Психологические страсти

Pov Франа Опять на улице дождь. Ужасно. Небо застилают мрачные грозные тучи, ветер гнёт верхушки деревьев, а прозрачные капли разбиваются о листья, разлетаясь на тысячи осколков. Красиво. Но все, же я не люблю такую погоду. Перевожу взгляд на часы. Через несколько минут звонок. -Сложите тетради на мой стол. Кто этого не сделает, на следующую пару по биологии допущен не будет,— говорю тихим безразличным тоном. Возглас недовольных учеников. Ну естественно. Ведь бОльшая половина аудитории задание не выполнила. Но меня это несколько не волнует. Свою работу я выполняю добросовестно. Доступно объясняю материал, всё показываю. Если эти долбоёбы не учат – их проблемы. Собираю вещи в свою кожаную сумку, и в последний раз оглядёв уже пустое помещёние, выхожу из кабинета. Слава богу, на сегодня лекции закончены. Вибрация в левом кармане джинс. По телу невольно пробегает холодок, от чего волосы встают дыбом. Вытаскиваю свой недавно купленный iPod. Смс-ка. Глаза округляются от удивления. От Мукуро? Мысленно улыбаюсь, хотя лицо остаётся таким же непроницаемым. Текст гласит :«Иди в мой кабинет». Усмехаюсь и набираю ответ: «Хорошо» Быстрым шагом направляюсь в указанное место. Надо поговорить с моим наставником. Мы с Рокудо знакомы около трёх с половиной лет. Познакомились случайно в Биологическом университете. Я в то время учился на четвёртом курсе. Долго общались, стали хорошими друзьями. Недавно я начал стажировку в этом колледже. Оказалось, Мукуро тоже работает здесь. Я очень обрадовался, узнав эту новость. Ведь из учителей я никого не знаю, да вообщем-то и не хочу с кем-то из них знакомиться, заводить дружеские связи. Мне это не нужно. Поднявшись на третий этаж, я прямиком направился к чёрной двери в конце коридора, с надписью «308». Дёргаю за ручку. Открыто. Захожу в кабинет. За учительским столом сидит Мукуро. Кажется, он меня даже не заметил. Его длинные гладкие волосы слегка раздувает холодный ветерок. Белая рубашка идеально повторяет контуры стройного тела. Взгляд сосредоточен на каких-то бумагах. Тонкие бледные пальцы держат красивую золотую ручку с изысканной гравировкой «Для хорошего друга и наставника». Мой подарок. Я специально её заказывал в Намибии для Рокудо в знак благодарности, за оказанную помощь в важном деле. — Эм..Здравствуйте семпай. Вы просили меня зайти – подхожу чуть ближе. — Ойя-ойя! Кто к нам пожаловал. Привет Фран-тян. Прости, я тебя не увидел. Проходи. – обворожительно улыбнувшись, он отодвинул бумаги и взглянул на меня. Я сел на предложенный мне стул. — У меня сегодня хоть не большой, но все, же праздник. Я удивлённо поднял бровь.— Какой? Откинувшись на спинку стула, Мукуро продолжил – Сегодня я закончил свою диссертацию, над которой работал на протяжении нескольких лет. Я тебе о ней рассказывал. — я помню, семпай. Поздравляю. Я очень рад за вас.— слегка улыбаюсь. Офигеть! Чтобы написать довольно сложную диссертацию на нелёгкую тему в 27 лет – нужен талант. Не думал, что мой наставник на такое способен. -Хм…Спасибо. Предлагаю нам с тобой это отметить. Встав из-за стола. Рокудо подошёл к небольшому шкафчику, исполненному из красного дерева с красивыми резными узорами, и открыл дверцу. Да, всё-таки у него неплохой вкус. — И как же мы будем отмечать? Не успел я оглянуться, как на столе волшебным образом (фокусник, бля Оо) оказались бутылка вишнёвого ликёра и два хрустальных бокала — Мукуро-сама, вы же знаете, что я не пью. Конечно же ты в курсе. Улыбаешься, но не останавливаешься. — Ты не знаешь, от чего отказываешься, Фран-тян. Это вкуснейший напиток. К тому же, ты хочешь меня обидеть?— смотришь на меня в упор своими красивыми, цвета морской волны, глазами. Сволочь вы, семпай. Знаете же, что я не могу устоять перед вашим настойчивым взглядом. Обречённо вздохнув, я снял пиджак и развязал галстук, оставшись в чёрной рубашке. — Но мы же в колледже. Здесь полно народу. Если кто-то увидит? -Бака, пары уже закончились. В здании практически никого нет. Немного подумав, я соглашаюсь.