Четыре альтмера и одна землянка

Четвёрка альтмеров встретила джампер прямо на крыше. Поручив сопровождение Антонины друзьям, Ондолемар увёл с собой Элерина и Ниверона осматривать комнаты для ночлега. Девушка разглядывала изысканное убранство анфилад, стараясь не отстать от друзей. Впереди шёл Анкано и показывал дорогу, время от времени оборачиваясь назад. – Это здесь, – сказал он, наконец остановившись, – Посмотри, мы выбрали эту комнату для тебя. – Ого! Какая большая спальня! – удивилась Тося, открыв дверь своих апартаментов. – Большая? – поднял бровь Анкано, – Мы попросили Маро поселить нас так, чтобы мы все были рядом, он привёл нас сюда и сказал, что эти гостевые комнаты очень небольшие. – Да? Остаётся только догадываться, какие же апартаменты тут считаются большими, – засмеялась девушка, – Но я рада, что вы все будете рядом. – Мы тоже рады, – улыбнулся Альтамир, – Если что – кричи, – лукаво подмигнул он, – Акустика тут хорошая. – Да тут такие расстояния, что крики бесполезны, – иронично заметила девушка, – Пока добежите, меня десять раз убьют. – Тони, хочешь, я оставлю на охране у твоей двери Шпунтика? – предложил Айкантар. – Я пошутила, Айки, – улыбнулась Антонина, – Не нужна мне охрана. Мы всё же ночуем в дружественном доме. – Это верно, – подошёл к ним Ондолемар, – к тому же, дом под магической защитой, опасаться вам нечего. – Тут что, все дома с магической сигнализацией? – поинтересовалась Тося, оглядывая с порога просторную спальню. – Почти все, – кивнул эмиссар, – Если тебе не нравится эта комната, тут есть другие. – Спасибо, Ондолемар. Мне всё нравится, – устало вздохнула девушка, – Просто никогда ещё не доводилось спать в таких больших помещениях. Как бы не проспать на такой королевской кровати. – Не волнуйся, я разбужу, – поспешил её успокоить Альтамир. – Тогда уже всех буди, Альти, – улыбнулся Анкано, – Завтра у нас интересный день. – Угу, – кивнула Тося, – и очень волнительный. – У меня нет дурных предчувствий, – покачал головой Ондолемар, – Мы, конечно, волнуемся, Тони. Это естественно. Но плохого завтра ничего не случится. С пожеланиями доброй ночи друзья разошлись по своим комнатам. Антонина обошла роскошную спальню, разглядывая орнаменты на потолке. – Ой, ну и кровать, – прошептала она, погладив вышитое одеяло, – тут и потеряться недолго, прямо танцплощадка. Девушка прошла за полог у изголовья, открыла неприметную дверь и вошла в купальню. Заглянув за ажурную ширму, затянутую белым шёлком, она обнаружила наполненную ванну. Обрадованная открытием, Тося проверила температуру, быстро скинула одежду и с наслаждением погрузилась в тёплую воду. Настроение сразу поднялось, суетный день заканчивался очень хорошо. Анкано долго не мог уснуть, несмотря на все удобства, предоставленные в этом доме гостям. Он впервые за долгие годы проводил ночь в Алиноре. Маг смотрел на звёздное небо, подсвеченное магическими огнями, и вспоминал давно ушедшие дни. Утешало только то, что завтра ему не придётся ходить по улицам города. Он улыбнулся, вспоминая прошлые праздники, в которых и сам когда-то участвовал. Теперь можно будет просто смотреть и давать пояснения друзьям. Ведь никто из них ещё не видел Дней Сирабейна в столице. Сосредоточившись на порядке церемонии открытия, Анкано незаметно уснул. Помня о предыдущей тревожной ночи, Альтамир спросил Айкантара, не боится ли он оставаться один в комнате на ночь. Юноша, конечно, боялся, но смог справиться с эмоциями и твёрдо заявил, что ничего не боится в доме дяди Маро. Однако, оставшись один, он всё же выпустил Шпунтика из рюкзака и вместе с ним обошёл просторную спальню. А потом посадил паука около двери с командой охранять, и только тогда окончательно успокоился. С удовольствием съел пару булочек, заботливо оставленных Варнэ на прикроватной тумбочке, и улёгся на мягкие подушки. Сон к нему пришёл быстро, безмятежный и крепкий. Альтамир, проводив взглядом Айкантара, толкнул