— Алло. Ночные услуги заказывали?

— О, Боги! Вы такие мокрые! Заходите! — удивилась женщина, когда Леви и Эрен зашли в дом Йегеров. Они всю дорогу бежали, но все равно намокли. Одежда потяжелела и прилипала к телу, а с волос лилась вода. — Чувствую себя половой тряпкой, — сморщился Аккерман, наблюдая как стекает вода с его черной кофты. — Мам, мы помоемся на первом этаже. Не хочу грязь по дому разносить, — сказал Эрен, снимая свою кофту прямо на пороге. Он следом сбросил кеды и закатал мокрые джинсы, снимая носки. — Хорошо, милый, — кивнула Карла. С чашкой в руках спустился по лестнице Гриша. — О, что это за картина? «Мокрые утята»? — Не знаю такой картины, но от количества воды это в любом случае какая-то нечеткая абстракция, — ответил Леви, пожимая мужчине руку в знак приветствия. Йегер-младший обошел отца и быстро поднялся на второй этаж, оставив мокрые вещи там. — Леви, иди в ванную. Она за лестницей. Эрен сейчас возьмет сменную одежду и спустится, — дала указания Карла. — А я приготовлю ужин. — Спасибо, — поблагодарив женщину, брюнет пошел в указанном направлении. Йегер зашел в комнату, когда Аккерман стоял в боксерах и, уже успев похозяйничать, включил воду, чтобы та набиралась в ванную. — А это нормально, что мы вдвоем помоемся? Родители ничего не скажут? — спросил Леви, снимая часы и кладя их на тумбу у зеркала. Эрен оставил чистые вещи на корзине для белья. — Они бы удивились, если я пошел мыться с девушкой. А так нет. Кроме того, в двадцать один я сам вправе решать, перед кем расхаживать с членом наголо, — Йегер подошел к Аккерману и обнял его со спины, кладя голову на плечо. Теперь они оба отражались в зеркале. — Я на тебя плохо влияю. В твой повседневный запас слов добавилось слово «член», и ты теперь им очень часто пользуешься. — Армин меня уже считает законченным извращенцем. — Не он один, — ответил Леви, смотря в зеркало на лицо парня. — Тебе честно понравились часы? — Да. Но за розы я должен тебя ударить, — мрачно заявил мужчина, за что получил смех в ответ. — Это я что-то разошелся. — Больше не делай такого, — ответил Аккерман. — Почему? — Чувствую себя бабой, которой дарят подарки за секс, — нахмурился Леви. — Ты же знаешь, что я не думаю так о тебе. Просто ты мне нравишься, поэтому я хочу это выразить не только словами и прикосновениями, — Эрен поцеловал Аккермана в плечо. — Знаешь, если я займусь такой хуетой, ты просто будешь завален подарками, — мужчина развернулся в объятьях и, прислонившись задницей к столешнице, посмотрел в бирюзовые глаза Йегера. — Ладно, ты меня уговорил. Давай тогда договоримся: подарки дарим только на обычные праздники. Такого типа, как Рождество, День Рождения и День Влюблённых. — Уговорил, — согласился Аккерман и подошел к ванной. — Вода почти набралась. Раздевайся. Или джинсы прилипли к твоему телу? — Сейчас разденусь.

