Противоядие

День «Х», а именно вторник, подкрался стремительно и незаметно. Случайно совпало, что именно в этот день у молодого, но подающего большие надежды официанта Ким Реука был выходной в его дорогущем ресторане. Чонун настоял, чтобы младший поехал вместе с ним в производственный цех, возражения не принимались. Более того, он одел парня в свой дорогой костюм, который был лишь слегка великоват, и вручил в руки самое ценное – дипломат со всеми основными документами. Аргументировалось это тем, что ему будет неудобно пожимать руки коллегам, да и, отец Реука точно в обморок свалится, когда увидит такого презентабельного сына. К слову сказать, этот самый сын уже негласно жил с директором Кимом, если две ночи, проведённые под дружный храп, считаются за совместное проживание. Парень не представлял, как объяснит матушке и отцу, куда он переезжает, но день для перевозки вещей уже был назначен. Гораздо сложнее было объяснить ночное отсутствие Кюхёну, но тот находился в счастливой эйфории по случаю своего поступления в интернатуру, поэтому лишь махнул рукой, пошутив, что давно пора, а то мотается, как дурак, туда-сюда… Естественно ни о каких отношениях Кюхён не знал, «И не узнает!», - громогласно заявлял Реук Чонуну, который как-то заикнулся об этом. В назначенное время к цеху по обработке дерева подъехало сразу несколько машин с логотипом корпорации. Почему-то Реуку было невероятно страшно, но вида он, естественно, не подавал, независимо держась рядом с директором Кимом и не отставая от него ни на шаг. Как только все по очереди зашли внутрь большого здания, тут же разместились в большом холле, где начали здороваться и раскланиваться. - Уважаемые коллеги, позвольте вам представить моего личного помощника и очень хорошего друга – господина Ким Реука! – Торжественно представил Чонун, обращаясь к присутствующим, а Реук поспешил выполнить множество приветственных ритуалов, пожимая множество рук и без остановки кланяясь. – Прошу, не смотрите, что он молод! Он полон великолепных идей! Также спешу вам сообщить, что господин Ким отвечает за интеллектуальную собственность проекта, - с выражением произнёс директор Ким. – А сейчас прошу всех пройти в конференц-зал, а нам необходимо встретить доставку и запустить работу. Коллеги поспешили отправиться в сторону зала, и Реук с Чонуном остались наедине. - Чонун-а… - еле различимым шепотом позвал парень. - Чего? – Таким же шепотом отозвался старший, с трудом сдерживая улыбку. - Я совершенно не понял, за что я отвечаю… - Не бери в голову, дорогой, - на грани слышимости произнёс мужчина и кивком головы указал на выход. Они оказались на улице как раз в тот момент, когда к зданию подъехала машина с деревянными брусками. За рулём в гордом одиночестве сидел отец Реука. Мужчина с важным видом вышел и поздоровался, лишь через какое-то время признавая собственного сына. Как и предполагал Чонун, с отцом чуть не случился припадок. Младший молился всем богам, чтобы ему не пришлось краснеть, если вдруг отец зальётся слезами радости… Реук представил директора Кима, который сообщил, что уже отдал распоряжения, и машину сейчас разгрузят. Когда все формальности были соблюдены, дерево отправилось в цех, а отец с толстым кошельком и обещанием о неразглашении отправился домой. Чонун же приступил к предварительной презентации проекта для своих самых проверенных людей. Реук всячески ассистировал, переключал слайды, показывал документы. Он, в свою очередь, узнал много нового и интересного о необычной индустрии изготовления детских игрушек. Когда деревянные детальки были готовы, их перевели в другой цех, где должны были покрыть краской и специальным обрабатывающим раствором. Одна из стен в конференц-зале представляла собой огромное прозрачное стекло, которое как раз выходило в этот цех, так что все присутствующие в режиме реального времени могли наблюдать за покраской и обработкой. Все присутствующие были весьма заинтересованы проектом, что не могло не радовать Чонуна и Реука. В процессе коллективного обсуждения прозвучал справедливый вопрос «В чём