни, что и я, продавать газеты на улицах. Деньги мы делили пополам, так что всё по-честному. Большинство проходящих мимо знатных людей из приличных, не обделённых семей, только от одного взгляда на нас сразу же начинали меня жалеть. Хоть мне это и не особо нравилось, но я терпела, ведь пару монет они всё-таки давали. Но чаще всего делились едой, а некоторые даже игрушки давали. В тот самый день у нас в школе при церкви был выходной, поэтому именно в то утро я решила сразу же пойти в переулок, так как запасы еды у нас дома уже кончались. Зарплату Рози в этом месяце уже на неделю задерживали, а прохожие может, авось, и достали бы пару купюр из своих сумочек под Луи Виттон, вот я и пошла выпрашивать. Тот день был явно не урожайный, так как за все три часа, что я там провела, мне только лишь пару сотен Ийен положили, а на них даже "сникерс" не купишь(*). “Ну, что за жмоты? А? Им, что жалко настоящие деньги кинуть? Подумаешь, на одно пирожное меньше в своих ресторанах сожрут. Так нет же, дождёшься от них.” Я уже потеряла всякую надежду на то, чтобы хоть что-то стоящее сегодня в дом принести, однако после я встретила его. Сегодня я стояла прямо напротив одного продуктового магазинчика, там обычно всегда хорошие денежные покупатели появляются. Прямо неподалёку, напротив этого самого магазина, стояла фабрика. Она была не очень большой, но мальчишки из соседних деревень утверждали, что, мол, там призраки по ночам водятся, поэтому соваться туда мне не особо хотелось. К этой самой фабрике подъехало несколько тонированных машин чёрного цвета. Я не очень разбираюсь в марках автомобилей, но даже по первому взгляду было понятно, что тот, кто ездит на таком авто, явно не бедный человек. Из машин вышло несколько мужчин, однако больше остальных из этой толпы странных личностей выделялись двое в дорогих пальто, которые шли впереди всех и только лишь раздавали указания, как если бы остальные были их рабами: то им зонтик нужно было подать, чтобы на их головы снег не падал, то дорогу от снежных сугробов расчистить, чтобы они смогли спокойно пройти вперёд. Прям короли настоящие. У одного из них были красные, насыщенного огненного цвета, волосы(**). Они были настолько яркими, что казалось будто прямо сейчас загорятся, а короткая модельная стрижка вовсе не портила его внешний вид и, что особо важно, подчёркивала его статус. Другой парень, что шёл рядом с ним, на вид был явно моложе него самого, хоть и не на много. У него были белые волосы длиной чуть ниже плеч(***). Я сразу же почувствовала напряжённую и какую-то не совсем дружескую ауру, исходящую от этих людей. Атмосфера, что окружала их сильно тяготила и заставляла испытывать иррациональное беспокойство. Она столь величественна, что даже на таком приличном расстоянии, что отделяло меня от них, мне хотелось прямо там на улице пасть на колени перед ними. По моему телу, не понятно от чего, пробежала толпа мурашек, а столь непривычное для меня чувство страха вдруг резко зародилось в моём сердце. Мой пульс участился. Я нервничаю? Но почему? Я ведь впервые вижу этих людей. Однако меня безбожно потянуло к ним, особенно сильно я чувствовала притяжение к мужчине с красными волосами. Казалось, что между нами нет различий, что мы одинаковы и нет больше преград. Мы как будто были на одной волне, даже наши мысли. Возможно, вам покажется, что я вру, но я действительно знала, о чём он думает, как если бы я читала его мысли, тайные желания. Эта, казалось неразрывная связь с незнакомцем, сильно пугала, но тогда меня это мало волновало, мной будто бы управляли, тело потеряло прежний контроль. Дыхание сбилось, а кровь, что прежде текла в моих венах спокойно и размерено, теперь бушевала во мне, бурлила и неслась по венам, словно реактивный поезд. Сердце кольнуло, потом ещё раз и ещё… и так до тех пор, пока в грудной клетке пульс не начал отбивать чечётку. Я подумала, что это моя резкая реакция на холод, ведь температура на улице сегодня была слегка ниже обычного. Но тогда почему стоящий рядом со мной соседский мальчишка не дрожит, как я, и не держится за сердце, при этом стараясь