Наяву

      Синее пламя взревело не очень далеко от дома, по просьбе Эммы. Все-таки, будет весьма странно, если они появятся прямо в квартире из огня. Родители не поймут.       А вот про реакцию Эллохара вообще промолчать можно, но тем не менее... Он был возмущен до глубины души. Ладно еще, что они не переместились в квартиру, это он мог понять, но что значит ее фраза во время перемещения "Я, скорее всего, его прощу", когда он спросил "Что будешь делать со, пока что, своим парнем?". Нет, где логика? Она увидела его с другой и хочет простить. Она совсем рехнулась? Но он лишь угрюмо промолчал по этому поводу. Вмешается, в случае чего.       Вот они поднимаются на пятый этаж, звонок, а уже через минуту открывается дверь. Женщина, что открыла дверь, долгое время просто смотрела на Эмму. Рэна это очень напрягло, но он решил доверять своей подруге.       — Эмма, — прошептала женщина, а после кинулась в объятия к дочери. — Девочка моя, где ты была? Мы так переживали! И Дейк не знал где ты. Мы уже и в полицию ходили, и в больницах искали. Господи, Эмма.       — "Господи тут не поможет", — неожиданно подумал он, усмехнувшись.       — Мама, все хорошо. Вот, познакомься. Это ло... — она запнулась, косо посмотрев на Даррэна.       — Даррэн Эллохар, можно просто Рэн, — весело сказал магистр и тут же наткнулся на недоуменный взгляд Фокс. Он наклонился к ее уху. — Я же сказал, что если захочу, то могу заставить общаться со мной в той форме, в которой захочу. Эмма, ты уже вошла в мой второй круг, это вопрос времени, когда я заставлю тебя говорить со мной по имени.       — Но...       — Время истекает, — ехидно проговорил Рэн, широко улыбаясь.       Она напряглась.       — И как же заставите? — тихо полюбопытствовала она, нахмурившись.       — Узнаешь в любом случае, — веселый ответ.       — Очень приятно познакомиться, Даррэн, — сказал мужчина, косо смотря на дочь. — Как вы познакомились?       И тишина.       — Точно, забыла предысторию придумать, — тихо пробубнила она.       — Да все просто. Эмма попала на территорию моей школы и в итоге теперь учится там, — весело ответил Эллохар.       — Что делает? Но Эмма же давно отучилась в школе, — воскликнула женщина.       — Школа не обычная. Это скорее нечто вроде академии, — поправил себя Рэн.       — И на кого вы ее учите? Она итак хороший юрист, — тут же встрял отец.       Эмма грустно посмотрела в пол, прикрыв глаза. Родители снова решили все за нее. Наверняка запретят ей обучение в таком волшебном месте, а доказать, что магия существует, так это вообще безнадежно. Они на любой довод, найдут тысячу оправданий. Если, к примеру, Рэн зажжет цветок, что стоит на окне, так они скажут, что это голограмма и это так задумано было. Нет, серьезно.       — На следователя, опытного. Ты ведь об этом мечтала?       Она печально на него посмотрела, на что он лишь подмигнул. Но от этого ее взгляд еще больше погрустнел и она вновь посмотрела в пол. Рэн недоуменно на нее посмотрел, но после понял причину такого поведения со стороны Эммы.       Честно, не любил он, когда она грустила. Больше ему нравилось, когда она улыбалась. Ему.       — Это все глупости, — воскликнул отец, взмахнув руками.       — Она работает в хорошей компании и никакое обучение ей не нужно! — тут же добавила мама.       — Мечты мечтами, а жизнь совсем другое. Следователю платят мало, хорошо не разгуляешься, а мы хотим, чтобы дочь в достатке жила.       Да... Родители разрушили все представление о прекрасном будущем. У обоих.       — Но мама... — попыталась возразить Эмма, но ее попытки пресекли одним взмахом руки.       — Никаких возражений. Были рады познакомиться, Даррэн, но вам стоит уйти. Наша дочь не будет обучаться в вашей школе, — строго сказал мужчина.       Она печально на него посмотрела, как бы уже смирившись со своей участью. Жаль, Эллохар отказов не принимает.       — Э, нет, не пойдет. Она уже поступила и уйти, пока не закончишь, нельзя.       — Серьезно? — удивленно воскликнули все трое.       — Вполне. Боюсь, у вас просто нет выбора. Вам нужно лишь смириться, — пожал плечами магистр.       — Без разницы, она не станет посещать вашу школу, — тут пришел в себя отец.       Все решения в доме решает именно он, спорить вообще бесполезно. Именно он принял решение о ее будущей профессии.       Отец подошел, схватил Эмму за руку и потянул на себя, но Рэн даже глазом не моргнул, как схватил подругу за вторую руку и резко дернул на себя. Казалось, что они хотят разорвать ее на части, но Эллохар был сильнее. Дернув второй раз, причем как-то не особо напрягаясь, ладонь выскользнула из руки отца и она тут же оказалась в крепких и надежных объятиях Даррэна.       — Боюсь, ваша дочь совершеннолетняя леди и у нее есть право выбора, — жестко отрезал лорд, пресекая любые попытки остановить ее.       — Боюсь, это решать не вам, — тут же вставил свое слово отец и попытался было подойти к дочери, как осекся.       Он наткнулся на очень злой взгляд магистра. Как бы чего плохого не случилось. Честно, он был не трусом, но под таким взглядом можно смело покинуть бренное тело. Жуть такая.       — Боюсь, скорее не вам, — не остался в долгу Эллохар, сверкнув глазами. — Я не хочу продолжать этот спор. Если вы не против, Эмма соберет нужные ей вещи и мы пойдем. У нее сегодня первый день, а пришлось прогулять, а мне рассказывать. К тому же есть незаконченные дела, — он строго посмотрел на Эмму, которая даже вздрогнула под его недовольным взором.       Он вздохнул и толкнул ее ко входу в родную комнату. Неуверенно переступила с ноги на ногу и сделала короткий шаг в сторону комнаты, как наткнулась на злой взгляд родителей. Тут же встала на месте. А после осторожно шагнула обратно к Эллохару. Она даже не знала, кого боится больше.       Рэн недовольно хмыкнул и, схватив ее за руку, потянул в нужную сторону. Родители лишь недовольно проводили их, но преградить дорогу не решились.       — На одну проблему меньше.       Она принялась осторожно собирать нужные вещи, иногда косо смотря на дверь. На это Эллохар лишь печально вздохнул. Ну вот почему она так своих родителей боится? Что в них такого страшного и ужасного? Будто, они ее съесть могут.       — Эм, ты долго будешь от каждого шороха вздрагивать? — решил поинтересоваться Рэн, которому это надоело.       — А? — она недоуменно посмотрела на магистра, который только изумился.       — Ты меня вообще слушаешь? — возмущенно спросил Эллохар.       — Да.       — Моя последняя фраза?       Тишина. Она упорно искала ответ на вопрос лорда директора, но в голове вообще ничего на эту тему не мелькало. Он молчал же все время. Она прикусила нижнюю губу и потупила взгляд.       — Я спросил: Ты долго будешь от каждого шороха вздрагивать? — смиловался над ней магистр, тяжко вздохнув.       — Я не вздрагиваю, — тихо ответила она.       — А что ты делаешь?       В его голосе было столько ехидство, что ей, на секунду, захотелось его ударить, но, вспомнив с кем говорит, сдержалась.       — Собираю вещи.       — Я вижу.       На этом разговор закончился. Эмма старательно игнорировала присутствие Эллохара, стараясь спокойно собирать вещи, но это было сложно. За пределами комнаты постоянно что-то шуршало, раздавались голоса, лилась вода, что-то булькало. В общем, в скором времени у нее просто дергался правый глаз. Даррэн на это лишь смеялся. Честно говоря, он привык к Фэй, которая вообще не знала слова страх. Хотя нет, знала. Когда боялись ее, сама она вообще такой эмоции, похоже, не испытывала. Только в тот день, когда умер ее жених. Тогда она боялась за него.       Закончив, она перекинула рюкзак через плечо и встала с пола. Рэн некоторое время сверлил подругу взглядом, после чего, с громким, полным притворного отчаяния, вздохом, встал, подошел к Фокс, забрал у нее портфель. Она лишь приоткрыла рот от изумления, стараясь что-то спросить.       — Ты едешь ко мне всего на шесть лет, а собрала рюкзак так, будто на всю жизнь. Ты что туда положила, раз даже у меня плечо болеть начало? И вообще, как ты собралась его тащить?       — Я привыкла, — очень тихо ответила она, прикрыв глаза.       — Что значит привыкла? Привыкла таскать портфель весом в тонну?       Ну, он преувеличивал, но рюкзак и вправду был тяжеловат. Ему это не помеха, но вес ощущался. И, вот серьезно, неужели она, в своем хрупком смертном теле собралась тащить это? Он в последний раз ощущал вес какого-то тела очень... Никогда.       — Я... Когда я училась в университете, таскала и потяжелее. Родители заставляли брать кучу словарей, помимо учебников и тетрадей, ноутбук, на случай, если нужной вещи под рукой не окажется, и старые школьные тетради, дабы не забывать школьную программу, — пояснила она, тихо всхлипнув.       Она была бойкой и могла противостоять любому, задавить своим характером. Тем не менее к родителям это не относилось. Она их боялась. И почему? Потому что отец постоянно грозился выгнать дочь из дома, просто за пятерку с минусом. Он однажды заставил ее всю ночь просидеть под дверью из-за замечания в дневнике. Причем, виновата была и не она даже. Просто какой-то парень из класса нарисовал граффити внутри школы на стене. Кто-то его видел, а наказали весь класс. И виновата не она, а наказали жестоко. Где справедливость отдыхает?       А университет. Это вообще на больное давило. Быть может, она нашла бы нормального парня, если бы не родители, что ее провожали прямо до здания, просто потому, что не доверяли дочери. Причем портфель собирался в присутствии отца. Он строго следил за тем, какие предметы на этот день запланированы. А еще был ужас по поводу этих словарей. Если, к примеру, в этот день биология и русский, то она идет с портфелем, в котором помимо учебников, около десяти словарей разных видов, и еще около трех тяжелых энциклопедий, ноутбук на всякий случай и школьные толстые тетради. Да вот вроде родителей она любит, но вспоминая все это, хочется плакать.       — Хэй, ну не плачь, — вдруг обеспокоенно воскликнул Эллохар, подошел к девушке и крепко обнял ее, утешая. Она уткнулась носом в его плечо и тихо заплакала, обняв его за талию.       Вот теперь на душе и вправду было плохо. Меньше всего на свете он любил, когда она плакала. Это было так редко, но переносили оба довольно тяжело. Ему было еще хуже, когда она плакала из-за него, прямо как сейчас. Ну вот не думал он, что на больное надавит, просто упрекнув в тяжести рюкзака. Это даже странно как-то.       За все их знакомство она плакала три раза. Причем, все три раза из-за него. И это ведь до этой жизни. Кстати, после этого он наживал себе врагов в лице трех ее друзей и названного брата. Они вообще запрещали ей общаться с ним. Жаль, это не помогало. Быть может, если бы она их послушала, все было бы иначе.       Она тяжело всхлипнула и тихонько заплакала в голос. На сердце было тяжело и как-то одиноко. Его утешающие объятия потихоньку, будто стараясь забрать, приглушали боль, оставляя что-то радостное трепетать в груди. Но просто маленькое воспоминание о родителях и рана саднила с большей силой, а слезы лились с удвоенной силой.       — Эмма, ну прости. Я же не знал, что надавлю на больное.       Он искренне сожалел, но что он мог? Он же даже не знал, что может сделать ей больно. Он вообще пошутить хотел, развеселить, успокоить, но явно не этого добивался.       — Вы не виноваты, — тихо ответила она, стараясь успокоиться.       Это так на нее не похоже. Даже не по себе. Но именно Эллохар умудрился сделать так, чтобы что-то внутри кольнуло настолько сильно. Будто какие-то мертвые раны вдруг ожили и заболели с новой силой.       Он скривился. Именно сейчас ему меньше всего нравилось, что она обращается к нему на "вы". Бесило очень сильно и хотелось хорошую пощечину отвесить, чтобы успокоилась, перестала плакать и наконец сделала то, что он ждет с нетерпением. Но заставлять он начнет не сейчас. У него большие планы на этот счет и он не собирается сходить с пути просто из-за какого-то там сочувствия.       