***

Спустя десять минут, оба сидели в ванной друг напротив друга. Эрен развалился на бортике ванной, иногда устало вздыхая. — Давно не принимал ванную, — признался парень, на что получил удивленный и отстраненный взгляд мужчины. — Я только душем ограничиваюсь, — добавил Йегер и заметил, как Леви расслабился. Стук в дверь. — Открыто! — крикнул Йегер-младший, лениво вздыхая. — Ты дверь не запер? — а это уж точно удивило Аккермана. — Забыл. Зато теперь вставать не надо, — пожал плечами парень, а в ванную зашел Гриша со стопкой белых полотенец. — Карла заметила, что ты не взял полотенца, поэтому велела мне принести их, — объяснил мужчина, прикрывая дверь, чтобы не впускать холод в наполненную паром комнату. — Спасибо, пап, — проговорил Эрен, наблюдая как Гриша кладет полотенца около одежды. Улыбаясь, Йегер-старший посмотрел на лежащих в ванной парней. — Чего разлеглись? Что, пиписьками уже померились? — Пап! — удивился Эрен, даже покраснел из-за неожиданных слов. — А что такого? Это же обычное дело. Мы, когда с пацанами ходили в баню, всегда так делали, — начал Гриша, а Эрен, из-за слов отца, опустился вниз и погрузил голову наполовину в воду, чтобы она попала в уши, и он не смог слышать всего этого от мужчины. — Да что здесь мериться? У меня все равно больше, — скучающе и расслабленно ответил Леви, даже не открывая глаз. — Что?! — Эрен резко поднялся с места, показываясь во всей красе. — Ладно, не буду мешать, — засмеялся Гриша и вышел из ванной комнаты. Аккерман лениво открыл глаза, осматривая парня, который все еще стоял в ванной в свой полный рост. — Ты чего здесь перед отцом членом своим светишь? Его можно видеть только мне. Эрен обижено сел обратно в воду. — Значит, мне надо закапывать глаза клеем моментом, когда я иду в туалет? Чтобы не смотреть на свой член. Леви выпрямился в ванной, а затем встал на колени и подполз к парню, устраиваясь между его ног. — У тебя шикарный член, малыш. Чем ты недоволен? — сказал мужчина, глядя в глаза любовника. Эрен вздрогнул. Опять эта его проститутская манера речи. Вспомнился первый раз, когда Аккерман говорил так же пошло. Леви сел спиной к парню, а затем лег на его грудь, кладя голову на левое плечо. — Ты точно уверен, что у тебя больше? — ответил вопросом на вопрос Йегер. Рука скользнула мужчине между ног, обхватывая плоть и несильно сжимая. — Хочешь поспорить? — с вызовом произнес Леви. — Давай попросим твоего отца принести линейку и измерим в возбужденном состоянии. — Когда стоит, у всех большой, — нахмурился Эрен, а брюнет повернул голову в сторону парня, чмокнул в губы и поднялся, вылезая из ванной. — Ну тогда проверим у тебя в комнате, перед сном, — пообещал мужчина, подходя к полотенцам и начиная вытирать тело. Воодушевленный обещанным продолжением Йегер вытянул пробку в ванной и также вылез. — Так-с, нижнее белье я купил в городе и ни разу не надевал. Лежат на всякий случай, если кому-нибудь из друзей понадобятся, — предупредил Эрен, вытирая свое тело. Он знал, что Леви брезглив на эту тему. Аккерман лишь кивнул и взял боксеры, надевая их. — Из одежды твое — бежевые шорты и красная футболка, — Йегер отложил полотенце и также принялся натягивать одежду. Выйдя из ванной комнаты, Аккерман почувствовал вкусный запах. — О, наконец-то вы вышли, мальчики, — улыбалась Карла, заканчивая с сервировкой стола, на котором стояли салат и закуска. — Мам, я помогу, — Эрен быстро обошел барную стойку и подошел к женщине, помогая у плиты. Леви же сел с левой стороны от центрального стула, где любил сидеть Эрен, и наблюдал за парнем. — Смотрю, такая планировка кухонь и столовых сейчас в моде, — вынес вердикт Аккерман, когда полностью осмотрел интерьер. — О, вижу, ты разбираешься в этом, — улыбнулся Гриша и отложил книгу в сторону. — Я работаю в строительной компании, и у меня в квартире такая же планировка как у вас, — объяснил Леви, а Йегер-старший, похоже, заинтересовался. — Значит, ты живёшь