унять бешеный ритм в нём и боль, что с каждой секундой всё больше усиливается и распространяется по телу? Он, как обычно стоял рядом с магазинчиком и старался поймать богатого клиента, который , возможно, из жалости к столь нерадивым юным “продавцам”, но всё таки купит одну из наших газет, а может быть даже что-то из еды отдаст или пару монет подбросит. “Значит плохо только мне, сердце болит только лишь у меня? Я, что заболела?” Хоть мой взгляд больше не был направлен на тех таинственных величественных людей, но я точно знала – они остановились на дороге. Красноволосый мужчина замер, и мне даже показалось, что он то ли прислушивался, то ли приглядывался, но лицо его, доселе непринуждённое и расслабленное, теперь было полностью сосредоточено и выражало серьёзность. Теперь он осматривался, бегал глазами туда сюда, ища предмет своей заинтересованности, но так, как недавно прибывшее чувство было совсем новым для него, то отыскать это у него не особо получалось. Только он чувствовал, что буквально вот-вот и он увидит искомое, как связь тут же обрывалась и угасала. Он чувствовал тоже, что и я. Я знаю это. Я в этом уверена. Вот только столь ожигающей боли, что я чувствовала у себя в сердце, он не испытывал, а скорее наоборот – он ощущал теплоту, причём весьма знакомую ему, но в то же время такую далёкую. Он чувствовал… родство? - Ваше Величество, что с вами? Почему вы остановились? - протараторил паренёк больше смахивавший на дворецкого, причём на очень паршивого дворецкого. Костюм был помят, а его собственное лицо так и кричало "не бейте лежачего". Слабак, в общем. Такого дрища ещё поискать надо. Голос звучал боязливо, но громко, чтобы ему, не дай Бог, ещё и за слишком тихий голос по черепушке не настучали. Он явно боялся этого красноволосого мужчину, хоть и старался изо всех сил это скрыть, но дрожащие коленки его явственно выдавали. - Отец? - непонимающе спросил парень с белыми волосами, что стоял по правую сторону от самого мужчины, к которому обращался. Так значит он его сын? Но разве это возможно, ведь разница между ними не такая уж и большая, про крайней мере на вид. - Масато, ты ведь тоже чувствуешь это? - спросил ни капли не меняясь в лице мужчина и посмотрел на сына. Тот сразу же понял о чём его спрашивают и кивнул в знак согласия. - Думаешь, кто-то из наших? Однако, эта аура мне не знакома. - Мне тоже, но аура сильная, хоть ещё и не полностью пробудившаяся. Видимо этот кто-то ещё сам не знает, какой сильной кровью он обладает. Сила пока не устойчива и это может привести к проблемам, однако, если её правильно развить, то получится невероятной мощности живое оружие. Я на инстинктивном уровне понимала, что он ищет именно меня, но поверить в это было сложно, до тех самых пор пока я не почувствовала, как он меня зовёт. В моей голове стали всплывать различные образы и звучать голоса, как если бы я была вовсе не здесь, а в параллельной реальности. Я была практически полностью дезориентирована. Голос, что сейчас говорил со мной в моей голове, словно шептал завлекал своей красотой и таинственностью, и безумно пугал. “Где ты… где ты… ” Слова тянулись, как липкий мёд. Страх снова, ещё больше завладел моим телом, я словно оцепенела, но в данный момент для меня было важно лишь одно – чтобы тот мужчина не обернулся и не увидел меня. “Ты, ведь тоже чувствуешь меня? Да? Иди ко мне….Я не причиню тебе вреда. Мы одной крови. Покажись…..” Голос ни как не хотел оставлять меня, он всё громче звучал в моём сознании, но вскоре это прекратилось. Мне стало легче. И я не намерена была оставаться там. “Я должна бежать. Быстрее…быстрее…” - Ты знаешь, кто это? - спросил парень и скосил взгляд на отца, который тут же одними глазами показал в нужную сторону, при этом не меняя положения своей головы. Конспираторы чёртовы! - Кажется, догадываюсь,- ответ звучал так, словно он и не сомневается. После этих слов Масато внимательно посмотрел в ту же сторону, разглядывая всё вокруг, ища хоть что-то подходящее. Искать ему долго не пришлось, так как его взгляд довольно быстро остановился на маленькой девочке, которая изо всех