Наяву

      Шел второй месяц. Обучение проходило весьма... Интересно. Вообще-то, это как-то в новинку. Если в колледже, университете, да той же школе, она зубрила все со скучающей миной, то здесь все как-то само выучивалось. Было интересно и весело. Она завела много новых друзей, с которыми и вправду было весело, даже учебу обсуждать. А вот рукопашный бой? Применение заклинаний? Это вообще для нее было чем-то особенным. Она с благоговением относилась к этому. Конечно, заклинания они не применяли, только один раз. Эллохар устроил Ами в детский сад неподалеку и она навещала сестру каждые выходные, а так она не успевала. Весь день был забит, не то, что по часам, по минутам. Причем, она бы навещала сестру по вечерам, но есть одно но... И имя ему лорд Даррэн Эллохар. Он все так же разрешал обращаться к себе на "вы", но в последнее время он стал особенно раздражительным по этому поводу. Ну так вот, это самое но заставило каждый вечер тренироваться с ним. Да как! В рукопашном бою, доверять меч в руки не решался. А бил-то в полную силу. Говорил, что хочет выработать у нее рефлексы, а если будет жалеть, то ничего путного не выйдет. Тело жутко болит и вообще двигаться трудно, но она упорно ходила на уроки. К тому же, Эллохар каждый раз заставлял, появляясь в тот же миг, когда звонил будильник. Честно, жутко раздражало.       Вот и сейчас. Жесткий удар в плечо и она чертыхнулась, тут же схватившись за больное место. Он остановился и скрестил руки на груди.       — Знаешь, у меня ощущение, что твои рефлексы мертвы и их вообще нельзя оживить. Даже некромантам, — холодно сказал Рэн, хмурясь.       — Вам легко говорить, а у меня все тело болит. Из-за вас, синяки настолько яркие, что ни один тональник замазать не может. Можно, я больше не буду с вами тренироваться?       Он недовольно хмыкнул и подошел к ней. Да уж, он ведь заставил ее каждый день приходить сюда. А если не приходила она, приходил он. И было плохо.       — Нельзя. Почему не исцелишься?       — В каком смысле? — удивленно спросила она, округлив глаза.       — Ты обучаешься на первом курсе Школы Искусства Смерти. На этом курсе проходят самые элементарные заклинания, одно из которых исцеление. Почему не используешь?       — Мы изучаем, а не используем, — ответила она, фыркнув и сев на землю в позу лотоса. Ту же ойкнула. Ее пятая точка была основным местом ударов и это жутко бесило.       — Ну вчера же вы использовали заклинание. Ты знаешь, как это делать, так использовала бы, не сложно ведь.       — Заклинание исцеления сложнее, — пробубнила она, стараясь поменьше шевелиться.       Эллохар лишь покачал головой. А ведь раньше у нее регенерация проходила раза в три быстрее и без всяких заклятий. Фэй хоть кувалдой по голове ударь, проломи череп, так она уже через три минуты, как новенькая и злая. Потом возьмет эту самую кувалду и отметелит.       Он выпал в осадок, вспоминая смельчака, который так сделал, а такое было. Он потом просто жалел его.       Положив руку на ее голову прошептал нужные слова.       Она почувствовала, как боль уходит и недоуменно посмотрела на магистра. Он лишь пожал плечами и приказал:       — Вставай.       Она лишь обреченно закрыла глаза и послушалась. Что-то ей говорило, что спорить не стоит... Пока что.       — А может не надо?       — Надо.       И тут же нанес первый удар... по любимому месту. Увидел, как она недовольно скривилась и разозлилась.       — Может хватит именно по за... пятой точке меня бить? Выберите другой объект повышенного внимания. Желательно не моего тела.       Он широко улыбнулся и наклонился к ее уху.       — Я могу и не по заднице, только боюсь, если я ударю тебя по тому, о чем думаю, могу жестоко пожалеть. Хотя... Ты даже отбить не можешь, не то что ударить.       Он весело рассмеялся, следя, как стремительно краснеет ее лицо.       — Почему именно я? — устало спросила она, в какой раз, смотря на магистра с затаенной надеждой.       — Узнаешь, — загадочно ответил он, усмехаясь.       И очередной удар в живот, только...       Она резко перехватила его за запястье, крутанула и как-то перекинула через плечо. Все так же держа его за руку, она прижала его к земле ногой и недоуменно наклонила голову.       — Что это было?       