Неожиданно пришла хорошая мысль, ну как ему именно тогда показалось. Он коснулся ее подбородка и запрокинул голову, заставляя смотреть на него, после чего резко поцеловал. Она в шоке не знала, что делать, как вдруг разозлилась и залепила жесткую и сильную, между прочим, пощечину. Он усмехнулся, отпрянув и отпустив ее. Щека горела огнем, еще бы, когда она разозлилась, то вложила всю свою мощь, а ее у нее не мало. Именно поэтому он ощутил боль, но свою задачу выполнил красиво.       — Какого черта? — воскликнула она, отходя от лорда на три больших шага.       — Такого, — весело ответили ей. — Я тебя успокоил. Заметь, теперь ты не плачешь или чего-то боишься, а злишься. На твоем месте, я бы спустил эту злость на родителей, из-за которых ты только что слезы лила.       А ведь и вправду. Слезы будто высохли, а на место горю и печали пришла такая ярость. И она не знала, на кого злилась больше, на магистра или на родителей. С одной стороны, лорд директор помог красиво успокоиться и даже осознать, какая она слабая. А для выживания слабость неприемлема. Нахмурившись, она сжала кулаки и в упор посмотрела на Рэна.       — Спасибо. Не могли бы вы вернуть мой рюкзак?       Он как-то зло на нее посмотрел, скрестив руки на груди.       — Не мог бы.       Он демонстративно снял с плеча портфель, кинул его и тот исчез во всполохах пламени.       — Предполагаю, он окажется в моей комнате?       — Правильно предполагаешь. А теперь, идем уже к твоему парню, разбирайся с ним и возвращаемся.       Она кивнула и они спокойно вышли из комнаты. Решительный взгляд в сторону двери и отец на пути.       — Неужели решила поступить умно и провожаешь своего знакомого? — как-то злобно спросил отец, скрестив руки на груди.       — Да, я решила поступить умно, но только не так, как думаешь ты. Ты всю жизнь учил меня добиваться своих целей и я решила, что буду учиться на того, кем хочу быть я, а не ты или весь мир!       В соседней комнате послышался крик и детский плач. Она лишь устало прикрыла глаза. Ее младшей сестре не повезло, но забрать ее с собой у нее возможности не было. Ее родители, пока что, лелеют ее, покупают все, о чем только не попросит, но как только ей исполнится семь, чудо закончится. Ее заставят упорно учиться, попрекая Эммой. Какая нехорошая у них дочь, что пошла наперекор родителям. Так и будет.       — Если ты выйдешь за порог квартиры, можешь не возвращаться, — выкрикнул отец, скрипнув зубами.       — Если ты думаешь, что это на меня подействует, глубоко ошибаешься. Я не собираюсь жить по твоим законом. Я совершеннолетняя женщина, у которой есть свои права. А если ты будешь мешать, попомни мое слово, я подам в суд за ущемление прав. Я грамотный юрист, ты это знаешь. И Ами я заберу, как только у меня появится такая возможность!       Тут-то все и случилось. Он грозно подошел к ней, замахнулся, сжал руку в кулаки и хотел было ударить Эмму, которая все так же уверенно смотрела на отца не страшась ни его самого, ни его кулака, но не вышло. Оставалось совсем немного до соприкосновения, как кулак перехватила ладонь лорда Эллохара, который внимательно наблюдал за развитием событий и гордился своей адепткой. Вплоть до тех пор, пока не понял последствия. Как только кулак попал точно в ладонь лорда, он сжал ее с такой силой, что послышался хруст костей, которые он, видимо, раздробил. Глаза стали синими от злости, казалось, что сейчас у него пламя из ушей пойдет. Скрипнув зубами, он посмотрел прямо в глаза мужчины, который старательно пытался вытащить свою лапу из крепкой хватки принца Хаоса.       — Надеюсь, вы сейчас не собирались ударить адептку Школы Искусства Смерти? — загробным голосом спросил Эллохар, подготавливаясь к жестким пыткам по отношению к этому смельчаку.       — Дда какое вы...       Рыкнув, он сильно вытолкнул кулак из своей ладони, на которой потихоньку проявлялись когти, от чего мужчина тут же отлетел к стене, потеряв сознание.       Эллохар тряхнул рукой, постарался успокоиться и уже заботливо посмотрел на ничуть не испугавшуюся девушку.       — Ты цела?       — Вполне. Спасибо, что перехватили его удар.       — Могла бы увернуться, — недовольно заметил Эллохар. Он видел картину с самого начала. Если бы она захотела, то просто бы ушла в сторону и отец промахнулся, но она этого не сделала.       — Не обязательно было. Если бы он ударил, я бы на него повесила две статьи, забрала бы Ами и смело продолжила бы обучение в Школе, — уверенно ответила ему Эмма.       Да уж, уверенности у нее очень много стало.       — Ага, с синяком и, быть может, без пары зубов. Самое то учиться, — выпалил недовольный Эллохар. — Как можно быть такой безрассудной? И кто такая Ами?       — Моя сестра младшая. Ей пять лет, но тем не менее я не хочу оставлять ее на них. Вдруг случится чего. Насядут на нее, как на меня. Жаль только не могу я взять ее с собой.       В ее голосе проскользнуло отчаяние.       — Почему? — недоуменно поинтересовался Эллохар.       — Что значит почему? Я обучаюсь в Школе, живу на ее территории, как я о сестре заботиться буду?       Он хмыкнул.       — Детский сад? — выдвинул предложение магистр, следя за изменениями выражений на лице Фокс.       — Там есть детский сад? — наконец удивленно спросила она.       — Конечно есть, — тут же ответил он. — А если ухаживать за ней не можешь, на два года ее в детский сад с общежитием отправь. А в семь я ее к себе завербую.       В ее глазах загорелся огонек надежды, а после она посмотрела в сторону комнаты сестры.       — Правда?       Столько наивности в голосе, что он улыбнулся. Вот теперь он рад. Она не плачет, а скоро и вовсе о бедах забудет. Будет учиться магии, станет тем, кем желает и сестра не будет под влиянием ненормальных родителей.       — Правда, правда. Если хочешь, я помогу найти ближайший и самый лучший.       — Спасибо, — тут же среагировала она, на радостях обняв магистра.       — Да ладно, пустяки. Хватай сестру и идем. Помоги только ей вещи собрать.       Кивнув и радостно улыбнувшись, она умчалась в комнату к сестре. Осталось лишь убить того парня, который посмел обидеть его подругу. Это последняя галочка в списке мега-важных дел.

***

      Не прошло и десяти минут, как из комнаты вылетела счастливая Эмма, маленькая девочка, чем-то похожая на сестру и женщина, что недовольно наблюдала за этим.       — Я не собираюсь отдавать в твое распоряжение Ами! Ты безответственная! — начала причитать мать девушек.       — Мама, я все сказала. Лучше, ты о папе позаботься, — тут же высказалась Эмма, сверкнув глазами.       Женщина недоуменно посмотрела на дочь, после чего развернулась и ахнула. Но тут была ее ошибка. Выхватив сумку из рук матери, Эмма схватила сестру и Эллохара за руку и потащила к выходу. Они быстро спустились по лестнице и оказались на улице, а потом громкий крик двух родителей, что был слышен и отсюда.       — Даже если напишут заявление в полицию, Школу Искусства Смерти им не найти, — весело заявила Эмма, смотря на окно бывшего родного дома.       — Ну, они могут отправиться в Темную империю... Если будут знать о ней и как туда попасть, — задумчиво сказал Эллохар, а после засмеялся, вместе со старшей Фокс. Ами лишь подозрительно смотрела на них обоих.       — Сестренка, а давай домой к родителям вернемся? — печально попросила Ами, у которой на глазах слезы появились.       — Ами, мы скоро отправимся в волшебный мир, в Темную империю. Там повсюду магия. Летающие ящеры, волшебная Школа. Мы не вернемся к родителям в ближайшие несколько лет, а будем жить в этом волшебном месте, — несколько радостно и утешительно рассказала Эмма.       Слезы на глазах Ами высохли, а в глазах появился азартный огонек.       — Правда-правда?       — Правда-правда. Но для начала надо сходить к одному дяде и поговорить с ним кое о чем.       — Хорошо.       И Ами успокоилась, весело улыбаясь и радуясь будущему.       — Умеешь уговаривать, — подметил Эллохар, усмехаясь.       — Я же сказала чистую правду, — невинно ответила Эмма, идя следом за сестрой.       