сил искала удобный план побега. Голова так и вертелась словно юла. Переглянувшись друг с другом, они, позабыв обо всем на свете, пошли в сторону той самой девочки, которая по виду больше походила на оборванку. Однако, это их мало интересовало, им нужна была лично она и только она. Их тянуло к ней, они чувствовали некое родство с ней. Подойдя к ней, красноволосый мужчина с улыбкой достал из внутреннего кармана пальто целый рулон свёрнутых денег, закреплённых резинкой. Да уж, купюры в этом свёртке были не маленькие, зато, когда он его доставал, девочка заметила на его руке кольцо с красивым гербом в виде сказочной огненной птицы из сказок – феникса. Мне не нравилось то, что ко мне подошли именно эти люди. Впервые в жизни я была крайне не рада тому, что меня заметил богатенький мешочек с деньгами. Вытащив из свёртка пару крупных купюр, он присел прямо передо мной на корточки для того, чтобы сровняться со мной по росту и, посмотрев в мои уже до смерти напуганные и заплаканные глаза, а так же понурую милую моську, что получилась у меня не осознанно из-за обиды и негодования, он протянул их мне двумя пальцами. Его взгляд был пронзительным. Он долго рассматривал меня с ног до головы, словно оценивал товар в лавке на предмет его стоимости. На мне было милое платьице слегка закрывающее мои коленки, весьма тёплая курточка и валенки. - Держи милая, это тебе. Я была очень напугана и расстроена. Слезы покатились из моих глаз, я не смогла их удержать. Только лишь от одного взгляда в его пугающие, но в тоже время такие тёплые и, казалось, даже дружелюбные глаза, мне становилось не по себе. Я держалась до последнего, но всё таки чувства взяли верх надо мной. Моя нижняя губа слегка подрагивала из-за того, что я плакала. Со стороны казалось, будто я кот из Шрека, только моей визитной карточкой была не шляпа, а маленький плюшевый медвежонок, что я крепко прижимала к своей грудной клетке трясущимися руками. Слегка поджав нижнюю, уже во всю трясущуюся губу, как бы делая ещё более милую и печальную мину, я кинула неуверенный взгляд на протянутые мне деньги, после чего только ещё крепче прижала к себе бедного медведя. - Ну что ты, милая, бери. Я не причиню тебе вреда. Ты ведь чувствуешь меня, правда? Ты подсознательно чувствуешь, что я для тебя не опасен. Ведь так? - спросил мужчина, и уверенность звучала в его голосе, ведь он уже знал ответ, а это так – маленькая проверка. Я ничего не ответила, а лишь неуверенно сделала пару кивков головой, соглашаясь. Я действительно что-то ощущала и почему-то была полностью убеждена, что именно этот мужчина не причинит мне никакого вреда. Я подсознательно это чувствовала, хоть и сама не до конца понимала, почему так происходит. Очевидно, что этот мужчина знает гораздо больше об этом, чем я. – Возьми, это всё твоё. Вытерев своей ладошкой пару мокрых дорожек на своих щеках, я так же неуверенно схватила денюшки из рук незнакомца и, слегка покопошившись в своей курточке, чтобы найти в ней кармашек быстренько, убрала их туда, после чего снова принялась прижимать своего медведя к себе так, чтобы доступ к недавно положенным деньгам был полностью закрыт, особенно, для посторонних любопытных глаз, которые до сих пор наблюдали за каждым моим движением и постоянно рассматривали меня. - Спасибо, - голос был тоненьким и слегка картавил из-за того, что некоторые из моих зубов были молочными, и совсем недавно пара из них выпала. - Не за что, - хоть его улыбка и не казалась мне противной или какой-то подозрительной, но меня всё равно не покидало чувство, что этот человек меня знает или же я ему просто интересна. – А у столь милой и очаровательной девочки есть имя? - Кристи, – слегка помявшись на одном месте, произнесла неуверенно я. - Оу, малышка Кристиана, значит, - нежно повторил имя маленькой девочки мужчина и только с ещё большим интересом стал наблюдать за ней. – Какое красиво имя. Очень приятно, меня зовут Фумито, а это мой единственный сын Масато. Присев вслед за отцом рядом со мной на корточки, беловолосый парень приветливо и слегка лениво улыбнулся. Красноволосый мужчина, что находился