Я помню ее...

      Сегодняшний день был таким же обычным, как, впрочем, и другие. Эти серые будни... Как обычно суетливый завтрак, работа, быстрый обеденный перекус, дом и семейный ужин. В компании моей жены и пятилетнего сына. Но все же этот день отличался от остальных. В нём было что-то иное.       После ужина сын убежал к себе в комнату, наверняка играть в приставку или смотреть мультики. Я же пошёл в гостиную смотреть телевизор, ко мне подсела моя жена – Мишель. Я по инерции обнял её за плечи и уставился в экран зомбоящика, но сосредоточиться на канале никак не удавалось. Между нами царило щемящие напряжение. Я буквально нутром чувствовал, что жена хочет что-то сказать, но я даже не пытался завести с ней разговор. Три последних дня она всеми силами пытается затронуть больную для меня тему. – Сегодня за ужином ты был задумчивым, всё в порядке? – обеспокоено поинтересовалась женщина. Я немного замялся, размышляя, стоит ли говорить правду. И всё же я решился. – Помнишь, когда-то давно, я рассказывал тебе о Саре? – осторожно начал я. – Это та девушка, с которой ты был до меня? – спокойно уточнила Мишель. Я глубоко вздохнул. Жена вела себя слишком спокойно, что меня крайне пугало. – Да, так вот, у неё сегодня День Рождения, – быстро сказал я, придавая своему голосу безразличный вид. Настало давящие молчание, я не заметил, как начал поглаживать плечо жены большим пальцем левой руки. Через несколько минут Мишель попросила: – Расскажи мне о ней. Я насторожился. – Что именно ты хочешь знать? – опасаясь, спросил я. – Она красивая?       Большинство считало её внешность самой обыкновенной. Но не я. Для меня она была прекрасна, её кудрявые блондинистые волосы, забавно торчащие из неаккуратного пучка, добавляли изюминку бледному, чуть вытянутому лицу. Зачастую её можно было увидеть и с распущенными волосами, спадающими до плеч, но пучок шел ей больше, особенно когда она оставляла несколько прядей спадать на лицо. Карие глаза, немного узковатой формы, светлые брови ещё чётче подчеркивали коротковатые ресницы. Прямой нос, тонкие губы. Еле заметные скулы. Для меня она была как богиня. – Нет. Ты красивее, – в какой-то степени я ответил честно, я никогда не ставил ярлыки на подобии "красавица" или "уродина". Каждая женщина прекрасна по-своему. И всё же мне не хотелось обидеть жену. – Она, наверное, была толстой? – продолжила допытывать Мишель. Наш с ней разговор ужасно напрягал.       Она не была худой, но и не была толстой. Она находилась на золотой середине. Конечно, она не была 90/60/90, но и под сотню она тоже не подходила. Тем не менее, её фигура мне безумно нравилась. – Да. – Наверное, она невкусно готовила? – спросила жена, но прозвучало это скорее как факт, нежели вопрос. Я снова задумался.       Не сказать, что готовила Сара как шеф-повар, но я и не считал её блюда отвратительными. Некоторые блюда ей давались с трудом. Но всё же, я до сих пор помню сладковатый вкус её блинчиков. Каждый раз, как я чувствовал их аромат, я словно сходил с ума. Ещё я безумно любил, когда она начинала экспериментировать с продуктами и смешивать, казалось, не смешиваемые продукты. Зачастую это выходило не совсем съедобно, но всё же она оставалась замечательным поваром. – Очень, – ответил я. – Наверное, она не понимала тебя так, как я?       Сара была самым понимающим человеком в моей жизни. Она могла отложить важные дела, от которых зависела ё жизнь, но она никогда не могла поступить с кем-то эгоистично, не могла обидеть. Я мог рассказать ей все свои секреты, не боясь, что она не поймет или осудит, я не боялся, что она расскажет кому-то или посмеётся над кем-то. Прежде, чем что-то сказать, она думала, какого будет человеку от сказанных ею слов, она обязательно ставила себя на место этого человека. И это я в ней ценил. – Конечно... – печально ответил я. – Наверное, с ней было скучно?       