дверь и зашёл в свои апартаменты. Он одёрнул тяжёлую портьеру и открыл окно. В комнату ворвался тёплый воздух южной ночи, наполненный ароматами цветов и солёным запахом моря. Эльф улыбнулся, окна его спальни выходили в сад. Глаза за день устали от нарядных улиц городов Саммерсета и теперь отдыхали, глядя на старые деревья и ветви глицинии, свисающие по краю оконных рам. Только оставшись один, он позволил себе подумать и о собственных переживаниях, связанных с пребыванием на Саммерсете. Отец часто вспоминал родину и много ему рассказывал об Алиноре, в котором когда-то жил. В детстве Альтамир даже хотел хотя бы раз побывать на островах, но после смерти родителей это желание никогда не посещало его. И, конечно, никогда он даже не представлял, что когда-нибудь приедет на Саммерсет и будет гостем в доме одного из самых высокопоставленных талморцев. Но даже если бы представил, то вряд ли бы его обрадовали такие фантазии. А теперь юноша сам удивлялся тому, что Саммерсет ему скорее нравится, несмотря на то, что эта земля практически изгнала его отца и его родиной тоже не стала. Альтамир усмехнулся превратностям судьбы, глубоко вздохнул и отошёл от окна. Пора было ложиться спать. Золотой полуденный луч ярко высвечивал клепсидру в углу кабинета, запуская цветного солнечного зайчика к противоположной стене. Ондолемар сидел за столом и писал ответ на приглашение королю Лилландрила. Золотое перо бесшумно скользило по гербовой бумаге, выводя ровные и чёткие буквы. Он не знал, на сколько дней его семья задержится в гостях, и одновременно размышлял о распоряжениях слугам по случаю отъезда. Шёлковые занавески на окнах качнулись от ветра, и к шуму морских волн присоединился звук лёгких шагов. Никому не разрешалось заходить в кабинет, когда лорд работал, и никто его не беспокоил в это время. Перо замерло над недописанной строчкой, но Ондолемар не рассердился, потому что знал, что сейчас ему помешала жена. Откинувшись на спинку кресла, он просто смотрел на морскую гладь за окном и ждал, с улыбкой слушая приближающийся шелест длинных шёлковых одежд. Женские руки ласково обняли его сзади, тихонько звякнули изящные золотые браслеты, тонкий, едва уловимый аромат ландыша и волнующее знакомое дыхание у самого уха: «Прости, Маро, что помешала. Но Ласи уже скучает по тебе». Он отложил перо и ответил, прижав ладони к нежным рукам: «Я почти закончил письмо. Скоро приду». Мягкие тёплые губы коснулись его виска, от их невесомого прикосновения что-то сладко перевернулось возле сердца, Ондолемар тихонько вздохнул и проснулся. С минуту он просто смотрел в потолок, пытаясь определить – что он только что переживал и видел. Несмотря на очень приятные впечатления, эмиссар был в смятении. Сон был настолько ярким, а ощущения настолько реальными, что он сел в кровати и приложил пальцы к виску. Эльф, конечно, знал, что никого сейчас в комнате нет, но всё равно применил заклинание обнаружения жизни. Не столько затем, чтобы кого-то найти в предрассветных сумерках, сколько для того, чтобы хоть немного успокоиться. Никого не обнаружив, Ондолемар поднялся, подошёл к маленькому водопаду, тихо журчавшему у зеркала, и умылся. Прохладная вода смыла наваждение, и он перестал ощущать след поцелуя на виске. Эмиссар глубоко вздохнул и подумал, что такой реалистичный сон мог послать только бог. Но кто? Не играет ли с ним Шеогорат? Нет. Пожалуй, нет. В сновидениях, посланных им, вряд ли бы было всё так мирно, тихо и просто. Или, может быть, Мара решила приоткрыть немного завесу будущего? Очень хотелось верить, что именно так и есть. Первый солнечный луч упал на кресло, где лежала его парадная одежда, приготовленная Варнэ ещё с вечера, в комнате сразу стало светлее, будто сам Аури-Эль приглашал на праздник. Эмиссар улыбнулся и направился в купальню. Альтамир разбудил друзей почти на рассвете, так что к завтраку никто не опоздал. Тося, зайдя в столовую, застыла