напротив явно интересовался мной, что очень сильно напрягало и создавало впечатление, будто он меня знает, а вот я его не очень. Выглядел он очень странно, постоянно почему-то улыбался, и я подумала, что самым лучшим решением в данной ситуации будет побег. Моё внутреннее чувство самосохранения буквально кричало о том, что я должна, как можно скорее смотаться оттуда. Эти улицы я знала хорошо, поэтому, если бы у меня было желание, то я бы с лёгкостью смогла убежать, причём так быстро и незаметно, что одни пятки бы сверкали. А это самое желание совершить побег уже около десяти минут буквально съедало меня изнутри. Поэтому ни сколько не медля я бегом ринулась в ближайший переулок, при этом сшибая на своём пути абсолютно всё на свете. Как не странно, но двое подозрительных мужчин не стали преследовать меня и даже не сдвинулись с места, когда я вбежала на ближайшую улицу, при этом чуть не сбив женщину, что продавала рядом морскую рыбу. Она держала в руках целый таз с рыбьими потрохами, который вскоре едва ли не свалился прямо на проезжую дорогу. Да уж, этот райончик не был одним из лучших. Здесь проживали заядлые отбросы общества. Слегка покряхтев мне вдогонку, женщина снова поплелась к своей рыбной, до смерти вонючей, лавке. Интересно, сколько лет было той самой рыбе, которою она продаёт? Двое мужчин, лишь только сильнее стали улыбаться. Хоть я и старалась не особо оборачиваться, но мельком я всё таки увидела их оскал. Казалось, что они абсолютно уверены в себе, и именно из-за этой самой их чертовской уверенности я стала всё больше понимать, что что-то не так и мой план побега не так уж и идеален, как казалось на первый взгляд. Я полностью в этом убедилась, когда забегая в очередной пропахший донельзя переулок, я вновь столкнулась с тем самым красноволосым мужчиной. Он стоял, как ни в чём не бывало прямо впереди меня и как будто кого-то ждал. Видимо, меня, я так полагаю. Каким-то сказочным образом он снова стоял прямо передо мной. Я с детства знала эти улицы, и я не могла ошибиться, ведь, когда я сюда забегала, я была полностью уверена в том, что другой дороги попасть сюда просто нет – там был тупик в виде стены. Как он вообще смог пройти мимо меня, да ещё и как-то оказаться впереди? Над этим вопросом я бы с радостью подумала, если бы только мне не нужно было снова бежать. Новый план пришёл на ум довольно быстро, поэтому я снова срулила на очередную запутанную каменистую улочку. Пока я упорно бежала, при этом стараясь даже не оглядываться, меня почему-то ни как не покидало чувство, что за мной следят, причём сразу с двух сторон одновременно. Зловещие тени так и плясали за моей спиной. За мной кто-то явно наблюдал, я была в этом уверена, как и в том, что мои преследователи обязательно меня нагонят, но как бы то ни было я не хотела так легко сдаваться, поэтому снова с ещё более резвым ускорением ринулась, на этот раз, в пустынную улицу. Там вообще мало, кто ходил, да и магазинов там никаких не было, однако она была самой быстрой дорогой к офисному центру, где сейчас должна была работать моя сестра. Я искала у неё защиты. Именно сейчас она была нужна мне, как никогда. “Мне бы только добраться до места, где работает Рози, и я буду спасена…” Мне оставалось совсем не долго, буквально несколько кварталов, однако у меня снова появилось чувство, что меня преследуют, только теперь это чувство было усиленно в разы. Моё дыхание было сбивчивым, а сил чтобы бежать дальше у меня уже просто не было, но с другой стороны, если я не смогу добраться до офиса, где работает Рози, то меня точно схватят. “Только бы успеть...