один? — вставила свой вопрос Карла, которая услышала слова Аккермана. — Да. В центре города, — ответил Аккерман, смотря на Йегеров. Эрен взял две тарелки и подошел к столу, ставя одну перед Леви, а вторую — около своего места. — Ого. Ты, наверное, много работаешь, раз у тебя уже квартира в центре города, — восхитился Гриша. Он уважал людей, которые любят трудиться и много работают, чтобы достичь чего-то. Мужчина и сам такой по натуре — трудоголик. Видимо поэтому в домашних делах профан. Карла подошла к столу и поставила две тарелки: мужу и себе. — Вы правы, — согласился Леви и взял в руку вилку. — Леви, а сколько тебе лет? — спросила женщина, садясь около мужа. Эрен уже сел, и теперь ковырял вилкой картошку в тарелке, слушая, как допрашивают его любовника. — Двадцать восемь, — ответил Аккерман, получая удивленные взгляды родителей парня. — Что такое? — Ты так молодо выглядишь. Почти как сверстник Эрена, — прокомментировала женщина. — Спасибо, — усмехнулся мужчина. — Ну всё! Давайте есть, — объявил студент. Все замолчали. Трапеза проходила в полном молчании, пока Аккерман не заметил настоящее преступление. — Не выкидывай морковку, придурок! — в своей манере отчитал парня Леви, совсем забыв, что в гостях. — Но я её не люблю, — скривился Йегер-младший, продолжая ковырять салат и выкладывать на край тарелки овощ. Аккерман дал парню по рукам, а затем приподнялся. Выхватив из его рук вилку, он собрал почти всю морковку, которую Эрен выбросил, и поднял столовый прибор в воздух, поднося к студенту. — Рот открыл. — Леви, я не буду это есть, — скривился парень. — Ты будущий программист, идиота кусок. Тебе за компом сидеть сутками. Тебе зрение к тридцати годам еще нужно? — давил на Йегера Аккерман. Он схватил рукой парня за подбородок и надавил на челюсть, заставляя студента открыть рот. Быстро запихнув в рот морковку, мужчина отстранился. — А теперь жуй, кроль, — брюнет сел обратно на стул, кладя вилку парня ему на тарелку. Родители сидели в немом шоке. Они почти всю жизнь не могли заставить сына есть морковь, а здесь только что показали смертельный номер. Йегер-младший сидел и с кислой рожей жевал ненавистный овощ, а на глазах чуть не выступали слёзы. — Простите, я увлекся, — Леви вспомнил, где он находился и продолжил есть. Гриша тоже отлип и продолжил трапезу. Спустя минуту, началась новая комедия. Или трагедия. Для кого как. — Эх, жаль Леви не девушка, — тяжело вздохнула Карла, а мужская половина стола подавилась, кто чем. Эрен покраснел, пока Леви пытался дышать глубже, так как боялся, что не успел написать завещание. Гриша перестал кашлять и посмотрел на жену: — Женщина, думай, что говоришь! Сказать такое мужчине под тридцать… Это уже преступление! — А что? Леви прекрасно бы подошел Эрену! Только он может его воспитать! Йегер-младший незаметно от родителей ткнул пальцем Леви в бок и подмигнул с улыбкой, за что получил леща, и Аккерман отвернулся от него смущенный и покрасневший, как рак. Эта сцена происходила на фоне спорящих родителей, где Гриша защищал пол Леви. — Знаете, — прервал их Аккерман, — я думаю, если бы я был женщиной, — Леви поставил локоть на стол и подпер голову рукой, при этом загадочно ухмыляясь, — мне не понравился бы Эрен. — Почему? — удивилась мать. — Знаю, что он не подарок, но все равно хороший мальчик. Йегер-младший вздохнул. Это выглядело со стороны так, как будто его уже женят. Или замуж выдают. Он сам так и не понял, что происходит. — Слишком шумный, — ответил Аккерман. — Энергичный, болтливый, глупый… — А вот на счет глупого — протестую, — перебила мужчину Карла. — Директор сказал, что он… — МАМА! — прикрикнул на женщину Эрен громче, чем ожидал. — Нельзя. Карла сначала удивилась, почему сын поднял на неё голос, а затем поняла, что нельзя об этом говорить при Леви, который не понял, при чем здесь какой-то директор. — В общем, он не глупый. Вот, — закончила Карла, а затем поменяла тему. — Кто будет чай?

