Hadley M.D.

«Мне жаль, что так вышло. Надеюсь, ты хотя бы смогла хорошо отдохнуть эти дни;) Ладно, я уже представляю, как ты злишься, читая эти слова, поэтому просто повторю: мне жаль. И… спасибо, что была добра ко мне в тот день» — Лекса сидела на диване в своей квартире и уже в десятый раз перечитывала сообщение, которое отправила ей несколько минут назад Кларк. Уставший взгляд зеленых глаз раз за разом скользил по буквам на экране телефона, словно мог увидеть что-то сквозь них, что-то, что еще не врезалось дословно в голову девушки. Читая этот текст впервые, Лекса удивилась и, действительно, начала злиться – она не видела ничего смешного в том, что ее отстранили от работы, и замечание о хорошем отдыхе заставило девушку злобно прищурить глаза. К тому же, на часах уже был двенадцатый час ночи, и Кларк стоило бы поучиться тактичности, прежде чем писать малознакомым людям в такое позднее время. Но, стоило Хадли прочитать текст дальше, зарождающаяся злость тут же сменилась на добродушный смешок, который непреднамеренно слетел с ее губ. Лексу забавляло и немного пугало то, что Гриффин смогла так точно предсказать ее реакцию. Сначала Хадли хотела ответить Кларк, причем ответить в той самой своей привычной манере: с ехидством, надменностью и холодом. Но, перечитав сообщение, она передумала вообще писать хоть что-либо. Навязчиво всплывающий из памяти образ блондинки в сочетании с этим смс почему-то вызывали у Лексы только ощущение тепла, которое медленно растекалось внутри, начиная свой путь с области грудной клетки и ниспадая к желудку, который выделывал странные сальто. «Боже, Кларк… Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?» — негодовала Лекса, поджимая под себя ноги и по-прежнему не выпуская из рук телефон. Прошло уже три дня с того момента, как доктор Гриффин отстранила ее от работы, и вот сейчас, вечером воскресенья, сидя в своей квартире, Хадли старалась морально настроиться на завтрашний рабочий день. Она понимала, что Эбигейл теперь будет к ней негативно настроена, знала, что Маркус разочарован в ней и явно не спустит эту ситуацию на тормозах, но несмотря на все это, единственное, о чем все три дня думала Лекса: что будет, когда они с Кларк вновь пересекутся в клинике? «Теперь она думает, что я слабая девчонка, которую можно растрогать своими слезами, черт, зачем я вообще извинялась…» — за все время отстранения от работы, Хадли уже раз сто прокручивала их с Кларк разговор в комнате отдыха. То ей казалось, что это была самая страшная ошибка, которую она могла совершить, то тут же эта мысль сменялась на другую: она все сделала правильно. Лекса вспоминала, как по глупой случайности, словно в каком-то романтическом фильме, Кларк оказалась в ее объятиях. Вспоминала, как поддавшись порыву, она принялась успокаивать блондинку, чье состояние в тот момент граничило с истерикой. Хадли вспоминала нежную теплую кожу девушки, ее голубые глаза, в которых отражалась полная беззащитность, ее губы, дрожащие от подступающих слез. Лекса боялась признаться в этом себе самой, но в тот момент, смотря на эти губы, ей захотелось прикоснуться к ним. Хотелось унять их дрожь, накрыв сверху своими губами. Помимо того, что стоя в той тесной комнатке, девушки в прямом смысле были близки друг к другу, эмоциональную близость, состоявшуюся между ними также невозможно было отрицать. Воздух буквально был заряжен тем напряжением, что исходило от девушек, которые еще так недавно не переносили друг друга на дух. Это одновременно пугало и вызывало некую эйфорию у Лексы. Только до сих пор она не могла понять, что все-таки сильнее: страх, боязнь выглядеть слабой и уязвимой, или та нежность и теплота, что так неожиданно возникли у нее по отношению к Гриффин. Вытащив из-под себя ноги, Лекса поставила их на пол, опираясь локтями о колени и погружая свое лицо в ладони. «Что она творит со мной…» — это один из тех вопросов, который уже в миллионный раз задавала себе Хадли. Ей было сложно признать, что блондинка, которую Лекса всей душой старалась ненавидеть, словно по какой-то дурацкой воле судьбы, наоборот, стала вызывать у нее те чувства, о которых она уже давно забыла: беспокойство за кого-то, нежность, заботу, симпатию, привязанность. Лекса скучала. В первый день она категорически отрицала это, пытаясь выкинуть подобные мысли из своей головы, пытаясь избавиться от этого, щемящего сердце чувства. Во второй день она злилась на саму себя за то, что эти мысли до сих пор не покидают ее, что, наоборот, это еще плотнее врастает в душу. И вот сегодня утром, Лекса наконец смирилась с тем чувством, что овладело ей, она признала его. Она скучала по Гриффин: по их нелепым столкновениям, по ее задиристому поведению, по ее присутствию. И эта смс, написанная сегодня Кларк, давала Лексе некую надежду: может Кларк написала ей, потому что тоже скучает? Те три дня, что Хадли была отстранена, она провела дома, убивая свое время различной ерундой вроде уборки, лазанья в интернете или просмотра различных фильмов. Но, чем бы ни занималась девушка, все ее мысли в основном крутились вокруг Кларк и их взаимоотношений, а также вокруг того, как стоит вести себя в дальнейшем, ведь как уже стало понятно им обеим: абсолютно избегать друг друга у них категорически не получается. «К черту… Пусть будет, что будет». — решила наконец Лекса, вставая с дивана. — «В конце концов, помимо Гриффин мне и так хватает проблем». — Хадли понимала, что завтра явно состоится разговор с Кейном и вряд ли он будет приятным. Пройдя через зал в свою спальню, Лекса стянула с себя широкие спортивные штаны и, оставшись в одной футболке, легла в постель, предварительно выключив свет. Завтра ее ожидал эмоционально тяжелый день и Хадли определенно должна была набраться сил перед ним. Громкая мелодия, доносившаяся из динамиков мобильника, распространилась по всей спальне, нарушая собой абсолютную тишину. Лекса приоткрыла глаза, левой рукой нащупывая свой телефон, лежащий на кровати рядом с подушкой. «Ну, Александрия Хадли, сегодня тебе придется столкнуться с очередными последствиями своего чудесного поведения». — ухмыльнулась девушка, выключая на мобильном будильник. Лекса понимала, что из-за ее отстранения в отделении определенно возникли неудобства и уже морально настраивалась на серьезный разговор с Кейном. Встав с кровати, девушка потянулась, при этом сладостно зевая. Несмотря на то что она проспала всего чуть более семи часов, Лекса чувствовала себя полной сил. Приняв быстрый бодрящий душ и высушив волосы, Хадли вернулась в спальню. Подойдя к огромному шкафу, она приступила к выбору одежды на сегодня. «Нужно что-то удобное, но в то же время привлекательное». — Лекса бегала взглядом по полкам с одеждой, слегка прикусив нижнюю губу. В воспоминаниях всплыла смс от Кларк, в которой та сделала акцент на груди Лексы. — «Хм, это явно подойдет». — девушка вытащила из шкафа серую блузку «Оксфорд». Надев, она заправила ее в зауженные темно-синие джинсы, оставив верхние пуговицы расстегнутыми. Покрутившись перед зеркалом, Лекса осталась довольна своим видом. Благодаря расстегнутым пуговицам, внимание приковывалось к началу ручейка, пролегающего между упругих грудей Лексы, а джинсы идеально подчеркивали стройность ног, плотно облегая ее бедра. Волосы девушка предпочла оставить распущенными, раскидав волнистые локоны по плечам. Нанеся на лицо тонкий слой тонального крема и слегка увлажнив пухлые губы светло-розовым блеском, Лекса вновь взглянула на себя в зеркало, расплываясь в довольной улыбке от вида собственного отражения. Надушившись любимым сладким ароматом, что было завершающим этапом в создании сегодняшнего образа, Хадли вышла из спальни и пройдя через зал, остановилась в прихожей. Обувшись в низкие белые кеды, она схватила с вешалки сумку и покинула квартиру. Спустя примерно полчаса, Лекса уже парковала свою Ауди на стоянке клиники Мёрфи Плэйс. «Ну, надеюсь, день пройдет гладко». — глубоко вздохнула девушка, выходя из машины и оглядывая огромное здание больницы. Постояв еще с полминуты, она наконец направилась в сторону входа, мысленно настраиваясь на предстоящий день.