будут продаваться наборы? В полиэтиленовом пакете или в тряпичном мешке?» Этот вопрос неожиданно поставил директора Кима в тупик. «Вот, о чём мы забыли!» - отчаянно думал младший. - Это пока в разработке. Из множества вариантов мы должны выбрать самый оптимальный, - удачно вышел из трудного положения Чонун. Присутствующих явно удовлетворил такой ответ. В целом, всё прошло просто замечательно и на самом высоком уровне. Определились с датой официальной презентации, уладили все дела. Поскольку деревянные детальки были небольшого размера, дерево быстро просохло и два готовых набора в прозрачных пакетах аккуратно лежали на заднем сидении машины. - Это надо отметить, - с удовлетворённой улыбкой сказал Чонун, когда они ехали обратно. - В ресторан? – Усмехнулся Реук. - Если ты хочешь, - пожал плечами старший. - Не хочу, конечно! – Поспешил отмахаться парень. - А куда хочешь? - А ты что, теперь исполняешь все мои желания? – С улыбкой спросил официант. - И свои тоже, - усмехнулся Чонун, и мимолётно поцеловал пассажира, когда они остановились на светофоре. - Перестань… - стушевался младший. - Стёкла тонированные, - возразил директор Ким и успел насладиться чужими губами ещё пару раз… - Ты сегодня был просто великолепен. - Благодарю, - Реуку действительно польстил этот комплимент. Мурашки побежали по всему телу, а сердце забилось чаще. - Уверен, что хочешь быть поваром? Могу организовать тебе место личного помощника… - И компания развалится, - засмеялся парень. - Это почему ещё? – Удивился старший. - Потому что директор Ким постоянно будет зажиматься со мной по углам, и, рано или поздно, мы точно спалимся! Такой ответ весьма обрадовал Чонуна, он выглядел как очень довольный кот. - И всё же, чего ты хочешь? – Спросил он через какое-то время. – Рассмотрю даже вариант с караоке, хотя и ненавижу такие вещи… - Кюхён поступил в интернатуру, а я даже не успел толком поздравить его… Сейчас у него парочка выходных, дали отдохнуть перед сложной учёбой, поэтому думаю, что можно пригласить его и Хичоля… Мы можем посидеть у тебя… - Хичоль сразу раскусит, - усмехнулся Чонун, положив руку на бедро младшего. – Не боишься? - Ну… Там же будет Кюхён… - И алкоголь. - Решено! Ему до нас никакого дела не будет! Этим же вечером, как было обговорено, Чонун и Реук организовали мини-застолье, а Хичоль должен был привезти Кюхёна, который теперь целыми днями отсыпался, зная, что в ближайшее время сон станет роскошью. Когда «парочка» ворвалась в квартиру, они о чём-то буйно спорили, не замечая ничего и никого. - Синдром Мюнхгаузена! Некоторые психологи полагают, что патологические лгуны отличаются от обычных лгунов тем, что патологический лгун уверен, что говорит правду, и при этом вживается в роль, - яро доказывал Хичоль. - Да это всё бред! Ложь — особое психическое состояние. Этот тип личности является либо результатом психиатрического заболевания, либо низкой самооценки! Шизофрения чистой воды! Шизофрения! Он не врёт, он просто сочиняет! Шизофрения! – Не соглашался Кюхён. Реук попробовал было вмешаться, но был на сто процентов проигнорирован, а Чонун лишь усмехнулся, приглашая его на диван. - В первом ряду места занял, - тихо пошутил он. - Вообще-то учёные из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе продемонстрировали, что мозг патологических лгунов отличается от нормы тем, что в его префронтальной коре уменьшен объём серого вещества, и увеличен объём белого вещества! Чувствуешь, к чему веду, а, сладенький?! Эти результаты указывают на то, что префронтальная кора играет роль в этой характеристике личности! - Да мне плевать, что у тебя там роль играет! Ты в курсе, что ложь свидетелей может помешать следствию или явиться причиной неправильного осуждения! Это – болезнь! Кто тут психолог, а? Я или ты?! Не можешь даже диагноз поставить! - Сейчас они подерутся, - испуганно сказал Реук, впервые наблюдая Хичоля в такой ярости. - Да вашу мать! – Громко крикнул Чонун. Мгновенно образовалась тишина. Никто не ожидал от мужчины таких ярых проявлений чувств. Естественно, больше всех испугался