на минуту, оглядывая собравшихся на праздник лордов в молчаливом изумлении. Оказывается, кроме чёрно-золотой формы, Талмор одевал своих офицеров и в светлые одежды. А точнее сказать – в ослепительно белые. Лёгкие рубашки, вышитые по вороту и манжетам золотой нитью, и тонкие, совершенно без украшений, белые бриджи. Поверх рубашки - лёгкий плащ с рукавами до локтя и с вышитыми геральдическими знаками на манжете, скреплённый на талии талморским шевроном, правое плечо украшали витые золотистые шнуры, похожие на аксельбанты и эполеты одновременно. Вместо окованных сапог на ногах эльфов были высокие сандалии из белой замши с золотым тиснением, полностью закрывающие голень спереди, наподобие доспешных поножей. Парадное одеяние дополняли тонкие золотые венцы. – Доброе утро, – улыбнулась Антонина, – никогда не видела более красивой военной формы. – Да, – кивнул Анкано, провожая её к столу, – Только носить её надо очень аккуратно. Не расслабишься. – Зато выглядит очень нарядно и празднично, – сказала девушка, усаживаясь в кресло, – А чтобы расслабиться, надо чтобы улицы с мылом помыли… – Мы обязательно внесём это предложение на ближайшем королевском совете, – засмеялся Ниверон. Варнэ накрыл к завтраку обильный стол со множеством разнообразных блюд. Лорд Анвэрно напомнил, что в первый день торжеств очень длинные церемонии, а после них сразу начинаются выступления студентов Академии. Возможность поесть представится нескоро, так что позавтракать лучше основательно. – А можем мы взять что-нибудь с собой? – спросил Анкано, – Мы же будем смотреть на праздник из окна корабля. – Конечно, берите всё, что считаете необходимым, – отозвался Анвэрно, – Я бы и сам не отказался посидеть с вами. – Я тоже, – улыбнулся Элантар, – но наш статус обязывает лично присутствовать на всех церемониях. – После праздников мы можем просто прокатить вас на джампере, – предложила Антонина. – О, я уже наслышан о возможностях этого корабля, – кивнул лорд, – и с удовольствием воспользуюсь вашим предложением. После завтрака Тони проверила, насколько хорошо Элерин запомнил, как правильно делать фотографии с планшета, и заодно попросила талморцев попозировать ей. Очень уж хотелось сделать на память их фото в потрясающе красивой форме. Варнэ собрал две большие корзины еды и принёс на крышу особняка. Анвэрно заглянул внутрь челнока, словно желал убедиться лично в существовании диковинного корабля. – Ваш режим невидимости очень впечатляет, – сказал он после того, как несколько раз зашёл и вышел из джампера. – Полёт будет ещё более впечатляющим, – заверил друга лорд Аннарион, – встретимся у западного крыла храма Мары, – сказал он Элерину, – Удачи! Талморцы дождались, пока корабль взлетит, и поспешили назад в башню. Пора было отправляться к центральной площади города. Анкано уже довольно уверенно управлял полётом челнока, и чуть ли не за минуту доставил пассажиров к Академии. Элерин указал ему место, где приземлиться – это была старая аллея в саду, где выращивали свои растения алхимики. Она и в будние дни обычно оставалась пустынной, а сегодня и вовсе выглядела заброшенной. Альтмеры вошли на территорию Академии никем не замеченными. На полпути к основному корпусу библиотеки лорды увидели на соседней аллее шумную толпу студентов. Молодые маги возбуждённо обсуждали предстоящее выступление и почти не слушали последних наставлений преподавателей. Элерин и Ниверон улыбнулись, вспомнив свои юные годы. За всю историю Академии мало кто отказывался выступить на торжествах, посвящённых Сирабейну – главному богу магов. Лорд Ауриндис дёрнул друга за рукав и кивнул в сторону основного корпуса. Он очень надеялся, что сегодня на дежурстве в библиотеке будет кто-нибудь знакомый. Элерин был магистром Академии, и ему, конечно, разрешалось посещать любые отделы библиотеки. Но если на дежурстве окажется незнакомый мер, придётся тратить время на объяснения – почему он пришёл