Его история
8 декабря 2016 г., 08:25
Некоторое время чернокнижник молчал, наблюдая за огнем, танцующим в камине. Ему нравились такие дни, когда замок наполнялся теплом, сразу же вспоминалось детство, когда был жив отец, а мать еще не подцепила мерзкого симбионта. Тогда все было иначе, а он сам только начал постигать опасное искусство магии. Этого уже не вернуть, как и сказал Тхар, его дни сочтены и будет чудом, если он успеет построить врата и отправить вредителя, медленно и мучительно убивающего его мать обратно, туда, откуда он пришел. Вполне вероятно, что это будет последнее, что он сможет сделать в жизни. Морально Эрик уже подготовился к смерти, но знать об этом никому не стоит.
— Я не люблю, когда за мной наблюдают, этого никто не любит, — мужчина все-таки решил заговорить. — Вот сама представь, как бы ты себя ощущала, если бы все время на тебя смотрели, знали о каждом твоем шаге и действии? Неприятно. Страшно. Неловко. Ты бы не смогла чувствовать себя свободной, не стала бы делать то, что хочется. Это сковывает.
— Но я не наблюдаю постоянно за обитателями замка, — расслабленно возразила Соня, наслаждаясь теплом. — Я ощущаю людей, но не контролирую их… Мне все равно, чем Мэри занимается на кухне, зато я всегда знаю, когда можно туда наведаться, чтобы поесть. Это совершенно другое.
— Возможно… — голос мага был лишен красок. — Но только если тебе не пришлось пять лет провести под наблюдением, без возможности сделать лишний шаг или сказать то, что думаешь. Это напряжение ни с чем не сравнить. Оно давит, пытаясь раздавить, заставляет постоянно контролировать ситуацию, свои мысли, слова. Поначалу кажется, что с этим можно бороться, не обращать внимание, но чем больше времени проходит, тем сложнее. Это сводит с ума!
— Звучит жутко, — поежилась банши, с жалостью смотря на своего хозяина. Из обрывков фраз и того, что говорили Тхар, Мэри и Терлак, девушка уже поняла, что у чернокнижника была непростая жизнь, но лишь сейчас, слушая его слова, она осознала, что все намного хуже. Через что прошел этот человек и на что еще готов пойти? Эрик виделся нечисти сильным, решительным, умным, но вместе с тем несчастным и одиноким. Он был словно большой и самоуверенный кот, насквозь промокший под дождем, но гордо не желающей помощи или жалости. Нет. Соня прекрасно понимала, что она ничем не поможет могущественному магу, но ведь он мог попросить о помощи кого-то другого. Или не мог? Судя по тому, что ей удалось увидеть, местное население не отличается особой добротой и пониманием.
— Так и есть. Те годы были самыми тяжелыми для меня, даже в пыточных застенках у эльфов я чувствовал себя более комфортно, чем тогда.
— И где же за тобой столько наблюдали? — банши было не по себе от этого странного разговора, никому не приятно слушать о том, как кто-то страдал, испытывал боль или боялся. Но проблема была не только в этом, но и том, что чернокнижник говорил об это спокойно, словно его не сильно волнуют воспоминания. Даже сейчас мужчина не мог расслабиться и сдерживал себя. Как можно жить так? Девушка не понимала этого.
— Каждый маг должен пройти обучение в Ковене, под присмотром опытного наставника, что сможет оценить все таланты своего ученика и развить их. Именно наставник решает, когда маг может заняться работой, а до этого момента ученик выполняет все его поручения. Фактически ученик находится на положении раба, который принимает на себя расплату за использование магии и делает всю работу.
— Учитывая то, что я смогла узнать об Этерции, удивительно, как кто-то вообще заканчивает обучение, — этот жестокий мир совсем не нравился девушке. И как кто-то может желать овладеть магией? Да нужно быть безумцем или мазохистом для того, чтобы пойти на это! Интересно, к какой категории можно отнести Эрика?