младший, который чуть не слетел с дивана. - Позвал вас посидеть тихо-мирно, а вы тут разборки свои устраиваете! Или заткнитесь и садитесь за стол, или валите в коридор разбираться, нечего здесь орать! Кюхён и Хичоль ожесточённо переглянулись и молча направились к столу. Столько невысказанного читалось в их яростных взглядах. - И чтобы вы знали, боязнь признать правду – значит отступиться от своих родных стереотипов, а это – настоящий подвиг, между прочим! Поэтому человек, который часто выдумывает, не обязательно псих! Умники… - Красноречиво закончил хозяин квартиры и также направился к столу. Реук поспешил следом. - Не знал, что ты в этом разбираешься, - поражённо заметил Кюхён. - Да я вообще много в чём разбираюсь, - усмехнулся Чонун. – обращай на меня внимание почаще, а то всё со своим психологом Кимом… - Так! Я попрошу! - Ну что, детки, может быть сыграем во что-нибудь? – Перебил его, уже спокойный, Хичоль. - Во что? – Удивился Реук. - Естественно в какие-нибудь игры с алкоголем! Кстати, кто что пьёт? После того, как хрупкий мир был налажен, по бокалам разлили дорогущее красное вино. Закуской служила большая фруктовая тарелка. Директору Киму из-за непереносимости алкоголя пришлось довольствоваться апельсиновым соком, но он был совершенно не против. За столом они расселись таким образом: Чонун рядом с Реуком, а напротив них Хичоль и Кюхён, всё ещё стрелявший рассерженным взглядом в сторону своего соседа. - Из-за чего вы хоть поругались? – Когда всё более или менее стихло, младший задал интересующий вопрос. - Да по радио шла передача про патологическую ложь… И этот умник решил, что это первый признак шизофрении, хотя ни черта в этом не понимает! – Усмехнулся Хичоль. - Лучше заткнись… - Сразу же надулся Кюхён. - Мне вот интересно стало, а вы-то сами не боитесь говорить правду? – С хитрой улыбкой поинтересовался Чонун. Всё внимание вновь было приковано к нему. - В каком смысле? – Уточнил Кюхён. - Кажется, Хичоль-хён хотел сыграть в игру? Есть у меня одна на примете. Она поможет узнать чужие секреты, а ещё мы увидим, кто из вас быстрее опьянеет. - Идёт! – Сразу же крикнул психолог и хищно улыбнулся. – Я сделаю тебя, персик мой! – Он подмигнул Чонуну и, глядя на будущего интерна, соблазнительно облизнул губы. - А какие правила?! – Дух соревнований уже витал в воздухе. – Реук-а, ты же поможешь мне? Младший робко кивнул, не веря, что его хён так быстро завёлся. - О, правила просты, - улыбнулся директор Ким. – Игра называется «Я никогда не…» По очереди каждый из присутствующих говорит: «Я никогда не…» и добавляет действие, которое он не делал. Остальные, если они совершали то, чего не делал говорящий, пьют большой глоток из своего бокала. - Играем! Реук-а, помоги мне споить этого идиота! – Воинственно прокричал будущий интерн. - Чонуна-а, ты ведь на моей стороне, верно, сладкий? – Похотливо улыбнулся Хичоль. - Я думаю, что пить апельсиновый сок не совсем честно, - с серьёзным видом произнёс Кюхён. – Давай, если твой стакан первым опустеет, ты исполнишь какое-нибудь желание? Но нас это не касается, мы можем подливать! - Идёт, - с готовностью согласился директор Ким. - Итак, Реук, начинай! – Торжественно произнёс он, прямо как сегодня, когда представлял его перед своими коллегами. - Ну… - Младший все свои силы кинул на то, чтобы придумать хоть что-нибудь. – Я… я никогда не играл в эту игру… - Произнёс он наконец. Чонун и Хичоль, не торопясь, сделали по глотку из своих бокалов. Кюхён радостно поднял вверх большой палец свободной руки. Дальше игра пошла по кругу. - Не обольщайся, заинька! – Тут же ухмыльнулся психолог. – Я никогда не подавал заявление в интернатуру! – Хитро произнёс он. - Не честно! – Тут же воскликнул Кюхён. - Мы квиты, дорогуша, пей! Пришлось повиноваться, но месть уже блестела в тёмных глазах. - Я никогда не преподавал психологию! – В отместку проговорил парень. Хичоль лишь пожал плечами, мол «Ну и что?», и спокойно отпил. - Так, заканчивайте, голубки, - улыбнулся Чонун под бурное недовольство сидящего напротив Кюхёна. – Я никогда не пробовал