Память.

Победил вариант «Дмитрию». И Арсений все-таки решил позвонить Дмитрию. «Сначала пусть с парнем поговорит специалист», — думал полицейский, набирая номер психиатра. — Добрый день, это Дмитрий? — спросил Арсений после пары гудков, услышав в трубке «алло». — Да, здравствуйте, — ответил врач. — А вы, наверное, Арсений? — Да. — Сережа рассказал мне про вашу ситуацию, — голос Дмитрия был довольно приятным. — Парень вообще ничего не помнит? — Только о себе. На все вопросы отвечает «я не знаю» или «я не помню». — Редкий случай… Они договорились, что психиатр приедет к нему через полчаса — он находился где-то неподалеку. Арсений прошел в комнату и присел на диван рядом с парнем, который смотрел мультики по телевизору. — Я позвонил врачу, — увидев встревоженный взгляд, Сеня поправился, — Не волнуйся, он хороший человек, вы просто поговорите. — Ладно, — бесцветным голосом ответил юноша. — Слушай, а ты не смотрел, может быть, у тебя в карманах что-то лежит? — спросил полицейский. — Что поможет вспомнить о себе? — Не смотрел. Парень резко поднялся с дивана, похлопал себя по карманам джинсов, но ничего там не обнаружил. Он посмотрел на мужчину извиняющимся взглядом и пожал плечами. — А в кофте? Юноша кивнул и направился к стулу, на котором оставил свою черную толстовку. Через несколько секунд из кармана парень извлек небольшие находки: автобусный билетик, два кожаных браслета, явно мужских, и фантик от жвачки. — Да, не густо, — прокомментировал Арсений. — Но, судя по билету, ты мог приехать из другого района. Жаль, на них не пишут даты. Парень вновь кивнул и, заботливо расправив билетик и фантик, убрал их в карман. Сеня понимал, что этот ненужный мусор сейчас представлял ценность для потерявшего память юноши, был единственным мостиком с его прошлым. Браслеты парень надел на руку. — Может быть, я буду на них смотреть и вспомню что-нибудь, — пояснил он. — Правильно, — полицейский одобрительно улыбнулся. Сеня не успел ответить что-нибудь еще — в дверь позвонили. А ведь получаса и не прошло. — Здравствуйте, — Дмитрий оказался невысоким мужчиной, очень улыбчивым и приятным. «Видимо, таким и должен быть психиатр: добродушным и располагающим к себе» — подумал полицейский. Дмитрий прошел в комнату и, придвинув стул, сел напротив потерявшего память подростка. — Здравствуй, — поздоровался врач. — Здравствуйте, — молодой человек явно волновался, он перебирал в пальцах браслет на руке. — Меня зовут Дима, я врач. А тебя как зовут? — Не знаю, — тихо ответил парень, потупив глаза. — Может быть, тебя зовут Паша? Парень молчал. — Дмитрий? Михаил? Коля? Николай? — врач перебирал имена с надеждой, что хоть одно из них пробудит память юноши. — Сергей? Антон? Семен? — Антон Павлович Чехов… — пробормотал парень. — Что? — не удержался от вопроса сидящий рядом Арсений. — Значит, тебя зовут Антон? — уточнил врач. — Не знаю, — уже увереннее проговорил парень. — Но Антона Павловича Чехова помню, почему-то всплыло его имя в голове… — А что ты помнишь про Чехова? — Он был писателем, рассказы писал. — Верно, — согласился доктор. — То есть, ты не будешь возражать, если я буду называть тебя Антоном? — уточнил Дмитрий. — Не буду, — кивнул парень. Арсений понимал ход мыслей психиатра и зачем нужны подобные вопросы и хотя бы такая идентификация имени. Но мужчина вдруг начал переживать, а вдруг этот парень вовсе не Антон, и он будет к нему неправильно обращаться? — Хорошо, Антон, — с доброй улыбкой проговорил Дмитрий. — Расскажи нам, откуда ты родом. — Я не знаю. — А что-нибудь знаешь? Что помнишь? — Помню, как ходил по улицам очень долго. Потом встретил Арсения. Вчера. Он кивнул в сторону мужчины. — То есть с этого момента помнишь, а что было до — нет? Антон утвердительно кивнул. — Хорошо, Антон, что еще помнишь? Что случилось после, помнишь? — Да, после помню. Арсений привел меня домой, уложил спать, — начал перечислять парень, — когда я проснулся, мы позавтракали, потом я смотрел мультики, потом мы говорили, и я нашел это, — он повертел браслетами, — потом вы пришли. — Ага, — кивнул врач. — Скажи, а в каком году началась Великая Отечественная Война? — В 1941. — Правильно. А против кого воевал Советский Союз? — Против фашистской Германии. — А сколько тебе лет? — Я не помню, — Антон снова сник. — Я правда не помню. Дмитрий внимательно посмотрел на него. — Антон, я тебе верю, — кивнул он. — Мне нужно тебя осмотреть, раздевайся до трусов. Антон послушно поднялся с дивана, стягивая с себя футболку. Арсений в очередной