Противоядие

Следующие дни пролетали приблизительно по одному сценарию. После работы в ресторане Реук бежал к Чонуну, который без остановки напряжённо работал. После крайнего внепланового прогула, когда Пак Чонсу и шеф Ри затеяли диверсию по отношению к директору Киму, обиженные коллеги перестали даже смотреть в сторону Реука. Возможно, частично причиной этого послужило поведение шеф-повара, который, словно по взмаху волшебной палочки, сделался невероятно милым и покладистым начальником, но лишь по отношению к младшему сотруднику. Шеф громогласно заявил всем недовольным, что у Реука был законный обещанный выходной, а вовсе и не прогул, просто это забыли отметить в графике. А ещё непосредственный начальник пригрозил, что уволит любого, кто ещё раз посмеет пожаловаться на парня. Сам же официант Ким Реук уже ничему не удивлялся. Он для всех сотрудников сделался кем-то вроде главного шеф-поварского прихвостня, и с ним никто не хотел вообще иметь дела. У него даже появилось совершенно неприятное прозвище. Учитель Ри продолжал свои мучительные допросы, явно догадываясь о каких-то тайных связях между Чонуном и Реуком. Но у парня медленно и уверенно вырабатывался иммунитет к подобного рода пыткам, поэтому он продолжал держаться, словно стойкий оловянный солдатик. Всё складывалось вполне нормально. Единственным большим минусом всего происходящего являлось то, что в ресторане стали ставить вечерние смены. В этом вопросе шеф был непреклонен: «Хватит тебе по утрам спину гнуть! Я же беспокоюсь о тебе, Реук-а, ты же мне как сын родной! Отоспись хоть, совсем не человека уже не похож! Возражения не принимаются!» Сначала были недовольства и частые звонки из дома, но со временем, матушка постепенно свыклась с тем, что сын её драгоценный практически не появлялся дома. Ночевал Реук у Кюхёна, ему даже любезно выдали ключ от нового замка, чтобы не возникало неприятностей в то время, когда старший будет работать в ночные смены. Просыпаясь с утра, Реук сразу же мчал к директору Киму, чтобы приготовить еды, убрать квартиру, и после, если останется время, помочь с чертежами и документами. Затем младший отправляется на работу, иногда Чонун подвозит его, если едет в компанию. После ресторанных будней официант, конечно же, возвращается в квартиру Ким Чонуна для того, чтобы уговорами, всеми правдами и неправдами уложить старшего спать. На первый взгляд звучит просто? Но трудоголичный зомби-человек директор Ким – это те ещё радости жизни. Когда, наконец, удаётся справиться с этой непростой задачей, Реук, практически всегда за полночь, возвращается домой к Кюхёну, который уже давно спит. К слову сказать, парень добирается на такси. Карточка, которую Чонун дал ему, перед встречей с отцом, теперь официально принадлежит ему. И, как успел заметить Реук, сколько бы она не использовалась (по делу, разумеется) деньги на ней никогда не заканчивались. В этот вечер всё точно также. Чувствуя себя заботливой Мери Поппинс, парень мчится домой к «ребёнку», наплевав на усталость и чувство собственного достоинства. Почему он всё это делает? Наверное, потому что привязался к этому человеку, а может быть чувствует ответственность, ведь мы в ответе за тех, кого приручили… Хотя, кто ещё кого приручил, тут, конечно, большой вопрос… Еле передвигая конечностями, он стаскивает обувь и плетётся в сторону кабинета, не забыв перед этим завернуть на кухню, чтобы поставить чайник. - Я пришлю вам ещё раз! Эти чертежи крайне необходимы, как вы не понимаете?! Дерево поступит во вторник, к этому моменту всё должно быть готово! – Чонун нервно теребил в руках ручку, разговаривая с кем-то по телефону. Вид у него был измождённый и не очень довольный. Заметив Реука, он быстро попрощался и, отключив звонок, встал из-за рабочего стола. - Мне немедленно нужны объятия и огромная доза кофе… - Словно ребёнок, грустно пробормотал он, всем весом падая на младшего. Реук поспешил обнять и, со вздохом, слегка похлопал по плечу. – Представляешь, эти идиоты потеряли электронный файл с эскизами! Не хватало ещё, чтобы он к Чонсу в руки попал… А одна из башен ещё совершенно не готова, поэтому