***

Леви и Эрен поднялись наверх, в комнату парня. — Блин, сколько же я чашек чая выпил? — похоже, что еще немного и Йегера стошнит. Парень включил свет в комнате и подошел к шкафу. — Нах было столько пить? — спросил Аккерман, на этот раз планируя рассмотреть комнату получше, так как не успел в прошлый раз. Большое окно с тремя рамами, а около него двуспальная кровать. Плазменный телевизор, у которого куча стопок с дисками. Стол и компьютер. Шкаф, в котором сейчас искал что-то хозяин комнаты. Цвета были нейтральными и не привлекали внимание. — А то что за дверь? — спросил Аккерман, замечая около стола еще одну дверь. — Выход в коридор к ванной комнате. Знаю, странная планировка. — Скорее оригинальная, — ответил мужчина. — В чем спать будешь? — Могу вообще голым, — съязвил Леви. — Рубашка подойдет? — Давай её. Мне всё равно, — мужчина словил белую хлопковую рубашку. Для себя парень достал черные спортивные штаны и, сняв одежду, надел их на боксеры, оставаясь полуобнаженным. На груди остался висеть ключ. Йегер повернулся к Аккерману, застегивающему пуговицы на белой рубашке. Эту одежду Эрен не носил, рукава были короткие. А на Леви она висела, и выглядела как пижама. Даже прикрывала боксеры. Йегер подошел к двери и выключил свет в комнате. Уличный фонарь освещал комнату. Эрен подошел к мужчине и, взяв его за руку, повел к кровати. Йегер лег на постель, утягивая Леви за собой. — Спасибо за приглашение, — съязвил Аккерман, и, удивив этим Эрена, сел на парня сверху, перекинув через него ногу. — Ты думал, что мы спать будем? Йегер засмеялся. — Конечно, нет, — руки парня прошлись по бедрам мужчины, залезая под рубашку и останавливаясь на талии. Леви наклонился к лицу любовника, желая рассмотреть в темноте его глаза. — Но прежде, я бы хотел продолжить разговор. — Какой? — удивился Аккерман, но это скрыла темнота. — Тот, который начался на площадке. — Думал, мы закончили, — ответил Леви и, слегка спустившись на парне, лег на него, устраивая голову на груди. Эта поза для Аккермана была удобна, поэтому он расслабился. Эрен накрыл их пледом и обнял мужчину за талию. — Не думаю, что ты ударился головой настолько сильно, чтобы поменять своё отношение ко мне. Раньше ты не опекал меня так сильно. Почему ты себя так вел по телефону все эти дни? Сердце Эрена бешено стучало, пытаясь оповестить Леви о том, что Йегер лжет и всё знает. А лицо просило доверить скрытую правду и, наконец-то, признаться. Йегер решил подтолкнуть Аккермана: — Алекс что-то сделал? Мужчина напрягся. — Думаю, что в любом случае ты пожалеешь, если узнаешь правду, — проговорил Леви, выдыхая на кожу Эрена. Тот вздрогнул. — Я пожалею, если её не узнаю, — ответил Йегер. — Расскажи мне всё. Голос был таким уверенным, что даже Аккерман засомневался в собственном решении, которое в ту же минуту было пересмотрено. — Ты такой упрямый. Сердце Аккермана быстро стучало, внутри был страх, что Эрен поменяет к нему отношение, если узнает обо всем. — Спасибо. — Я тебе уже говорил, что жил во Франции, — начал Леви. — Так вот, я переехал с мамой из-за отца, который исчез и оставил нам свои долги. История стара как мир, но я не думал, что она будет моей биографией. В итоге мы продали хороший дом, взяли все свои сбережения и уехали из страны. Мы не были виноваты в его долгах, поэтому я сразу отказался их выплачивать. Йегер вспомнил историю Смита, но пока она не началась. Парень поставил перед собой задачу, сложить всё в единую картину. — Здесь мама нашла себе кавалера, — усмехнулся Аккерман, продолжая, — а чтобы остаться в стране и