Последняя исповедь грешницы: Часть первая - "Да, простит меня Господь, за грехи моей молодости"

<<Наша красота позволяет нам быть любимыми, а наша глупость позволяет нам любить мужчин.>>

Думала, что хотя бы пожрать, но я смогу нормально. Ага, не тут то было!! Этот учитель меня даже здесь успел доконать! И вот, я и мой отец сидим друг напротив друга и стараемся нормально поесть. Я привязана к спинке стула каким-то цветастым шарфом, который мне не даёт не то, что нагнуться или наклонить корпус, хотя бы на несколько сантиметров вперед, но даже для того, чтобы дотянуться до столовых приборов, что лежали вроде как передо мной, но в тоже время далеко, было безумно сложно. Дотянуться до вилки было моей первой задачей! Я ёрзала, пыталась прогрызть ткань шарфа, что меня намертво держал в плену стула, даже хотела как-то тихонечко выползти из под него снизу, однако все мои попытки не увенчались успехом, а долгожданную вилку я смогла взять в руки только с пятого раза и то после сразу же её выронила. Мне пришлось её после с пола каким-то образом подбирать. Так и не подняла в итоге. Мне ее заменили на новую и блин...эти суки из прислуги не в руки мне ее отдали, а положили на стол на прежнее место, где лежала и первая вилка! И всё снова здорова! А вот мой отец уже битые пятнадцать минут рассматривал трёх служанок в стороне. Нет-нет, у него не было к ним ни какого сексуального интереса. Он скорее был увлечен теми самыми язвочками красного цвета, что красовались в рассыпную на их лицах. Они ловили на себе взгляд Императора, который и не скрывал того факта, что смотрит на них, из-за чего девушки постоянно мялись и опускали головы. Аскетилл, который стоял с боку от отца и играл роль его охранника, тоже рассматривал столь странных девушек, только не так открыто, как его хозяин. Фумито сразу понял в чём тут дело, поэтому всё то время, пока он пялился на бедняжек, улыбка не сходила с его лица. Он смотрел то на служанок, то на меня, которой наконец принесли долгожданную еду, однако эта самая еда не была тем, что я ожидала. Вместо сытного завтрака в виде какого-нибудь салата или же пирожного мне подали два кусочка рисовых хлебцев, небольшую, наверно предназначенную для трехлетних детей пиалочку риса и несколько горошин на серебрённом блюде. - Ну и что это? Вы что, голубя кормите? - спросила с негодованием я и посмотрела на своего учителя по этикету, его вроде бы Лэчи Саито зовут, - Почему так мало еды? - Простите принцесса, но этот вопрос должен быть адресован не ко мне. Такого было распоряжение вашего учителя Шикки Сэки, и Паулина Утияма так же поддержала эту идею. Они считают, что вам нужно сбросить определенное количество килограмм, к тому же, они что-то говорили о постоянном поддержания вас в тонусе и о том, что теперь ваше меню всегда будет сбалансированным, поэтому с сегодняшнего дня вы на строгой диете. Однако, если вы желаете узнать об этом больше, то вам лучше спросить об этом у них самих, - сказал, как на духу, Лэчи. А мои глаза стали, как монетки по пять рублей. "Я что, так всю жизнь одним горохом и буду питаться? Ну уж нет! Я могу стерпеть многое, но еду я не отдам!" - Вы знаете, я, когда была на военных действиях посреди пустыни, где не было ничего и никого, кроме миражей, что частенько посещали мой разум, я и то умудрялась наесться, жарила на костре змей и скорпионов, что выползали из под толщи песка по ночам. Я серьезно говорю! А здесь я даже нормально поесть не могу?! - зло спросила на повышенных тогах я и кинула свой раздраженный взгляд на служанку, которая несла серебренную палочку в руках. - Прошу меня простить, но это не я решаю. И ещё, выпейте пожалуйста этот напиток. Его вам посоветовал пить каждое утро Шикки, - сказал он и указал на целый стаканище наполненный вязкой зеленой жидкостью и мне даже показалось, что там что-то шевелится в стакане. Когда взгляд учителя этикета остановился на девушке, которая проверяла серебром мою еду, то его глаза и вовсе стали, как блюдца на выставке посуды, - Прошу прощения, а зачем вам это? - спросил всё еще удивленным