именно в праздничный день, или пускать вперёд Ниверона. С Талмором в Академии спорить не принято, однако такой визит обратит на себя внимание. Увидев за стойкой библиотекаря своего давнего сокурсника Саммалино, Элерин вздохнул с облегчением. Видимо, боги сегодня были благосклонны к нему. Впрочем, дежурство именно этого мага было не так уж удивительно, он преподавал на факультете Школы Восстановления, и его студенты сегодня были на празднике только в качестве зрителей. – Доброе утро, Лини, – широко улыбнулся лорд, проходя в прохладный гулкий зал, – С праздником тебя! – Здравствуй, Эл! И тебя праздником! – отозвался маг, – О, и Ниви с тобой! – удивился он, разглядев талморца за спиной приятеля. – Да, это я, – улыбнулся Ниверон, – Мои поздравления, Лини! – Благословение Сирабейна с нами! У вас какое-то важное дело в Академии? – тут же осведомился Саммалино. – И как ты угадал? – засмеялся Элерин, – Конечно, дело. – И конечно, по твоей части, Ниви? – поднял бровь целитель. – Не без того, – кивнул талморец. – Я слушаю вас, - улыбнулся маг, - какие книги вам нужны? – Конкретно я книги назвать не могу, – ответил Ниверон, – Нам нужно пройти в отдел древностей. – Хорошо, только мне придётся записать ваш визит в журнал, – развёл руками Саммалино. – Я помню порядки, Лини, – сказал Элерин, – Записывай, конечно. – Хорошо, – вздохнул целитель и открыл журнал посещений, – От какой секции вам нужен ключ? – поинтересовался он, переворачивая страницу. – Третья? – оглянулся на Ниверона Элерин. – Третья, – подтвердил талморец. – Мне очень неудобно напоминать об этом, Эл, но таковы правила, – слегка замялся маг, – Из этой секции ничего выносить нельзя, и я должен буду проверить по каталогу сохранность всех документов после вашего визита. – Правила есть правила, – улыбнулся лорд, – Проверяй, Лини. – Если нужно что-то записать, я могу дать вам чернила и бумагу, – сказал целитель, записывая в журнал имя посетителя и время его прихода. – Спасибо, но мы уже запаслись, – похлопал по висящей через плечо сумке Ниверон, – и не только чернилами, – подмигнул он, доставая со дна бутылку вина. – Ниви, ты же знаешь, что на дежурстве это запрещено, – покачал головой Саммалино. – Да брось ты, Лини, – фыркнул талморец, – Сегодня такой праздник! Да и вино-то лёгкое, почти нектар. – Алинорское розовое? – поднял брови маг. – Оно, Лини, – подтвердил Элерин, – из моих личных запасов. – И виноградников, – добавил Ниверон. – Ох, провокаторы, – улыбнулся, сдаваясь, целитель, – Подождите, сейчас принесу ключи и посуду захвачу заодно. Как обычно, Алинорское розовое подняло всем настроение, маги ещё раз поздравили друг друга с почти профессиональным праздником и разошлись по своим делам: Саммалино вернулся к дежурству, а Элерин с Нивероном, оставив вино целителю, поспешили в отдел древностей. В третьей секции царили полумрак и какая-то особая тишина. Это место почти не посещалось ни учениками, ни профессорами Академии. Все пребывали в уверенности, что о древнейшей истории Нирна уже узнали всё, что можно было узнать. Да и сам Элерин до недавнего времени тоже так считал. Как и предполагал талморец, в третьей секции нашли всего два древних атласа звёздного неба, но зато очень подробных, а к одному из них даже прилагались комментарии. Поскольку названия созвездий там были указаны на прото-альдмерисе. Ниверон улыбнулся и мысленно поблагодарил некую Рильвен, чья подпись стояла в конце рукописи, за усердие и дотошность. По древней истории Нирна альтмеры нашли пять весьма интересных книг: полный «Сборник преданий и легенд альтмеров» со множеством иллюстраций и ссылок на научные работы, «Справочник по мифологии альтмеров» с обстоятельными комментариями безвестного автора, «Каталог научных работ по древнейшей истории», трактат «Маормеры и альтмеры, история конфликта» за подписью магистра Хинальдо, и небольшую поэму «Элераньяр»* неизвестного автора. Ниверон оставил друга