раз заметил, какой же парень худой. Телефон Арсения, оставленный на столе в кухне, зазвонил, оглушая квартиру одной из стандартных мелодий на старенькой Нокии. — Алло, — Сеня встал у окна, задумчиво глядя на прохожих. — Короче, Арс, — это был Сергей, — я пробил по Москве и области: заявлений за последние сутки о мужчинах с подобными данными не поступало. Димка пришел? — Димка? — удивился полицейский и хмыкнул. — Димка пришел. — Не цепляйся к словам, — как всегда хмуро парировал Сергей. — Выяснили что-нибудь по твоему потеряшке? — Нет, он вообще ничего не помнит. Но его могут звать Антон. — Ну, уже хоть что-то, — ответил Сережа, и как-то почти ласково добавил: — Ладно, до связи. Попроси Дмитрия потом позвонить. — Хорошо. Спасибо, что поискал информацию. Арсений не успел удивиться интонациям друга, потому что на кухню зашел Дмитрий. — Ну что? — с надеждой произнес полицейский. — Знаете, я раньше с таким не сталкивался. Очень редкий и сложный случай, — признался врач. — Я именно про такой род потери памяти. — Какой? — Очень сложный и странный. Вы же слышали, в датах и фактах он ориентируется отлично, но напрочь не помнит ничего о себе. Вся информация о собственном «я» будто стерта. Такие случаи были, но недостаточно, чтобы сразу выявить симптомы, последствия и лечить их. — И что делать? Арсений понял, что действительно волнуется за этого молодого человека. — Поместить в стационар, обследовать. — А можно обойтись без этого? — А что вы так вцепились в этого парня? Вам больше заняться нечем? — задал вполне логичный вопрос доктор. — Да нет, он просто говорит, что очень боится больниц. — Да, это я уже тоже выяснил. Арсений взял с подоконника пачку сигарет, протянул доктору и сам вытащил одну, прикуривая. — А у вас есть хотя бы примерные варианты того, что могло послужить причиной для потери памяти? — спросил он. — В том-то и дело, что так просто невозможно предположить, — Дмитрий втянул табачный дым. — У него на теле нет следов от травм, ушибов или инъекций, то есть никаких внешних воздействий. Сотрясение мозга тоже исключаю. Скорее, это какое-то психическое расстройство или тяжелая психологическая травма. — Какая, например? — Например, потеря близкого человека или он увидел что-то, что потрясло его, вариантов может быть миллион. Но вызвать такой вид потери памяти могла только очень серьезная причина. Поэтому и нужно отправить парня в больницу. Хотя бы на пару недель. Арсений вздохнул, снова чувствуя жалость. Он даже боялся представить, что случилось с его новым знакомым. — А на дневной стационар, например, его нельзя определить? — уцепился за последнюю ниточку полицейский. — Вы серьезно? — хмыкнул врач. — У парня амнезия и ему нужна постоянная помощь от специалистов. Хотя в данном случае решать, конечно, вам и самому молодому человеку. Если решитесь, то завтра в два часа дня я буду вас ждать. Дмитрий достал из нагрудного кармана рубашки визитку и протянул мужчине. — Хорошо, — кивнул тот. — Спасибо вам большое. И Сергей просил передать, чтобы вы ему позвонили. Закрыв за врачом дверь, полицейский прошел в комнату. Антон уже оделся и лежал на диване, притянув к себе подушку. — Эй, ты чего? — ласково спросил Арсений, присаживаясь на корточки рядом. — Мне страшно, — проговорил парень. — Вы теперь отправите меня в больницу? Сеня пытался найти верное решение. Да, жалость перетягивала чашу весов на сторону, приятную Антону, но вот адекватность указывала на решение с больницей. Все-таки парню нужна была высококвалифицированная помощь. — Ты сам решишь, хорошо? — спросил Арсений все с той же успокаивающей интонацией. — Только ты знай, что, если ты решишься отправиться в стационар, я правда тебя не брошу. — Точно? — парень поднял голову и заглянул мужчине в глаза. — Точно! — подтвердил Сеня. — Мы же теперь знаем твое имя! Я приду, скажу: «Я к Антону!» и мне сразу расскажут, где ты! А если нет, то я пойду жаловаться Дмитрию, и тогда меня точно пропустят и все покажут. А если и это не сработает — натравлю на него своего друга Серегу, а он страшен в гневе. Хотя и без гнева он тоже не очень. Антон засмеялся. — Мне правда очень страшно. Я так не хочу в стационар, честное слово! — Я знаю. Арсений протянул руку и легонько, словно маленького ребенка, погладил Антона по волосам. — Так что ты выбираешь? Что выбрал Антон? — Отправиться в больницу — Остаться у Арсения Ответ можете написать здесь в комментариях, либо вконтакте в одной из групп Артона)) https://vk.com/artonisreal https://vk.com/shast_pop