голосом у меня мужчина. Я сначала не поняла, что именно он имеет в виду, но после, поняв это, я с улыбкой безынтересно, словно для меня это не в новинку, ответила, - Это для того, чтобы определить есть ли в моей еде яд или же нет. Обычно, членов Императорской семьи часто травят. Меня, например, уже раз пять пытались на тот свет с помощью яда отправить. Нам его постоянно время от времени подсыпают, поэтому всё, что я ем или пью проверяется. Ах да и кстати, а, что у вас по этикету принято шарфами хермес привязывать женщин к стулу? – иронично спросила я. - Это “эрмен”. Шарф лишь тренирует вашу осанку, со временем вы научитесь правильно сидеть и без него. Для вас ещё приготовлены специальные поддерживающие бандажи для того, чтобы в любое время дня и ночи ваша спина была прямой, как гладкое лезвие ножа. Прошу, наденьте их в ближайшее время и никогда, даже во время сна не снимайте, лишь меняйте на новые каждый день. Это укрепит вашу осанку и поможет вам держать спину прямо. Поначалу вам будет неудобно с ними и возможно, что даже вы будете чувствовать помимо простого дискомфорта ещё и боль в спине, но со временем, по мере того, как ваша осанка будет становиться всё лучше и лучше, вместе с этим и боль будет медленно день за днём становиться меньше, ну, а после они вам и вообще не понадобятся, – сказал блондин и, словно грозный учитель, продолжил, – Манеры важны. Я попыталась дотянуться до перечницы, чтобы поперчить своё “супер блюдо”, однако она была ещё дальше, чем вилка и эта задачка оказалась не из лёгких. Наконец, с третьего раза, всё-таки схватив баночку с перцем, я стала перчить, солить изо всех сил свою пищу, при этом надеясь, что после этого у моей еды появится хоть какой-то вкус, да и количество тоже, ну хотя бы на немного. Вдоволь насыпав себе в пищу буквально горсткой молотого перца и несколько щепоток соли, как если бы я эти специи в жизни никогда не ела и не видела их, я наконец принялась есть, точнее давиться тем, что мне предложили в качестве еды. Всё это время на меня пристально смотрело три пары глаз. Отец так вообще только и делал, что лыбу давил беспрерывно. Я старалась изо всех сил соблюдать правила этикета и хоть я не была особо подкованной в этом и многое у меня просто не получалось, ну, а некоторые нюансы я могла и не знать, однако за столом я вела себя вполне сносно, но “не идеально”, как бы сказал мой отец. И моя осанка была не единственной проблемой, как оказалось мне не хватает изящества и грации в движениях. Даже, чтобы поднести ложку с рисом ко рту в идеале нужно соблюсти определённых угол наклона ложки, наклон головы, корпуса и даже диаметр, с которым я имею права раскрыть рот, чтобы положить туда еды, при этом для каждого столового прибора он разный, а так же то, как человек выворачивает руку при приёме пищи. Как оказалось, я – криворукая так, как криво держу столовый прибор, каркуша, так как я открываю рот слишком сильно и даже то, как я подношу ложку к губам подношу, выглядит не так элегантно, как должно быть и даже грубо, как сказал учитель “Ты, что, слон в балетной пачке? Куда ты так торопишься? Иначе, зачем ты так некрасиво подносишь еду ко рту?”. Да-да, прямо так и сказал. Я даже горошину на вилку зацепить без лишних комментариев не могу, а уж съесть её и подавно. Ну думаю, что пока что мне всё это простительно, ведь я только учусь, но и сейчас я стараюсь, как могу, так сказать вспоминаю то, что было заучено мною ещё до того, как я ушла к пограничникам но, как оказалось, это дилетантский уровень, даже ниже среднего, лишь основы основ. Всем тонкостям этикета меня пообещали научить позже. Лишь положив в рот горстку риса из мисочки по диаметру больше походившую на кормушку для голубя и, сделав попытку его прожевать, я чуть было об этот белый злак себе зубы все не сломала. Казалось, будто я крошу своими дёснами самые что не на есть камни, да и по вкусу рис больше походил на грязь смешанный с сушёной травой. - Ммм…, - промычала я и все присутствующие тут же посмотрели на меня. Я схватилась за челюсть. - Что такое