Только бы успеть” Повторяла я в своей голове одну и туже фразу, словно мантру. Моя изначальная скорость бега значительно упала. Теперь я уже еле шла, а если быть точнее, то практически ковыляла. За всё то время, что я старалась оторваться от преследования, я дважды упала и даже разбила себе колени, однако это мало чем помогло. Мне даже показалось, что преследователи стали только ближе ко мне. Лишь после я узнала, что они шли по запаху моей крови. Я плакала так, как никогда в своей жизни. Мне было страшно. “Почему они за мной идут…Почему?” Всё, сил больше нет. Моё “шестое” чувство, что буквально кричало мне о том, что кто-то наблюдает за мной, так и не пропало и даже не на грамм не ослабло. Было ясно одно - пока я тут изо всех сил надрывалась и старалась, хотя бы не надолго оторваться от них, они с лёгкостью преодолевали разделяющее нас расстояние. Но, ведь это не возможно! Если только за мной не гонится скоростной поезд! Не один человек на это не способен! И вот я уже практически добралась до пункта своего назначения, правда теперь уже не в том виде, котором я бы хотела там показаться, но, что уж поделать. У меня была вывернута нога и разбиты колени, расцарапан нос, так как упала я вниз лицом. Одежда на мне была ужасно грязная, ведь я упала именно в лужу. Слёзы смешались с грязью, а так же несколькими капельками свежей крови, что так же были на моём лице из-за маленьких ранок на коже. Мне уже был виден тот самый офис, где сейчас должна была работать моя сестра Рози. Ещё бы пара шагов и я бы вышла из тёмного переулка прямо на улицу, наполненную людьми, куда-то спешащими и идущими, я улыбалась от того, что опасность миновала, и я могу вздохнуть полной грудью от облегчения, но видимо у судьбы были другие планы, как и у моих преследователей, что всё это время до этого момента наблюдали за мной из тени и не собирались подходить ко мне слишком близко. Видимо они передумали меня отпускать, или же они изначально не хотели давать мне свободу, я точно не знаю. Резко отрезвляющая и мгновенно проходящая боль, что я тут же почувствовала у себя на плече заставила меня застыть, словно статуя. Боль была на столько сильной, что я даже закричать не могла. Воздух в лёгких, как будто бы куда-то пропал, испарился, и мне стало катастрофически его не хватать. На слёзы у меня просто не хватило сил, поэтому я просто корчилась от невыносимой боли, при этом даже не имея возможности упасть, ведь боль была слишком велика, даже тело немело. Самым болезненным было для меня то, что когда я протянула руку вперёд, стараясь привлечь хоть малейшее внимание любого из проходящих в паре метров от меня прохожих, те делали вид, что даже и не замечают истошных криков, что доносились из переулка. А ведь мне всего лишь нужно было сделать пару шагов вперёд, и я бы тут же оказалась на главной улице города, где всегда многолюдно. Я старалась что-то закричать, позвать на помощь, но мой голос не желал меня слушаться, а из моего рта вместо звуков выходило какое-то подозрительное тихое шипение. Меня по определению ни как не могли услышать. Плечо болело так, как если бы мне медленно ломали кости. Эта пытка продолжалась не долго, так как сзади стоявший мужчина вдруг резко потянул меня обратно в самую глубь тёмного переулка, тем самым оставляя мне минимальные шансы на то, чтобы быть услышанной. Он безжалостно опрокинул меня на спину прямо на грязный облитый какими-то помоями асфальт и навис на до мной, при этом вдавливая меня всем своим весом за плечи в холодный камень, чтобы я не пыталась сбежать. При падении я легонько ударилась головой об каменистую поверхность, и ,кажется, у меня текла кровь из затылка. Точно я ,конечно, сказать не могла, однако я отчётливо чувствовала, что по моим волосам течёт тёплая густая жидкость. Боль была не на столько сильной, как я предполагала, но в тот момент мне показалось, что этот парень намеренно не стал причинять мне увечья, а лишь для виду сделал это. Во время моего падения я чувствовала, как он меня легонько придерживал. Видимо, он всё же не желал мне причинять вреда. Теперь я могла разглядеть нависшее передо мной лицо. Это был тот беловолосый парень, что сопровождал другого не менее страшного мужчину с красными волосами. Он кажется его сын. Теперь я могу увидеть его лицо вблизи и рассмотреть детали. Теперь я видела его ясно и чётко, хоть мои глаза и закрывала пелена боли и пота от недавней пробежки. У него были проколоты уши, прямой слегка угловатый нос, длинные ресницы и правильные черты лица, словно Бог сошедший с картинки. Но больше всего мне были интересны именно глаза. Они были необычного