-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-

— Помяните мое слово, вы поплатитесь за это! Вы еще пожалеете, что связались со мной! — худощавый смуглый мужчина средних лет резко открыл дверь, вырываясь в коридор, по пути чуть не снося с ног, подошедшую к кабинету Кларк. Встретившись с девушкой разъяренным взглядом карих глаз, он ненадолго остановился, осматривая ее, после чего обогнул блондинку и направился большими шагами в направлении к лифту. — Что происходит? — Кларк была удивлена увиденной только что сцене. Пройдя через распахнутую дверь в кабинет главврача, она заметила, что в помещении помимо ее мамы, был еще один человек. — Вы же понимаете, что это ошибка ваших врачей, — мужчина, одетый в старый потрепанный костюм, который явно был ему на пару размеров больше, смотрел пристальным взглядом на Эбигейл. — Если вы не пойдете на мировое соглашение, мы будем вынуждены подать иск на клинику, — он прищурил взгляд, словно пытая им главврача. Эбигейл сидела за своим столом, сложив руки в замок и выдерживала зрительный контакт с собеседником. На ее лице читалась полная уверенность и непреклонность. — Тогда встретимся в суде, мистер Боуи, — на губах доктора Гриффин заиграла высокомерная улыбка. — А сейчас позвольте мне вернуться к своим делам. Кларк молча наблюдала за происходящим: мужчина громко хмыкнул, оценивая сказанное женщиной, после чего развернулся от ее стола и проследовал на выход, закрыв за собой дверь. — Что, черт возьми, происходит? — повторила свой вопрос младшая Гриффин, садясь на диван для посетителей. На ее лице отображалось крайнее недоумение, она уставилась пристальным взглядом на маму в ожидании ответа. — Проблемы с бывшим пациентом, — уставшим голосом сообщила Эбигейл, откидываясь на спинку офисного кресла. — Кто-то из его родных лечился у нас и умер? — Кларк была любопытна, а учитывая эмоциональность сцены, которую ей только что представилось наблюдать, ей было очень интересно знать все подробности. — Тот мужчина, что выбежал из кабинета… Он работал столяром. Месяц назад во время смены, у него случился приступ эпилепсии, — голос женщины был спокойным, а ее пустой взгляд был направлен на стену напротив. — Ему отрезало указательный палец циркулярной пилой, — наконец, Эбигейл перевела взгляд на дочь, выходя из недолгого оцепенения, охватившего ее. — Доктор Хадли пришила палец на место, — продолжала женщина. — Столяр с эпилепсией? Серьезно? — перебила Кларк, с губ которой слетел тихий смешок. — О! И теперь он подает в суд из-за нарушения ею этических норм и правил? — воскликнула девушка, уверенная в своих догадках. — Что она натворила? Нагрубила ему? Оскорбила? — в голубых глазах заплясали насмешливые огоньки. — Нет, — Эбигейл нахмурила брови, недовольная реакцией дочери. — Хадли пришила ему палец, но у мистера Джовани ограниченная медицинская страховка, которая не покрывает пластические операции, к коим и относится пришивание пальцев. Он должен клинике около трех тысяч долларов и когда страховая служба подала на него в суд за отсутствие выплат, мистер Джовани решил обвинить во всем клинику. — Стоп, а разве он не подписывал согласие на операцию? — младшая Гриффин все больше удивлялась нелепости ситуации. — Подписывал, — усмехнулась главврач. — Но теперь он утверждает, что был недостаточно и неправильно проинформирован. У него финансовые проблемы и много долгов. Счет из клиники стал решающим для суда и тот наложил арест на его квартиру в Бронксе. Если Джовани в скором времени не выплатит долги, его квартира будет продана на торгах и по факту… — И по факту он станет бомжом, — наконец поняла весь смысл Кларк, в глазах которой отразилось сочувствие. — Поэтому он и решил подать иск на клинику? — Да, — грустно усмехнулась Эбигейл, постукивая пальцами по поверхности стола. — Помимо того что он требует снять с него обязательство выплаты за операцию, он также просит компенсацию за недостаточное информирование, повлекшее ему моральный ущерб. — Это какой-то идиотизм. Александрия спасла ему рабочую руку, а теперь ее еще и пытаются выставить виноватой, — Кларк перевела обеспокоенный взгляд на маму. — Они выиграют в суде? — Никаких шансов, — ответила Эбигейл, поджимая губы. — В договоре на оказание медицинских услуг все четко прописано, включая стоимость и сроки выплат. У его адвоката много спеси, но они никогда не смогут выиграть это дело. Грустно, конечно, что Джовани оказался в такой ситуации, но… Такова жизнь, — кратко пожала плечами женщина. — Ну и дела, — покачала головой Кларк. — Надеюсь, все действительно сложится хорошо. Так зачем ты вызывала меня к себе? — наконец девушка начала разговор, из-за которого вообще и оказалась в этом кабинете. — Как ты, наверное, помнишь, доктор Хадли сегодня выходит на работу после отстранения, — Эбигейл пристально смотрела на дочь, слегка прищурив глаза. — Я могу быть уверена, что у вас больше не возникнет конфликтов? — Уже сегодня? — Кларк сделала удивленное лицо, словно действительно не знала, что уже закончился срок наказания Лексы. — Я и забыла! Мам, я же уже говорила… Мне очень жаль, что такое произошло, этого больше не повторится. Мы с Александрией взрослые люди и я думаю, что мы сможем в дальнейшем вести себя более профессионально, — она смотрела на маму уверенным взглядом, а ее голос звучал достаточно убедительно. В кабинете повисла недолгая пауза. — Хорошо, — наконец ответила Эбигейл, кивая головой в знак согласия с обещанием дочери. — Ну, не буду тебя отвлекать от последнего дня в скорой, — на губах женщины появилась добродушная улыбка. — Хорошего дня, Кларк. Девушка улыбнулась в ответ, вставая с дивана, после чего направилась к двери и, повернув ручку, покинула кабинет. Конечно, она соврала маме. Конечно, она прекрасно знала, что именно сегодня Лекса возвращается на работу в клинику. Конечно, она безумно ждала этого дня. «Интересно, пересечёмся ли мы с ней сегодня?» — размышляла Кларк, проходя по коридору второго этажа. Сердце девушки начало биться быстрее от мысли, что спустя три дня, они наконец