Микки Милкович
13 марта 2016 г., 22:57
«Заткнитесь», - проорал в подушку Микки. Было восемь часов утра, но его сестра почему-то решила, что именно сегодня ей просто необходим утренний секс. Микки вернулся домой в четыре часа ночи после смены, в квартире было тихо, спокойствие нарушал только тихий храп Джереми. Так что они, видимо, подумали, что встретили его слишком тихо, решив вознаградить ранним утром.
Где-то через десять минут все эти ахи и вздохи, наконец, прекратились, и он снова вернулся ко сну.
***
Он проспал почти три часа, и ему снился сон, что было очень необычно. Ему не снился какой-нибудь закрученный подсознанием сюжет, нет, он видел воспоминание о том, как он в первый раз почувствовал себя в безопасности. Ему было девять, он вел за руку плачущую Мэнди из школы. Какая-то девочка из школы рассказала ей о том, что ее мать умерла и больше никогда не вернется, а восьмилетняя Мэнди никак не могла понять, что именно означает слово «смерть». Ну, а Микки старался утешать ее, как только мог, обещая, что они не останутся с отцом навсегда, и что когда-нибудь в их дерьмовой жизни обязательно что-нибудь изменится. На самом деле все, что угодно было на порядок лучше того, чтобы быть боксерской грушей для родного отца, или его секс игрушкой. Микки всегда хотелось защищать сестру, поэтому около года назад он перебрался жить в спальню Мэнди, чтобы никто не смог вломиться в ее комнату посреди ночи. В чем Терри и смог убедиться на собственном опыте. Его совсем не удивило, что вокруг их дома столпились полицейские машины, но когда один из копов придержал его, не пропуская в дом, Микки очень удивился. - Куда это ты собрался, пацан? – спросил его полицейский. Копы старались никогда с ним не разговаривать, потому что Терри мог подумать, что сын сдает его ментам, и началась бы заварушка. А этого полицейские всегда старались избегать. Но этот коп сам к нему обратился, и еще он оглядел Мэнди с головы до ног. - Домой идем, а что еще мы можем делать, - ответил Микки, нахмуривая брови. - Ты не можешь пересечь эту линию, пацан. Это место преступления, - Микки скосил глаза на него, потом глянул на тротуар, покрытый каплями крови. Он видел отверстия от пуль на входной двери. Толпу полицейских. А еще ту черную фигню, куда обычно складывали трупы. Микки никак не мог запомнить, как это фигня называется. - Эй, Маркович, что ты... – начал было офицер, который подошел к своему коллеге, но осекся, увидев детей Милковича, которые крепко держались за руки. – Черт, Тони, это же дети Терри. Уведи их отсюда, – возвестил он, хватая обоих детей и разворачивая их спиной к дому. - Эй, что здесь происходит? – спросил Микки, немного испугавшись. Если Терри кого-нибудь убил, то его снова закроют в тюрьме, а их с сестрой вернут в систему. Снова. А Микки очень этого не хотел. Офицер не ответил ему, поэтому Микки повернулся к Марковичу. – Скажите мне что, черт возьми, случилось? Где мой отец? - Тише, тише, Микки, - начал полицейский, на форме которого было написано Санчез. – Ваш папа ушел, вам больше не нужно переживать за него, - а Микки не мог понять, что именно имел в виду Санчез. Ушел. Типа, как в тюрьму ушел, или уехал из города. Или ушел вон в том большом черном пакете. - Он в том пакете? – спросил он, предварительно прикрыв ладонями уши Мэнди. Оба копа кивнули, ожидая его реакции. Но Микки удивил их, оставаясь относительно спокойным. – И что теперь с нами будет? Пожалуйста, не отправляйте нас в систему. - Мы уже известили социальные службы, Микки, и они скоро будут тут, кажется, они хотят передать вас ближайшим родственникам. Ты понимаешь меня? Тетя Рэнди живет неподалеку, да? – Микки кивнул в ответ. – Значит, социальные работники говорили о ней, вы сможете побыть у нее какое-то время, но я ничего не могу обещать, – Микки снова кивнул. – Хорошо. Маркович, побудь пока с ними, им может понадобиться помощь. Через пару часов появилась их тетя Рэнди со своими младшими детьми. Алану и Дэйву было пять и три соответственно, и Микки знал, что у нее есть еще дети. Хоть Микки и был еще маленьким, он