Архимаг (рабочее название)

Несмотря на творящийся в Сторибруке после падения проклятия и нападения рейфа хаос, в лесу, окружавшем город, царило спокойствие. Птицы всё так же беззаботно чирикали, словно не носился по округе совсем недавно злобный пожирающий души демон, разное зверьё бродило среди деревьев по известным только им делам и, казалось, ничто не нарушит эту идиллию. Ни гномы, которые совсем недавно спешно вернулись в город, ни Злая Королева, что сейчас обдумывала у себя дома план по возвращению своего сына Генри, ни даже ужасный Тёмный Маг, окопавшийся в своей лавке. Но нашёлся в этом мире один наглец, который плевать хотел на всю эту идиллию, что он и демонстрировал при помощи движка своего автомобиля, шум которого так беспардонно нарушил царящее в лесу спокойствие. Водитель гнал свой серый кабриолет с явным превышением скорости, закладывая на поворотах опасные виражи. Впрочем, он являлся превосходным водителем и мог себе позволить так лихачить. Да и, по правде говоря, сейчас ему было совсем не до правил дорожного движения. Но на въезде в город водителю пришлось сбросить скорость, и очень сильно. И дело было вовсе не в риске нарваться на шерифа или устроить аварию. - Во имя Восьмерых, - присвистнул он, аккуратно лавируя между побитыми и опрокинутыми машинами, поваленными столбами электропередач и выбоинами в асфальте, - Эмма, во что ты умудрилась вляпаться? - Эй, смотри куда прёшь! - умудрился чуть не угодить под колёса и без того плетущегося со скоростью черепахи авто плотный низенький мужичок. А вместе с ним ещё шестеро таких же низеньких. - Куда могу - туда и пру! - огрызнулся в ответ оказавшийся вынужденным затормозить водитель. - Сам проваливай с проезжей части! Мужичок проворчал в ответ какую-то грубость, но задерживаться не стал и вместе со своими товарищами спешно утопал куда-то по своим делам. - Спокойно, Эйден, спокойно, - медленно выдохнул сидящий за рулём серого БМВ мужчина, - в глаз ему заехать ты всегда успеешь, а вот Свон определённо нашла неприятностей на своё мягкое место, и спасать её тебе. Ибо больше некому. Сделав ещё пару глубоких вдохов-выдохов, Эйден Флеминг кое-как пристроил авто на свободном и, даже, относительно целом пятачке у обочины, заглушил мотор, машинально проверил наличие в кобуре подмышкой верного "Глока" и только после этого вспомнил, что пистолет ему уже больше и без надобности. Но с другой стороны, светить своими "особыми способностями", по крайней мере пока, было вовсе необязательно. И хотя крайне высокий, относительно остальной территории этого мира, магический фон в этом городе и в его окрестностях активно намекал, что тут не может НЕ быть магов, Эйден предпочёл бы чтобы они первые обозначили себя ему. "А теперь выясним, что же тут творится", - вышел он из машины и, поправив свою любимую, и, собственно поэтому, довольно потёртую джинсовую куртку направился в сторону городской ратуши, где сейчас наблюдалось столпотворение. "Так, либо я перепил и сейчас всё ещё валяюсь в мотеле и всё это - сон, либо Шеогорат расширяет свои владения и этот город ничто иное как филиал Дрожащих Островов на Земле," - разглядывал Флеминг доску для объявлений с листовками о пропаже людей. И всё бы ничего, если б не имена на этих листовках, да отчетливо расслышанные в разговорах местных слова "проклятье", "чары", "фея" и "волшебная пыльца". Конечно, все это можно было бы принять за бред сумасшедших, но этот город фонил магией. Не такой как в Нирне, да и не так сильно, честно говоря, но это безусловно была магия. В Сторибруке Эйден был максимум пару часов, но его магический резерв был восстановлен уже на треть, в то время как за время поездки от Нью-Йорка до Сторибрука он даже на одну пятую не восстановился. А ещё до начала поездки Флемингу потребовалось почти пять часов, чтобы накопить сил на простейший ритуал ясновидения, дабы найти, куда же пропала его самая давняя (да и единственная, по большому счёту) подруга в этом безумном техногенном мире. Но несмотря на все проблемы с "подключением" к местному светилу, которое, как показала практика, даёт на порядок меньше