Он просто в осадок выпал. Кажется, Фэй потихоньку обретает контроль над телом. Что-то ему это не очень нравится. Как бы она за все эти дни после возвращение не поколотила его до полусмерти.       — Понятия не имею, — осторожно ответил он.       — Врете, — сорвалось с ее языка.       Она не знала почему. Просто сердце неожиданно быстро забилось, а слова сами вырвались из горла.       — "А вот это действительно нехорошо. Если она начинает чувствовать ложь, значит Фэй скоро, совсем скоро, придет по мою душу".       Он сглотнул, после чего потянул руку и девушка рухнула прямо на него, коснувшись его носа своим. Опешила, не зная, как реагировать, зато он перевернулся и подмял под себя.       — Заканчивай обращаться на "вы". Уже, серьезно, бесит, — рыкнул он, сжав зубы.       — Но...       — Если ты сейчас "выкнешь", пожалеешь, — пригрозил он, зло глядя ей в глаза.       Если Фэй вырывается, значит пора бы сделать то, о чем он уже давно мечтает. С Фэй, которая его за такое просто убьет, такого делать не стоит, а пока она не может постоять за себя, вполне можно. И ведь, знает, чем аукнется, но ничего поделать не может.       — Вы не имеете право мне приказывать.       Она будто нарочно это сделала. Из ее груди вырвался гортанный рык, а глаза неожиданно побелели. Не нравилось ей, что кто-то отдает приказы. Он сам заставил ее понять, что она имеет право голоса, а теперь сам же и заставляет ее что-то делать.       Такой расклад ему очень не понравился и, перехватив ее руки, он вызвал синее пламя.       — Поверь мне, ты сама виновата. Теперь, тебе не поможет даже то, что ты обратишься ко мне по имени. Тем не менее, я заставлю тебя это сделать.

***

      Перенеслись они в его комнату, где не раз бывали. Он частенько приводил ее к себе, дабы что-то показать или напоить белым вином. Эффект был все тот же, она становилась чересчур активной.       Но сейчас он привел ее не для того, чтобы напоить вином. Цель была совершенно другая. Эмма в ужасе закрыла глаза, боясь продолжения. Он и вправду разозлился, но что такого? Почему именно от нее он требует, чтобы она обращалась по имени? Почему? Ни от одного адепта он такого требует, даже от Айшарин, а от нее... Неужели она чем-то особенная? Да вряд ли. Обычная девушка из мира без магии. Почему-то именно ей повезло оказаться в центре его внимания и это очень напрягало. А сейчас еще и пугало.       Ощутила, как он связал ей руки очень крепкой веревкой. Не разорвешь. Она открыла глаза и в ужасе взглянула в злой взгляд лорда директора.       — Я дал тебе шанс. Кто же виноват, что ты не воспользовалась?       — Почему именно я? — спросила она, стараясь сдержать слезы обиды.       Он лишь уложил ее на кровать, закинув руки вверх, а после сверкнул глазами. И все. Руками она больше не могла шевелить. Он применил заклинание паралича, причем на одну область. Сглотнула.       Не ответил, лишь уверенно и нагло лег сверху. Почувствовал, как она задрожала.       — "Ну уж нет. Не собираюсь я из-за мук совести прощения просить и удовольствие портить", — недовольно подумал он и прошептал нужное заклинание. Дрожать она тут же перестала.       — Спокойствие? — осторожно спросила она.       — Не совсем, — наконец ответил он.       — В каком смысле?       Он зло скрипнул зубами, а после резко и жестоко поцеловал. Она плотно сомкнула губы, старательно не отвечая на его поцелуй. Злость волной накрыла, а где-то внутри послышался недовольный и очень злой голос. Она постаралась вырваться, но он положил руку на горло, слегка сжав, и пресек любую попытку. Больно укусил за нижнюю губу, заставляя ответить. Но она сделала то, о чем мгновенно пожелала. Укусила его за язык. Он отпрянул, удивленно смотря на нее, а после нахмурился. Бить он ее не собирался ни коим образом. В его мыслях вообще очень пошлые картинки обитали. Он хотел, чтобы она отвечала, стонала и просила продолжения. И условие в его голове давно созрело.       Вдруг, в голове что-то щелкнуло. Он наклонился и поцеловал в щеку.       — "Сама попросит", — промелькнула ехидная мысль в его белобрысой голове.       Проложил дорожку из мелких поцелуев от щеки до шеи, а после укусил нежную кожу. Она невольно вздохнула, на что он довольно кивнул самому себе. Нарочито медленно спускался медленно, ставя большие, алые засосы. А ей ничего не оставалось, как старательно сдерживаться. Было приятно, нечего сказать, но она не хотела ему доставлять удовольствие от победы. Принципиально.       