возле стола и подошёл к двери, напряжённо вслушиваясь в тишину коридоров библиотеки. Никакими заклинаниями он сейчас воспользоваться не мог, любой маг Академии мгновенно его почувствует. Но талморец привык использовать разные способы обнаружения жизни, к тому же слухом он обладал отменным и прекрасно знал расположение всех помещений библиотеки, безошибочно определяя источник любого звука. Но сегодня действительно почти не было посетителей. Только дважды за всё время пока Элерин копировал атласы и книги, Ниверон услышал приглушённые шаги, и довольно далеко от третьей секции. Наконец Элерин выключил планшет, убрал все фолианты на прежние места и аккуратно уложил на полку атласы. – Ты закончил, Эл? – обернулся к нему талморец. – Да, Ниви, – вздохнул он, потирая уставшие глаза, – останься здесь, а я позову Лини. Подходя к стойке библиотекаря, Элерин увидел рядом с целителем юного альтмера, очень схожего с ним внешностью, и как будто знакомого. – Мы закончили, Лини, – сказал он, подойдя ближе, – Ниви ожидает тебя. – Лорд Ауриндис? – удивлённо вскинул брови юноша, – Здравствуйте! – почтительно склонил он голову. – Добрый день, – отозвался маг и немного прищурил глаза, вспоминая имя студента. – Это мой внук Энвинатар, – помог ему Саммалино, – твой давний поклонник. Тоже увлекается историей больше, чем магией. – Вот как? – улыбнулся Элерин, – Теперь припоминаю, вы были на моей лекции. – Да, – смущённо улыбнулся в ответ юноша, – Это было год назад. – Верно, вы сидели в первом ряду. – Пользуйся возможностью, Энви, – заметил целитель, уже направляясь к двери, – Я скоро вернусь. – Знакомая книжка, – кивнул Элерин на томик, что сжимал в руках студент. – Ваша монография, – погладил обложку Энвинатар, – в нашей библиотеке почему-то только один экземпляр… – Понятно, и выносить его нельзя. – Нельзя, – вздохнул юноша, пожав плечами. – А почему вы не пошли на праздник? – поинтересовался лорд. – Сейчас я пишу выпускной трактат по истории айлейдов, – охотно ответил Энвинатар, – Времени осталось не так немного, вот и зашёл сегодня поработать. – Айлейды редко вызывают интерес молодёжи, – заметил Элерин, – Какой период вы выбрали для своей работы? – Меретическая эра, милорд. – Я пришлю вам свой экземпляр монографии, – улыбнулся альтмер, присел за стол библиотекаря и быстро написал несколько строчек на белом листе, – А пока вот, возьмите этот список, работы малоизвестны, но в этой библиотеке они есть. Когда закончите трактат, я буду рад прочесть то, что вы напишете. – Благодарю, милорд, – просиял студент, забирая листок, – Это большая честь. Саммалино быстро закончил проверку секции, ему почти с первого взгляда стало ясно, что все книги и свитки, хранящиеся в ней, лежат на своих местах. Он задёрнул плотную штору на окне и вышел вслед за Нивероном. Талморец улыбнулся, осматривая пустынный коридор, первая часть плана Анвэрно была завершена. *** Анкано поднял джампер и быстро нагнал троицу лордов, неспешно направлявшихся к центральной площади. Солнце уже ярко освещало праздничные улицы, отражалось в ярких струях фонтанов и нагревало каменные плиты под ногами и фасады домов. Ондолемар поднял голову, почувствовав ослабление жары, челнок, конечно, видно не было, но он всё равно каким-то образом прикрывал их от горячих лучей. Антонина, не отрываясь от окна, рассматривала пышное убранство города и его жителей, стекающихся к центру многоцветными ручейками. Талморцев можно было узнать по белым одеждам, на остальных же альтмерах были, в основном, светло-зелёные и бледно-жёлтые одеяния, но встречались и другие цвета: много оттенков голубого и пурпурного, небольшие вкрапления розового, синего и красного. Глаза слепило от искрящихся на солнце венцов, ожерелий и браслетов. И три лорда в своих парадных мундирах уже почти потерялись среди нарядной толпы горожан. Джампер завис над площадью Аури-Эля, ближе к трибуне, куда уже направились Анвэрно, Элантар