магической энергии, нежели освещающий Нирн Магнус, ритуал увенчался успехом и точное местоположение Эммы Свон было определено. Где-то в лесах штата Мэн, если верить карте. Буквально. Испугавшись, что подруга могла оказаться в беде, охотник за головами Эйден Флеминг, плюнув на поиски очередного "клиента", быстро собрал свои немногочисленные пожитки обратно в багажник и, едва не забыв расплатиться в мотеле, поспешил покинуть шумный мегаполис. Про то, что Эмма могла просто оказаться закопанной в этом лесу Эйден не думал, так как чувствовал что она жива. И продлилось это чувство где-то до двух часов ночи, когда ощущение присутствия подруги в этом мире внезапно взяло и пропало. Что отнюдь не являлось поводом останавливаться. Скорее наоборот - прибавить газу. Флеминг гнал всю ночь, а на утро наткнулся на магический барьер, причём очень качественный такой барьер, какой даже он, признаться честно, не смог бы поставить. Потребовалось потратить все накопленные за время поездки силы, чтобы "подковырнуть" его и попасть именно в этот Сторибрук, а не на пустое шоссе, как это было в первую попытку Эйдена, когда он принял его за обычную иллюзорную стену, скрывающую объекты позади неё. "Дилетанты", ещё усмехнулся он тогда, но усмешка тут же слетела с его губ когда Флеминг, пересек предполагаемую границу барьера и почувствовал что тут что-то не так. А теперь он стоял и пялился на объявление о пропаже мальчика по имени Пинокио, в городе фонящим магией, посреди техногенного мира, который он нашёл с помощью совершенно внезапно вернувшихся магических способностей, где должна была бы находиться его подруга, но которая пропала из этого мира также внезапно, как вернулась магия Эйдена. И, что самое интересное, он перестал её чувствовать не из-за её возможной смерти - там ощущения совсем другие, - но в ЭТОМ мире её не было однозначно. - Ладно, начнём расследование... - Флеминг пригладил пятернёй свои слегка растрёпанные каштановые волосы, глянул по сторонам, дабы убедиться, что вокруг всё ещё никого, встряхнул руками и, прикрыв глаза, постарался снова настроиться на Эмму. Несколько секунд темноты, и он снова стал видеть окружающий мир, несмотря на опущенные веки. Контуры окружавших его объектов были менее чёткими, смазанными, будто он смотрит на них через воду, по которой пошла рябь. Но зато множество белых нитей, увидеть которые обычным зрением было просто невозможно, сейчас невероятно чётко выделялись на фоне всего остального мира, который даже в цветах немного потерял. Но Эйдена интересовала всего одна, конкретная нить. И вела она, как ни странно, в городскую ратушу, что сейчас была у него за спиной. Зафиксировав сознанием нужную нить, дабы когда он открыл глаза она не исчезла вместе с остальными, Флеминг направился по следу что вёл его в административный центр города. След Эммы обрывался за подвижной перегородкой, которая делила большой зал для городских собраний на две части - большую, для горожан, и меньшую, для тех, кто должен был бы к ним обращаться. И обрывался след как раз ближе к центру меньшей части зала. Эйден почувствовал как гудит остаточной магией пол перед ним. Достаточно сильно, чтобы этот гул выделялся на общегородском магическом фоне. Однако, ещё несколько часов и след бы пропал, так как остатки магической энергии в этом месте активно рассасывались. Флеминг начал аккуратно протягивать руку в сторону "магического пятна", стараясь прочувствовать его границу, после чего обошёл его по кругу, параллельно анализируя сей след и перебирая варианты того, что же тут могло произойти. Вариант магического боя отпадал сразу же, так как "пятно" таких размеров, в случае использования боевого заклинания, должно было бы сопровождаться приличным кратером. Но следов недавнего ремонта пол в этой области не имел, а если бы его чинили магией, то след был бы другим - более ровным как по форме, так и по энергораспределению. Был бы ровный круг, а не нечто, напоминавшее спираль. Различные ритуалы призыва так же отпадали, в виду того, что вокруг не было следов магических существ, духов, демонов и им подобных - вместе со Свон тут