Поняв, что от нее ничего не добиться, он задумался, продолжая занятие. Второй рукой скользнул под ее белую спортивную футболку и, еле прикасаясь, пробежался пальцами до груди. И тут озарила идея.       Слегка приподнявшись, наклонился к ее уху, от чего она закусила губу и закрыла глаза. Он медленно выдохнул, поцеловал за ухом, легко подул и укусил за мочку. Непроизвольно ахнула, только потом поняв, что не сдержалась, а он лишь победно ухмыльнулся.       Да уж... Занятие сексом с морскими ведьмами не прошло даром. Только теперь у него в голове другой партнер. Постоянный, как он тогда думал.       Второй рукой расстегнул застежку на лифчике, после чего, явно довольный собой, порвал футболку. Она невольно покрылась румянцем. Совсем не знала, как реагировать.       — Перестаньте, — осторожно попросила она.       Зря она это сделала. Он неожиданно зло рыкнул, сорвал лифчик, приведя его в полную непригодность, хоть и расстегнул, а после жестоко припал к правой груди. Сжала зубы, прикусив губу, очень стараясь заглушить стон, но нечто подобное все-таки вырвалось. Но сейчас ему явно этого было недостаточно. Поставил пару засосов, после чего больно укусил за сосок. Все как-то само вышло. Непроизвольный, но довольно громкий, стон, что заставило его оторваться от интересного занятия и посмотреть на девушку. Страх так и не отошел, злость, какая-то доля ненависти и... Он добился этого. Капля возбуждения, что скоро потихоньку возьмет верх над всем остальным. Он об этом позаботится.       Вновь вернулся к шее, проведя рукой, слегка царапая острыми когтями, по изгибу талии. Коснулся ее брюк и тут же она осталась без этой части своего гардероба. Невольно дернулась, но он сильнее сжал горло, что заставило успокоиться. И тут же новый стон, невольно выгибается ему навстречу. Он еще не потерял навык. Помнит, как возбуждать женщину.       Отпустил горло и закинул ее ноги на свою талию, вновь припадая к груди, только теперь к левой. Руки сами собой обняли ее за плечи и острые когти впились в нежную кожу. Она болезненно застонала. Хотя, возбуждение потихоньку овладевало разумом. Вырываться не хотелось, хотелось кое-чего другого.       Когда ее руки оказалась на свободе, она не знала. Просто неожиданно смогла запустить пальцы в его волосы и заставить подняться. Он недоуменно посмотрел на нее, на что она лишь подтолкнула к себе и поцеловала. И ведь в мозгу четко билась мысль "Хочу". Все остальное куда-то исчезло. Он рыкнул, отвечая и вжимая ее в кровать.       Она невольно сняла с него рубашку, плащ остался еще на тренировочном поле. Он довольно улыбнулся и оторвался от ее губ. Но она не отпустила далеко, прижалась к его лбу своим.       — Назови, — рыкнул он, проводя рукой по ее бедру.       Упрямо сжала губы, на что он зло вспыхнул. Когти стали длиннее, глаза посинели, что жутко напугало, но в данном состоянии это было побочное ощущение. Впился в ее губы жестким, полным ярости поцелуем. Но она ответила, прижимая ближе к себе.       Даже когда возбуждение разрывало изнутри она не осмеливалась назвать по имени. И даже не знала, что такого в этом страшного. Одна часть твердила, что надо, а вторая упрямо протестовала. И кого слушать она не знала.       Столько злости и ненависти. Кто бы мог подумать, что можно переспать просто из-за злости, причем из-за обоюдной. За эти несколько месяцев он убил все хорошие мысли, все те теплые чувства. Злость затуманивала разум, заставляя делать что-то, о чем потом можно хорошо пожалеть, как сейчас. Она не собиралась входить во второй круг того, кого ненавидела. Он помог ей устроить Ами? Она и сама могла. Помог устремится к мечте? После расставания с Дейком она бы и сама это сделала. Она в этом даже не сомневалась. А вот тот факт, что он ее безэмоционально колотил жутко злил и заставлял ненавидеть.       Сам же Эллохар злился по понятным причинам. Почему он так хотел услышать свое имя из ее уст он и сам не понимал. Желание, с которым он не в силах бороться. Злость, которая накрывала с головой, когда она обращалась на "вы". Демоническая сущность, которую он ненавидел, заставляла не забывать о своем существовании. Как же он ненавидел ее за то, что она заставляла его делать что-то, не отдавая отчета в собственных действиях. Как сейчас. Он мог сдержать порыв, вполне мог бы смириться с тем, что не сможет осуществить задуманное, дождался бы возвращения Фэй и все было бы, как раньше. Но сорвался. Ей будто жалко назвать, просто назвать, его по имени. Как тогда. Он ведь остался с ней, когда она попросила. Помог, чем только смог. Могла бы отблагодарить, а вместо этого мучает и злит. Заставляет ненавидеть себя и ее.       