и Ондолемар. – Как жаль, что мы не слышим, что там внизу, – вздохнул Анкано, – музыка на празднике всегда очень красивая. – Я не знаю, есть ли у корабля такая функция, но можно попробовать, – сказала Тося, – Давай поменяемся местами, Кано. Ты же нам будешь всё рассказывать, и одновременно удерживать джампер тебе будет трудно. – Хорошо, – поднялся маг и уступил место пилота Антонине. Девушка прижалась спиной к креслу и чуть прикрыла веки. – Мне нужно услышать звуки за пределами челнока, – сказала она. Корабль отозвался на вопрос, рядом со штурвалом загорелась и замигала небольшая пластина, Тося нажала на неё, и в салон джампера ворвалась мощная волна множества голосов с площади.. – Ой, – поморщилась она, – можно убавить звук? Шум городской толпы стал заметно тише, но всё равно оставался достаточно громким. – Он как будто живой, – выдохнул Айкантар, переглянувшись с Альтамиром, – Мне ни разу так не отвечал. – Ничего, – успокоила его Антонина, – немножко потренируешься, и всё получится. Как только гости расположились на трибунах, гомон толпы стал утихать, и уже можно было расслышать отдельные голоса. Но наконец наступила волнительная тишина ожидания. Все взоры устремились к главной и самой высокой трибуне. Королевская чета поднялась с тронов, подняв руки и приветствуя подданных, с царственных ладоней слетели две золотые птицы, облетели трибуны и растворились в утренней синеве неба, знаменуя начало праздника. Одновременно с призывным звуком труб в небо взметнулись синие огни, кружась в хороводе над площадью, сияющие шары постепенно бледнели, пока не стали совсем белыми и, как только они растаяли в воздухе, пространство огласил величественный гимн многоголосого хора. Антонина не понимала слов, и могла разобрать только имя Сирабейна, но не стала просить перевести слова. Мелодия была настолько торжественной и красивой, что не хотелось прерываться на объяснения. Когда замер последний аккорд, над городом повисла звенящая тишина. С трибун спустились маги в серебристо-белых одеяниях и встали точно по границе круга из жёлтого мрамора в самом центре площади. Широко раскинув руки в стороны, они соединили ладони и тихо запели, к их гимну сначала присоединился незримый хор, а затем и голоса всех альтмеров, присутствующих на празднике. Мрамор внутри живого круга начал темнеть и вскоре стал совсем чёрным, похожим на бархатную тьму ночного неба. Мелодия гимна становилась громче, и с каждым пропетым слогом на чёрной поверхности проявлялись серебристые точки, словно в этих малых небесах зажигались звёзды. Сначала их хаотичный узор напоминал разрозненные созвездия, но вскоре звёзды стали проявляться ярче, их становилось всё больше и больше, и уже явственно проступал замысловатый сверкающий рисунок. Тося повернулась к Анкано, но, увидев выражение его лица, поняла, что спрашивать сейчас ничего нельзя. Видимо, этот момент в церемонии был очень важным. Многоголосый хор умолк, когда рисунок проявился полностью и засиял мириадами ослепительных звёзд. – Благословение Сирабейна с нами! – тихо прошептал Анкано и облегчённо вздохнул. Шквал аплодисментов и радостных возгласов разорвал тишину, многие зрители, выражая восторг и ликование, запускали вверх магических светлячков. Тося даже прикрыла рукой глаза от этого яркого салюта. – Что это было? – поинтересовалась она, не отрывая глаз от группы магов, покидающих площадь. – В начале праздника жрецы Сирабейна всегда просят благословения бога, – пояснил эльф, – И если во время пения гимна его символ проявится на площади, это значит, что благословение получено. – А что, бывает так, что символ не проявляется? – спросил Альтамир. – Бывает, – кивнул Анкано, – правда, я сам был свидетелем такого только один раз. Но от дяди слышал, что и раньше бывали праздники без благословения. – То есть, праздник не отменялся? – поинтересовалась Тося. – Нет, конечно, но проходил уже без выступления студентов