— Но если меня уволят, виноватым будете вы. — Конечно же, мой дорогой. – не можешь скрыть победной усмешки. А мне плевать. Знаешь, Мукуро, мы оба прекрасно понимаем, чем закончится так называемая, наша «посиделка». Ты ещё в университете славился своей бисексуальностью. Сколько человек побывало в твоей постели. Но вот меня поиметь тебе не удалось. Пока не удалось. Уже год ты хочешь меня и мою задницу. Думаешь, я не замечал твоих пожирающих взглядов? Ошибаешься, я не слепой. А ведь ты даже не помнишь имена своих любовников. Тебе плевать с высокой колокольни на их желания, лишь бы удалить свою жажду, потребность. Ты похож на опасного хищника. Тебе интересно играть с жертвами, подчинять, заставлять их испытывать к себе чувства, ломать, использовать, а после выкидывать, словно ненужных игрушек. Им приходится подчиняться тебе, словно марионетка кукловоду. Хуже всего, что они не могу ничего изменить. Не в силах. Это словно водоворот. Чем яростней пытаешься из него выбраться, выплыть, тем больше захлёбываешься и тонешь. Жестоко. Но колкость глаз не колит. Мы с тобой даже в чём то похожи. Я тоже люблю играть с людьми. У нас странные отношения. Дружба граничит с взаимной симпатией. Ты необычный, но и я не простой. Поэтому привычной реакции ты никогда не ждёшь от меня. Знаешь же, что я не как все. Другой. Этим то, я и привлекаю тебя. Мы никогда не скрывали истинных отношений к друг другу. Это словно увлекательная игра. Тонкая грань между дружбой и чем-то большим. Которую мы иногда поочерёдно перешагиваем. Но никогда не заходим далеко. Ведь зайди чуть дальше, обратно не повернёшь. Придется делать окончательный выбор между дружбой и любовью. А это сложно. Не каждый сможет. Бордово-золотистая жидкость льётся в бокалы. Мукуро неотрывно смотрит в мои глаза, слегка усмехаясь. Протягивает ликёр. Чокаемся. Звук хрусталя приятно обволакивает ушные перепонки. — Чтобы все наши желания сбывались. Какая двусмысленная фраза. Думаю, сегодня прояснятся наши отношения. Вмиг осушиваю свой бокал. Привкус моей любимой ягоды. Вишня. Внутри разливается приятное тепло. Голова слегка закружилась. Да, пить я совершенно не умею. Мне хватает совсем немного алкоголя и сознание моё уплывает. И кому как не Мукуро это знать. Поэтому за первым стаканом он наливает второй, третий…а я пью. Мне тоже хочется расслабиться. Жарко. Закидываю голову назад и дышу полной грудью. Замечаю, каким похотливым взглядом ты смотришь на мою тонкую шею. Пульс невольно учащается. Усмехаюсь. -Откройте окно, семпай. Здесь душно. Ты встаёшь за моей спиной и ,слегка касаясь губами ушка, шепчешь: -Разденься. Станет легче. Послушно снимаю рубашку, оставаясь в одних тёмных джинсах. Ты скидываешь все бумаги со стола и рывком усаживаешь меня на него. Что ж, Мукуро, ты сделал выбор. — Семпай, что вы делаете?— окидываю тебя томным взглядом. Риторический вопрос, когда чей-то инородный предмет, явно не твой, под названием член, упирается тебе в бедро. — Для начала я собираюсь целовать и ласкать тебя. А затем безжалостно отыметь, в отместку за целый год мучений. -Думаете, я позволю? -Позволишь, ку-фу-фу. Впиваешься в мои губы властным поцелуем. Притягиваешь ближе, попутно исследуя мой рот своим влажным язычком. У меня кружится голова от твоего жаркого дыхания, и настойчивых ласковых губ. Слегка постанываю в той рот, руками обнимая за шею. — Прям на столе? -а что тебя смущает? — жёстко. -потерпишь. Вот наглый ублюдок. Чтоб его…мысли прерывают горячие руки Мукуро, ласкающие спину и поясницу. Выгибаюсь дугой, стальной хваткой вцепляясь в его плечи. -это не правильно. Мы в общественном месте. Мой голос стал на удивление тихим и покорным, когда его руки залезли мне в джинсы, я невольно вздрогнул, издав приглушенный стон. — П-прекрати! Ага, как же, фигу он прекратит. Закрыв глаза, я полностью сконцентрировался на его прикосновениях. Тонкие пальцы поглаживали мои ноги, я чувствовал его горячее дыхание у себя на щеке. Стянув с меня последнюю одежду, он коленом раздвинул мои ножки. — ты девственник? — и не надейся. — и кто же лишил неприступного Франа невинности? Небось, Скуалло?