вновь увидятся с Лексой. Внутри метались сомнения: а что, если эта встреча вновь понесет за собой очередной конфликт? Что, если Хадли опять станет злобной стервой, навсегда перечеркнув для себя тот момент их эмоциональной близости с Кларк? Гриффин боялась. Одновременно она ждала и не ждала этой встречи, ведь те эмоции, что так пугающе трепали душу и отражались в мыслях Кларк, абсолютно выбивали почву из-под ее ног. Она не могла понять, что чувствует к этой строптивой девушке, не понимала, почему ее так влечет к ее пленяющему взгляду, почему ей хочется видеться с ней, находиться рядом, даже когда та отпускает в ее адрес очередные колкие замечания и насмешки. «Я гребаная мазохистка». — грустно усмехнулась Кларк, нажимая кнопку вызова лифта. Писк пейджера вырвал девушку из собственных мыслей. Достав гаджет из кармана, она прочитала сообщение о срочном вызове в скорую. «Что опять случилось?» — Кларк вышла из лифта на нужном ей этаже, боясь представить, что ожидает ее сегодня в отделении. — Гриффин, бегом в скорую! Рук категорически не хватает, — мимо Кларк пробежала Мари – интерн из педиатрии. Миниатюрная брюнетка держала в руках целую кипу каких-то документов, на ее лице отражалась паника. Поняв, что происходит действительно что-то срочное и серьезное, Кларк рванула в скорую. «О боже…». — распахнув двери отделения, Гриффин опешила от увиденной картины: в скорой творился хаос. Все, начиная от медперсонала, заканчивая высококвалифицированными врачами, бегали по помещению, передавая друг другу карты пациентов и каталки с ранеными. Вся комната, несмотря на ее огромные размеры, была заполнена ранеными людьми: дети, женщины, мужчины, пенсионеры. Уши Кларк резануло сильным гулом, объединявшем в себе крики работников клиники, отдающих друг другу различные указания и плач, болезненные стоны, истерические всхлипывания пациентов. — Поезд сошел c рельсов, много раненых, — сообщил ей Линкольн, проходя мимо. — Гриффин, помоги ребятам сортировать пациентов по степени тяжести, — дал указание начальник, после чего тут же слился в толпе других врачей. «Мой последний день в скорой просто не мог пройти тихо и спокойно…» — разочарованно вздохнула Кларк, с сочувствием оглядывая помещение, наполненное болью и страданиями. Найдя интернов других отделений, девушка направилась к ним.

-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-

— Маркус, я уже сто раз сказала, что этого больше не повторится, — нарочито утомленно закатила глаза Лекса, сидевшая на диване в кабинете начальника. Вот уже более получаса она выслушивала нравоучения и нотации от Кейна, который в данный момент нервно вышагивал по кабинету, иногда бросая на подчиненную сердитый взгляд. Прошло три дня с того момента, как доктор Эбигейл Гриффин отстранила Лексу от работы. И вот сегодня, стоило девушке только переступить порог клиники Мёрфи Плэйс, дежурная медсестра сообщила ей, что Кейн ждет ее у себя. — Как ты могла, Хадли? После всего, что я для тебя сделал, после стольких раз, когда я прикрывал твою задницу, ты берешь и ставишь под удар все отделение! Эбби отчитывала меня как маленького мальчика за то, что я настолько развязал тебе руки! — Кейн был возмущен и зол, вновь вспоминая разговор трехдневной давности, когда главврач пришла сообщить об отстранении его подчиненной. Тогда доктор Гриффин не скупилась на эпитеты, ругая Маркуса за излишнюю мягкость и недостаток дисциплины в его отделении. — У меня три дня не было хирурга общей практики! Блэйку пришлось работать сверхурочно! — Что я могу сейчас сделать? — раздраженно пожала плечами девушка, в недоумении разводя руками. — Я была неправа, я получила свое наказание, мне еще двадцать часов в приемном отрабатывать! Что ты еще от меня хочешь? — Мне надоело, Хадли, — обреченно покачал головой Маркус, уже успокоив нервные метания по кабинету и проходя к своему столу. Сев в кресло, мужчина опустил лицо в ладони, глубоко вздыхая. На какое-то время повисла напряженная тишина, словно в этот момент Кейн обдумывал что-то важное, и вот, спустя примерно минуту, он поднял голову и уставшим взглядом посмотрел на девушку. — Считай, это было последнее предупреждение. Еще хоть один выговор, хоть одна жалоба от пациентов или коллег, еще хоть одно отрицательное слово о тебе от доктора Гриффин и мы с тобой попрощаемся. Ты прекрасный хирург, но моему терпению пришел конец, — Маркус говорил спокойно и убедительно, делая небольшие паузы, словно пытаясь подобрать каждое следующее слово. — Ты села мне на шею и свесила ноги… — Кейн, — Лекса явно не ожидала такого поворота событий, удивляясь словам мужчины. Конечно, она понимала, что действительно зачастую вела себя неподобающим образом, и прекрасно знала о том, что Маркусу уже не раз приходилось защищать ее перед Эбигейл, но тем не менее она не думала, что когда-нибудь наступит момент, когда терпение начальника лопнет. — Мне правда жаль… — Я все сказал, Хадли, — прервал ее Маркус, не сводя с девушки уверенного взгляда. — Я пожертвую тобой как хирургом, если это понадобится, но я больше не буду ставить под удар свою репутацию и репутацию моего отделения. Лекса глубоко вздохнула, обдумывая слова начальника, и встала с дивана. Переведя взгляд в пол и поджав губы, она размышляла о своих дальнейших действиях. Спустя мгновение, Хадли вновь подняла взгляд на Маркуса, после чего подошла к нему и уперевшись ладонями о гладкую деревянную поверхность стола, слегка склонилась к мужчине, все еще сидевшему в кресле. — Я не буду молить о прощении, ты же знаешь, — спокойно заявила Лекса, выдерживая зрительный контакт с Кейном. — И я не могу обещать, что мое поведение изменится, потому что это не так, — она слегка пожала плечами. — Я могу продолжать выполнять свою работу. Но, если мне все время придется думать о том, что любая истеричная мамаша может прибежать жаловаться доктору Гриффин из-за того, что я назвала ее идиоткой, то разве я смогу по-прежнему оставаться хорошим хирургом? — вопросительно изогнула бровь Лекса. — Даже сейчас, Хадли, ты не можешь просто молча