— Я не понимаю… — И ведь действительно, я не понимала к чему это говорила вампирша, что она хотела донести до меня. — Падай, Белла, позволь этой темноте захватить себя, пусти ее в себя. Падай в эту пропасть, на самое дно. Открой себя тьме, впусти ее в себя. Убей всю человечность, дай волю инстинктам. Найди свое счастье там, где другие нашли бы свою погибель. Стань жестокой к другим, а главное к себе. Получай удовольствие в самопринуждении. Дыши этой тьмой, вдыхай ее полной грудью.

- Малфой, ты жалок. - Безжизненным голосом произнесла Гермиона. Ей было наплевать что может сделать с ней Драко. Ей совершенно все равно. Уж лучше смерть чем дальнейшее пребывание здесь. И все же пленница думала что слизеринец разозлиться или даже запустит в нее парочкой круциатусов. Но на удивление гриффиндорки он лишь рассмеялся. Безумно и громко, так же смеется его тетка. Беллатриса. - О Грейнджер, что ты можешь знать. - Совсем тихо, уже с серьезным лицом произнес Драко.

Страх разом отступил и хоть сознание кричало девочке «Не оборачивайся!», ноги сами разворачивали ее. И вот, всего в шаге от девочки стоит высокий, худощавый мужчина, с бледным без каких, либо органов чувств лицом.

Коротко о том что было бы если: Бен стал Красной шапочкой, Джефф - волком, Офф гомосексуальной мамой Красной шапочки. А Слендер - бабушкой.

Я помню её. С ней мне было хорошо. И я до сих пор люблю её...