были только ещё двое людей и один маг. Хотя, след одного демона он всё же нашёл, но он так же обрывался в "пятне", а не выходил из него. И, до кучи, помимо энергетического следа Эммы и неизвестного демона, здесь пропадал след ещё одного человека. "Так, стоп!" - Эйден ещё раз внимательно "прощупал" след. - "Нет, это не просто спираль - это воронка! Скорее всего, здесь открывали портал, или пытались, по крайней мере. А если... открыли неудачно и..." От пришедшей в голову мысли, у Флеминга по спине пробежал холодок, а сердце, наверное, пропустило пару ударов. Чем может быть чревато некорректное открытие портала он себе прекрасно представлял. И сейчас очень об этом жалел. "А ведь неправильно его могли открыть специально," - пришла следом новая мысль, когда Эйден вспомнил про обрывавшийся в воронке след демона. Ведь не каждого из них можно уничтожить, и не каждый способен уничтожить действительно сильного демона, а то, что эта тварь была сильной он допускал, ведь чтобы и портал открыть нужно быть магом серьёзным, даже если речь идёт о неправильном портале. Прислонившись к деревянной перегородке, Флеминг машинально полез во внутренний карман куртки за сигаретами, в то время как его мозг уже выстраивал предполагаемую картину произошедшего здесь: на город напал сильный демон и справиться с ним местные никак не могли, но оказавшийся (или проживавший здесь) маг предложил способ, как с ним покончить; Эмма и ещё двое неизвестных вызвались в помощники магу или оказались ими назначены (впрочем, в том что Эмма вызвалась сама Эйден не сомневался), после чего демона, ночью, заманили в ратушу, где подготовили портал (возможно, даже специально сделали его нестабильным, чтоб тварь пропала в нём с гарантией), но всё пошло не совсем по плану и двоих, Свон и ещё кого-то, затянуло в портал вслед за демоном. И теперь вариантов было два: либо Эмма сейчас даэдра-знает-где, в компании демона и, возможно, уже мертва, либо её расщепило при прохождении портала и она гарантированно мертва. Сделанные выводы заставили Флеминга тихо выматериться. К счастью для зала - не на драконьем. Но выводы-выводами, а извечный вопрос "что делать?" никуда исчезать не собирался и нужно было обдумать дальнейшие действия. Барьер, скрывающий город, аномалией быть никак не может - слишком уж сложен. А наличие в городе как минимум одного мага, помимо самого Эйдена, ещё и косвенно подтверждало его рукотворное происхождение. Следовательно, горожане специально отгородились от чужаков и местные явно не обрадуются ему, когда вся текущая шумиха уляжется и на новое лицо обратят внимание. Но день-два у него в запасе были. Правда, Флемингу было абсолютно непонятно, как же сама Эмма сумела попасть в этот Сторибрук и почему местные её приняли? "А может и не приняли..." - отряхнув джинсы от сажи, которой оказались покрыты перила перегородки, пришла ему в голову новая мысль. И в таком случае можно было объяснить, почему его подруга за целый год ни одной весточки не прислала, а уверенность в том, что Свон добровольно вызвалась присоединиться к облаве на демона начинала стремительно таять. - Вот не дай боги сбудутся мои худшие опасения - организую тут новый Гранд Каньон, - наморозив на большой палец немного льда, Эйден затушил об него окурок, после чего рассеял стряхиваемый всё это время на пол сигаретный пепел по углам зала и, настроившись на энергетические следы мага и уцелевшего человека, направился на выход. Но уже на выходе был вынужден остановиться, так как там эти двое разделились и пошли каждый в свою сторону, так что теперь нужно было выбирать, за кем идти. С одной стороны, безопаснее было бы пойти за простым человеком - тот при всём желании не мог представлять Эйдену угрозы и с ним, в случае чего, он бы справился на раз-два. С другой стороны, от мага было бы больше пользы, так как совсем не факт, что другой уцелевший имел хотя бы смутное представление о том, что делал маг, а следовательно от него получить внятный ответ на вопрос "жива ли Эмма Свон?" было бы затруднительно. Однако, неизвестно насколько был силён маг. Вряд ли, конечно, он был ровней