понимал, что, скорее всего, тетя скажет, что не сможет о них заботиться. - Мэнди, малышка, - прошептала она, подошла к ним и подняла ее на руки, передавая своих сыновей Микки. – Я позабочусь о тебе, милая, - Мэнди выглядела младше своих лет, больше походя на шестилетнюю: она была очень худой и маленькой, а еще говорила только тогда, когда ее о чем-то спрашивали. Рэнди ущипнула ее за маленький носик, собирая пальцами дорожки слез с ее щек. А затем опустилась на колени перед Микки. Он сохранял твердое выражение на лице, страшась услышать, что она ему скажет. – Я заберу вас домой сегодня, Микки, и я сделаю все, чтобы служба отдала мне опеку над вами. Вы двое заслужили лучшей жизни, правда, милый? Звенящая тишина стояла в течении нескольких минут, пока Микки не обрел способность говорить: - Зачем Вы это делаете? Рэнди смутил не сам вопрос, а то, почему он пришел на ум девятилетнего мальчишки: - Я всегда побаивалась вашего отца, уверена, он вытворял ужасные вещи с тобой и с моей маленькой принцессой, и я не хочу, чтобы вы снова проходили через нечто подобное. Микки кивнул, с облегчением обнаруживая, что есть человек, которому они с сестрой не безразличны, который видит в них нечто большее. Человек, которому не будет наплевать, почему его сестра толком не разговаривает, а он сам разгуливает со свежим синяком. Она верила им. Она верила в них. Она была их билетом из пережитого ада.***
Микки сидел в кровати, восстанавливая сбившееся дыхание и утирая внезапно выступивший пот. Рэнди была хорошей, и она сделала все, что было в ее силах, но она все еще была Милкович. Милкович, у которой было пятеро собственных детей. И когда Мэнди исполнилось восемнадцать, она уже не могла содержать их, Рэнди очень долго извинялась, но им надо было покинуть ее дом. Но они не держали на нее зла, Рэнди была их Божьим благословением. Она уберегла их от тюрьмы, проследила, чтобы они окончили школу. «Вы ведь не хотите остаться без ничего, и нужно показать людям, что у вас есть голова на плечах и мозги, чтобы получить чертов диплом», - говорила она. - Микки! Завтрак! – послышалось из кухни. Так продолжалось уже несколько лет. Мэнди выкрикивала его имя, а он тащил свою задницу на ее зов. Он неохотно встал, накинул на себя рубашку и прошествовал через гостиную. За столом уже сидел Джереми и попивал свой утренний кофе, когда Микки и Мэнди к нему присоединились. - Привет, - поприветствовал его бойфренд Мэнди, когда Микки присел за стол. - В жопу засунь себе свой привет, - проворчал Микки, - и, пожалуйста, прекрати трахать мою сестру, когда я пытаюсь заснуть, потому что вы слишком громко трахаетесь. Парень даже бровью не повел, он уже привык, а вот Мэнди издала смешок. Эта вакханалия длилась уже два года с тех пор, как Джереми начал проводить ночи в их доме. - Хочешь, чтобы мы меньше шумели? – спросила Мэнди с набитым ртом. Очаровательно. - Пиздец как хочу, - ответил Микки, набивая свой собственный рот беконом. Джереми молча смотрел на них, ожидая, когда же Мэнди сбросит бомбу. - Тогда как насчет того, что я перееду к Джереми, - тихо спросила она. - Что? – чуть не подавился Микки. – Вы хотите съехаться, типа «мы – пара, наши отношения переходят на новый уровень, и мы правда собираемся жить вместе»? - Ага, - сказал Джереми, широко улыбаясь. Парень был безумно влюблен в его сестру, и это было поразительно. - Подумай о преимуществах, Мик, ты можешь привести домой кого захочешь, и перетрахать их хоть во всех комнатах дома. Кроме того, тебе больше не придется прятать своего тайного парня от нас, – добавила Мэнди, изгибая бровь. - Я уже не раз говорил тебе, что нет никакого тайного парня, Мэнди, - он опустил взгляд в тарелку, чтобы сестра не смогла заглянуть в его глаза. - Тогда своего друга по траху, - сказала она. – Мы знаем, что уже долгое время ты кое-кого потрахиваешь, вы, может быть, и не пара, но вы как бы вместе. - Как скажешь, - пожал он плечами. – Итак, - разговор вернулся в прежнее русло, - а где вы, ребята, собираетесь жить? - Мы хотели переехать в квартиру Джереми, она в Северной части, но дело в том, что тебе тоже придется съехать, Мик. - Да я уже понял, - он бы никак в одиночку не осилил арендную плату за квартиру с двумя спальнями. – И сколько у меня времени, пока вы двое меня не выгоните? - Никто не собирается тебя выгонять, - возразила Мэнди. - Столько, сколько тебе нужно, друг. Не торопись, подыщи себе хорошее жилье, – ответил Джереми.***