дочка? – спросил меня обеспокоенно Фумито, но мне не особо понравилось это обращение ко мне, особенно в свете последних событий. Я аккуратненько выплюнула грязный рис на чистую тарелочку и, кинув грозный взгляд на своего отца, выкрикнула, – Не называй меня так! Ты ведь не забыл,что я тебе сказала тогда? – мои слова тут же отдёрнули моего отца и он стал недовольно хмуриться, а Аскетилл лишь опустил голову вниз, как если бы он изначально знал, что просто так этот конфликт не решить и лишь Лэчи Саито стоял в непонятках, при этом даже не догадываясь о чём идёт речь. Фумито явно был не особо доволен тем, что я так открыто с ним враждую и даже слово “дочь” в свой адрес из его уст не могу вынести. Однако, он не стал ничего говорить. Он просто смерился с моим нынешним поведением и враждебным отношением к нему, посчитав, что рана нанесённая мне той ночью ещё слишком свежа для того, чтобы просить о прощении. Он лишь обречённо выдохнул, – За один день ничего не изменилось! – я всё ни как не желала униматься, видимо моя боль не угаснет никогда. Такое ощущение, что все норовят мне напомнить о той ночи. Мне везде мерещится, что за моей спиной кто-то шепчется о моём позоре, мне снятся сны того дня, я не могу заснуть без снотворного, а боли, что раздирают мой живот из-за недавнего проникновения являются живым напоминанием мне об этом. Я даже не могу спокойно сходить в туалет из-за этого, потому что боли идущие из влагалища мучают меня даже там. Не говоря уже о том, что я с трудом выношу мужские взгляды и уж тем более, пусть и случайные, но всё-таки прикосновения. Мне так трудно терпеть всё это, каждую секунду боясь своего разоблачения. Вот почему я так зла и почему мне так больно. Учитель, что стоял рядом со мной, наверное был единственным, ну, разумеется кроме ещё прислуги, кто не понимал всю накалённость нынешней ситуации. Я приподняла ложкой верхний слой риса и увидела, что там на дне самая, что не на есть грязь с травой и камнями. Да уж, у кого-то слишком больная фантазия! Я посмотрела на тех самых служанок, что стояли в сторонке и опять хихикали, возомнив из себя Дьяволов с рожками на голове, а у самих между прочим вся рожа теперь в волдырях. - А, вы уже ели? – спросила спокойным голосом я. - Не было времени пока, – ответила одна из стоящих в сторонке служанок и опустила голову. - Вы хорошо потрудились, – сказала с улыбкой я и, зачерпнув побольше риску со столь необычной добавкой, протянула ложку прямо к ним на встречу, – Давай, поешьте. - Да, я потерплю, – быстро взволнованным голосом произнесла девушка, стараясь изо всех сил отвертеться от предложенной пищи. “Ну, что девочки, вижу жизнь вас ничему не учит? Придётся повторить урок, чтобы вы его хорошенько закрепили. Хотите избежать этой кары? Ну уж нет! Тогда, какое же это тогда наказание?!” - Я и сама ведь занималась тяжёлым трудом, поэтому я знаю, что такое голод. Даже на минутку присесть некогда, – проговорила с невинной физиономией я и снова указала им на ложку, где всё ещё находился тот самый рис. Фумито видимо сразу понял в чём тут проблема, поэтому просто был сторонним наблюдателем, ведь он и так знал, кто одержит победу в этой битве. Другие тоже осознали, что на ложке сейчас не простой белый разваренный злак. Аскетилл не знал, что я так поступлю, поэтому можно сказать, что помимо лёгкого шока у него на лице было ещё и невероятное любопытство. А вот с учителем сложнее. Он был явно потрясён тем, что мне кто-то, да может так подгадить и дело тут вовсе не в моём титуле и даже не в родословной, а в том, что, как бы там ни было, но я всё ещё ребёнок в его глазах и для него было абсолютно неприемлемо то, что такое вообще происходит и что я каким-то образом в этом участвую. Видимо он не знает, что такое гарем и кто такие на самом деле Императорская семья, поэтому-то он так и удивлён происходящему и если честно, то он по моему ещё с момента, где мне проверяли еду серебренной палочкой, не отошёл. Ну, что поделаешь, семья у нас уж слишком не простая и у нас подобные вещи обычное дело, а вот простые люди к такому не