Флемингу, учитывая каким способом он разбирался с демоном, но с другой стороны - даэдра его знает, насколько был силён сам демон. Погромы в городе давали определённо представление об уровне его силы, но не давали однозначного ответа на вопрос буянила ли тварь в полную силу или нет? Всё же, были существа с которыми даже сам легендарный драконорожденный не рискнул бы лишний раз связываться. Впрочем, вопрос решился сам собой, когда к ратуше снова начали подтягиваться люди: Эйден помнил, что какой-то мужчина, который, судя по тому как его облепила толпа пару часов назад и набросилась с вопросом "что делать?" тут за главного, назначил здесь общегородское собрание, на котором он и должен был дать ответ на сей великий вопрос и справедливо решил, что среди горожан будет как минимум один из участников ночной охоты. А может быть даже и руководивший ею маг соизволит присоединиться к мероприятию. Так что, Флеминг постарался смешаться с собирающейся на входе толпой и прикинуться местным, благо навыки имелись - спасибо бурной молодости прошлой и этой жизней. Но время шло, сигареты выкуривались, народ всё прибывал, а интересовавшие довакина люди объявляться не спешили. Народ уже начал проникать в ратушу и собираться в большом зале и распространять по нему своё волнение и нервозность, которые начали передаваться и Эйдену (будто бы ему своих было мало). - Друзья, наберитесь терпения! - пыталась хоть как-то всех успокоить симпатичная брюнетка, от которой явственно веяло оборотнем. Только слабовато, как-то, как будто её Зверь крепко "спал". Впрочем, её никто особо не слушал, даже родная бабушка, от которой тоже тянуло Зверем, только ещё слабее (хотя, казалось бы, куда уж слабее?). С другой стороны, аргумент в защиту наличия у старушки в руках арбалета показался Флемингу вполне убедительным и её позицию он даже разделял. Народ, тем временем, более-менее организовался, условно поделился на две "кучки", а девушка-вервольф подбежала к стоящему за перегородкой пацану и принялась его о чём то оживлённо расспрашивать, а пацан - так же оживлённо отвечать. Но Эйден не обращал на них внимания, так как почувствовал приближение искомого мага. Двери с хлопком распахнулись и местные, едва взглянув в их сторону, моментально расступились и освободили появившейся в зале темноволосой женщине в узком чёрном платье. - Надо же, сколько вас здесь собралось, - в голосе объявившейся чародейки так и сквозило презрение. Оглядев всех собравшихся холодным взглядом, от которого даже у самых мужественных из собравшихся горожан вдоль позвоночника пробежался ощутимый холодок, а большинство так и вовсе переменились как в цвете, так и в выражениях лиц. Эйден, дабы не выделяться из толпы, постарался прикинуться таким же испуганным как и остальные, хотя происходящее вызывало у него лишь интерес и непонимание: реакция на появление спасителя города была откровенно странной, как и реакция самого спасителя на горожан. Женщина же недобро усмехнулась от реакции собравшихся и размеренным шагом прошла между двумя группами людей к противоположному концу зала. - Падать ниц не надо - это всего лишь я, - бросила она горожанам, мерно стуча каблуками по плитке пола. - Реджина, одумайтесь! Что вы делаете? - вышел из толпы какой-то мужчина, но слушать его эта самая Реджина не стала и, бросив презрительное "клоп" небрежно взмахнула ручкой и отправила мужчину телекинезом в короткий полёт. - Эй! - рванул к ней упитанный бородач, которого Эйден чуть не сбил сегодня утром, но и он был опрокинут чародейкой без особых усилий таким же небрежным жестом. Мужчин спешно затаскивали обратно в толпу, а своеобразную эстафету попыток достать брюнетку, которая определённо оказалась на этом собрании незваным гостем, перехватила старушка с арбалетом. Впрочем, она лишь дала Реджине очередную возможность продемонстрировать своё безоговорочное превосходство над собравшимися: стрела была перехвачена женщиной без каких-либо видимых усилий прямо в полёте. Голыми руками. "Не дурно," - отметил Флеминг. Конечно, с его точки зрения это было откровенное позёрство, ибо рациональнее было бы просто