— Пять лет… Это срок больше которого наставник не может удерживать подле себя ученика. Зачастую их отпускают быстрее, ведь иметь верного и благодарного соратника в Ковене намного выгодней. Но мне не повезло. Моим наставником был назначен человек, ненавидящий весь род Кроу и поверь, это было сделано не случайно.
— И что, ничего нельзя было изменить? Ну, не знаю, прошение подать, жалобу или петицию написать? С вашей бюрократией и любовью к договорам это бы прокатило.
— Ха-ха-ха, — хрипло рассмеялся чернокнижник, но в этом смехе не было веселья, скорее горечь. — Если бы все было так просто… Нет. Мне пришлось пять лет батрачить на этого самодовольного идиота, который уже тогда был слабее меня. Но я ничего не мог поделать, и был вынужден подчиняться. Но это можно было вытерпеть… Все можно пережить…
— Так значит, это твой наставник наблюдал за тобой?
— И он тоже… У него в собственности было целых две банши, а еще толпа слуг. Нечисть поочередно контролировала каждый мой шаг, даже то, как я передвигаюсь по выделенной мне комнате, а еще рядом со мной всегда был слуга… Вот только они были приставлены не для того, чтобы помогать мне. Днем и ночью на меня смотрели, и не только, когда я учился или выполнял задания наставника, но и когда я спал, мылся или справлял естественные нужды. Пять долгих лет, каждый день, каждый час и минуту я был под наблюдением, это сводило с ума, заставляло меня злиться. Поначалу я пытался не обращать на это внимания, делать вид, что спокоен и холоден и некоторое время мне это же даже удавалось. Я притворялся, играл, с головой погружался в изучение магии и практики, но это не всегда помогало. Я всюду ощущал на себе взгляды, куда бы ни направлялся, что бы ни делал. Мне не было покоя долгих пять лет — этот чертов маг делал все, чтобы доконать меня.
— И что… ты ничего не мог предпринять? — теперь Соня понимала, почему Эрик не желает, чтобы она знала, где он. Удивительно, как он вообще её терпит в своем замке, после того, как натерпелся от других банши. Этот мир с его странными законами и правилами все меньше нравился девушке.
— Пока не истек срок обучения ничего… Мой наставник надеялся, что я не выдержу — сбегу, позабыв о магии и опозорив славное имя Кроу или покончу с собой и я был близок к этому. Все, о чем я мог мечтать — это избавление. Но я держался, лелея мысли о мщении… В итоге, закончив обучения и будучи принятым в Ковен, я прикончил своего наставника.
— И что, тебя за это не наказали? — как ни странно, но последнее заявление хозяина не напугало Соню, напротив, она считала, что он поступил правильно. И когда только она успела стать такой жестокой? Да и жестокость ли это?
— Они ничего не смогли доказать, — коварно ухмыльнулся чернокнижник, а в его черных глазах загорелся дьявольский огонь. — У бюрократии и строгих правил есть свои плюсы. К примеру, все знают, что я жестоко прикончил своего мучителя на следующий день после того, как был принят в Ковен, но поскольку улик и свидетелей нет — я остался безнаказанным… Ненавижу, когда за мной наблюдают, так что если однажды почувствуешь меня, можешь быть уверена, что-то случилось и явно не из приятного.
— Учту, — зевнула банши. Все-таки хорошо, что они немного поговорили, вот только больше она вряд ли будет спрашивать Эрика о его прошлом. По крайне мере, пока не раздобудет выпивку, причем чего-нибудь покрепче. Слушать его истории, не будучи подвыпившей, не самое приятное задание… — Хм… а ведь здесь винный погреб есть.
— Он заперт, — ухмыльнулся мужчина, нехотя поднимаясь на ноги. — Пошли…я сегодня добрый, да и выпить хочется… А в одиночку делать этого не стоит…