срочно нужно её дорисовать, поэтому… - Поэтому нужно отдохнуть, чтобы с новыми силами сделать это завтра, - как заботливая мамочка, закончил младший. - Очень мало времени, чтобы спать, нужно работать, - грустно произнёс Чонун, через какое-то время отстраняясь от парня и долго потягиваясь. – Да ты у меня и правда волшебный! – Сказал он с улыбкой. – Придаёшь мне сил, как энергетик! За работу, за работу, за работу… И волшебный кофе не помешал бы… Реук покачал головой. Один и тот же сценарий, и так каждый день. Он, не торопясь, спустился в кухню и заварил успокаивающего чая. Поднимаясь наверх, чуть не слетел с лестницы, так как сам валился от усталости, но всё, к счастью, обошлось. Наверное, всё же, не как всегда… Обычно у него гораздо больше сил для борьбы с этим «монстром», а сегодня устал так, что на ногах еле стоит… Чонун был весь в своём ноутбуке и в электронных макетах. Напечатанные таблицы валялись рядом на столе. - Снова чай? – Усмехнулся старший. – Не выйдет. Сегодня так быстро меня не свалить. - Чонуна-а, - умоляюще пробормотал Реук, аккуратно ставя чашку на стол, подальше от важных бумаг. – я очень сильно устал, давай сегодня тихо-мирно разойдёмся, и я поеду, м? - Устал, иди спать, а я должен доделать эту чёртову башню! Она собирается из десяти модулей, а в проекте было указано семь! Спасибо, отец твой глаза мне раскрыл… - Чонун-а… - Нужно быстренько всё переделать… Поскольку я тружусь в одиночку из-за конспирации, это займёт какое-то время… - Ну, Чонун-а… - Так! Надоело мне твоё нытьё! – В сердцах воскликнул старший. Реука аж передёрнуло. Вот откуда взялся такой невообразимый всплеск энергии? Наверное, директор Ким действительно прав, и молодой официант на самом деле приносит ему нечто вроде заряда бодрости после объятий… Но на это можно взглянуть и с другой стороны… - Ты энергетический вампир, - обиженно пробурчал парень и побрёл к выходу. Действительно, чего это он за него беспокоится каждый день? Не ребёнок, у него и своя голова на плечах есть! «Захочет спать, пойдёт, и ничего переживать! Хотя кого я обманываю… просидит до утра ведь со своей башней, будь она неладна…» - Вторник послезавтра, Реук-а, - словно бы извиняясь, сказал Чонун. – сегодня воскресенье, хотя, наверное, уже понедельник… Мне правда нужно поработать, - он снова подошёл к грустному парню и обнял его. – поэтому можно я заберу ещё немножечко твоей энергии? Ты же позволишь мерзкому вампирёнышу? – Он сделал вид, что кусает его за шею. - Валяй, - чуть ли не со слезами на глазах сказал младший, понимая, что именно сегодня что-то пошло не так, и до Кюхёна он доберётся дай бог к рассвету. - Мне очень приятно, что ты заботишься обо мне, - прошептал директор Ким. – обо мне никто никогда в жизни так не заботился… Никто не укладывал меня спать, не готовил для меня специальную еду, не обнимал меня, чтобы поделиться своей энергией и хорошим настроением... - Тогда тебе лучше отпустить меня, потому что настроение у меня сейчас очень ужасное… - эти слова были произнесены на гране сна и реальности, потому что, словно в мягкий плед, окутавшись в чужие объятия Реук медленно отходил в мир сновидений… - А вот и нет, - усмехнулся старший, обнимая сильнее, чувствуя, что ещё немного и младший просто упадёт. – Сегодня ты никуда не поедешь. - В смысле? – Не понял Реук, резко выныривая в реальность. - В прямом. Позволь и мне о тебе позаботиться, - он взял парня за руку и потащил на выход. - Не нужно обо мне заботиться, - пробовал возмущаться официант. – я же самодостаточный и самостоятельный… - Именно, а ещё умный, симпатичный и скромный, но это тебе не поможет, когда просто упадёшь и захрапишь, - с улыбкой проговорил Чонун, заводя его в свою спальню. – Ложись! - А почему сюда? – Беспомощно удивился парень. - Потому что тут самая удобная кровать. Давай, ложись, ложись… - сказал директор Ким, откидывая одеяло. Сопротивляться не было ни сил, ни желания, поэтому оказавшись в горизонтальном положении, парень сладко засопел, успев, однако, ощутить, как его невесомо поцеловали в лоб. Или уже приснилось? Укрыв Реука одеялом, Чонун поспешил в кабинет, обещая себе