Я схожу с ума.

На следующее утро я проснулся в объятиях отца. Он нежно меня обнимал, прижав к себе. От этого на душе стало так тепло… Но… Так значит, что было ночью правда, и мы целовались. Щеки покрывает легкий румянец. Что делать дальше? Поэтому я тихо выбрался из объятий отца, быстро оделся, взял колчан с луком, и миновав стражу, убежал в лес. Надо остудить голову и осмыслить вчерашнее. Ада сказал, что знал, как я его люблю… От этого почему-то только сейчас стало стыдно. Я не знал, что на самом деле творится в голове у Короля, поэтому даже не представлял какое развитие событий может принести ночной случай. Мне стало страшно. Я целый день провел в лесу. В дворец не было никакого желания вернуться, потому что там непременно встретил бы отца, но я не хотел этого. Время приближалось к полуночи, я сильно проголодался. Ягодами в лесу не наешься. Голодный и подуставший я вернулся во дворец. Сразу в покои я не пошел, ибо там мог быть отец… Не знаю, искал ли он меня днем? Я направился на кухню, где готовят королевской семье. Я там сдружился с милым эльфенком-поваром. Поэтому сразу придя на кухню, эльфенок, увидев меня, стал готовить мне покушать. Обычно он всегда оставался тут допоздна, ибо старшие эльфы-повара скидывали на него всю уборку кухни. Но зато были плюсы, я с ним подружился. И часто такое было, что я поздно возвращался с леса и ложился спать голодным, а один раз решил заглянуть на кухню и встретил его. Теперь я каждый раз, как ночью возврашался домой, заглядывал к нему. Покушав, я взял свои вещи и все-таки решил пойти в свои покои. Аккуратно, тихо идя по коридору, чтобы не сдать себя перед отцом, я зашел к себе и увидел никого. Кровать была заправлена, отца видать не было, поэтому я с облегчением вздохнул и лег на кровать. Но не тут-то было, повалявшись минут двадцать, двери в мои покои открылись и вошел Владыка Лихолесья. Мое сердце пропустило удар, и я попытался прикинуться спящим. Ада подошел ко мне и сел на край кровати. Как бы я ни хотел с ним встречаться, все же пришлось. Что будет дальше? Я сошел с этой любовью с ума. — Леголас, — тихо позвал Владыка, а у меня дернулись реснички, показывая этим, что не сплю. Я все-таки открыл глаза и посмотрел на отца. Его красота меня ослепляла. Сегодня я не такой разбитый как вчера. Лес помог мне остыть и привести мысли в порядок. Но мне все равно так же больно. Уйди, пожалуйста, быстрее. — Леголас, я пришел с тобой поговорить, хотя хотел сделать это еще днем, но ты сбежал, — его пальцы коснулись моих волос, я стал за ними наблюдать. Отец взял прядь волос в свои руки и поглаживал. Я внимательно слушал. — Мне нужно было побыть одному, — резко ответил и отвернулся. Не хочу его рассматривать, хотя глаза сами это делают. Я тихо вздохнул. Мужчина смотрел на меня и молчал, а мне все становилось труднее с ним находиться. Вдруг он коснулся моего плеча и развернул к себе. О, Эру, дай мне сил! - Сын мой, - он смотрел мне прямо в глаза, - нам надо обсудить вчерашнюю ночь. Мне больно смотреть на твои страдания. - отец провел ладонью по моей щеке. Я тихо вздохнул. - Ада... - я отвел взгляд, - все дело в тебе. Мои чувства не совсем подходят под отношения сын-отец. Они глубже и неправильные. Ты сам это знаешь. От этого я страдаю. Такие чувства неприемлемые. - я понурил голову. Все-таки пришлось своими словами ему все сказать. Что же теперь будет? Я не хочу потерять своего Владыку. Отец внимательно смотрел на меня, рукой поглаживая мои волосы. Потом руку опустил на плечо и слегка сжал. Я не представляю, что сейчас у него творится в голове. - Я понимаю, сын мой. - мужчина наклонился ко мне. - И прошу прощение за боль. - отец накрыл мои губы своими, завлекая в нежный поцелуй. У меня не было сил оттолкнуть его, а может я и не хотел? На душе стало тепло, тревога ушла на задний план. Если Ада сам меня поцеловал, то я отдамся этому сумашествию полностью. Его язык проник ко мне в рот, стал исследовать его. Я закрыл глаза и протянул руки, обнимая этого прекрасного эльфа и укладывая его на себя. Тяжесть его тела так приятна, а поцелуй самый лучший. Его язык ласкал мой, а мне приходилось только плавиться под этим напором. Я очень хотел своего отца. Владыка оторвался от моих губ и уткнулся носом в мою шею, а потом губами коснулся моего заостренного ушка. Я все так же лежал с закрытыми глазами, приходя в себя от этого жаркого поцелуя. Мысли перемешались, в голове стала каша. Я коснулся рукой волос отца и провел по ним рукой. Как же я давно мечтал коснуться их! Отец же поцеловал мое ухо и прошептал: - Ты готов? - прикусил мочку уха, а потом покрыл поцелуями мою шею. Я сначала не понял, а потом до меня дошло... Он навис надо мной, его руки бродили по моему телу, попутно расстегивая одежды. Я возбуждался сильнее и не верил, что сегодня мы канем в это безумие, что наши тела соединятся. Сам же я гладил руки и плечи отца, на которых проступали мышцы. Ада ласкал меня везде, я тихо постанывал и наслаждался. В паху давно стало тесно и хотелось прикосновений. Я охнул, когда мой эльф коснулся бугорка на штанах. Отец же тоже давно был возбужден, я ощущал своим бедром. Вдруг отец дернул меня на себя и вовлек во властный поцелуй. Я же расслабленный и разморенный не сразу понял, только после того, как меня поцеловали, и я со всей страстью отвечал. Ада положил свои руки мне на попу и сжал ягодицы. Я издал в поцелуй стон и потерся об мужчину пахом.