привыкли. Для них мы и все эти гаремные интриги, как настоящий тёмный лес. А может быть оно и к лучшему? – Давай. - Я не голодна, – сделала ещё одну попытку отвертеться девушка, но я была неумолима. - Хочешь меня оскорбить? – спросила серьёзным голосом я и служанка тут же чуть ли не подпрыгнула на месте, ведь мало, кто хочет злить дочь самого Правителя мира. Я ведь могла и наказать за дерзость или грубость. Я поставила обратно на стол блюдечко и положила в неё обратно ложку и, сделав небольшую паузу, продолжила говорить, – Стало быть и я это есть не буду. Вы ведь туда положили что-то?! – я пододвинула ближе к краю стола миску с ложкой и серьёзно громко пригрозила, – Или вы все трое съедите это или вас высекут! Моя угроза подействовала на них пуще любого электрического разряда. Как говорится, из двух зол выбирают меньшее, поэтому они тут же схватили миску с ложкой и начали есть злосчастный рис, при этом ещё так вкусно его поедать, что у стражи слюнки потекли. Хруст от соприкосновения с их зубами камней гремел на всю веранду. Аскетилл не ожидал такого поворота и того, как легко я со всем справлюсь, да и моя нынешняя поза говорящая о том, что я мол полностью неприкосновенна, а, если попробуете со мной связаться, то ничего хорошего не ждите, давала всем понять, что со мной воевать себе дороже. Я сидела неподвижно, при этом даже не моргая за столом с абсолютно спокойным лицом. Мой учитель испытал за сегодня уже третий шок, только теперь уже из-за боязни того, что бедные девушки сломают себе просто зубы об эти камни. Да и скорость поедания риса была заоблачной. Они за считанные секунды опустошили пиалу. Его слегка поражало то, как сильно они побоялись исполнения моей угрозы. А это не просто слова. Это значит, что мои приказы здесь беспрекословно исполняются и что я действительно в лёгкую могла выпороть плетью своих служанок, при этом и глазом не моргнув. Не то, чтобы это его сильно удивляло, ведь он знал, что в данный момент находится не среди простых людей, но в силу моего юного возраста, при этом учитывая мою необычную родословную и то, к какой именно семье я принадлежу, даже так, всё это казалось весьма необычным явлением. Фумито знал, чем закончится вся эта заварушка, поэтому просто наблюдал за охреневшим и возможно даже немного восхищённым взглядом, что был у его личного охранника. Аскетилл теперь на собственной практике мог убедиться в словах Императора, что тот сказал день назад. ”Да, уверен. Моя дочь быстро поставит их на место, поэтому не влезай в это.” В начале, он сомневался, ведь мне всего двенадцать, однако теперь всё было понятно, как никогда. На самом же деле тут нету ничего странного, я просто отвечаю людям так, как они относятся ко мне. Вот если бы те девки меня бы не трогали, а просто бы сидели у себя в комнатках и вязали крючком, то я и в сторону бы их не посмотрела, но раз они так осмелели, то придётся немного усмирить их пыл. - Ч-что ж, урок этикета на сегодня окончен. Вас уже ожидают преподаватель по контролю за телом Шикки Сэки и учитель умения одеваться. Сегодня они решили совместить свои занятия. Наши же занятия будут идти каждый день. А сейчас, откланиваюсь, – проговорил вежливо блондинистый мужчина и, поклонившись передо мной и Императором, ушёл. Думаю, на этом трапеза закончена. Мне пора на следующее занятие. Его, как я поняла, ведёт, как раз тот самый очкарик, а вот с девушкой стилистом я ещё не знакома. Будет интересно увидеть, какая она. - Император, прошу простить, но думаю мне пора, – вежливо сказала я, однако равнодушие и холод так и выливались из меня прямо на него. Я на зло ему говорила с ним, как можно более официально. Я наказывала его. И он не мог этого не понять, но тем не менее продолжал молчать и ждать того момента, когда я немного успокоюсь. Уже когда я вышла с веранды и была на пол пути к месту, где должен проходить мой следующий урок, Фумито горестно и обречённо, будто у него нож в сердце сейчас, тихо произнёс сам себе, – Моя Кристиана…этого наказания и твоих наполненных болью и обидой глаз для меня вполне