Четыре альтмера и одна землянка

Утром Асгейр, обрадованный неожиданным исцелением, засобирался домой и пригласил спасительницу в гости. Антонина, конечно, согласилась. Тем более, что охотник взялся проводить её до Рифтена после того, как навестит семью. По дороге к родной деревне норд поведал об обстоятельствах своего ранения. Оказалось, что ранил его какой-то бандит-одиночка, но и сам подвергся нападению саблезуба, с которым не смог справиться. Матёрый зверь уволок неудавшегося грабителя в неизвестном направлении, оставив Асгейра умирать от раны в одиночестве. Девушка шла рядом, но слушала не очень внимательно, поглощённая своим «открытием». Теперь она знала – с чем ей идти в Коллегию Магов и у кого учиться… Родной деревней Асгейра оказалась «Лесная». При прохождении игры Тосю удивило слово «деревня» в названии локации, где проживает всего двое людей и стражник, их охраняющий. Здесь же – это была действительно деревня, примерно в пятнадцать домов. Лесопилка принадлежала той самой Гросте, которой не хотелось возвращения мужа домой. Семья норда встретила Тосю очень тепло, как родную. Внуки его, Ульвар и Хельми, не отходили от деда весь вечер и всё время просили рассказать, как он сражался с бандитом. История с каждым разом обрастала всё новыми подробностями. Дочь Асгейра Сольвейг и муж её Фрейгейр, напротив, занимались исключительно гостьей. Старались накормить как можно больше и вкуснее, но не забывали поглядывать и на детей, чтоб не слишком докучали деду. Однако последнему, похоже, общество сорванцов доставляло большое удовольствие. Фрейгейр служил стражником в Рифтене, он сразу отмёл идею тестя и предложил себя в качестве провожатого Тоси. Асгейр не возражал, поскольку зять действительно был бы лучшей охраной для девушки, да и на службу ему надо было заступать как раз завтра, после полудня. Всё одно идти в город. Сольвейг за спасение отца отдала гостье сотню септимов. Тося немного смутилась – не за деньги она помогала, – но отказываться от материальной помощи не стала. И деньги, в общем-то, нужны, и обидеться люди могут. Весеннее утро встретило путников мелким дождём и туманом. Но, несмотря на ненастье, дорога к Рифтену оказалась многолюдна. И чем ближе они подходили к городу, тем больше становилось людей, лошадей и повозок. Дошли почти в полдень и без приключений. Антонина удивилась высоте и прочности стен, массивности ворот и самим размерам города. В игре он выглядел как-то игрушечно. Недалеко от конюшен расположился каджитский караван, и кошатнице Тосе, конечно, очень захотелось посмотреть на кошколюдей поближе. Фрейгейр не стал её удерживать, да и на службу боялся опоздать. – Будь осторожна, Тони, – напутствовал он, – каджиты все пройдохи и жулики. Смотри внимательно, что предлагать будут, и сумку свою не носи на спине. Помни, Рифтен – город воров. – Хорошо, – улыбнулась Тося, снимая рюкзак с плеч. – Ладно, мне пора на службу. Захочешь ночевать в городе – иди в «Пчелу и жало». Хозяева там ящеры, вредные, но тихие. Берут недорого, кормят неплохо и комнаты чистые. – Спасибо, Фрейгейр. – Это тебе спасибо! Помни, мы всегда рады видеть тебя, в любое время! – норд от души обнял девушку на прощание и направился в город. У самого большого шатра стояла богато одетая каджитка с золотыми серьгами в ушах и зазывала покупателей. Тося подходила с улыбкой, стараясь не слишком откровенно рассматривать большую кошку. – Любые товары, – почти промурлыкала торговка, – и по хорошей цене. Подходи, посмотри, ты обязательно найдёшь что-то нужное. Девушка, увернувшись от какого-то носильщика, подошла к импровизированному прилавку. «Интересно, как они умудряются выговаривать слова?» – мелькнула внезапная мысль. Но додумывать Тося не стала, поглощённая разглядыванием товаров. Чего тут только не было! Разве что «птичьего молока». Что покупать – она пока не решила, хотя в игре всегда что-нибудь брала у каджитов. Тот же лунный сахар. Но сейчас, конечно, не следовало рисковать с этим «запретным товаром», да и не нужен он ей пока что. Вспомнив о недавно пережитом эффекте от магического зелья, девушка указала на синий флакон и спросила: – Сколько ты хочешь за это зелье? – Тебе нужно просто зелье магии или зелье