долго не засиживаться. Он даже поставил будильник на телефоне, чтобы уж наверняка не пропустить момент, когда нужно ложиться. Правда он переставлял его на более позднее время ещё два раза, но, действительно, после окончания работы над эскизами деталей отправился в душ и спать. Старшего совершенно не беспокоило то, что Реук сладко спал на соседней подушке, он как обычно потянулся, прежде чем заснуть, и слегка улыбнулся, пытаясь вспомнить, когда в последний раз засыпал не в одиночестве. *** Обещанное Хичолем «завтра» всё никак не наступало. Но на психолога никто и не надеялся по большому счёту… Кюхён по-прежнему трудился медбратом, и никто не спешил ему перезванивать или искать его в больнице, чтобы предложить место в такой желанной интернатуре. Но парень почему-то не отчаивался, зная, что всё рано или поздно будет хорошо. И если даже в этом году его заявление по тем или иным причинам не рассмотрели и не приняли, он попробует в следующем, а пока можно посетить курсы повышения квалификации, чтобы уж наверняка. Всё могло произойти, ведь он подал документы в последний момент, может быть уже вышли сроки или что-то вроде того… В общем, стараясь подавить душевную панику, зарождающуюся где-то глубоко внутри, парень по максимуму загружал себя работой. Получалось прекрасно, лишние мысли не лезли в голову, а начальство периодически хвалило, да и пациенты были более чем любезные и отзывчивые, а некоторые даже доверяли ему больше, чем своим врачам, наверное из-за прямолинейности и природной ответственности. Списки огласили в понедельник утром. Точнее, никто их не оглашал, а просто вывесили немного мятый белый бумажный листок с перечнем фамилий, на общем стенде. Большая группа молодых людей, мечтающих стать интернами, толпилась большой кучей, поэтому пролезть сквозь них не было никакой возможности. Решив немного позаниматься мазохизмом и помучить себя неведением, Кюхён отправился работать, ведь подойти к стенду лучше, когда общий поток народа немного схлынет. Но случилось совершенно непредвиденное. Когда парень стремительно направлялся к заветному листку в свой обеденный перерыв, то выяснилось, что его уже сняли. Тут же выловив дежурную медсестру, Кюхён попытался узнать у неё подробности, но девушка мало того, что ничего не снимала со стенда, так и понятия не имела, о каком списке интернов вообще шла речь. Вспомнив, что парочка его знакомых стояла рядом, стараясь что-то разглядеть, медбрат отправился на поиски этих самых людей, но его вновь ждала неудача. Кто-то уже отправился домой после смены, кто-то просто куда-то пропал на перерыв, а кто-то, не пройдя, в расстроенных чувствах рыдал в туалете, разобидевшись на весь белый свет. Оставалось одно – опросить кого-нибудь из руководства, но ординатора, занимающегося интернами, также не было на месте. - Да чего ты переживаешь? С отличием колледж окончил, к тому же практика в больнице уже была в качестве медбрата! Тебя точно допустили до экзамена! – Подбадривали окружающие. Но от этой поддержки было мало толка. Ну да, конечно, сейчас он себя обнадёжит и припрётся, как идиот, на вступительный экзамен, где ему скажут при всех очень любезно: «Молодой человек, шли бы вы лесом…» Сдерживать панику становилось всё труднее. В голове то и дело появлялись сумасшедшие мысли. Ведь если его действительно выбрали, а на экзамен он не придёт, то, считай, все шансы упущены и такого предложения больше не поступит… Не представляя, что делать и куда бежать, обрыскав все сайты, стараясь найти список в электронном варианте, оббегав всех в больнице, кто каким-нибудь боком мог бы быть к этому причастен, Кюхён не пришёл ни к какому результату. Ничего не оставалось кроме как возвратиться к работе и надеяться на чудо… Чудо позвонило в пятом часу. Фыркнув на надоедливый постоянно вибрирующий телефон, Кюхён стремительно забежал в комнату отдыха и плотно прикрыл за собой дверь. Если кто-нибудь застукает его за разговорами в разгар рабочего дня, не то что места интерна не видать, вообще уволят к чёртовой матери. - Ну чего тебе?! – Недовольно бросил парень. - И тебе здравствуй, сладенький! – Томным голосом ответил