скрыться от этих людей, она вышла замуж. Мы, естественно, поменяли фамилию на Фраучовски. Именно эта фамилия была у, как оказалось, алкоголика, который после того, как мама стала его женой, спился и начал продавать всю мебель и всё, что попадалось, чтобы купить бухло на вечер. Теперь стало понятно, почему у Леви была такая фамилия. Похоже, что Смиту он об этом не рассказывал. Или Эрвин предпочел, чтобы эта история осталась за Аккерманом. — Чтобы хоть как-то прокормить мать и себя… Да что там о еде, — вздохнул Леви, — чтобы оплатить долги за коммунальные услуги, и чтобы нас не выгнали на улицу: мы были еще гражданами Франции… Я начал воровать и ввязываться в драки, за что меня пару раз арестовывала полиция и сажала в изолятор на пятнадцать суток. Я старался не попадаться, ведь когда приходил домой видел, как на матери появлялись новые увечья. Эрен напрягся. — Этот подонок избивал её? — Йегеру почему-то захотелось ударить того ублюдка. — Да, причем регулярно. Но, как говорится, его дом — его правила. Когда был рядом — предотвращал любое насилие, а так мама была беззащитна в дни моего отсутствия, — Леви приподнялся, смотря на Йегера. Он хотел увидеть реакцию парня на вышесказанное. Вместо этого, Эрен повернул голову в сторону мужчины. — Рассказывай, — поцелуй в голову, Аккерман решил продолжить. — Однажды, я наткнулся на каких-то парней. Просто так пристали ко мне. Я тогда подумал, что они хотели драки. Избив их, я забрал все деньги и вышел на улицу. Смотрю, белый парик с аптечкой стоит, — Леви усмехнулся так, как будто это воспоминание было действительно забавным. — Пристал как липучка, но я его отшил и ушел. — И что же он хотел? — соврал Йегер, прекрасно зная, что хотел Смит. — На тот момент, похоже, подлечить меня и поговорить по душам. Я его почти не слушал. Спустя меньше, чем полгода, меня поймали за драку в баре. Обычная потасовка. Я просто своровал пару кошельков, а как оказалось, это точка какой-то бабы. Вот она и натравила на меня своих амбалов. Нас всех посадили за решетку. Затем появился Смит и очень сильно захотел поговорить со мной. Я бесился из-за этого, и мне было непонятно, что же он от меня хочет. — Мистер Смит умеет появляться вовремя, — прокомментировал Йегер. — Поэтому он меня и бесит. В итоге в допросной комнате, он мне втирал о мире во всем мире. Предложил мне пойти в армию служить по контракту. Мол: хорошие условия, и докажу, что я не законченный мудак. Сидя за решеткой, я думал больше о матери и решил согласиться. Смит встретил меня после того, как я вышел, и мы поехали ко мне домой. Впервые видел, чтобы мама так плакала. Она была рада, что больше не придётся жить с этим подонком. Я уехал на три года в армию, а мама судилась с этим пьянчугой. — Ого. Она выиграла? — Да. Сменила фамилию на свою девичью, а я остался с фамилией Фраучовски. Большинство документов было с этой фамилией, а у меня не было просто времени бегать всё переоформлять. Когда контракт закончился, Смита перевели в участок, где он сейчас работает. Я решил на заработанные деньги пойти учиться в строительный университет. А потом… Мужчина обратно лег на Йегера. — Мы встретились в кафе, и белый парик внезапно заговорил об агенте, который им нужен для прикрытия. Другими словами: нужна была шлюха, что будет сливать информацию. Обсудив всё, решилось что это должен быть парень. Смит сразу же предложил мне эту аферу, естественно с дополнениями. — Почему же ты согласился? — вот они и подошли к главному вопросу. — Я почувствовал себя обязанным белому парику. Он вытащил меня из дерьмовой жизни, и я