Академии. – Почему? – Молодым магам опасно выступать без божественного благословения. Скоро сама увидишь и поймёшь, о чём я говорю. Антонине хотелось ещё поспрашивать, но она умолкла при первых звуках нового благодарственного гимна. Его тоже пел не только хор, но и все зрители на трибунах. Как только замерли последние звуки гимна, на площадь ворвалась новая мелодия: заиграли барабаны и флейты. Где находился тот незримый оркестр, понять было трудно, но Тося и не пыталась разгадать секреты устроителей праздника. Она лишь повернула голову и посмотрела на Анкано. – Сейчас начинается выступление студентов Академии, – улыбнулся маг, ответив на невысказанный вопрос. – Ты тоже выступал на таких праздниках? – Конечно, – кивнул альтмер, – в команде огненных магов. Они всегда выходят первыми. Смотри, они уже идут по площади. На трибунах стало оживлённее, а музыка заиграла громче, когда в центр площади выбежала стайка девушек в огненно-красных туниках. Золотистые венцы и сандалии сверкали в лучах солнца, за спинами развевались короткие оранжевые плащи, и делали их похожими на маленькие язычки пламени. Студентки выстроились вокруг сверкающего символа и начали своё представление. Небольшие огненные шары появились в их ладонях одновременно и почти сразу потемнели до густо-малинового цвета. Девушки пошли по кругу, ступая в такт ударам барабанов и подбрасывая огонь вверх, как мячик. И тогда Антонина поняла, о чём говорил Анкано. Эта, в буквальном смысле, игра с огнём была действительно опасна и для выступающих студенток, и для зрителей. А ритм танца становился всё быстрее, и подброшенные в воздух шары ловили уже бегущие следом подруги. На высокой ноте флейты девушки остановились, и началось ещё более опасное жонглирование, у каждой в руках появилось по четыре шара: сначала студентки подбрасывали их по кругу над собой, а заканчивали выступление перебрасыванием огней между стоящими напротив сокурсницами. От красоты и опасности зрелища захватывало дух, но артистки подготовились хорошо, и ни один шар не столкнулся с другим в полёте. Под громкие аплодисменты девушки покинули площадь, а с другого конца им на смену уже выбегали юноши в жёлтых туниках. Заиграла новая мелодия, задавая иной волнующий ритм. Выступление мужской части огненной команды было мало похоже на танец. Казалось, из-под золотых сандалий вылетают настоящие искры, настолько быстро двигались по кругу молодые маги, на бегу жонглируя огненными стрелами. Затем они выстроились в маленькие группы по трое, и начался обмен атаками. Однако вместо магического щита студенты набросили на себя огненные плащи, и попадавшие в них стрелы словно поглощались прозрачной пылающей стеной, становившейся в момент попадания золотой, как самое яркое пламя. – Как они это делают? – удивилась Антонина. – Точно не скажу, – покачал головой Анкано, – Мы такого на выступлении не показывали. – Значит, сегодня показывают что-то новое? – В каждое празднование дней Сирабейна у студентов новая программа. Сейчас мы, скорее всего, видим соединение щита и огненного плаща в одном заклинании. – А разве так можно? – Если постараться и если есть благословение Сирабейна, то можно, – улыбнулся эльф. Закончив с демонстрацией нападения, студенты снова встали в круг и, не снимая плащей, вызвали огненных атронахов. Незримый оркестр заиграл красивую медленную мелодию, и юноши, подхватив за руку своих пылающих партнёрш, двинулись по кругу. Пары скользили по каменным плитам в торжественном шествии, с поклонами, поворотами и переходами. Каким образом магам удалось заставить атронахов танцевать, осталось загадкой. С торжественным завершающим аккордом танцоры поклонились королевской трибуне, огненные партнёрши удалились в свой план, а студенты под бурные аплодисменты покинули площадь. Четвёрка зрителей, сидящая в джампере, тоже аплодировала, хотя их одобрения и не могли услышать, но удержаться от эмоций было невозможно.