достаточно, чтобы заставить меня страдать. Занятия с Пайлиной Утиямой и Шикки Сэки: - Нужно побольше заколок с цветами с красными, белыми, лиловыми. Лиловыми! – повторила вошедшая в комнату девушка, при этом говоря по телефону. Видимо это было адресовано её собеседнику. Но, как бы там ни было, вошедшая девушка безумно красивая. У неё были рыжие, слегка отдающие в красный оттенок длиною по грудь волосы с аккуратной чёлкой на лбу, зелёные глаза, тонкие губы, в общем - идеал красоты. Сейчас мы находились в одной из просторных гостиных, больше напоминающую кабинет. Вместе с красивой девушкой в зал вошёл тот самый очкарик со своим ежедневником в руках. Она тут же повесила трубку, когда заметила моё присутствие в комнате, и, подойдя ко мне, приветливо улыбнулась, – Мисс Кристиана, очень рада лично познакомиться с вами. Меня зовут Паулина Утияма и отныне я буду вас учить, как правильно красиво и стильно одеваться, краситься, делать себе необычные причёски и другие все маленькие женские штучки, – радостно пропищала она, словно её работа доставляет ей колоссальное удовольствие, – Уверяю тебя, ни один мужчина, будь тот старым или молодым, даже ребёнок не пройдёт мимо вас, при этом не оглянувшись. А все девушки, что только взглянут на вас будут кусать себе локти от зависти. Вы ведь такая красотка! - Хм, неужели? – скептически, даже слегка с издёвкой спросила безразлично я. - Ну ладно, хватим вам болтать. У нас много работы! – оборвал наше уединение и знакомство Шикки. Он подошёл ко мне на расстоянии вытянутой руки, после отдал свой ежедневник в руки своей коллеге и принялся задумчиво рассматривать каждую частичку моего тела. Ради такого случая даже принял многозначительную позу, как бы зависая. Поправив на переносице свои очки, Шикки продолжил, – Паулина записывай, – скомандовал он и рыжеволосая девушка тут же открыла ежедневник и так же, как и он, стала на меня глазеть во все очи, – Госпожа Кристиана, повернитесь. Нужно оценить масштаб предстоящих нам работ, – спокойным, твёрдым голосом попросил меня Сэки, однако я, засмотревшись на картину, висевшую в зале, не расслышала его просьбы, из-за чего ему пришлось повторить, только на этот раз более громко, – Принцесса Кристиана, из-за плохой осанки вы и слышите плохо? Крутитесь! – он несколько раз хлопнул в ладоши, чтобы я наконец-то оторвала свой взгляд со стены и обратила на него, хоть какое-то внимание. Просто картина была очень красивая! Не каждый же день увидишь в обычной комнате репродукцию Айвазовского “Чесменском бой”. Он стал крутить пальцем, как бы подавая мне некий знак, чтобы я начала двигаться и я тут же быстро закружилась, как юла, – Нет-нет-нет, помедленнее, – поторопился меня остановить мужчина и я тут же исправила свою ошибку в нашем недопонимании и, как в замедленной съёмке, стала двигаться по кругу. Однако, я не могла не заметить пристальные две пары глаз, которые тут же стали глазеть на меня, будто изучая. Они ходили вокруг меня и рассматривали со всех ракурсов, – Медленно…спасибо. Что ж…эээ…Осанка безусловно, – начал перечислять Шикки, а девушка всё это записывать, словно ведя некий конспект или отчёт, – Причёска, комплекция…мммм…, - стал рассуждать на эту тему парень и руками принялся показывать, что она не очень хорошая, однако и не самая плохая, – Стоп! – крикнул Сэки и я тут же остановилась прямо напротив них, – Глаза дивные, – нежно с улыбкой произнёс он и, подойдя ко мне поближе, стал рассматривать моё лицо, – Цвет очень красивый. Зрачки, словно радуга или панцирь ракушки, так изысканно переливаются и блестят…Но эти волосы на голове похожи на какие-то лохмы! – тут же недовольно произнёс он и от его улыбки осталась, лишь задумчивая мося. Он стал туда-сюда перекладывать, тянуть, измерять длину моих волосинок, при этом чуть ли их не выдёргивая из моей головы, – Зачем вы так сильно подстриглись? - Когда я была на военных учениях, то мне было неудобно с длинными волосами и я их обрезала, – ответила, как на духу, я. Мне было слегка некомфортно из-за того, что меня так пристально