Поиск квартиры стал для него новой головной болью. Он, конечно, не попал по глупости в тюрьму, но у него хватило тупости послушаться своих старших кузенов, и как-то ночью, во время общей пьянки, он сделал себе татуировку «FUCK U-UP» на костяшках пальцев. И если владельцев баров его татуировка не особо заботила, то собственников квартир она не воодушевляла вовсе. У него хватало денег на то, чтобы снять квартиру в том же доме, что и Джереми, однако домовладелец ему так и не перезвонил. Еще несколько арендодателей сказали, что у них на данный момент нечего ему предложить. Прошел уже целый месяц с тех пор, когда Мэнди сбросила на него новость, и ситуация становилась все более безвыходной. У него была еще одна встреча сегодня в пять вечера, и она просто обязана хорошо закончиться. Здание было небольшое, но все же этот дом был намного лучше тех, где пришлось жить Микки и Мэнди после их совершеннолетия. Некий мистер Крипл назначил ему встречу перед зданием, и, прибыв туда, Микки обнаружил пятидесятилетнего мужчину. - Мистер Крипл? – спросил он, и когда человек обернулся, Микки продолжил. – Я Микки Милкович, мы говорили по телефону. Я опоздал? – он спешно глянул на свой телефон. Эта тактика всегда работала. Трюк «Боже мой, я заставил Вас ждать, мне так жаль…» они придумали с Мэнди. - Нет-нет, вы вовсе не опоздали, - ответил мистер Крипл, и улыбка расползлась по его лицу. Они зашли внутрь и поднялись на лифте на седьмой этаж, внутри здание выглядело намного лучше, чем снаружи: на лестничных пролетах было чисто, а стены покрасили совсем недавно. Хозяин показал ему квартиру. Она понравилась ему даже больше, чем на фотографиях. В квартире недавно перекрасили стены. Микки даже и не думал скрывать своего восторга от увиденного. Спальня, ванна и кухня, смежная с гостиной. Микки и не подозревал, насколько сильно он хочет здесь жить, пока воочию не увидел эти апартаменты. С домовладельцем они проговорили почти час, Микки рассказывал ему истории, которые характеризовали его исключительно с положительной стороны, а мистер Крипл с удовольствием проглатывал их. Когда они спустились вниз, Микки взглянул на стену, где висели почтовые ящики, там стоял рыжий парень и извлекал свою корреспонденцию. И, по мнению Микки, парень был довольно милым. Нет, зачеркните. Парень был очень сексуальным. Но Микки быстро развернулся, чтобы закончить свою встречу и отправиться домой.***
Три дня спустя. Сегодня и у Микки, и у Мэнди был выходной. - Прекрати грызть гребаные ногти, Мик, у тебя скоро кровь пойдет, - рассеяно проговорила Мэнди, не отрываясь от телевизора. - Почему он до сих пор не позвонил? Я почти уверен, что идеально отыграл свою роль, - пробурчал себе под нос Микки. - Боже, Микки. Он сказал, что позвонит тебе, получишь ты эту квартиру или нет, чтобы держать тебя в курсе. Поэтому прекрати себя изводить, ты меня пугаешь, – как бы шутя, произнесла она, но, на самом деле, она никогда прежде не видела своего брата таким. В течение целого часа он нервно постукивал ногой по дивану, и вот, наконец, его телефон зазвонил. Он бросился к аппарату, но Мэнди была быстрее. - Это он, - сказала она. Микки сохранил номер домовладельца в телефоне. – А теперь сделай глубокий вдох и успокойся, - сказала она, передавая ему трубку. - Здравствуйте, мистер Крипл, - начал он, уходя в спальню, чтобы уединиться. Не прошло и пяти минут, как Микки выбежал из спальни и, забравшись на диван, начал скакать на нем с криками: «Я получил ее! Она моя!» Мэнди вскрикнула от радости и, забравшись на диван, начала скакать вместе с ним, радуясь такому легкомысленному веселью, которого они были лишены в детстве. Они так и бесились, пока Микки немного не успокоился: - Позовем Джереми отпраздновать? – ухмыльнулся он. - Правда хочешь его позвать? – спросила Мэнди. - Ох, да ладно, я полностью его одобряю, вряд ли в мире есть человек, который заслуживает тебя больше, чем он, - ответил Микки. - Да знаю я, - улыбнулась Мэнди. – Просто мне нравится слышать, как ты одобряешь мои отношения.***