наклонить голову в сторону, пропуская стрелу мимо, а самой в это время отправить в ответ какое-нибудь заклинание - хотя бы банальный огненный шар. Но, сначала поймав, а затем расплавив стрелу, после чего запустив полетать над головами горожан получившийся пламенный шарик, брюнетка вполне справилась со своей задачей и полностью деморализовала собравшихся. По крайней мере, Эйден считал, что целью было именно запугать, а не убивать людей, так как этим шариком вполне можно было поджарить пару-тройку горожан. А учитывая то, как плотно стояли собравшиеся, был шанс что с подожженных пламя перекинется на остальных. В общем, если бы Реджина хотела устроить тут именно смертоубийство, то оно бы уже шло полным ходом. - Что вам нужно?! - вышла вперёд молодая оборотень, будучи одной из немногих кого чародейке запугать полностью не удалось. Впрочем, отвечать ей никто не спешил. - Я! Ей нужен я! - вдруг раздался из толпы детский голос и между людей протиснулся тот самый мальчуган, с которым девушка-волк совсем недавно о чём-то говорила. И едва взглянув на него, Реджина тут же переменилась в лице, взгляд её потеплел, а угрожающая ухмылка превратилась в искреннюю, ДОБРУЮ улыбку. - Хорошо, я пойду с тобой, - тем временем пацан уже подошёл к чародейке, - но их не трогай. Женщина же, всё ещё улыбаясь, подошла к мальчику, что-то тихо ему сказала... и приобняв за плечи увела его куда-то с собой. "И теперь главный вопрос: это что сейчас вообще было?" - понял Эйден, что он ни черта не понял, что тут произошло. И потому решил направиться за зачинщицей беспредела и спросить у неё самой. Покинув ратушу вместе с остальной толпой, он, убедившись что на него никто не обращает внимания, снова взял "след" этой Реджины и достав из пачки очередную сигарету, направился туда, куда вела его белая призрачная нить, видимая только ему одному. И вывела она его к богатому двухэтажному дому, с ухоженными лужайкой и садом, а сам участок был отгорожен зелёным растительным забором. И теперь, смоля сигаретой немного в стороне, Флеминг обдумывал дальнейшие свои действия. Не то чтобы он боялся эту магичку - этого не было: Реджина, конечно, была неплоха даже по его мнению, но не более того. Даже несмотря на двадцативосьмилетний перерыв в магической практике и без возможности применить Ту'ум (сейчас, со "сбитым" Голосом, довакин рискнул бы Крикнуть только в крайнем случае) он всё равно был во много раз сильнее и, при желании, организовал бы на месте этого дома кратер достаточно легко. К счастью для живущей в нём чародейки - Эйдену нужна была информация, а не её смерть. По крайней мере - на данный момент. И поэтому он сейчас стоял и обдумывал лучший способ эту информацию получить: позвонить в дверь и попытаться разузнать о судьбе подруги вежливо или плюнуть на вежливость и в наглую завалиться к ней домой через окно или чёрных ход. И, справедливо решив, что дело в любом случае дойдёт до драки, Флеминг решил не тратить время и ждать приглашения и самостоятельно себя "пригласить". Ибо на её месте он, завались к нему на порог подозрительный, пропахший сигаретным дымом тип в выцветшей, потёртой джинсовой куртке слушать такого не стал бы и, в лучшем случае, запустил его в полёт "Безжалостной Силой". Криком Реджина вряд ли владела, но телекинезом пользовалась достаточно свободно. Затоптав окурок, Эйден осторожно, дабы его никто не заметил, зашёл во двор, не забывая "прощупывать" территорию на наличие всяких неприятных магических сюрпризов для незваных гостей, прокрался в сад и остановился, увидев там яблоню, ветки которой так и ломились от больших, спелых красных яблок, что так и искушали всем своим видом сорвать одно из них. Или два. - Так! - прошипел сам на себя Флеминг, тряхнув головой в попытке прогнать внезапно возникшее наваждение. - Ты сюда яблоки воровать пришёл или узнать, куда твой друг пропал? В ответ его желудок издал звук погибающего кита, да так громко, что мужчине показалось будто вся улица это слышала. К счастью - ему только показалось. - С другой стороны, дамочка никуда не денется, а я за всю дорогу даже бутерброда не перехватил...