согласиться, — негодовал мужчина, качая головой. — Я не изменю своего решения, — Кейн был уверен, как никогда, он не мог отказаться от своих слов и вновь пойти на поводу у строптивой девушки. — Одна жалоба и ты уволена. Маркус и Лекса напряженно смотрели друг другу в глаза, словно ожидая, кто из них первый сдастся. Вдруг тишину, окутавшую кабинет, прервал синхронный писк пейджеров. — Срочный вызов из скорой, — сообщил Кейн, доставая из кармана халата гаджет и смотря на его экран. Быстро выйдя из-за стола, Маркус большими шагами направился на выход из кабинета, Лекса последовала за ним. — Что случилось? — в коридоре к коллегам присоединился Джордан, который, судя по всему, тоже получил сигнал на пейджер. — Понятия не имею, — пожал плечами Кейн, подбегая к лифту и нажимая кнопку вызова. Спустя мгновение двери лифта открылись, пропуская хирургов внутрь. Через несколько минут Лекса, Маркус и Джаспер уже забегали в отделение скорой помощи, обходя других врачей и пациентов больницы, которые то и дело оказывались у них на пути. В отделении скорой была обстановка паники и хаоса: все куда-то бежали, что-то кричали друг другу, каталки с раненными проносились со всех сторон от только что подошедших докторов. — Вы вовремя! — рядом с хирургами неожиданно возник Ричард, работающий ординатором в скорой. Парень был весь взмокший и взъерошенный, светлые волосы облепили его высокий лоб. — С рельсов сошел поезд, следующий по маршруту «Северного коридора»! Более двухсот пострадавших, многих привезли к нам, около пятидесяти человек с ранениями различных степеней! По левой стороне те, кого уже осмотрели и кому требуется срочная операция. Анестезиологи уже в операционных, — протараторил Ричард, указывая рукой в нужную сторону. Закончив объяснение, парень быстро ретировался к одному из множества пострадавших. Команда хирургов, не мешкая, двинулась к пациентам, о которых только что сообщил Ричард. — Джулия Кроуз, открытая рана черепа, сдавливание головного мозга, — Кейн читал больничную карту, вытащенную из кармана каталки, на которой без сознания лежала женщина средних лет. — Джордан, — мужчина передал карту нейрохирургу, после чего тот, взял каталку и быстро направился с ней в сторону операционных. «Черт, да что за паника». — Лекса быстрым взглядом скользила по помещению скорой в поисках хоть одного ординатора, который смог бы ассистировать во время операции. Все вокруг по-прежнему суетились, передавая буквально на лету друг другу медкарты, и перекрикиваясь указаниями. Вдруг сквозь толпу других врачей и пациентов, в нескольких метрах от стойки дежурной медсестры Хадли заметила знакомый силуэт девушки, чьи волосы сейчас были растрепаны и разбросаны по плечам. Блондинка что-то очень эмоционально объясняла медбрату, то и дело вскидывая руки. — «Кларк». — констатировала самой себе Лекса, к горлу которой подступил непонятный ком волнения. Быстро сглотнув, хирург тряхнула головой, пытаясь сосредоточиться на обстановке вокруг, не давая мыслям об интерне овладеть ею. — Хадли, тупая травма живота, внутреннее кровотечение в брюшную полость, — следующая медкарта, принадлежавшая уже мальчику лет тринадцати, была передана начальником в руки Лексы. — Только что потерял сознание, — торопил девушку Маркус. Схватив каталку, Лекса направилась в сторону операционных, огибая так и норовящих попасться под ноги сотрудников клиники и пациентов. — Какая операционная свободна? — спросила Хадли, на мгновение останавливая свой быстрый шаг у стойки дежурной медсестры. — Четвертая, — тут же ответила пожилая женщина, даже не посмотрев в монитор с расписанием. — Я занимаю ее, найдите мне ассистента, — дала указание Лекса. — Мередит, доктору Стэйси срочно нужна еще одна каталка, — Кларк Гриффин, возникшая из ниоткуда сейчас оказалась в полуметре от Лексы, обращая все свое внимание исключительно на старшую медсестру. Хадли не понимала: она специально игнорирует ее, или просто настолько увлечена поиском необходимого оборудования. — Гриффин, за мной, будешь ассистировать, — неожиданно сообщила Лекса, чей тон сейчас звучал достаточно приказным. — Что? — удивилась Кларк, наконец обращая свое внимание на хирурга. Переведя недоуменный взгляд с девушки на пострадавшего мальчика, Гриффин явно не понимала, что от нее хотят и зачем Лекса вообще стала беспокоить ее. — Эй, — Хадли окликнула медбрата, того самого с которым недавно разговаривала Кларк. — Доктору Стэйси нужна свободная каталка, решите этот вопрос, — она переводила уверенный взгляд с парня на Мередит, давая указание. — Гриффин, за мной, ты же не хочешь рисковать здоровьем еще одного пациента из-за своей несообразительности, — повторила Лекса, в чьем голосе проскальзывали привычные нотки грубости. Она вновь взялась за каталку и направилась быстрым шагом в сторону четвертой операционной, чувствуя спиной на себе взгляд Кларк. Гриффин, на секунду опешившая от очередной встречи с девушкой, о которой она старалась не думать все последние три дня, все же решила, что сейчас не та ситуация, когда можно начинать препирания, и покорно последовала за Лексой. — Доктор Хадли, я подготовлю его, — сообщила молодая медсестра, выглядывая из-за двери. Она явно уже ждала хирурга. Забрав из рук Лексы каталку, девушка скрылась в операционной. Хадли открыла соседнюю дверь, ведущую в предоперационную и прошла внутрь, слыша за своей спиной шаги Кларк. «Какого хрена я опять делаю». — Лекса быстро дезинфицировала руки, стараясь не обращать внимания на стоявшую рядом девушку, проделывающую аналогичные действия. — «Могла бы найти и другого ассистента». — ругала себя Хадли. Кларк тоже решила молчать и просто выполнять свою работу, хотя внутри нее и горело бешеное желание хотя бы на мгновение перевести взгляд на шатенку, сказать ей хоть слово. Минуту назад, стоя в отделении скорой, Гриффин обратила внимание на то, что Лекса, как обычно, выглядела прекрасно. Ее длинные волнистые волосы были разбросаны по плечам, из-под халата виднелась достаточно откровенно расстегнутая рубашка, позволяющая насладиться