уличную кухню. - Ты серьёзно?! – Тут же послышалось со всех сторон. Выпить пришлось троим. Спустя некоторое время все активно втянулись в игру, радостно произнося заветное «Я никогда не…» Вино в бокалы Хичоля и Кюхёна подливалось постоянно. Реук сильно от них отставал, поэтому сумел сохранить трезвость ума, хоть и порядком захмелел. Через какие-то мгновенья ко всем, кроме не пьющего хозяина квартиры, пришло сладостное опьянение в виде расслабляющей дымки. Присутствующие повеселели, вопросы стали интереснее. - Я никогда не ходил на свидание в парк аттракционов, - признался Реук. Выпить пришлось Кюхёну и Хичолю. - Всё-таки плохо, что у тебя непереносимость, - грустно усмехнулся психолог Ким, обращаясь к лучшему другу. – Хотя мы с тобой и раньше неплохо зажигали… - Говори давай, или твою пьяную голову уже на ностальгию пробило? – Тут же осадил недовольный Кюхён. - Угомонись уже, ягодка, я никогда не целовался с Реуком! - Чего?! – В панике воскликнул будущий интерн, глядя, как покраснел его друг. – Ты что несёшь?! - Правду, дорогуша, правду! - Причём здесь Реук?! – Негодовал парень. - Притом, что ты только что пропустил то, как Чонун приложился к бокалу… - Он глупо засмеялся. Но Кюхён, к небывалому счастью младшего, видимо уже довольно много выпил и пропустил последнее замечание мимо ушей. - Зачем ты вплетаешь в свои «Я никогда не…» моего друга?! Я тоже, между прочим, так могу! Я никогда не спал с Чонуном в одной постели! Хичоль самодовольно поднял руку и сделал вид, что чокается с младшим, после чего допил вино до конца и поставил пустой бокал на стол. - И ты, конечно же, любовь моя, глядел только на меня и совершенно не заметил, что Реук тоже выпил, да? – Психолог явно был в ударе. - Да не мог он… - Кюхён замолчал, что-то заподозрив, и прищурившись, посмотрел на друга. – Или мог? – Строго спросил он. - Ой, боже, дошло наконец! Я тебе весь вечер об этом талдычу, дубинушка моя! Трахаются они, трахаются! – Громогласно закричал пьяненький Хичоль. - Прекрати, ты пьян, - недовольно пробурчал хозяин квартиры, глядя на побледневшего Реука. – У нас ничего не было, Кюхён, расслабься. - Но вы спали вместе и… целовались!? – Туго соображал будущий интерн. - Мне кажется, нужно заканчивать игру, а то хорошим это точно не кончится, - залепетал Реук, вставая с места. Он тут же начал суетиться, собирая в раковину грязную посуду. «Всё-таки нужно было послушаться Чонуна! Ведь Хичоль действительно сразу нас раскусил, но кто же знал, что этот пьяница начнёт кричать на весь дом?! Виной всему сцепленные под столом руки? И с чего он вообще взял, что мы уже…» - Приходя в дикое волнение от собственных мыслей, парень, не сумев скрыть сумасшедшее смущение, помчался наверх на заплетающихся ногах. Алкоголь давал о себе знать. - Я за ним. Может быть, не вернёмся, - проинформировал Чонун и не спеша отправился следом, на всякий случай махнув на прощанье. - Давай, дорогуша! – Махнул в ответ Хичоль, наблюдая ступор своего единственного собутыльника. – Кюхён-а, ну, любовь моя, ну чего ты приуныл? Ну подумаешь, трахаются, и что с того? - Завтра я протрезвею и убью его, - очень грустно пробормотал парень. – обесчестил мою кровиночку… моего донсена любимого… Да и вино ещё закончилось! – Взвыл он. - Знаешь, я однажды сделал тут небольшую заначечку… - С хитрой пьяной улыбкой проговорил психолог Ким, и приложил палец к губам, приказывая молчать, он оглянулся в сторону лестницы, будто бы проверяя, не идёт ли Чонун. На полусогнутых ногах мужчина добрался до самого крайнего кухонного шкафа и открыл дверцу. За большими металлическими кастрюлями действительно обнаружилась троечка бутылочек соджу. - Давай выпьем, радость ты моя ненаглядная! – Обнимая раздавленного морально Кюхёна, Хичоль с размаху приземлился вплотную к нему и поцеловал в щёку. – Подставляй! – Крикнул он, головой указывая на бокал. - Я буду из горла! – Парень потянулся к уже открытой бутылке и хорошенечко приложился к ней. – Ох, - отдышался он, проглотив крепкое пойло. - Сладенький, а теперь давай на этот, ну как его? Ну… На брудершафт?!