Хичоль. На заднем плане было довольно шумно, Кюхён предположил, что старший находится в университете. - Я на работе, давай позже созвонимся? - Что-то ты какой-то нервный, дорогуша, давай я помогу тебе расслабиться? - Я отключаюсь, - выкрикнул Кюхён, но что-то в последний момент остановило. - Результат знаешь? – Самодовольно спросил психолог. - Результат? – Сначала пришёл ступор, мозги с треском пытались сообразить, о каком результате идёт речь. Потом, как в мультфильмах, над головой загорелась яркая лампочка, и лицо озарилось догадкой. – Ты знаешь взяли меня или нет?! - А ты, видимо, не знаешь, а? – Даже через трубку было слышно, как издевательски улыбается его довольный рот. - Скажи… - Еле слышно пробормотал Кюхён. - Ну ты же вроде торопился, нет? - Ким, мать твою, Хичоль! Немедленно скажи мне этот чёртов результат! – Вспылил парень, чувствуя, как его трясёт от негодования. Всё-таки в данную секунду решалась его судьба, а этот идиот ещё юлит! - Ладно, сладенький, не злись, пожалуйста, - попытался успокоить Хичоль. – прости, если вывел из себя… Дело в том, что твоё имя… было написано в списке целых два раза! Медбрат нервно выдохнул и обессиленно свалился на стул. Он поступил… Он сделал это… Он смог… - Ты чего молчишь, Кюхён-а?! Ты там жив?! Врач! Ау! Ты же врач, помоги себе! – Испуганно лепетал старший. - Почему два раза? – Появился вполне логичный в такой ситуации вопрос. - Живой, слава богу… Видишь ли, мой дорогой профессор Ян замолвил за тебя словечко, я ведь обещал, что всё будет хорошо! Но ты недоверчивый дуралей, или просто меня не любишь, что, конечно, маловероятно, но всё же… Ты также самостоятельно подал документы, пусть и в последний момент. И какие-то пустоголовые придурки подумали, что Чо Кюхён и Чо Кюхён - это два разных человека, просто тёзки. - Но ведь тогда получается, что я занимаю чьё-то место, - расстроенно сообразил Кюхён. – Нужно немедленно сообщить, что там ошибка! - Радуйся, дорогой ты мой! Всё уже разрешилось! Каким образом, ты думаешь, я знаю об этом? Они уже перезвонили профессору, а он сразу же позвонил мне, чтобы убедиться, что это один и тот же человек! - То есть получается, что я сам… без чьей-либо помощи? – С волнением спросил Кюхён. - Именно так и получается, и, если тебе интересно, то я безумно счастлив и горд за тебя! – С радостью произнёс Хичоль. - Спасибо… - И кстати, сегодня после твоей смены мы едем пить кофе и есть вкусности, и отговорки не принимаются, потому что ты мне обещал! - Хорошо… - Ну всё, сладкий мой, иди работай, удачи тебе! Реуку сам скажешь? - Сам. - Ну хорошо, пока-пока, целую! - Пока… После того, как звонок прервался, парень нервно выдохнул и от души улыбнулся. Всё-таки мечты сбываются! Он довольно развалился на диване, совершенно забывая, что нужно бежать и ставить катетер господину Ли из четырёхсотой палаты. Потом, конечно, спохватился и помчался работать. «Ответите мне, мрази, за подобного рода ошибки, - Яростно думал Хичоль, сжимая в руках пропавший со стенда список потенциальных претендентов на сдачу экзамена в интернатуру. Именно по той причине, что произошла путаница с двумя Чо Кюхёнами, в список не включили ни одного из них, и дела пошли бы совсем плохо, если бы кто-то вовремя не позвонил профессору. – Да если бы вы спровоцировали у моего заиньки тревожное расстройство, я бы убил вас всех нахрен голыми руками!» *** Реук проснулся с улыбкой. Такого давно не случалось, чтобы он спокойно выспался, зная, что у него в запасе ещё куча времени и он может никуда не торопиться. Смущал, пожалуй, только один необычный факт: он проснулся в обнимку с Чонуном на его кровати… Пусть парень и был одет, он вплотную прижимался к обнажённому торсу старшего… Но это было не самое страшное. Чонун уже видимо давно проснулся и просто лежал рядом, рассматривая спящего Реука, продолжая с нежностью обнимать его. - Доброе утро, я вчера не засиживался и быстро лёг спать, поэтому отлично выспался, но также успел всё доделать. Осталось совсем немного, поэтому сегодня можно немного расслабиться, - хрипловатым после сна голосом отчитался Чонун с сонной улыбкой. - Доброе