Тишина пугает

*** Я вылетела из квартиры. Бежала. Ноги несли меня в сторону университета Боккони, через железную дорогу. "Я оттолкнула свою сестру" - это было то, что заставляло нестись всё дальше, словно я могла убежать от правды: мне не место рядом с людьми. Посреди тёмной пустоты я закричала. Не помню, было то поле или площадь, но вокруг не было никого и ничего. Словно забитое животное я вопила, чтобы хоть как-то вывести эмоции из тела, ядовитые эмоции. Крик помог. Пришло неожиданное решение. То ли я приняла его, дабы облегчить себе существование, то ли заставить себя страдать назло. Назло кому?? Брови так и нависали угрозой над моими глазами, пока я жёстким шагом убийцы следовала к шоссе. - Al aeropuerto. (До аэропорта). - Захлопывая дверь чёрного такси, приказала я, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что ещё одна смерть будет на моём счету этой ночью. "Денег нет, а голод есть". Саламанка... Будто призрачный город. Я шла по, булыжниками вымощенной мостовой, осматривая то ли знакомую, то ли незнакомую местность. Светлое небо на восточной стороне изводило меня. Носилась вампирша, словно ошпаренная по узким улочкам, хлопая ладонями себя по голове, силясь вернуть память. Призрачный золотой город. Не видела его около месяца, а как будто пропал он из моей жизни десятки лет назад. Призрачный город. Бегу по реальной брусчатке, смотрю на реальные дома, а вспоминаю лишь страшную сказку, произошедшую со мной в этом месте. Пугающие истории моей жизни, по-другому и не скажешь, ведь судьбу Антии я помнила столь же чётко. Поют птицы, ритмично, звонко, раздражительно. А вот и знакомая дорога, выводящая из центра городка. Пустая, длинная, петляющая дорога. Я бежала. Казалось, долго. Знакомые ворота, калитка из тонких прутьев с красивым орнаментом. Не тратя лишнее время на поломку, я перелезла, точно перелетела ограждение. - Лестат! - Кричала я во всё горло, ещё не успев подбежать ко входу, а пятки уже как-будто жгло солнце. - Лестат! "Чёрт возьми!" - судорожно оглядывалась я, вжимаясь в дверь всей силой, не успев остановиться. Не поддаётся. - Лестат! - Вновь вскрикнула я, прося о помощи. В ответ тишина. "Спасайся. Сама спасайся!" - Орало на меня сознание. Локтем разбив окно, я влезла внутрь, царапая одежду и путаясь в плотной, задернутой шторе. Скатившись на пол, побежала в гостиную, стряхивая осколки со складок на кофте. Внутри всё было обезопашено. На кухне, сквозь тонкую щелку, между шторами протискивался лёгкий розоватый лучик. Я шла по искусственному полумраку, потихоньку успокаиваясь от страха неизбежной гибели. Воспоминания. Опять они. Щекочущее чувство волнения. В ту секунду, когда я со страхом неслась к порогу дома, выкрикивая его имя, я больше всего желала его появления. Последнее, что волновало меня, так это какие-то последующие действия. А сейчас... Ноги прирастают к полу. Был бы пульс - заставил бы схватится за болезненное сердце. Теперь вытянуть из себя его имя я и не пробовала. - Отлично. Что дальше? - Двигала я губами, переступая с ноги на ногу прямо у входа в комнату с камином. - Ты хочешь этого? Даже если нет...выбора тоже нет. Ты не сможешь выйти наружу. Молодец. Действуй. Давай, вперед. - Словно издевалась я сама над собой. Нырнула в комнату, как прыгнула в пропасть - резко, не задумываясь, чтобы не было больно. Посреди гостиной стоял чёрный, лакированный гроб. Сердце забилось бы чаще. То ли от радости, то ли от паники. Лёгким приставным шагом сократила расстояние до "колыбели смерти". "Сейчас я открою крышку... Открою. А дальше? Там будет он. Что ты будешь делать дальше? Упадёшь к нему на грудь с извинениями? Или сделаешь вид будто ничего не произошло? Тогда на кой чёрт тебе вообще надо было его открывать, раз ничего не произошло...?" - Давай... - тихая собственная команда помогла решительно поднять кусок лакированного дерева. От сердца моментально отлегло, когда металлического цвета глаза увидели пустоту внутри коробки. "И зря переживала". - Казалось подбодрил меня внутренний голос, но страшно стало лишь вдвойне. Его здесь нет. *** Она проснулась. Звуки ещё не заснувших людей в квартире закрадывались к ней в гроб. Тёмно-серые глаза буравили чёрную