манящим видом начала грудей. Зауженные джинсы подчеркивали стройность ног девушки. На лице было минимум косметики, Кларк давно заметила, что Хадли не любит ярко краситься и, честно признаться, Кларк понимала, что девушке это и ни к чему. Переодевшись в хирургические костюмы, девушки все так же молча прошли в операционную. Смотря на них со стороны, можно было бы сказать, будто эти двое абсолютно не замечают друг друга, но на самом деле внутри у каждой сейчас был тугой ком из эмоций, вызванный такой пусть и вынужденной, пусть и не интимной, но все же близостью. Они вновь оказались рядом. Они обещали игнорировать друг друга, обещали пытаться избегать совместных встреч и уж тем более никогда не пересекаться в операционных, но вот, по прошествии трех дней, которые они не виделись, произошла очередная встреча. Да, Хадли вновь поддалась непонятному ей самой порыву и зачем-то приказала Кларк ассистировать ей. А Кларк и не сопротивлялась, только вот Лекса не была уверена: девушка согласилась из-за того, что забитая пострадавшими скорая сейчас не позволяла вступать в очередные перепалки, или потому, что Гриффин сама была далеко не против оказаться рядом с ней. — О, доктор-сплетник, — зашедшая в операционную Лекса, заметила анестезиолога, который как раз работал в тот день, когда у девушек произошел неприятный инцидент. Окинув его презрительным взглядом, она наконец заняла свое место у хирургического стола и приступила к операции. Мужчина, сделавший вид, что не заметил замечания Хадли, сел на стул, стоявший в углу квадратной комнаты, и увлекся очередным кроссвордом. — Закажи два литра первой отрицательной, — дала команду Лекса, не поднимая взгляда на Кларк. В этот момент Хадли уже обрабатывала живот пациента раствором йодопирона. Кларк послушно кивнула и направилась к стене, на которой был размещен стационарный телефон для внутренней связи сотрудников клиники. — Я могу идти? — спросила медсестра, которая принимала и подготавливала мальчика к операции. Судя по тому, что она взволновано смотрела на свой пейджер, ее срочно вызывали в другое место. Лекса кратко кивнула, отпуская медсестру. Девушка была уверена, что они с Кларк справятся и вдвоем, в конце концов, сейчас очень много пострадавших и было бы просто неправильно собирать весь персонал в одной операционной. — Черт, — ругнулась себе под нос Хадли, обращая взгляд на монитор, на котором отображались показатели пациента – артериальное давление падало, срочно требовалось откачивать кровь, обильно заполняющую брюшную полость. — Что встала? Опять хочешь подержать меня за руку или может все-таки дашь аналептики? — рыкнула Лекса, переводя взгляд на вернувшуюся к хирургическому столу Кларк. Гриффин злобно сверкнула взглядом на Лексу, но немедля выполнила ее указание. Достав из тумбы с медикаментами необходимый препарат, она набрала его в шприц и ввела иглу в пациента. Спустя несколько секунд, монитор показал, что давление стало повышаться практически до необходимого уровня. — Хорошо, — спокойным голосом произнесла Хадли, вновь посмотрев на Кларк. Из ее уст это звучало как похвала и огоньки нарастающей злости потухли в голубых глазах блондинки, позволяя сконцентрировать все свое внимание на пациенте, а не на очередных замечаниях хирурга. По прошествии примерно десяти минут, Кларк начало становиться не по себе. При виде внутренних органов и большого количества крови, представших перед ее глазами из-за разреза брюшной полости, девушка почувствовала подступающую к горлу тошноту. — Аспиратор, — дала указание Лекса, мельком взглянув на Кларк. Увидев бледно-серое лицо девушки и небольшую испарину, выступившую у нее на лбу, Хадли пришла в замешательство. — Гриффин, ты в порядке? — Да, — быстро закивала головой Кларк, сглатывая. Она резко развернулась к стоящей рядом тележке с оборудованием. «Нет, держи себя в руках, черт подери». — Гриффин хотела как можно скорее выбраться из этой операционной. Несмотря на то что температура в помещении была чуть ниже среднего, девушке казалось, что она в жерле вулкана. Тошнота, так и не отступающая от горла, заставляла Кларк волноваться еще больше. — «Осталось еще, чтобы тебя вырвало во время операции. Идиотка. Зачем ты вообще опять согласилась ассистировать». — ругала себя девушка, чьи руки начали слегка трястись. Взяв аспиратор и вернувшись с ним к хирургическому столу, Кларк всячески старалась не смотреть на пациента, блуждая взглядом по всему, что было напротив. — Что ты на меня уставилась? — Хадли заметила на себе взгляд интерна и в недовольстве свела брови к переносице. — Откачивай кровь! Боже, да что с тобой не так?! — негодовала Лекса, сверкая взглядом в сторону блондинки, на которой не было лица. — Я..., — начала мямлить Кларк. «Черт, я не смогу…» — девушка понимала, что действовать нужно срочно, пациент не может ждать пока она возьмет себя в руки, но все же ничего не могла с собой поделать. — Гриффин! — прикрикнула на нее Лекса, привлекая к себе очередное внимание анестезиолога, который приподнял взгляд от кроссворда и наблюдал за происходящим. «Хватит на меня орать!» — чуть не вырвалось у Кларк, но она вовремя сдержала себя, понимая, что очередная непрофессиональная выходка с ее стороны уничтожит не только шанс на нормальное общение с Лексой, но и станет угрозой для ее будущего в больнице. На пару секунд прикрыв глаза, Гриффин открыла рот и сделала им большой вдох. Резко выдохнув, она распахнула глаза и опустила их к пациенту. Спустя несколько минут, кровь из брюшной полости была откачена и Кларк, вновь сделав глубокий вдох, убрала аспиратор на место. Через еще примерно полчаса, после перетягивания кровоточащих сосудов, Лекса начала накладывать швы. — Вызови медсестру, я закончила, — Хадли осуществляла последний стежок. Кларк, которая все еще чувствовала себя отвратительно, молча кивнула и на ватных ногах поплелась к стационарному телефону. — В следующий раз, когда захочешь помедитировать во время операции, будь любезна, сообщить мне заранее! — зайдя в предоперационную, Лекса накинулась