Неправда, это был человек-позитив. Никогда не было такого, чтобы у неё не было идей. Когда мы ещё были вместе, мы в течении всей осени, зимы и весны копили деньги. Чтобы в начале лета взять, сесть в машину и ехать, куда глаза глядят, август же оставался нам на то, чтобы вернуться назад. Это был поистине рай. Мы обедали в разных забегаловках, гуляли по берегам рек и морей, играли в догонялки по лесу, словно маленькие дети, обкидывались яйцами на делянах, писали краской из баллончиков на стенах домов, лазили по горам и огромным камням, ходили на рыбалку, гуляли по полям пшеницы, спали в машине. Словом, находиться с ней было одно удовольствие. Мне даже ругаться с ней нравилось. И как же я хотел вернуть эти прекрасные моменты в жизни. Как жаль, что я не ценил их тогда... Сейчас наверное у неё уже есть любящий муж, заботливые дети. Обо мне она и не вспоминает небось... – Ты не представляешь, на сколько. – Ты её любишь? – подняв на меня глаза, спросила Мишель.       И тут я понял, что до сих пор люблю её, она мне необходима, и я хочу быть с ней. Несмотря на то, что у меня есть семья, у неё, наверное, тоже. – Нет... – эти слова давались мне очень тяжело, словно я признавался в каком-то смертном грехе. И говоря это "нет", я скорее пытался соврать себе, нежели жене. Осознание того, что теперь я совсем не нужен Саре, безумно пугало. – Ты её любил?       Конечно, я её любил! Я и до сих пор люблю её. – Нет. – Ну конечно, если бы ты любил, ты бы не бросил её, – улыбнулась мне Мишель, – Кстати, вы же расстались из-за неё?       О, нет. Это я её обидел, я часто жалел о своём поступке. Но потом мне стало всё равно. Но не сейчас. Сейчас всё вернулось. Сара – это ангел, она ни в чём не может быть виновата. Виноват во всем я. – Да...       На этом наш разговор был окончен. В скором времени все легли спать. Я же долго не мог уснуть. Казалось, что в комнате невыносимая духотень. Поэтому, я наспех оделся в темноте и вышел на улицу. Уже конец лета, но на улице ещё не было так холодно. Это определённо был плюс: мне не пришлось долго копаться с одеждой. Пока я спускался по лестнице, меня не покидало странное чувство, что что-то сегодня должно произойти. Я вспоминал Сару, как давно мы с ней не виделись? Пять лет? Нет, даже семь. Выходит, расстались мы, когда нам было двадцать три, зато встречались мы три года. И эти три года были самыми лучшими в моей жизни.       На лавочке перед подъездом сидела какая-то девушка, она смотрела на луну, лица её не было видно. Я некоторое время рассматривал женский силуэт, она сидела подогнув колени под себя и спрятав руки в карманы. Вскоре я всё же решился подойти и сесть на лавочку возле незнакомки. – Странно видеть тебя здесь в такое время, – прокомментировала женщина, я же замер в неожиданности. Этот голос я узнаю из миллиарда разных голосов. Да и запа тоже. Возле меня сидит девушка моей мечты, моей жизни. Сара. Моя Сара.       Я не мог ничего сказать в ответ, да и этого не требовала ситуация. Я просто продолжил сидеть, всё, что я сделал – это немного пододвинулся к Саре и посмотрел на звёздное небо. Но оно меня уже не интересовало. Важнее для меня был сладковатый запах, исходивший от женщины. Сара сама пододвинулась ближе ко мне и положила голову мне на плечо. Я обнял её за плечи, ощущая себя самым счастливым человеком на земле. Конечно, мне было совестно, что дома спят мои жена и сын, но я ничего не мог поделать.       Я даже и представить не мог, насколько легко мне было сидеть вот так вот с Сарой, словно между нами не было этой границы, длинной в семь лет. – Я хотел сказать... – начал я, но женщина меня перебила. – Заткнись, ничего не говори. Не порть мне ночь...       И я не стал, я наслаждался близостью любимого человека, понимая, что у меня есть время до рассвета.

А остальное не важно... А остальное потом...