***

Реджина была подавлена, если не сказать хуже. Признаваться ей не хотелось, особенно самой себе, но Румпельштильцхен оказался прав насчёт неё - она если ещё и не стала подобием своей матери, то такими темпами скоро ею станет. Но что ей было делать? В один миг всё, что она построила, вся её жизнь, едва-едва устроившаяся - всё рухнуло! Чары пали и теперь, вернувшие себе память жители Сторибрука только и ждали возможности привязать её к столбу и сжечь. Или просто разорвать на куски. Но, по большому счёту, плевать Реджина хотела на весь этот проклятый город, вместе с его жителями - пусть хоть сгинут в ад! Генри, её сын... ЕЁ, а не какой-то проходимки, которая сама от своего ребёнка отказалась, едва тот появился на свет, не хочет видеть свою мать. Не Эмма меняла ему подгузники и не спала ночами, не она его кормила, одевала, помогала с домашней работой и успокаивала когда ему снились кошмары, не эта наглая выскочка растила Генри эти одиннадцать лет, а она - Реджина! Но несмотря на всё это её (именно её и никак иначе!) сын предпочитал ту, которая его бросила, а не ту, которая заботилась о нём все эти годы. И вот это ранило её в самое сердце. Как будто ему и без того мало ран было нанесено. Реджине хотелось плакать. Хотелось разреветься от всей этой досады, обиды, злости, то ли на саму себя, то ли на весь остальной мир... Но доставлять миру такое удовольствие она не собиралась. Обойдутся. Она ещё найдёт способ как вернуть любовь сына и раз и навсегда поквитаться с этим поганым городком. Чтобы хоть как-то разрядиться, Злая Королева предпочла в качестве альтернативы слезам крепкий алкоголь. Немного, только чтобы успокоиться. Поэтому она направилась на кухню, где этот самый алкоголь и держала. И увидела в кухонном окне картину, от которой досада и обида улетучились в миг, а злость разгорелась ещё сильнее и к ней добавилась жажда крови. Жажда крови в конец потерявшего страх идиота, что в наглую жрал (не ел, а именно ЖРАЛ) яблоки с её яблони. Кровожадная ухмылка сама собой появилась на лице у Злой Королевы. Уже предвкушая крики этого самоубийцы-недоучки, когда в него угодит шаровая молния, она вышла через заднюю дверь во двор, где этот тип догрызал уже третье, судя по количеству огрызков у него под ногами, яблоко. - Свинья, - брезгливо оглядев этого идиота, прошипела Реджина: потёртая и выцветшая практически до белого цвета джинсовая куртка, дешёвые джинсовые штаны, пыльные кроссовки на ногах и довершавшие картину взъерошенные волосы вкупе с набитым до такой степени ртом, что тот еле закрывался вызывали у неё именно такую ассоциацию. Без какого либо предупреждения, колдунья запустила в этого проходимца огненным заклинанием, но тот, видимо заметив её приближение боковым зрением, успел повернуться в сторону приближающейся угрозы и вовремя среагировать, отклонившись в сторону от шара пламени. После чего удивлённо уставился на Реджину своими ярко, чуть ли не ядовито-зелёными глазами. Но жевать, тем не менее, эта наглая морда не перестала. Да он даже яблоко из рук не выпустил! Зато её забор теперь был испорчен: зелёная ограда, в которую угодил пролетевший мимо цели шар, весело разгоралась. И вместе с оградой, ещё сильнее разгоралась злость внутри Королевы. Следующий запущенный ею шар так же не достиг своей цели: вторженец так же ловко, как и в прошлый раз, ушёл от атаки, при этом успев дожевать яблоко. После чего ему хватило наглости, как ни в чём не бывало, попытаться заговорить с Реджиной: - Леди, давайте без рукоприкладства, - попытался предложить он, но тут же был вынужден замолчать и уклоняться уже от третьей шаровой молнии. - Пошёл ты! - попыталась она приготовить к броску четвёртый огненный шар, но проходимец вдруг резко вскинул руку и колдунья почувствовала, что земля под её ногами куда-то пропала. Перед глазами, вдруг, оказался не наглец в старой куртке, а синее небо и облака, а в ушах за свистел ветер. Длилось это не больше секунды, после чего Реджина резко почувствовала удар по спине и затылку. Такой сильный, что из глаз посыпались искры, а из лёгких вышибло весь воздух. И когда она пришла в себя после недолгого полёта и жёсткого приземления, первое что она увидела - ярко зелёные глаза, в которых (Реджина готова была поклясться!) плясали угрожающие огоньки. - Леди, давайте без рукоприкладства, - повторили "глаза". - Я ведь могу и силу не рассчитать. Да так, что потом никакой доктор не соберёт.