— Мукуро хрипло рассмеялся. Откуда он знает? Оо боже, ошибки молодости. -завидуй молча. Кто первый встал, того и тапки. — ну теперь к тебе уж точно никто не подойдёт. Ты мой! — Разбежался. Страстно поцеловав его в губы, я почувствовал их мягкость и чрезвычайно сладкий вкус. Рокудо был теплым и соблазнительно пахнул шоколадом, я не мог прервать поцелуй даже тогда, когда нехватка воздуха стала сказываться на нашем дыхании. Перехватив инициативу в свои руки, Мукуро повалил меня на спину, все еще оставаясь сверху. Возмущенный, но покорный, я сам стал его раздевать. Идеальное тело. Мраморная нежная на ощупь кожа, накаченный пресс, тонкие ключицы, синие омуты глаз. Он похож на фарфоровую статуэтку. Проследив за моим взглядом, он улыбнулся. — нравится? — очень. Отстранившись, он скинул брюки и нижние бельё. Одарив меня вампирским поцелуем в шею, Мукуро принялся гладить мою поясницу, постепенно спускаясь ниже. Его руки были повсюду, и до определенного времени меня это не смущало. — Перевернись на живот, Фран-тян. Послушно перевернувшись, я сразу почувствовал его руки на своих бёдрах. Перейдя на ягодицы, пальцы ощутимо сжали их. Я зашипел и вцепился в столешницу. -Тише.— его голос успокаивал. В нём не было привычной усмешки. Хотелось слушать его вечно. — придется потерпеть. Я сильно напрягся, когда влажные пальцы скользнули между ягодиц. Первый палец вошёл с трудом, доставляя дискомфорт. Второй принёс боль. -Расслабься… — усмехнувшись, Рокудо нагнулся и поцеловал моё плечо — ты такой узкий. -Я тебе не какая-нибудь блядь, перетраханая вдоль и поперёк. Было неприятно, я не знал, куда деваться от этой боли. — Прекрати, пожалуйста! — но он не прекращал. Растягивая меня, пытаясь задавать медленный, успокаивающий ритм, он постепенно просовывал пальцы глубже. -Сейчас будет больно.— с этими словами он высунул пальцы, и шире раздвинул мои ноги. -Нет! не надо!— но было поздно. Мукуро резко вошёл на половину и замер. Из глаз покатились слёзы. Разрывающая боль пронзила всё тело, воздух перестал поступать в лёгкие. -Дыши, малыш… Я пытался, но получались лишь вскрики и всхлипы. Ощущение Рокудо внутри себя было болезненным, но очень приятным. Он остановился, давая мне время привыкнуть. Когда боль понемногу стала уходить, я качнул бёдрами навстречу, насаживаясь на его пульсирующую плоть сильнее. Он стал медленно двигать во мне. С каждым толчком я невольно выгибался и царапал ногтями поверхность стола. Его руки до боли сжимали мои бёдра. Уверен, что завтра на них останутся синяки. Я терпел эту боль, которая, подобно наркотику, вызывала привыкание. Я двигал бедрами навстречу, ведь мне было его мало. Вдруг Мукуро поменял угол проникновения. Мои глаза расширились, и я застонал он необычайного удовольствия. Казалось, стоны завели его ещё сильнее, он стал насаживать меня ещё яростнее и неистовее. Я чувствовал его слишком хорошо, слишком больно и невыносимо. Намотав мои изумрудные волосы на кулак, Рокудо закинул мою голову и впился собственническим поцелуем в приоткрытые губы. — я больше… не могу -давай вместе. Он вплотную прижался к моей спине и сделав особенно грубый и глубокий рывок, кончил. Я закричал от невыносимого наслаждения и кончил следом в его руку. Моё дыхание сбилось, а тело пробирала дрожь. Сердце бешено колотилось, грозясь вырваться из грудной клетки. Так мы и лежали на грязном столе в той извращенной позиции, в которой и остались, блаженно улыбаясь. Аккуратно выйдя из моего уставшего тела, Мукуро нежно поцеловал меня. Он оглядел кабинет в поисках нашей одежды. А я так и остался лежать на столе с разведёнными бедрами и задумчиво смотрел в потолок. — ты встать сможешь? Хотя, вряд ли.— усмехнувшись, Рокудо натянул свои брюки и подошёл ко мне. Бережно меня одев, словно куклу из тонкого стекла, он взял моё лицо за подбородок и страстно поцеловал. — сейчас поедем ко мне. — семпай, вы..— моей речи не суждено было прозвучать. Меня нагло перебили. — ты, наверное, думаешь, что я, совратив своего хорошего друга и наконец-то трахнув его, забуду о его существовании и сделаю вид, что ничего не было? — ну, вообще то да. — ага, щас. Размечтался. Тебе ещё придется от меня веником отбиваться. Счастливо улыбнувшись я крепко обнял своего новоявленного любовника. *** А за приоткрытой дверью в 308 кабинет на коленях стоял Бел-семпай, приходивший забрать отчёты у Рокудо, и вытирал руку, испачканную в белёсую жидкость, о штаны. Глава скомканная. Автор потерял свой любимый телефон и уже несколько дней ходит мрачный как туча. Сильно башкой об стену не бейте. Я не умею NC писать!