на интерна со злобной тирадой. — Что это вообще было, Гриффин?! Кларк оперлась поясницей на столешницу с раковинами, и открыв рот начала жадно хватать воздух. — Гриффин?! Это у тебя новая техника дыхания такая?! — Хадли была растеряна и абсолютно не понимала, что происходит с девушкой. Она подошла ближе к ней, пытаясь установить зрительный контакт. — Прости, я…, — не успев закончить предложение, Кларк почувствовала, как у нее начала кружиться голова, а перед глазами стало мутнеть. Лекса, заметив состояние девушки, рванула к ней и вовремя успела подхватить ее под мышки. — Эй, Гриффин, — внутри Хадли метались противоречивые чувства: она была испугана за Кларк, но в то же время ее охватила злость за то, что с этой девушкой опять какие-то проблемы. — Все в порядке, мне просто нужно сесть, — Кларк была в предобморочном состоянии, но все еще оставалась в сознании. Отстранившись из полуобъятий хирурга, она подошла к стоявшей рядом скамейке и сев на нее, откинулась спиной на холодную стену. — Мне некогда возиться с тобой! У нас полная скорая пострадавших! — негодовала Лекса. Она не знала, что делать: то ли ей стоит оставить Кларк самой разбираться со своими проблемами, то ли постараться помочь ей. Мозг говорил, что правильнее выбрать первый вариант, но что-то внутри настаивало на том, что нельзя оставлять девушку в таком состоянии одну. — Мне жаль, просто я… У меня проблемы при виде крови… И органов, — Кларк было сложно сформулировать свои слова, мысли все еще были затуманены. — Тебе нужно идти… — Господи, ну за что мне это, — обреченно вздохнула Лекса, закатив глаза. Она стянула с себя хирургический костюм и быстрым шагом удалилась из предоперационной. «Со мной одни проблемы». — Кларк чувствовала себя ужасно не только физически, но и морально. Она в очередной раз села в лужу перед Александрией, она в очередной раз показала себя слабой девчонкой, которая не может даже удержать себя на ногах, падая в обмороки при виде крови. — «Что, если она обо всем расскажет маме». — Кларк прикрыла глаза, пытаясь собраться с силами. Мысли, проникающие в ее голову, вгоняли девушку в еще более упадническое настроение. — «Какой из меня нахрен врач». — Гриффин закинула голову вверх, делая глубокие вдохи. — «В скорой множество пациентов, которым требуется внимание, а я сижу тут в таком состоянии, что мне бы и самой не помешала чья-то помощь». — Эй, неженка, — мысли Кларк были прерваны голосом Лексы и следующим за ним потоком ледяной воды, выплеснутым ей на лицо. Вода стала стекать по ее задранному подбородку и капать на халат, а руки девушки покрылись мурашками от неожиданной прохлады. — Какого черта?! — воскликнула Гриффин, распахивая глаза. Подскочив со скамейки и вновь начав хватать воздух ртом, она уставила свой возмущенный взгляд на стоящую перед ней Александрию, на лице которой играла насмешливая улыбка. В руках девушка держала уже пустой одноразовый стаканчик. — Смотрю, тебе стало лучше, — еле сдерживала смех Лекса. Она смотрела на Кларк, которая продолжала панически хватать воздух и вроде как до сих пор еще не осознала произошедшего. Ее светлые волосы прилипли к щекам, а голубые глаза были распахнуты так широко, что Хадли в голову вновь пришло сравнение этих глаз с небольшими озерами. — Нас ждут пациенты, потом будешь благодарить, — ехидно подмигнув, Лекса развернулась от оторопевшей блондинки и вновь покинула предоперационную. «Она вернулась, чтобы помочь мне…». — единственное, что успела подумать Кларк, прежде чем ее внимание привлек писк пейджера. Посмотрев на экран, она увидела сообщение от Ричарда, который явно был недоволен долгим отсутствием интерна. «Больше никаких операций». — с этой мыслью, Кларк вытерла лицо, висящим возле раковин полотенцем и, покинув предоперационную, направилась в отделение скорой.

-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-

— Это был последний пациент на сегодня, Хадли, — сообщил Кейн своей подчиненной, заходя в кабинет хирургов. После операции с Кларк прошло уже более девяти часов, за время которых Лекса не успела даже присесть, так как пациенты все никак не заканчивались. Сейчас же девушка развалилась на мягком диване, закинув ноги на журнальный столик и, задрав голову вверх, пялилась пустым взглядом в потолок. — Я знаю, — наконец опустив голову и переведя взгляд на Маркуса, ответила Лекса. — Ну и денек, — усталая ухмылка появилась на губах девушки. Десять минут назад она вернулась с последней на сегодня операции по удалению селезенки у женщины, и сейчас, не чувствуя ног, наслаждалась долгожданным отдыхом. — Это точно. Кстати, тебя искал Уиттл, сказал, что звонил тебе несколько раз… — Кейн прошел мимо девушки в сторону кофемашины. — Черт, точно, — Лекса вспомнила, как пару часов назад в ее кармане вибрировал телефон. Но, так как девушка была занята на очередной операции, ответить она не смогла, а после и вовсе забыла об этом. Достав мобильный, она увидела на экране три пропущенных от Линкольна и два непрочитанных сообщения. Одно из них было отправлено полчаса назад от Кларк. Увидев отобразившееся имя контакта, Лекса слегка подскочила с дивана, снимая ноги со столика, и наклонившись вперед, стала читать сообщение. «Не хочешь выпить сегодня? Ужасный день… Я угощаю» — Хадли несколько раз пробежалась взглядом по тексту, не веря собственным глазам. «Она зовет меня выпить?» — Лекса нахмурила брови, пытаясь понять подвох. — «С какой это стати?» «Я не пью дешевое пиво с интернами, поэтому вынуждена отказаться» — в своей манере ответила Хадли. На самом деле внутри нее все кричало о том, чтобы согласиться на приглашение. Она была бы очень не против вновь увидеть Кларк, провести с ней время вне больничных стен, но чувство страха, чувство, что подобное сближение сыграет с ней злую шутку, оказалось сильнее истинных желаний. — Эй, прием, — из собственных мыслей Лексу вырвал голос Рэйвен. Девушка стояла перед ней, оглядывая ее обеспокоенным взглядом. — Ты в порядке? — вопросительно изогнула бровь Рейес. — Да, — помотала головой Лекса, возвращаясь в