с особыми свойствами? – Пожалуй, с особыми, – кивнула Тося, – мне нужно зелье лекаря. – О, это у нас есть, – вкрадчиво сказала кошка и протянула покупательнице пузатую бутыль, – всего пятьдесят септимов. «М-да, дороговато, конечно. Если купить штуки три таких зелий, денег практически не останется. Разве что-нибудь продать… А что я могу им продать?» Приняв решение, Тося улыбнулась торговке, всё ещё державшей флакон с зельем. – Как тебя зовут? – поинтересовалась она. – Акари, моя госпожа, – каджитка искренне удивилась интересу со стороны норда. Люди в Рифтене обычно просто покупали, что нужно, и уходили. Редко кто удостаивал караванщиков беседы. – У меня есть кое-что на продажу, Акари. Не желаешь посмотреть? – Показывай, – улыбка кошки выглядела несколько необычно, но это была именно улыбка. – Вот, – Тося повесила рюкзак на плечо и сняла с себя небольшой кулон на тонкой цепочке, – Смотри. Каджитка отставила зелье и взяла из рук покупательницы украшение. Золотая фигурка женщины с кошачьей головой и большими глазами из хризопраза словно заворожила её. Длинное платье без рукавов, зелёная ниточка пояса и колечки-серьги в ушах смотрелись одновременно просто и изысканно. Серьги также служили подвесками для тонкой, похожей на нить цепочки. – О-о, Мара… – тихо произнесла Акари, поглаживая кулон. «Мара? – удивилась Тося, - Кажется, её амулет выглядит совсем не так. Хотя… У каджитов, наверное, иное представление о богине», – однако вслух ничего не сказала, продолжая наблюдать и ждать, что скажет кошка. – Это очень красивая, очень изящная и очень дорогая вещь, – сказала наконец торговка, – У Акари не будет достаточно денег, чтобы купить её. – Тогда я продам её за ту сумму, которую ты сможешь заплатить. Кошка слегка нахмурилась, возможно, сожалея, что успела сказать о высокой стоимости кулона. Но слова уже были произнесены… – Хорошо, моя госпожа, Акари даст тебе пятьсот септимов, и ты можешь выбрать любой товар ещё на сотню. – Идёт. Золотая фигурка богини Баст перекочевала в карман каджитки, а Тося получила увесистый кожаный мешочек с монетами и пару зелий лекаря. Пересчитывать деньги не стала, благоговение в глазах кошки при виде кулона давало уверенность, что в кошельке именно та сумма, какую она назвала. – Пусть дорога приведёт тебя в тёплые пески, – напевно промурлыкала Акари на прощание, – И да пребудет с тобой благословение лун! «Ого! Похоже, Бастет произвела сильное впечатление!» – улыбнулась себе девушка, шагая к городу и прижимая к груди рюкзак. Никто, конечно, не потребовал с неё никакой платы за вход. Через открытые настежь ворота шёл нескончаемый людской поток, а стражники, лениво прислонившись к стене, только наблюдали за толпой, иногда провожая взглядом ярко или богато одетого гостя. Тосю, в её сереньком походном плаще, они вообще не заметили. Рифтен оказался не только густонаселённым, но и очень большим. Улицы были значительно шире, и было их намного больше, чем в игре. Город обрушил на неё неимоверное смешение красок, звуков и запахов. Сквозь немолчный гомон толпы пробивался звон наковальни, слышался смех детей, грохот бочек, катившихся по деревянным мосткам в порту, и, конечно, крики торговцев. Девушка приближалась к центральной рыночной площади. На большом пространстве разместилось по кругу такое множество прилавков и киосков, что не сразу можно было посчитать – сколько же их на самом деле. Но уж точно не четыре жалких лавочки, предложенных разработчиками игры. За минуту неспешного променада Тося успела почувствовать запах рыбы, весенней листвы, сырого мяса, человеческих испражнений, ароматных благовоний, вкусной выпечки, болотной тины и подгоревшего масла. Если бы не окружающий антураж, можно было подумать, что она сейчас где-то на Восточном базаре, а не в суровой северной провинции Тамриэля. – Загляните к Бранд-Шею, посмотрите на отменные товары из Морровинда, – раздался за спиной низкий глубокий голос. Антонина оглянулась и едва сдержала возглас удивления, увидев тёмного эльфа под навесом небольшого киоска. Бранд-Шей? Девушка подошла ближе. – Всё высшего качества, – сказал торговец, обращаясь уже к ней. За волнениями предыдущих событий Тося совсем забыла об этом данмере, а