Кусал ее губы до металлического привкуса, заставлял отвечать, стонать. Не мог удержаться, не мог остановиться. Возбуждение и злость завладели рассудком. Демон вырывался из под контроля, заставляя, непроизвольно, оставлять кровавые царапины на спине, делать больно. Но она откликалась. Отпустила его голову, поглаживала его спину, изредка оставляя маленькие, незначительные царапины не очень острыми ноготками. В отличии от нее, раны на нем заживали в тот же миг. Губы до сих пор были заняты в яростном поцелуе. Оторвался.       — Назови, — прорычал он ей в губы.       — Нет, — выдохнула она и поцелуй вновь возобновился.       Впилась ногтями в его плечи так глубоко, что ощутила кровь. Он был опасен. Очень опасен. Именно сейчас он был в ярости.       Сейчас охватил азарт, который вместе с возбуждением было гремучей смесью. Она не боялась, почти не ощущала боли и лишь больше хотела разозлить его и у нее неплохо получалось. Он оторвался от ее губ и спустился вниз, к груди. Послышался странный звук, но на него никто не обратил внимание. Ее пальцы до сих пор чуть не доставали до костей, а когда он слегка спустился, оставили глубокие раны. Но какое дело до них демону?       Поцеловал в ложбинку между грудями, а после языком проложил дорожку до пупка. Она застонала, после чего провела ладонью по его плечу. Он дернулся, но решил закончить дело. Аккуратно подул и его когти сами собой втянулись. Она издала тихий стон и он решительно дотронулся до клитора. Тот факт, что она была возбуждена подтверждали намокшие трусики, которые превратились в обычную тряпку через мгновение.       Он поднялся на один уровень с ее лицом и выдохнул:       — Назови.       Она усмехнулась и ответила:       — Нет.       По телу прошлась судорога. На секунду ярость вновь захлестнула и он жестоко впился в ее губы. Когти на мгновение стали очень длинными. Оставил длинные царапины на ее бедрах, а после он успокоился. Она ответила ему как-то по-другому. Как-то так, что заставило сердце биться чаще, а по коже пробежаться огромной волне мурашек. Никогда еще он не ощущал подобного.       Аккуратно, предельно осторожно, ввел один палец, заставляя ее издать стон, который просто ласкал его слух. Почему-то эмоции значительно обострились, все внутри бурлило. Он четко ощущал, как по венам максимально быстро бежит кровь. Было жарко. Взгляд помутнел и он еле вспомнил причину, по которой все это происходит. И то, только когда ввел уже три пальца. Она откликалась, стонала, отвечала. Было настолько умопомрачительно хорошо, что он просто не мог о чем-то думать.       — Пожалуйста, — простонала она, когда он вытащил пальцы.       Сама потянулась к его штанам и сняла.       — Назови, — прошептал он, склоняясь к ее губам.       Он уже даже не надеялся, он четко хотел добиться. Мечтал наконец услышать.       — Рэн, пожалуйста, — сдалась она, поддаваясь вперед.       Он даже содрогнулся. Уже готовился услышать очередное "Нет". Почти сдался, а она наконец сделала это.       — Пообещай, — вдруг попросил он, нарочито медленно снимая панталоны.       — Что? — выдохнула она, проведя ногой по возбужденному паху.       — Что не будешь обращаться больше на "вы", если мы наедине или среди тех, кто знает о том, что ты имеешь право называть по имени, — тут же ответил он, сверкнув глазами.       Тишина. Он замер, с надеждой глядя на нее.       Ее сердце дрогнуло. Она просто не знала, что ему на это ответить. Это обещание четко говорит о том, что она войдет в его второй круг. Или в третий?       — Хорошо, только ответь на вопрос, — решилась она.       — Самое лучшее время, — ехидно подметил он. — Но ладно. Только потом.       И тут же вошел. Она болезненно сморщилась и уткнулась носом в его плечо. Он замер, не понимая в чем дело. Просто застыл, даже дышать перестал. Она сжала зубы, до крови прикусила губу и ногтями впилась в его плечи.       — Только не говори мне, что ты... — неожиданно обрел он дар речи.       