пустоту, а в мыслях у этой вечно молодой девушки была лишь неприязнь к предстоящим действиям. Она смела надеяться, что родители всё же не будут дожидаться её пробуждения, а по своей привычке лягут спать, тогда то она и уйдет. Глупо. Ни один родственник на свете не станет поступать так, как девушка решила за них. Если надо, семья будут ждать хоть двое суток, лишь только дай им надежду на то, что они вновь увидят своё чадо, потерявшееся так надолго. Седой мужчина сидел за обеденным столом, гипнотизируя своим взглядом декоративный кирпич на стене, временами прерываясь на то, чтобы обхватить кружку с какао и поднять её к губам. Мама вампирши, сидела за компьютером, в очередной раз выискивая подходящие вещи для дизайн-проекта её дачи. "Придется встать." - до последнего кривилась девушка, не зная, как можно было улизнуть от щекотливого разговора. - Доброе утро. - Чуть ли не хором прореагировали родители на приоткрытую крышку лакированного гроба. - Доброе. - Сиплым голосом ответила та, откашливаясь. Бессмертная шмыгнула глазами по сторонам и принялась одеваться. - Ты куда-то собираешься? - От непривычки мама взволнованно подняла брови, наблюдая за сборами её дочери. - Да...на прогулку. - Застегивая украшение на шее, ответила девушка. "Не скажу же я им про охоту...Всё очень плохо. Они ведь не глупые-поймут всё. И зачем я только приехала сюда?". - Внутренний голос накручивал плохие мысли, хотя они и давали морально отдохнуть телу демоницы от другой острой темы. Идея изводила её изнутри, как чума Европу, как только девушка, вышла за порог дома в Саламанке спустя пару месяцев. *** Да...всё верно. Она лежала в его гробу, вдыхая его запах, и ждала появления своего мучителя. Каждую ночь. Но вместо его, сбежавшую пленницу посещали жуткие кошмары, даже по ночам, хотя когда-то Лестат сказал, что вампиры снов не видят. Прошёл первый день, она нервно посапывала в его ритуальном ящике... ночью девушку прошибло осознание. Выпрыгнув из деревянной коробки она взбежала вверх по лестнице, в ту самую спальню, к которой после "забав" она привязала могущественного кровопийца к кровати. Ничего. На одеяле, поверх матраса не было ничего, чтобы могло дать положительный ответ на её ужасающую догадку. На кровати не было ни сгоревших останков, ни пепла, ни праха, словом...он не умер здесь. Но вздохнуть с облегчением ей не удалось. Новая картина любой другой смерти поплыла в её сознание, а фантазия вырисовывала всё в красках, сводя фарфоровую куклу с ума. "Неужели я осталась одна?" В Саламанке снова наступила глухая ночь, во тьме которой погибали люди, для того чтобы обеспечить жизнью более дьявольское создание. Прикончив в конце пустой улицы пухлую девушку, вампирша с короткими волосами аккуратно уложила бедняжку на воду реки, протащив её тело буквально несколько метров. Наслаждаться вечером - эта привилегия больше не интересовала Мальвину. Ножки лёгкой трусцой довели её обратно до дома. Пустого дома. Она сбросила одежду и завернулась в плед, снова зарываясь в приятные ощущения бархата пропитанного его ароматом. Мальвина уже жила в этой четырёхдощатой камере, в молчаливом ожидании, нарушаемые лишь грёзами. Веки с чёрными короткими ресницами захлопнулись, как и крышка гроба. - Спать. - Проскулила она, переворачиваясь на живот, засовывая обе руки под подушечку. Скрип, не вывел её окончательно из сна. Всё ещё бормоча что-то на подобие возмущений, она приоткрывала слипшиеся глазки. Оперевшись на локти, Мальвина не спешила оборачиваться. - Какой приятный сюрприз... - Мягко проговорил его голос, звеня восторженными нотками. - Бог свидетель, это лучшее завершение вечера. Лишь уловив знакомый баритон, девушка вздрогнула и обернулась, встряхивая головой, чтобы убрать волосы с глаз. Его сияющее лицо преобразилось широкой улыбкой. Жутковатой улыбкой, в момент поставив Мальвину в замешательство. Её чувства трепетали от радости, вновь видеть златокудрого дьявола, но вот в момент нервы натянулись страхом. Девушка дернулась, чтобы, наверное, подняться. Может выскочить... может обнять... Она и сама не осознавала этого. Лестат молниеносно прервал её намерения и, крепко схватив, вновь прижал животом к бархату. - Тщщщ... моя