реальность. — Просто задумалась. — Это я уже поняла, — на губах пластического хирурга заиграла хитрая улыбка. Она переводила свой взгляд с телефона коллеги на нее саму и обратно. Заметив это, Хадли быстро убрала мобильный в карман джинсов и встала с дивана. — Мне пора, — сухо сообщила она, направляясь к выходу из кабинета. Сейчас Лексе меньше всего хотелось обсуждать с Рэйвен Кларк, а именно этого разговора она и ожидала от коллеги. Повесив халат на вешалку и сняв с нее свою сумку, Хадли покинула кабинет, оставляя Маркуса и Рэйвен в некотором замешательстве. Коллеги явно были удивлены такому быстрому уходу девушки. Проходя по коридору, Лекса вновь вытащила мобильный и открыла второе сообщение, доставленное около часа назад, которое она так и не успела прочитать, отвлекшись на смс Кларк. «Сегодня я буду напиваться в Design. И если ты все-таки выйдешь на связь, то сможешь найти меня там» — гласила смс от Линка. Видимо, для того друг и звонил девушке, хотел предложить ей выпить после выматывающего дня. Глянув на часы, отображавшиеся на экране мобильного, Лекса заметила, что уже было практически десять вечера. — Привет, — Хадли набрала номер друга. — Ооо, ты все-таки выжила после этого сумасшедшего дня! — голос Уиттла выдавал его уже явно нетрезвое состояние. — Я смотрю, ты уже давно в баре, — усмехнулась Лекса, проходя в лифт. Во время разговора телефон слегка завибрировал: пришло новое смс. — Напиваешься в одиночестве? — Тссс… Хадли… Тссс, — теперь девушка точно поняла, что друг пьян в стельку. — Я не один, — игривым голосом сообщил он. — Я с… Вроде Сьюзан. Или Саманта. В общем, не важно, — шептал в трубку Линкольн нетрезвым заговорщическим голосом. — Боже, Уиттл. Ладно, я, пожалуй, поеду домой, хорошо тебе провести вечер, — засмеялась над поведением мужчины Лекса и не дождавшись ответа, сбросила вызов. Ей не хотелось сейчас слушать пьяный бред друга, хоть это и было забавным. Двери лифта открылись на первом этаже, и покинув стальную кабину, Хадли направилась к выходу из здания клиники. «Если передумаешь, я в баре у Джимми» — было написано в смс, пришедшей на телефон Лексы во время ее разговора с Уиттлом. Прочитав текст, Хадли цокнула языком и закатила глаза, проходя по стоянке к своей машине. «Она действительно хочет выпить со мной? Но, зачем ей это?». — недоумевала Александрия, для которой все еще не было понятным, зачем некоторые люди пытаются подружиться с другими. Сев за руль, она посмотрела в правую сторону, туда, где через дорогу мигала потертая вывеска «Бар у Джимми». — «С другой стороны, что я теряю? Я всегда могу уйти. В конце концов, это идиотский бар, а не свидание в ресторане. Я просто сяду за стойку, выпью пару шотов текилы и поеду домой. Мне же не обязательно общаться там с Гриффин, я просто сама хочу выпить после такого дня». — настойчиво убеждала саму себя Лекса, на самом деле понимая, что далеко не текила манит ее в этот бар. «Плевать». — все же решилась Лекса и, открыв дверь машины, она вышла из нее. Через пять минут девушка уже заходила в бар, перед этим замявшись ненадолго у входа, собираясь с силами. Внутри вновь было много пьяного народа. В основном это были молодые парни и девушки. В общем-то, ничего не отличалось от первого посещения Александрией этого бара. Словно по вечерам тут происходил день сурка: каждый день одни и те же люди, одна и та же музыка, один и тот же низкокачественный алкоголь и та же атмосфера вечеринки в студенческом братстве. Пробежав взглядом по заведению, Хадли не заметила в толпе знакомого силуэта. Судя по веселью, происходящему на импровизированном танцполе, многие были уже изрядно пьяны, поэтому сидячие места у барной стойки были наполовину свободны. Осмотрев бар еще раз и убедившись, что Кларк здесь точно нет, Лекса глубоко вздохнула: она была расстроена тем, что не увидит ее, хоть и пыталась доказать самой себе, что та грусть, появившаяся внутри нее вызвана усталостью после тяжелого рабочего дня. Заняв один из стульев за баром, Хадли стала изучать напитки, выставленные на полках. «Мда… Выбор невелик». — цинично заметила Лекса, осматривая скудный выбор крепких напитков. Все же это место действительно было нацелено в основном на студентов. — Текилу, сразу три шота, — Хадли понимала, что бармен занят снующими повсюду посетителями и решила взять заранее с запасом, чтобы долго не ждать, когда он вновь обратит на нее внимание. — О, я вас помню, — добродушно улыбнулся долговязый парень, который недавно стал свидетелем ее с Кларк конфликта. — Странно видеть вас здесь, — закончив наполнять золотистым напитком рюмки, он выставил их перед девушкой. — Лайма и лимона, к сожалению, нет, — виновато сообщил он, скромно пожав плечами. — И почему я не удивлена? — закатив глаза, Лекса осушила первый шот. «Она же сказала, что будет ждать меня здесь. Что за глупые шутки?» — злилась Хадли, негодуя, что Гриффин обманула ее. — Ты все-таки пришла, — словно прочитав ее мысли, за спиной шатенки оказалась Кларк. Девушка подошла ближе и взобралась на стул рядом с Лексой. — Я не приглашала тебя составить мне компанию, — желудок Хадли выделывал сальто от осознания того, что Кларк все же здесь, так рядом, что аромат ее цитрусовых духов, который Лекса уже вряд ли бы спутала с чем-то другим, вновь стал доноситься до ее носа. Девушка смотрела прямо перед собой, сквозь полки с бутылками, всячески пытаясь не повернуться к обладательнице сексуального хрипловатого голоса. — А я приглашала тебя. И ты пришла, — блондинка, наоборот, внимательно смотрела на профиль Александрии. В ее глазах плясали игривые огоньки, а в голосе слышалась искренняя радость. Такая, какую испытывают дети, когда после их плача и долгих выпрашиваний, родители наконец покупают желанную игрушку. — Просто у меня нет желания ехать в другой конец города, чтобы посетить мое любимое заведение, а выпить хочется. Придется довольствоваться этим клоповником, — сухо ответила Лекса, после чего выпила очередной шот. Несмотря на алкоголь, обжигающей волной проносящийся по горлу и разливающийся