На это Рэн ничего не ответил. В полной тишине, не считая мечтательных возгласов Ами, они доехали до компании, в которой работает Эмма. Оставив сестру на служащих, которые занимались ухаживанием за детьми, они поднялись в офис.       — Ждите здесь, — жестко сказала Фокс, идя четко по заданному курсу.       — Ага, конечно. Мечтать не вредно. Я с тобой, — тут же ответил ей Эллохар. — Еще вляпаешься во что-то, а я постоять не смогу.       — Почему обязательно вляпаюсь во что-нибудь?       — Потому что с тобой это всегда происходит, — недовольно ответили ей.       — С чего вы взяли? — недовольно спросила она, надувшись.       — А как вы ко мне попали, адептка Фокс? Что было около тридцати минут назад? Или вчера?       Она насупилась еще больше.       — Ладно, только не вмешивайтесь, — тут же буркнула она и угрюмо пошагала в кабинет босса. Коллеги провожали ее удивленным взглядом.       — Я вмешаюсь, если понадобиться, — тут же отрезал Эллохар.       — "И вмешаюсь, если ты решишь сделать какую-нибудь глупость", — тут же добавил про себя Рэн.       Они дошли до кабинета и, набрав побольше воздуха, она постучала.       — Входите, — послышался знакомый голос изнутри.       Она поежилась и обеспокоенно посмотрела на Даррэна. Он лишь кивнул и, собрав всю смелость в кулаке, она решительно открыла дверь и вошла в просторный кабинет.       Повисла тишина. Эллохар, чисто из интереса, не вошел, дабы не показывать раньше времени.       — Эмма, — неожиданно вскочил парень, сидящий за столом, подошел и обнял Фокс крепко-крепко.       Возникло желание ударить, причем очень сильно и у обоих. Но оба сдержали порыв.       — Здравствуйте, мистер Джексон, — тут же деловым тоном сказала она.       — С каких пор ты обращаешься ко мне на "вы"? — осторожно спросил он, отпрянув.       Она промолчала. Слова застряли в горле. Она просто не знала, послать его на все четыре стороны или все-таки простить, но...       — С каких пор ты изменяешь мне с лучшей подругой? — тихо спросила она, прикрыв глаза.       — С чего ты взяла? — холодно поинтересовался он.       — С того, что увидела, — послужило ответом ему.       Эллохар старательно сдерживал гнев. Начали появляться когти, от чего он сжал зубы и прикрыл глаза. Он быстро сжал кулаки, стараясь заглушить гнев болью от острых когтей, что тут же впились ладонь. Это вообще, что за отношение? Его просто выбешивал этот "мистер Джексон", хотелось его убить.       — Увидела? — спросил он, удивленно изогнув брови.       — Я видела, как вы целовались, Дейк! — тут же вскипела она, взмахнув руками. — Или это все глюки?       — Может быть, — тут же ответили ей.       — Это не смешно! Неужели ты даже отрицать не будешь? Хотя, это ведь бессмысленно.       — Своим глазам веришь больше, чем мне? — спросил Дейк, глубоко вздохнув. — Что я должен тебе ответить? Чего ты от меня ждешь?       — Не знаю Я жду чего угодно. Просто скажи мне, я должна верить своим глазам или мне показалось?       — Тебе показалось, — ответил Дейк, скрестив руки на груди.       Глаза у Эллохара прямо вспыхнули и он издал приглушенное рычание. Эмма в надежде посмотрела на своего парня.       — Правда?       Она старательно не обращала внимание на злой рык директора, а хотела услышать ответ. Дейк, услышав странный звук, неуверенно покосился на дверь и уже хотел ответить, как:       — Нет, конечно. Ты кому поверить собралась?       Он влез в разговор и тут же вошел в кабинет. Эмма осмотрела его с ног до головы, но вместо испуга лишь усмехнулась. Дейк же просто выпал в осадок.       — В каком смысле? — в миг стала серьезной она.       — Да в прямом. Эмма, он тебя разводит, как дите малое, а ты и веришь, — пожал плечами Эллохар.       Если бы не его посиневшие глаза и когти на руках, она бы поверила в его абсолютное спокойствие, но не вышло. Она была уверена, что он зол, только на что.       — С чего вы взяли? — спросил он у Даррэна. — И какое вам дело?       — Мне? Это не важно! А взял я с того, что в легкую различаю, лжет человек или нет, — холодно ответил Рэн, что выражало его бешеную ярость.       — Да неужели? А если проверить? — зло спросил Дейк, нахмурившись.       — Я не собираюсь ничего доказывать. Эмма, я все понимаю, тебе хочется сделать все красиво, но ты не могла бы побыстрее его кинуть и мы пойдем? — попросил он, нахмурившись.       Дел у него не было, просто ему не хотелось больше здесь находится. Его очень все это раздражало.       — Кинуть? Ты пришла меня бросить?       Тишина в ответ. Она не собиралась так делать. Она пришла выяснить отношения, поэтому и сверлила взглядом Эллохара. На что он лишь ехидно улыбнулся.       — Эмма, извини. Но мы всего-лишь переспали. Один раз! Больше ничего не было, — принялся оправдываться Дейк.       Эллохар содрогнулся. Когти вернулись обратно, глаза вернули прежний оттенок, да и вообще он утихомирил гнев. Сейчас все будет красивее.       — Что. Вы. Сделали? — загробным и тихим голосом спросила она, поворачиваясь лицом к, похоже все-таки, бывшему парню. Дэйк сглотнул, увидев выражение лица девушки. Она вся будто посерела, глаза будто дымкой затянуты, кулаки плотно сжаты, она даже оскалилась.       — Эмма, я...       — Заткнись, — прошипела она.       — Но...       Договорить не дал звук громкой пощечины. Он опешил, на что Эмма лишь издала глухой рык, развернулась и пошла на выход.       — Эмма, погоди, — послышался крик Дейка.       Он побежал было за ней, но его остановил удар в живот со стороны Эллохара.       — Ненавижу лгунов. Особенно когда лгут моей подруге, — прошипел он, после чего гордо пошел следом.       Да уж, вот это поездка в мир смертных. Когда он себе это представлял, все было не так. Она выскажет пару ласковых родне, хорошенько треснет этого Джексона и они гордо уйдут, а тут пару затрещин пришлось ему дать. Причем так, что даже сознание потеряли.       Эмма шла явно не на выход, что напрягло Рэна, но он пошел следом, интересуясь дальнейшим развитием событий. Почему-то он догадался, куда она направилась. История, пока, не закончилась.       Гордо пройдя к одному из окон, она посмотрела на девушку, что сидела по ту сторону.       — Эмма? — удивленно спросила она, после чего тут же вскочила и выбежала к ней. — Ты в порядке? Где ты так долго была?       — Как ты могла? — тихо спросила она, глядя прямо в глаза девушки.       — Что?       — Ты ведь знала, что мы встречаемся, — так же тихо ответила она, однако слова услышали все, так как стояла полная тишина.       Эллохар грустно смотрел на подругу. Это же надо. Так много печали за один день.       Эмме было плохо. Дейком она дорожила и до последнего надеялась на лучшее, но это был удар. Ее лучшая подруга отбила парня. Это хуже предательства. Прямо нож в спину. Она еле сдерживала вой отчаяния.       — Эмма, я...       Но Фокс, посмотрев в глаза девушке, лишь махнула рукой, развернулась и тут же врезалась в плечо Рэна. Он обнял ее, утешающе погладив по голове.       — Все хорошо, не расстраивайся. Они того не стоят, — печально сказал магистр.       Она аккуратно отстранилась и пошла в сторону выхода.       — Эмма, — воскликнули оба.       Эллохар шел рядом, что не давало бывшим подруге и парню подойти к ней. Он отпугивал их одним взглядом. Шла девушка слегка пошатываясь, а по щекам текли слезы, но их видел лишь он. Утешать ее тут будет не самым приятным, но он, наигранно тяжело вздохнув, взял ее на руки и большими шагами направился в сторону выхода. Сопротивляться она не стала, даже не удивилась. Лишь уткнулась носом в его плечо и всхлипнула. Тихо, но он услышал и, скрипнув зубами, прижал ее к себе.       Проводила их тишина. Ами тут же подошла к ним, но спрашивать в чем дело не стала. В руках была тяжелая сумка с вещами. Рэн печально посмотрел на сестру подруги, поцеловал в макушку саму Эмму, которая до сих пор успокоиться не могла. Вздохнув, он ухитрился взять сумку в руки и направился к выходу. Ами шла следом. Найдя безлюдную местность, он щелкнул пальцами и взревело синее пламя.       — Вау, — восторженно сказала Ами, но вся ее радость исчезла при взгляде на сестру.       — Идем, — проговорил Эллохар и шагнул в пламя.       Они переместились прямо в кабинет Рэна.       — Айшарин, — тут же позвал магистр секретаря.       Она тут же оказалась в кабинете и хотела спросить, в чем дело, как опешила и тут же вышла из кабинета. В следующий раз она пришла со стаканом воды. Эллохар забрал стакан из рук секретарши и взглянул на Ами.       — Побудь пока с ребенком. Мы будем искать детский сад. Постарайся не напугать ее.       — Хорошо, лорд Эллохар, — воскликнула Айшарин и тут же увела Ами, которая порывалась подойти к сестре.       Но увидела грустный взгляд Эллохара и улыбнулась. Она вырвалась из хватки Айшарин и подбежала к магистру.       — Братик, ты же позаботишься о сестренке? — спросила она, невинно улыбаясь. Эллохар лишь удивленно открыл рот. — Если обидишь ее, получишь!       После этого она убежала к Айшарин, которая вообще в ауте была. Так с лордом только Фэй говорила, но эта маленькая девочка явно не была ей. У Эммы было право так невинно хамить, не то что у Ами. Как бы Эллохар не убил ее.       Но магистр улыбнулся и сказал:       — Не обижу.       Ами весело махнула ему рукой и девушка с ребенком покинули кабинет.       Не ожидал он, что эта девочка посчитает его братом. Даже забавно.       Вздохнув, он повторно вызвал синее пламя, перемещаясь в комнату девушки. Он надеялся, что там сможет ее успокоить.

***

      Долгое время он просто сидел, обнимая и успокаивая ее. А она не могла остановится. Жгучая боль в груди не позволяла вдохнуть полной грудью. Ее радовало лишь то, что Рэн не отвернулся.       Но спустя какое-то время усталость начала брать свое. Он заметил, что ее хватка стала слабее и тут же встал, подхватывая ее на руки. Подошел к кровати и уложил ее. Погладив по щеке, вытерев последнюю слезинку, он накрыл ее одеялом. И вздохнул, увидев, как по ее щекам продолжают бежать слезы. Даже во сне она плачет. Это жутко ему не нравилось. Все лицо было красным, а губы дрожали. Очередной всхлип и его сердце пропускает удар. Спокойнее ему было, когда он утешал ее, но что он может? Второй раз он не переживет. В смысле, когда она проснется, она и вправду может его убить.       Тяжело вздохнув, он развернулся и хотел уйти, но она все-таки сделала это. Заставила его остановиться.       — Рэн, — прошептала она, на что он удивленно повернулся. Глаза ее были открыты и она отчаянно смотрела на него. — Ты уходишь?       Ее голос был хриплым и дрожал.       — Боюсь, если я останусь, то не переживу завтрашнее утро, — постарался пошутить Эллохар, но она лишь прикусила губу.       И вновь она заплакала. Он просто не вытерпел и подошел к ней.       — Останься, пожалуйста. Я не смогу... — она замолкла и всхлипнула.       — Заснуть без меня? — тут же съехидничал Даррэн, но тут же чертыхнулся.       Она заплакала сильнее после его фразы. Видимо, решила, что безразлична ему. Ну или накрутила себя, а теперь его шутка послышалась издевательством.       Он коснулся мокрой щеки, наклонился и коснулся ее лба своим.       — Извини. Если ты пообещаешь, что не убьешь утром, то я останусь, — прошептал он.       — Обещаю, — тут же ответила она.       Он усмехнулся и, сняв свой плащ, лег рядом, обняв ее. Она вновь уткнулась в его плечо и закрыла глаза.       — Только не забудь, что завтра тебе еще на учебу идти, а мне вводить тебя в курс дела. Поэтому, придется встать пораньше. Да и вообще, забудь про них всех и погрузись с головой в учебу. Поверь, тебе понравиться. А об Ами я позабочусь. Устрою ее в ближайший и самый лучший садик.       — Спасибо, — прошептала она, после чего осмелилась и легла ему на грудь.       Он лишь усмехнулся и сам закрыл глаза. На удивление Рэна, было часов шесть уже. Но, чем раньше лягут, тем раньше встанут, а это важно.       Он щелкнул пальцами, что заставило завестись будильник, дабы точно не проспать. А после, уткнувшись носом в макушку девушки, заснул. Тяжелый выдался денек, это не то слово.