прелесть, не дёргайся так. - Шипел мужчина на ухо, одной рукой легко обхватывая девичью шею. - Лестат... - Дрожь в голосе передала лишь испуг, но не мягкость. Девушка была рада дрожать в его руках снова. - Да... девочка... Ты ждала меня? - Бархатный голос был наполнен похотливым коварством, так резко отдающимся мурашками в её теле. Но она молчала. Рука вампира заползла под плед, жадно трогая обнаженную тонкую спину. Одно движение - и тело её было раскрыто. - Лестат... - Мурлыкнула она, осторожно, но смело уткнувшись поцелуем в его руку, перед этим слегка отклонившись назад, для высвобождения. Он блаженно и восхищенно улыбнулся, принимая ласки, но в какой-то момент резко обхватил её лицо, пальцами сжимая щёки, и развернул к себе. - Я вижу, что ты скучала... - Голубые глаза чётко светились желанием. Коварный прищур возбуждал девушку, придавая лёгкий страх. - Но это никак не отменяет наказание за побег. - Его острое лицо окрасила полуулыбка. Де Лионкур властно и нетерпимо покрыл её губы своими, заставляя Мальвину поскуливать от боли. Она сопротивлялась. - Больно... - Наконец вякнула она, облизывая посиневшие губы, в которых неприятно расползалось жжение. - Да? Правда? - Он наигранно приподнял брови, оперевшись на стенки гроба. Вампирша неожиданно для себя поняла, что осталось лишь острое чувство тревоги перед силой своего любовника. Промелькнул момент первой встречи в голове. - Ты сбежала, золотце! Я обещал тебе пытку. - Но я же вернулась! - Звонко возразила она, поднимаясь на колени, приблизившись к его лицу. - Зря, малышка! - Ухмыльнулся Лестат, сверкая хитрым взглядом, и дернулся вперед. Юная бессмертная вскрикнула от неожиданности и упала на локти, приминая мягкий бархат. - Я скучала по тебе... - Забито промямлила она, надеясь на послабление наказания, и миловидно посмотрела в сторону бледной рельефной фигуры своего насильника. Блондин гипнотизировал влажным взглядом свою добычу, небрежно стягивая чёрную рубашку. - Нет, малышка, задобрить меня не получится... - Вновь ядовитая улыбка приоткрыла жемчужные зубы. Нелепые судороги от волнения беспокоили тело вампирши, когда француз наклонился над ней. - Неужели ты забыла, как ты клялась больше не сбегать? - Его дыхание щекотало ей ресницы. Поджав припухшие губы куколка трепетала перед хищником. Она хотела его, она боялась его. - Неужели ты не помнишь, как я учил тебя? - Де Лионкур шептал на ухо, наслаждаясь испуганными, вперемешку с непристойными мыслями в женской головке. - Помню... - Пролепетала виновница, желая нежно прикоснуться к маньяку, но волнение сковало её тело. Мужчина посмеялся, проводя пальцами по её виску, скользя по шее, дотрагиваясь большим пальцем до уха. Она задрожала явней, когда пальцы пианиста протянули след между грудью к животу. - По-моему, тебе нужно освежить память. - Возбужденно и довольно прорычал Лестат, поймав наконец встревоженный взгляд серебряных глаз. Она едва успела возразить, как длинные пальцы проскользнули внутрь, вызывая короткий и звонкий от неожиданности стон. Глаза она едва сдержала на удовлетворенно усмехающимся лице златовласого вампира. Мимика стыда и желания заиграла на её лице. Лестат вновь дёрнул рукой, заставляя застонать... Резкое помутнение, потом блёклый свет в глазах, под самими веками. "Лестат..." - пара секунд ей понадобилось на осознание произошедшего. Вампирша всплыла из сна, ощущая подступающую горечь слёз в горле. Девушка прислонила руку к дереву, словно проверяя его на прочность. Сжимая сильнее плед между ног, Мальвина продолжила насильно вгонять себя обратно в царство Морфея, чтобы хоть там ощутить вновь "игру" своего белокурого дьявола. *** "Скоро вернусь"..."Скоро вернусь" - Как у тебя вообще язык повернулся! - Я должна была погрызть себя, мучаясь совестью, после того, как соврала родителям. Я не вернусь. Гроб я оставила там, для убедительности. Возвращаться - значит вновь отвечать пустым взглядом на их вопросы, выкручиваться и врать, что всё как прежде. Да и зачем им монстр в доме, хоть и их дочь? Я знала, что гроб надо оставить. И видимо мысленно уже попрощалась с жизнью, если не преуспею в задуманном. Ставки были высоки, и ночь слава богу, уже удлинилась до 12 часов.