утро, - пробормотал младший, поспешив отстраниться, всё-таки сама ситуация была донельзя странной и, находящееся в непосредственной близости лицо директора Кима, вновь навеяло воспоминания о поцелуе… - Ты чего? – С волнением спросил Чонун. - Ничего, - парень поспешил встать с кровати и стремительно поплёлся к выходу, чтобы воспользоваться гостевой ванной на первом этаже, ну или попросту сбежать. Совершенно не понимая, почему от него так шарахнулись, хозяин квартиры не спеша поднялся с кровати и также отправился в душ. Когда он спустился на первый этаж, Реук уже варил кофе, увлечённо копошась у плиты. Чонун медленно подошёл вплотную и обнял со спины. Младший слышал его шаги и даже был морально готов к обычным утренним объятиям, но когда влажные волосы коснулись его лица, а тёплое дыхание защекотало шею, турка чуть не выпала из небольших рук, и он в панике поспешил выключить плиту. - Чонун, пожалуйста, не надо… - беспомощно пробормотал Реук. Старший медленно отстранился и повернул красного, как помидор, парня к себе лицом. - Поговорим? – Осторожно спросил он. - Давай, - выдавил официант и поспешил сесть за стол. Как и предполагалось, повисло неловкое молчание. Стараясь не встречаться взглядом, младший увлечённо рассматривал свои руки, боясь даже дышать. - Ты боишься меня, Реук-а? – Через какое-то время спросил Чонун. Но в ответ лишь отрицательное мотание головой. - Значит… я тебе неприятен? Снова та же реакция. - Если ты не испытываешь отвращения, но и не боишься меня… - Я запутался, Чонун-а… - опустошённо сказал Реук, положив руки на стол. - Сначала ты злился и ругался на меня, обещал выгнать за любую провинность, потом вдруг резко изменился… И теперь… Ты обнимаешь меня и… - Тебе это не нравится? – Тихо спросил директор Ким. - Да не то чтобы… - Честно признался парень. – Просто я не знаю, чего от тебя ожидать… И как далеко это может зайти… - Ты боишься неопределённости? – Наконец понял старший. - Да. - Хорошо, - он нервно выдохнул. – Давай расставим все точки над «i», но ты должен знать, что я всё это время обманывал тебя. Я не директор корпорации, а весьма опасный маньяк, - на лице сразу нарисовался хищный оскал. У Реука мгновенно расширились глаза, сам он попятился назад, мысленно прикидывая, как бы побыстрее сбежать, спасая свою шкуру... Не утерпев, Чонун принялся хохотать, как сумасшедший. Эксперимент показал, что запугать этого ребёнка можно было чем угодно, и разговор о личном тут совершенно не при чём. - Перестань так шутить! Ты сумасшедший! – Тут же обиделся Реук. – Хочешь, чтобы я от сердечного приступа умер?! - Прости, тебе нужно успокоиться, - сквозь смех выдавил Чонун. – приступ нет, но так и тревожное расстройство получить можно! - Играешь в наших друзей умников? – Фыркнул младший, стараясь сдержать улыбку, ведь смех директора Кима был невероятно заразительным. - Именно, - заключил старший, радуясь, что удалось более или менее разрядить обстановку. – Вот ты улыбаешься… А я вижу, что ты улыбаешься, можешь не скрываться! А тревожное расстройство – весьма страшная штука! Это я тебе говорю, на своей шкуре испробовав! При тревожном расстройстве чрезмерная тревога сохраняется постоянно и направлена на множество жизненных обстоятельств, например, чрезмерное беспокойство, напряжённость и страх, как в твоём случае, - он наигранно кивнул, изображая великого профессора. - также это всё дело может сопровождаться и физическими недомоганиями, такими как: боли в животе, одышка и учащённое сердцебиение. У многих людей, наряду с тревожными расстройствами, имеются депрессивные нарушения вообще-то! Есть у тебя депрессивные нарушения, Реук-а?! - Ты на Хичоля похож, - уже не скрывая улыбки проговорил младший, мысленно любуясь таким активным и живым Чонуном. - Ну, с кем поведёшься… А вообще, если серьёзно, мне кажется, что ты мне нравишься… Сердце пропускает удар, становится трудно дышать. Закусив губу, Реук в панике соображает, что это действительно было произнесено вслух… И теперь, ожидая реакции младшего, директор Ким сидит и пронзительно смотрит на него… Что это? Очередная шутка с воплем «Купился?!» и последующим