голубого цвета, как лазурь с резкими прорезями на радужке, а так же в них была некая странность – зрачки у него были, как у кошки, постоянно суженные. Он смотрел на меня печально, с толикой жалости в глазах, как если бы он сожалел о своих действиях и о том, что ещё предстоит ему сделать. Он медленно наклонился к моему уху и тихо-тихо начал шептать. - Прости меня… прошу. Я понятия в тот момент не имела, почему он извиняется. Его голос звучал сожалеюще и…он дрожал? Я уже внутренне догадывалась, что он что-то задумал и что это - что-то страшное, неведомое мне. Мне было страшно, очень страшно. Неизвестность пугала, а моя собственная беспомощность - ещё больше. У меня не было и шанса на то, чтобы вырваться, однако, даже в такой ситуации я не могла не думать о том, что же он всё таки задумал сделать со мной? Дрожь не прекращалась, а страх внутри лишь рос. Теперь я знала, кто он! Что-то твёрдое и в тоже время невероятно острое проникло в мою шею. Я вздрогнула и, выгнувшись, стала изо всех сил стараться отстраниться, при этом колотить его по грудной клетке, но моих сил было явно недостаточно. Он быстро подавил моё незначительное восстание и только ещё сильнее прижал моё маленькое дрожащие тельце к себе. Он ненадолго приостановился, когда почувствовал, что я выражаю протест и тем самым давая мне немного времени, чтобы осознать ситуацию и привыкнуть к его клыкам, которые вскоре продолжили медленно погружаться в мою кожу. Его действия были осторожными и нежными, как если бы я была редкой дорогой вазой, которую он боялся разбить. Ещё пара миллиметров погружения в мою кожу и он снова остановился, и опять ради меня, потому что чем глубже он проникал внутрь, тем сильнее мне было больно, и я начала скулить, словно подбитый щенок. Сначала я чувствовала только лишь боль, но, когда его клыки полностью вошли в меня, то теперь я ощущала свободу, чувство лёгкости, как если бы я освободилась от многовекового проклятия. Это чувство эйфории не передать словами, чувство огромной силы наполняло меня. Эта сила была неизведанной мною и была огромной, как целый не переплытый океан. Она захлёстывала меня с головой. Из-за этого я машинально расслабилась в чужих, пусть и таких ласковых, заботливых руках. Однако это чувство кайфа быстро прошло и на смену ему появился дискомфорт, словно моё тело ломали кость за костью, растягивали сустав за суставом. Меня трясло, словно я какая-нибудь припадочная, сбежавшая из психушки, только пены изо рта и не хватало. Кости так и крутило, выкручивало, дробило. Та сила, что совсем недавно была для меня настоящим мёдом, теперь ломала меня. Она изнутри меня ломала, мои рёбра, беспощадно сжимала мои внутренние органы и скручивала в бараний рог нервные окончания. Всё это приносило мне адскую боль, буквально нестерпимую. Кислорода не хватало, пульс усилился до предела, а потом и вовсе упал до невозможного. Казалось, что сердцебиение, как и пульс, замедлились, а потом снова ускорились и снова стали медленнее - и так постоянно. Глаза ничего не видели, как если бы я ослепла. Лишь иногда в моих зрачках мелькали вспышки яркого света. Всё это время я беспрерывно кричала от боли, каталась по асфальту, стараясь изо всех сил прекратить эту нескончаемую пытку, но боль лишь усиливалась. Собравшиеся вокруг люди никак не решались подойти ко мне. Они боялись и постоянно перешёптывались. “Почему они мне не хотят помочь? Почему они просто стоят и смотрят на меня?” Я выгибалась, ползала из стороны в сторону, перекатывалась и только ещё сильнее кричала. Мои кости внутри меня будто что-то разъедало, а моя кровь, что течёт по жилам, словно разделилась на несколько частей, одна из которых категорически не принимала вторую и старалась изо всех сил её уничтожить – эта борьба внутри моих вен и стала причиной моей боли. Я боролась сама с собой около десяти минут, ровно столько я лежала на том асфальте, но никто из прохожих так и не предложил мне свою помощь и не вызвал скорую. Под самый конец я вообще перестала что-либо видеть, а моя температура стала падать всё ниже и ниже, после чего наступила темнота… я отключилась.