разглядывали. - Хех, ясно…Отныне отращивайте. Это не допустимо, чтобы принцесса с мировым титулом выглядела, как пацанка. Вы должны быть примером эстетики и нравственности, – произнёс укоризненно Шикки и, снова поправив очки, продолжил рассматривать меня. Больше всего меня задели его слова о нравственности. Как я могу быть для других в этом примером, когда теперь я запятнана этой ужасной, несмываемой грязью!? Я уж точно не могу быть для них идеалом теперь, – Шея неплохая, уши…очень красивые. Мне нравится их форма, они аккуратненькие, ровненькие и думаю, что под такие небольшие, милые ушки подойдут абсолютно любые серёжки, однако…У вас, что не проколоты уши?! – с удивлением спросил мужчина, смотря на мочки моих ушей. Я лишь покачала головой в знак согласия. - Ага, мне некогда было этим заниматься. Да и я ещё была ребёнком, когда отправилась на поле боя. - Ах! – испуганно вскрикнул Шикки и, схватив меня за руку, стал рассматривать мои ногти, где был слегка криво, заходя за контуры ногтей, накрашен красный лак с блестючками, причём уже порядком потрескавшийся, – Кто же использует такой лак? Нет, конечно красный цвет очень красивый, однако это совершенно не ваш оттенок. Да и накрашено плохо! Этому тебя тоже нужно научить, – обречённо сказал он и Паулина, поняв, что это был намёк в её сторону, лишь положительно покачала головой, – А пока что, сегодня же смой с ногтей эту гадость. Так, что дальше…Мне нравится твой аккуратный носик, но волосы внутри него, да и в ушах тоже выглядят довольно страшно. Чудесные заросли! Знаете, ещё до вашего рождения одно огромное коммунистическое государство возглавлял человек с такой же растительностью, – насмешливо произнёс Шикки, – И надевайте чулки. Больше никаких колгот или гольфов. Ну, походка это само собой разумеющиеся. Так топать во время ходьбы не достойно принцессы императорских кровей. Грации, нежности, аккуратизма и плавности в движениях тебе тоже не хватает. Ну, думаю, с моей частью работы мы определились. А, что ты скажешь, Паулина? - Хмм…, - задумчиво стала расхаживать вокруг меня рыжеволосая девушка. Её лицо теперь кардинально изменилось по сравнению с её прежней лёгкостью, что была у неё. Теперь она была полностью сосредоточена и, как никогда, серьёзна, – Что могу сказать о волосах…хмм…они очень даже не плохи на ощупь, мягкие, вот только длина слишком уж укорочена, да и структура волоса тоже слишком истрепалась. Они стали ломкими и непослушными, да и природного блеска в них теперь нету, такое ощущение складывается, что я солому трогаю, – печальный, практически обречённый голос со стороны девушки очень сильно меня беспокоил, даже можно сказать настораживал. Паулина, видя моё беспокойство, тут же мило улыбнулась и весело произнесла, - Ну что ж, это можно исправить. Мы отрастим волосы до чуть ниже линии груди. Думаю для тебя эта длина будет самой лучшей. Подлечим твои волосики и сделаем их блестящими и шелковистыми, а так же изменим саму структуру причёски, иными словами пробор и стрижку мы выберем другую. Обязательно нужно проколоть уши. Без серёжек нельзя! Клипсы тебе не подойдут, да и выглядеть это будет не так красиво, как настоящие серьги. Над стилем ваших украшений, я ещё подумаю. Мне нужно время, чтобы поразмыслить над этим. Да и эскизы ювелирных изделий делаются не за один день, – произнесла девушка, а я с расширенными глазами уставилась на неё. Её видимо это очень развеселило, – Ха-ха-ха-ха…Что, удивлены, что вам делают ювелирные изделия на заказ? Теперь у вас будет всё эксклюзивное, начиная от одежды, что сошьют специально для вас и заканчивая различными кулончиками, серёжками, браслетами, коронами, заколками, ожерельями и ещё много чего. Я лично для вас буду создавать эскизы всего этого, а после у вас появится шикарный гардероб с личным ювелирным магазином на дому, – весело проговорила на радостях девушка и, взяв измерительную ленту, начала мерить мои параметры, – Ну…грудь пока не сформировалась, возраст для этого не тот, поэтому сейчас рано говорить об одежде, однако, если полагаться на мой опыт, то размер второй