смехом? Чонун вроде серьёзен… Может быть уточнить? - Ты это сейчас серьёзно? – Запинаясь спросил Реук. Прозвучало как-то по-детски. – Не шутишь? – Постарался реабилитироваться, но вышло ещё хуже. - Не шучу, - с готовностью подтвердил старший, слегка кивнув. - Боже, да я с ума сойду… - Тихо сказал парень и беспомощно улёгся на стол, сцепив под головой руки. Через какое-то время он почувствовал, как небольшая ладошка осторожно поглаживает его по голове. Сразу почему-то пришло невероятное успокоение. Голова посвежела и мысли стремительно понеслись одна за другой. - Я не хочу давить на тебя… Ты не обязан ничего говорить, - тихо произнёс Чонун. - Когда ты понял? – Еле слышно спросил Реук. - Когда ты пошёл убираться в кабинет, а сам сидел на полу и играл с бумажным макетом… - Ясно. - Если ты против, то я просто буду вести себя так, как раньше, словно ничего и не было, - но тем не менее, рука продолжала аккуратно и успокаивающе поглаживать. - Снова будешь кричать на меня? – По-доброму усмехнулся младший. - Нет, конечно… - Я пока не знаю, чего хочу, - парень резко поднял голову, и чужая рука беспомощно опала на стол. – с одной стороны, вполне логично, что ты вызываешь у меня «совершенно не здоровый интерес», как выражается Кюхён… - Реук улыбнулся и аккуратно взял руку Чонуна в свои ладошки. – С другой стороны… Такие отношения… Это ведь ненормально? - Для общества ненормально, - грустно согласился Чонун, предчувствуя, что всё уже кончено, он осторожно высвободил свою руку, встал из-за стола и отвернулся. Плечи и голова его опустились будто под тяжестью общественного мнения, которое вскоре обрушится на них. - Но ведь… мы не совсем нормальные, правда? – Слова младшего упёрлись в согнутую спину. Ответом была тишина. Директор Ким не спешил оборачиваться. - Ты стремительно идёшь на поправку. И, как говорит Хичоль, это потому, что я рядом, - продолжал Реук. – Мне хочется, чтобы ты побыстрее выздоровел… Но я очень удивился и даже немного испугался, когда ты поцеловал меня. Я думал, что «хён просто пытался успокоить меня», «это нормально», но, как оказалось… я нравлюсь тебе, - парень перескакивал с одной мысли на другую, пытаясь точнее сформулировать то, что он чувствовал. – Скажи, не будет ли так, что через какое-то время, ты скажешь мне: «Хорошая работа, друг, спасибо, увидимся как-нибудь через месяц!», и пропадёшь… Понимаешь, я не уверен… - Такого не будет, - с трудом сказал Чонун, медленно поворачиваясь и с уверенностью глядя на парня. - До окончания проекта - да, но после… - Такого... не будет, - повторил он ещё более серьёзно. - Тогда я согласен, - на одном дыхании выпалил младший. – мне очень хочется верить тебе… - Согласен? – С непониманием удивился директор Ким. - Согласен. Давай попробуем, - Реук медленно встал из-за стола и подошёл к оторопевшему Чонуну, который явно не ожидал такого развития событий. – Мне немедленно нужны объятия… - Сказал младший, чтобы подтолкнуть к решительным действиям, и спустя пару секунд с непомерной силой был прижат к худому телу. - Ты не пожалеешь, - со счастливой улыбкой шептал мужчина куда-то в светлую макушку. - Посмотрим, - усмехнулся парень, слегка отстраняясь, чтобы видеть улыбчивое лицо. - Можно? - Можно, - уже в чужие губы выдохнул Реук, растворяясь в нежном и упоительном поцелуе. Веки сами собой сомкнулись, а губы приоткрылись навстречу. Если бы знать, как всё закончится, можно было бы смело пропускать часть с сомнениями и душевными терзаниями, и перейти сразу к главному… Глубокий и сладкий поцелуй завладел сознанием. Парень думал о том, что ни с одной девчонкой не испытывал таких трепетных и головокружительных чувств. Восхитительное прикосновение губ просто выбивало почву из-под ног, но упасть было невозможно, потому что нежные руки крепко прижимали его к худому, но уже не болезненному телу. Чонун был невероятно счастлив, чувствуя, что всё, наконец, встало на свои места. Он пообещал себе тоже заботиться о Реуке, а не спускать всё на самотёк, как раньше. - Давай завтракать? – Смущённо спросил младший, когда они с лёгким трепетом отстранились друг от друга. - Давай ты ко мне переедешь?