ведь, начиная новую игру, планировала женить его на своей Марусе. Теперь же немного растерялась под внимательным взглядом тёмно-красных, почти гранатовых глаз. Что сказать? Стоит ли заводить разговор о странном имени, с которого начинался квест? Сомнения были, конечно, но решила всё же поговорить. Ей всегда нравились голоса тёмных эльфов в игре, и особенно – интонации Бранд-Шея. Эльф, слегка удивлённый интересом незнакомки, охотно поведал о своих безуспешных поисках и о том, что уже потерял надежду что-то узнать. Именно в этот момент раздался шум толпы, перекрываемый громким голосом, доносившимся из самого центра рыночной площади. Голос рекламировал какой-то чудодейственный омолаживающий бальзам. Бранд-Шей отвлёкся от разговора и развернулся, намереваясь уже выйти из киоска. Девушка не знала, был ли это пройдоха Бриньольф или кто-то другой, но, повинуясь порыву, решительно схватила данмера за рукав. – Постойте! Вы сказали «Гордость Тель Воса»? – Да-а, именно так назывался корабль, – эльф остановился и больше не делал попыток уйти. – У меня есть для вас кое-какие сведения. – Я слушаю. Набрав побольше воздуха и на ходу придумывая фантастические обстоятельства, при которых читала старый дневник, Тося выдала всё, что помнила из его записей. Потрясённый Бран-Шей молчал с минуту, переваривая услышанное. – То есть, вы хотите сказать, что… – Да, ваше настоящее имя Брандил Телванни, сын Лимдренна. – Это единственная радостная новость за все годы моей жизни в Рифтене. Кто вы и как мне благодарить вас? Разве что… – данмер освободил руку и потянулся к карманам. – Меня зовут Антонина, – поспешно ответила девушка, – И я хочу посмотреть на ваши товары. – Да, конечно… А на прилавке действительно лежали диковинные вещи, которых она никогда не видела в игре, и не только у Бранд-Шея. Вообще не видела. Их было немного, но взгляд привлекало всё. Изящный кинжал с инкрустированной костяной ручкой, браслет-змейка с рубиновым глазом, два старинных серебряных кубка с каймой из лазурной эмали, золотая фибула для плаща с зелёно-синим перламутром. Но больше всего ей понравилось ажурное кольцо белого металла с прозрачным, как слеза, голубым сапфиром. Тося захотела его примерить, и как только украшение оказалось на среднем пальце, она сразу почувствовала знакомое тепло. Кольцо было зачаровано и сделано для мага. Бранд-Шей поинтересовался, нравится ли его товар, и, получив утвердительный ответ, тут же заявил, что это подарок. Девушка решительно запротестовала и сказала, что либо купит кольцо, либо не возьмёт его вообще. Она понимала, что стоит такое изделие очень дорого. Слишком дорого для её читерского сообщения. После продолжительного и очень странного торга, где покупатель называл большую цену, а продавец – меньшую, спорщики пришли к соглашению, стоившему 250 септимов. Тося буквально впихнула данмеру половину содержимого своего кошелька. – Подождите, – сказал эльф, – давайте я разменяю вам хотя бы двадцать септимов. В Скайриме нельзя расплачиваться только золотыми монетами, тем более – в Рифтене. Это может привлечь ненужное внимание. Девушка послушно положила на прилавок деньги, для неё было открытием, что здесь есть ещё другие денежные единицы. Серебряные и медные. – Спасибо, – улыбнулась она, отправляя мелочь в кошель, – Вы не знаете, ходит ли отсюда повозка до Винтерхолда? – Конечно, ходит, и не одна. Выбирайте повозку с охраной. Это стоит дороже, но при охране никогда не нападают по дороге. Отправляется обычно рано, с восходом солнца. И лучше договориться с возницей заранее. – Учту, – кивнула Тося, – А у кого здесь лучше всего покупать одежду? – У Берси, в «Заложенной Креветке», – уверенно сказал эльф, – от моей лавки сразу налево, пройдите четыре киоска и поверните направо. Там увидите. Сердечно поблагодарив эльфа, девушка попрощалась и быстро зашагала к магазину. До заката Тося успела обзавестись небольшим новым гардеробом у Медовой Руки, договориться с возницей и снять комнату в таверне. А утром, преобразившаяся и почти не отличимая внешне от местного населения, сидела в повозке, слушала байки старого стражника и любовалась окрестностями. На третий день пути, почти к вечеру, повозка подъехала к Винтерхолду.