точно будет. Форма груди мне нравится, талия тоже ничего. Если будет правильная осанка, то плечи и спина тоже вполне сносны, – сказала серьёзным тоном девушка, при этом смотря на Шикки, который так же, как и сама Паулина, недавно записывал масштаб работ для своей коллеги. Она, как бы намекала ему, что нужно изменить. Словно указывала ему на что конкретно стоит уделить своё внимание. - Хорошо-хорошо, – быстро протараторил соглашаясь с мнением девушки мужчина и снова чирикнул что-то в блокноте, – Нужно значит сделаем. - Бёдра…да спину мы откроем, декольте поглубже. Шить будет не сложно, – сделала вывод девушка и записала нужные параметры в свой ежедневник. Мне не особо нравилось, как меня разглядывали, меряли, щупали, словно я товар на продажу. - Зачем? – спросила тихонечко я, тем самым привлекая внимание двух своих учителей одновременно, – У меня роскошный гардероб. - Хих, что у тебя? – с насмешкой спросила девушка, словно издеваясь. - У меня гардероб, – неуверенно и очень тихо повторила я. - Хех, гардероб…у тебя там один “Мос-Маркет”, – с насмешкой заметила девушка, после чего снова сделала серьёзное лицо и, посмотрев мне в глаза, продолжила, – Гардероб будет в Лондоне, Париже, Милане. Только самые лучшие и редчайшие ткани будут использоваться, а так же пошив будет происходить в ручную, даже вышивка мельчайших деталей, рисунков будет происходить только руками, ни каких машинок или цветастых принтов. Только селектив. Ах да и ещё, Шикки, три килограмма нужно сбросить. В районе бёдер…и вот здесь, – проговорила Паулина и указала на голени ног. Шикки лишь качнул в знак согласия головой и снова начал что-то писать, делать заметки, – Так дальше, цвет волос весьма необычный, мне нравится, однако он почему-то стал каким-то тусклым. Ну, будем работать в общем с цветом. Дальше…глаза сделаем по ярче. Зрачки просто волшебные. Если всё правильно сделаем, то глаза будут нашим самым большим акцентом в её образе. Следующее…Губы…прекрасные губы. - Делать макияж, причёски и одеваться она должна уметь сама, – подметил Шикки и тут Паулина как-то странно стала опускать голову, при этом надуто вытягивая губы, словно тот сморозил полнейшую хрень. - Мда уж, макияж она делает отвратительно, – заявила печальным голосом девушка и, подойдя к небольшому столику, стала искать фотографии с моим участием. - Как? Почему это отвратительно? – попыталась возразить я, но девушка, наконец найдя нужные снимки, меня перебила. - Почему?! Смотри…очень привлекательная девушка, правда? – начала язвить Паулина, при этом протягивая мне фотографию за фотографией. На них была изображена я причём не в очень выгодном свете. - Откуда это у вас? Вы что, следили за мной? – спросила я у сзади стоящего Шикки. Он оторвался от ежедневника и абсолютно спокойным голосом признался, – Конечно. А ты, как думала? Ты считаешь, мы здесь в куклы играем? Да? - Так ладно, думаю на сегодня мы закончили. Завтра в шесть у меня. Будем потихоньку учиться, – сделала мне предупреждение рыжеволосая и, как ни в чём не бывало, совершенно позабыв обо мне, подошла к Шикки, присела рядом с ним и стала по деловому с ним переговариваться, – Значит так, возьмём за основу нежные, телесные оттенки для одежды. Ни каких блёсток или огромных рисунков на платьях. Бюджет на обувь катастрофически мал, поэтому здесь нужно увеличить. Хотела с тобой посоветоваться, думаю, что кристально белые цвета будут слишком уж умертвлять и без того керамический цвет её кожи, однако, если взять этот цвет – бледно розовый, то мне кажется, что она будет похожа на поросёнка. Нужно найти золотую середину. - А может быть, возьмём тут бежевый? По моему, выглядеть будет очень даже красиво, – заинтересованно предложил свой вариант Шикки. - Хм…не самый плохой вариант. Ну, вот так пожалуй, – произнесла девушка и они оба принялись что-то вычерчивать на экране, только недавно включённого ноутбука. Кажется, они были слишком увлечены своей работой, поэтому я подумала, что отвлекать их не стоит и поэтому, я просто ушла к себе обратно в комнату. Мои занятия начались!!