Ответом послужил кивок, на что он лишь угрюмо застонал, так и не двигаясь.       — Могла бы предупредить. Я думал, что вы с Джексоном этим уже занимались сексом. Бездна, — прошипел он, но все равно ждал.       Он злился, снова. На себя, мог бы догадаться. На нее. Ну вот неужели было сложно сказать? Ну почему все так сложно? И нечестно. Вообще несправедливо.       Боль растекалась по телу, словно яд. Все окаменело, она просто боялась делать резких движений и была жутко благодарна Даррэну за то, что не заставляет торопиться. Ждет, не делает еще больнее. Ненависть просто растворилась. Сразу вспомнилось все то хорошее, что он сделал. Он только с виду злой, на деле он всегда придет на помощь. Все это знали, но тем не менее его гнева боялись до дрожи.       Он остался, когда попросила, терпеливо ждал, когда она будет готова. Конечно, он язва еще та, но это только притягивало, нежели отталкивало. И те тренировки. Они ведь не спроста. Он просто хотел помочь ей стать сильней. Он заботился и это было понятно. Он хороший и добрый. И злиться на него долго невозможно. И ненавидеть тоже. Просто у каждого есть лимит терпения. У него он закончился. Почему он так злился из-за ее обращения к нему она не знала, но что-то говорило, что и не стоит. Она испытывала к нему нежные чувства. Хотелось заботится о нем, помогать, защищать, как бы смешно это не звучало. Почему? Да она и сама не могла ответить на этот вопрос.       Боль уходила, медленно и мучительно, но оставляла приятный осадок. Что-то такое, что заставило ее поддаться вперед, выводя Эллохара из транса.       Пару минут ничего не происходило, а потом он, наконец, принялся двигаться. Медленно, растягивая мгновение, боясь причинить лишнюю боль.       Она улыбнулась, понимая, как благодарна Рэну за все. Все ощущения были обострены до предела. Она услышала, как колышется трава на ветру. Ощутила холодок и закрыла глаза, отдаваясь ощущениям и полностью доверяя ему. Упоительное ощущение, которое она никогда не испытывала. Казалось, что она слилась с природой и одновременно отделялась от нее. Она почувствовала, как где-то ударила гроза, где-то полил легкий дождь. В совокупе с этими ощущениями еще и факт единения с ним. Это просто заполняло ее душу до конца. Беспредельное счастье.       Ускорял темп с каждым новым движением, она поддавалась, подстраивалась. Припал губами к ее губам.       Для него это было что-то невероятное. Никогда бы не подумал, что можно испытывать такие эмоции от простого секса с девушкой. Это что-то необычное. Кровь кипела и бурлила, когти сами собой, даже не из-за злости, показались. Непроизвольно начал легко царапать ее кожу, которая и без того была в кровоточивших ранах. Но она не замечала. Просто улыбалась, стонала. Ответила с нескрываемым счастьем, будто пыталась передать его ему. Он ощутил, как резко колыхнулась ее магия в крови. Как заполнила всего его. И вместе с тем ощутил, как все ближе приближается к пику удовольствия. Издал громкий рык и оргазм поглотил. Она кончила секундой ранее. Это было незабываемо.       Его рык сплелся с ее, полным удовольствия, стоном. Он даже голову откинул.       Перевернулся и упал головой на подушку, после чего притянул ее к себе и накрыл одеялом. Отдышавшись, он вопросительно посмотрел на нее.       — Что за вопрос? — решил спросить он.       — Я твой второй круг? — решительно спросила она, глядя в его глаза.       — В каком смысле? — не понял Рэн, удивленно изогнув бровь.       — В прямом. Просто ответь, я твой второй круг?       Он сглотнул, начиная понимать смысл вопроса. Если он сейчас ответит "Да", то очень жестоко обидит девушку, но...       — Я не знаю, — тихо ответил он, уткнувшись носом в ее макушку.       — Что значит не знаешь?       — То и значит. Я пока не знаю, второй или третий. Я не знаю, что чувствую, — тут же ответил он, устало прикрывая глаза. — А теперь ответь мне, как бы ты ответила на этот вопрос?       Она промолчала, так как даже не думала об этом.       — Так же, — тихо ответила она, понимая сложившуюся ситуацию. Довольно странно и даже забавно.       — Весело, — усмехнулся он, откидывая голову на подушку и укладывая ее на свою грудь. — А подумаем над этим мы утром.       Если бы он знал, как жестоко подвела его судьба, ведь утро выдалось незабываемым. Для них обоих, а хотя...