Несмотря на то, что у него был свой ключ, Джереми всегда стучался в дверь, когда Микки был внутри. Уважение или что-то типа того. - Эй, брат! – поприветствовал он, приобнимая Микки одной рукой. – Рад за тебя! - Привет, - сказал кто-то из-за спины Джереми. - О, я, надеюсь, ты не будешь против, Мик, помнишь моего младшего брата… - Ты ведь Джей, да? – пожал ему руку Мик. – Я не против, все круто, проходите. Когда трое парней зашли в гостиную, кофейный столик ломился от выпивки. Мэнди поприветствовала будущего деверя, которого уже давненько не видела.***
Ночь была длинная, в хорошем смысле, было приятно посидеть вот так, всем вместе, празднуя радостное событие, которое изменит жизнь брата и сестры Милкович. Была едва за полночь, а Мэнди и ее бойфренд уже были жутко пьяные. Несмотря на весь выпитый алкоголь, ребята старались поддерживать серьезный разговор, но хихиканья Мэнди их все время прерывали. Кроме того, Мэнди сидела рядом с Джереми и постоянного его отвлекала. И даже сейчас, отправляясь в свою комнату, она что-то нашептывала ему на ухо. Джереми хотел было присоединиться к ней, но Микки его остановил: - Э, нет-нет-нет! Не хочу больше слышать ваши потрахушки! У вас есть своя жилплощадь, так что вези ее туда, – сказал Микки. - Чувак, ну, она же типа пьяная… - Я тебя умоляю, ты не такой пьяный, как она, к тому же ваша квартира недалеко отсюда. - Ладно, - вздохнул Джереми, поправляя одежду на себе. – Ты ведь сможешь добраться до дома? - обратился он к Джею. - За меня не переживай, - ответил он, - к тому же я уверен, Микки разрешит мне переночевать на этом диване, если я вежливо попрошу? – вместо ответа Микки рассмеялся в пивную бутылку, из которой делал очередной глоток. Джереми хватило этого ответа, и он поднял свою девушку на руки. Вскоре они ушли, и Микки закрыл за ними дверь. - Черт, я думал, они никогда не уйдут, - сказал он, возвращаясь на диван. - Я тоже, - ответил Джей. - Они знают о тебе, - произнес Микки, когда губы Джея коснулись его шеи. - Что знают? – отпрянул он. - Не совсем о тебе, но они знают, что уже в течение нескольких месяцев я сплю с одним человеком. - Уф, только это, - облегченно вздохнул Джей. - Ага, только это, - подтвердил Микки, касаясь его губ своими. Джей быстро заводился и забрался к нему на колени. Он терся о промежность Микки, от чего обоим парням было тесно в своих штанах. - Спальня? – предложил Джей, вставая на ноги. Джей стягивал одежду с брюнета, Микки делал то же самое, а потом толкнул его на диван. - Диван, - прошептал Микки ему на ухо прежде, чем опуститься на колени и взять член Джея в рот. Парень задохнулся от нахлынувших чувств, а потом расслабленно откинулся и запустил руки в волосы Микки. Когда Микки закончил делать минет и растягивать себя пальцами, он оседлал колени Джея и направил его член в свое отверстие, они оба застонали от удовольствия. - Помнишь моего младшего брата… - начав медленно раскачиваться на коленях парня, издевался Микки. - Он иногда такой наивный, - согласился Джей, хватая Микки за бока и насаживая на свой член. - Да, боже, сделай так снова. - Как? – игриво спросил Джей, приподнимая бедра Микки и опуская снова, задевая сладко-ноющую точку. – Так? - Ты мудак, - застонал Микки. - Да, именно так тебе и нравится, - ответил Джей, покусывая губы Микки. - Да, блядь, именно так,- согласился Микки, снова сливаясь с ним в поцелуе.***
Они отыграли еще несколько раундов, перед тем как провалиться в сон прямо там, на диване. Когда утром Микки проснулся, весь грязный от вчерашних утех, он все никак не мог стереть улыбку со своего лица. Он будет жить один. И ему никто не сможет указывать кого и когда ему трахать. И больше не придется прятаться от сестры. А Мэнди будет счастливо жить с парнем, которого любит. О чем еще можно мечтать?