в желудке, Хадли не могла расслабиться. Ее тело было словно натянутая струна. Наконец, она слегка повернула голову в сторону интерна. Кларк выглядела привлекательно: белая майка обтягивала пышную грудь, приковывая тем самым внимание проходящих мимо парней, поверх был надет тонкий черный кардиган. Слегка затормозив взглядом на округлостях девушки, Лекса все-таки нашла в себе силы опустить глаза ниже. На Кларк были узкие синие джинсы, заправленные в черные батильоны на высоком каблуке. — Тебе не обязательно оправдываться, — усмехнулась Гриффин, заметив, как взгляд Александрии приостановился на ее груди. — Еще пять таких, — кивнула она на последний шот с текилой, обращаясь к бармену. — Кто-то сегодня опять решил напиться, — ехидно произнесла Хадли, прищурив взгляд. — Это на двоих, я же сказала, что угощаю, — в ответ также прищурила глаза Кларк, выдерживая зрительный контакт с шатенкой. — Мама дала денег на карманные расходы? — продолжала подкалывать Лекса, переводя взгляд с глаз на губы Кларк и обратно. — Ты изучаешь меня? — вопросительно изогнула бровь Гриффин, проигнорировав слова девушки. Ее голос был более хриплым, чем обычно, а язык непроизвольно прошелся по губам, увлажняя, будто взгляд этих пьянящих зеленых глаз Александрии высушил их. — А ты бы этого хотела? — продолжила отвечать вопросом на вопрос Хадли. Ей стала интересна эта игра, она явно увлекалась ей все больше и больше и не хотела останавливаться. Лекса чувствовала напряжение, повисшее на расстоянии того полуметра, что разделяло девушек друг от друга. — Ваш заказ, — прервал их бармен, выставляя в ряд пять шотов с текилой. Еще несколько мгновений девушки смотрели друг другу в глаза, словно пытаясь прочитать что-то, что так боялись произнести губы обеих. — За то, что этот дерьмовый день закончился, — Кларк сглотнула, наконец переводя взгляд с Лексы, на выставленный алкоголь и поднимая один из шотов для тоста. Хадли самодовольно улыбнулась тому, что Гриффин первая не выдержала этой игры в гляделки и приподняв свою рюмку, залпом осушила ее. — Ты носишь с собой сменную обувь? — в голосе Лексы опять звучала насмешка. Когда она осматривала блондинку, она удивилась ее батильонам. Явно Кларк не бегает по скорой на таких каблуках. — Кто знает, где после работы может оказаться молодая симпатичная девушка. Всегда нужно быть наготове, — усмехнулась Кларк, вновь поворачивая голову в сторону хирурга. Быстро пробежав взглядом по уже изученному за сегодня внешнему виду Александрии, Гриффин ненадолго остановилась на ее обуви. — Не всем же удается выглядеть сексуально даже в кедах, — как ни в чем не бывало, пожала плечами Кларк, после чего резко выпила второй шот. «Интересно». — Лекса уже в который раз удивлялась словам блондинки, не понимая, что тем самым та хочет сказать. — Ты флиртуешь со мной? — прямо спросила Хадли, которая терпеть не могла двусмысленность и мучение догадками. Она вновь перехватила своими глазами взгляд Кларк и на мгновение ей даже показалось, что та смутилась. — А ты бы этого хотела? — Гриффин произнесла слово в слово ту же фразу, что пару минут назад сказала Лекса. Собрав себя в руки, она постаралась не подавать вида, что ей неловко от таких разговоров. Конечно, она понимала, что флиртует с Александрией, но самой себе она еще не призналась в причине такого поведения, поэтому и находилась в некотором замешательстве. — Я не люблю игры, Гриффин, — Лекса слезла с барного стула и оказалась немного ближе к сидящей слева от нее девушке. Взяв еще один шот со стойки, она опустошила его, слегка поморщившись от крепости напитка. Повернувшись к Кларк, которая коленями практически касалась ее ног, Лекса расплылась в игривой улыбке. — Хорошего вечера. Стоило Хадли только сделать шаг, огибая интерна, чтобы направиться на выход из заведения, как вдруг она почувствовала, как теплые нежные пальцы легли на ее руку, приостанавливая. — Спасибо, что привела меня в чувство в предоперационной, — тихим хрипом поблагодарила ее Кларк, чей рот сейчас был слегка приоткрыт, а глаза изучали черты лица шатенки. Лекса облизала свои пухлые губы, на мгновение задумавшись о том, как близко от нее Кларк и о том, что сексуальная энергетика, исходящая сейчас от той, заставляет каменеть низ ее живота. — Спасибо за выпивку, — Хадли склонилась к уху блондинки, слегка касаясь его своим носом, и тихо прошептала, обжигая кожу девушки горячим дыханием. Тут же резко выпрямившись, Лекса еще раз хитро улыбнулась Кларк, которая вдруг стала белее белого, и направилась в сторону выхода. — Воу…, — произнесла себе под нос Хадли, покачивая головой. Выйдя на улицу, она вдохнула прохладный летний воздух, облокотившись на стену бара, и на мгновение прикрыла глаза. Она чувствовала, как возбуждение волной накатывает на нее, а в голове и перед глазами стоит такая пелена тумана, что девушка попросту боялась продолжать свое движение. Секундами ранее, находясь в такой близости от Кларк, ей хотелось наплевать на все свои собственные запреты, на свои личные правила, на то, что, в конце концов, они находятся в многолюдном баре… Ей хотелось просто схватить эту девушку, усадить ее на барную стойку и владеть ею с животной страстью и похотью до того момента, пока их измученные тела просто бы не рухнули наземь. Лексе бы даже было плевать, если для Гриффин это просто забавный флирт и если бы она сопротивлялась ее страсти, ей просто хотелось овладеть ею. Почувствовать вкус ее губ, запах ее кожи, почувствовать всю ее как снаружи, так и внутри. Начав испытывать это бешеное желание, Лекса и решила поскорее покинуть бар, дабы не наломать все-таки дров. Кто знает, что бы произошло, если бы сейчас эта медленно плетущаяся в сторону такси девушка видела, как оставшаяся в баре Кларк в этот момент сидит, плотно сведя колени, стараясь усмирить бешеную пульсацию у себя между ног. Осушая шоты с крепким напитком один за другим, она сейчас пытается избавиться от настойчивых мыслей, глубоко засевших в ее голове: она хочет Александрию Хадли. Неужели, она влюбляется в Александрию Хадли?