понял, что должен отплатить ему. Я не горел желанием спать с мужиками и бабами за деньги, но понимал, что если быстро раскрою Алекса, то и этот кошмар закончится быстрее. Эрен внезапно разозлился. — То есть Смит вытащил тебя из одного дерьма, чтобы потом всунуть во второе? — На тот момент, картина смотрелась куда проще, — ответил Аккерман. — Поначалу меня буквально тошнило от этого всего. У меня не стоял на баб, так как я не горел желанием вообще быть проститутом, — сознался Аккерман. — В итоге Алекс сказал мне работать только с мужчинами в роли пассива. Так и стоящий член не нужен, а клиентам можно сказать, что я импотент или что-то вроде такого. Главное — трахнуться и получить деньги. Казалось, что еще немного, и внутри у Эрена что-то взорвется. — После года работы я начал это воспринимать нормально: мне стало пофиг с кем спать. В итоге я стал любимчиком Алекса, и он повесил мне статус «ВИП». Я брался только за больших шишек, и у меня были привилегии. Я мог выбирать с кем спать и брать выходной в любой день, когда захочу. — Так, стоп. Если ты брался только за випов, то по какому приколу к тебе попал я? Аккерман прошелся губами по коже парня и прошептал в неё: — Потому что не было свободных проститутов. Он попросил меня это сделать. — Я понял, — кивнул Эрен. — Признаюсь, что я много раз пожалел, что взял заказ, но сейчас я не жалею, — ответил Леви, за что получил в ответ сильные объятия. — А как же ты поменял фамилию? — С начала операции, я начал жить отдельно, а матери только пересылал деньги каждый месяц. Сказал, что работаю в компании, а так как много работы лучше жить отдельно. Мы год не виделись, а затем, она мне позвонила и сказала, что выходит замуж. Просила приехать и познакомиться с будущим отчимом и… его дочкой, которая станет моей младшей сестрой. Только на свадьбе я с ними познакомился и уже тогда понял, что Гектор — хороший мужик и будет оберегать маму. Хотя я сначала и отказывался, но мама попросила меня поменять фамилию на Аккерман. Она не хотела, чтобы ее сын носил фамилию какого-то пьяницы подзаборного, который мне ни разу не отец. И вообще левый человек. Я много советовался с очкастой. Парик согласился поменять все документы. В итоге, я стал Аккерманом. Я думал уйти, доработав год, но это я сказал за месяц до встречи с тобой. После секса с тобой, я понял, что во мне не пропала та человечность, она просто заснула из-за отсутствия нормальной личной жизни. Остальное ты знаешь. Йегер лежал и молчал, переваривая информацию, полученную от мужчины. — Не сильно разочаровался? — заговорил Леви. Было такое чувство, что его голос простужен. Эрен удивился. — Почему я должен быть разочарован? Да, история не «ахти», но я все равно счастлив, что ты мне всё рассказал, — ответил парень. Обхватив мужчину ногами, он перевернул его, укладывая слева от себя. Плед слетел на пол. Аккерман почувствовал облегчение, когда рассказал парню свою историю. Как будто большой груз свалился с его плеч. Стало не просто дышать легче, но и появилось ощущение, что они стали ближе. Леви может показывать все эмоции, даже самые постыдные, которые скрывает за маской хладнокровия. — А сейчас, когда я решил уйти из проститутов, Алекс, похоже, что-то начал подозревать. Начал искать на тебя информацию, поставил за нами слежку, — ответил Леви. — Вот почему я себя так вел в последнее время. Я просто переживал, что этот подонок доберется до тебя. Теперь придется говорить правду Эрену: — Я всё знаю. — Что? — удивился Леви, не поняв, о чем он. — Я всё знаю, — признался Йегер и посмотрел на Аккермана.