***

"Кажется, прониклась," - сделал вывод Эйден, глядя на ошалело уставившуюся на него женщину. - Ты кто такой? - прохрипела чародейка. - Друг Эммы Свон. Знаете такую? Глаза Реджины стали ещё больше и в них чётко читалась паника. - Значит, знаете, - сделал он ещё один вывод. - И не пытайтесь отпираться - я по глазам всё вижу. И, я уверен, вы знаете, куда её закинул организованный вами в ратуше этой ночью портал. Что вы на меня так смотрите? По той "кляксе" магической энергии, что вы оставили в ратуше, не догадаться что там произошло мог только полный профан. Так что, будьте любезны и скажите мне - куда вы отправили мою подругу детства. Очень прошу, - с долей издёвки добавил он, после чего потянул ко рту яблоко, которому оставался ровно один укус Флеминга, чтобы стать огрызком. - В никуда... - прокашлявшись и приподнявшись на локте, ответила женщина. От ответа Эйден на секунду замер, остановив руку с почти съеденным фруктом в паре сантиметров от рта, осознавая сказанное. А когда осознал, не сдержался и резко сжал кулак, заставив брызнуть ошмётки и сок яблока во все стороны. После чего сделал глубокий вдох, выдохнул, встряхнул руку и снова обратился к чародейке. Медленно и спокойно. Слишком спокойно. - Я сейчас спрошу ещё раз, - вытерев ладонью лицо, после чего вытерев ладонь об штаны, начал он, - и перед тем как ответить хорошенько подумайте. Я даже готов дать вам десять секунд на размышления. Ибо от того, что вы сейчас скажете зависит ваша жизнь, - и холода в каждом его слове было достаточно, чтобы заморозить весь Сторибрук. Пару раз. Реджина судорожно сглотнула, мысленно проклиная себя, ибо стоящий перед ней человек не шутил. И мало того, что он был готов привести свою угрозу в исполнение - колдунья нутром чуяла, что этот мужчина был СПОСОБЕН это сделать! И молнии, что забегали у него между пальцев, были тому косвенными доказательствами. - Нет! Не смей! - вдруг раздался у Флеминга за спиной детский голос, после чего между ним и чародейкой встал мальчишка, раскинув руки в попытке полностью заслонить её собою. Тот самый мальчишка, которого он видел в ратуше, болтающим с оборотнем и которого эта Реджина увела. - Не убивай мою маму! Она не специально, так получилось. - Генри, не лезь! - тут же вскочила на ноги женщина и рванув мальчика за рубашку, завела себе за спину. - Со мной можешь делать что угодно, но если только тронешь... - Я не настолько мерзавец, чтобы убивать или калечить детей, - перебил Эйден, всё ещё разглядывая паренька: внимательно разглядеть его лицо у довакина появилась возможность только сейчас и теперь ему почему-то казалось, что этого Генри он где-то раньше видел. Ещё до Сторибрука. - Но вот вы всё ещё не ответили на мой вопрос. - Нет больше вашей Эммы! - выпалила она. - Сгинула вместе с рейфом в том портале, но в этом моей вины нет. Поверьте на слово - это была случайность. - На слово - не поверю. Впрочем, будучи зомби врать вы мне точно не сможете... - Не вздумай! - врывался мальчонка и снова попытался закрыть собой мать. - Если ты друг Эмме, то не сделаешь этого! Мама этого бы не хотела... - Конечно! Быть безвольным зомби не очень-то приятно... - Да не Реджина - Эмма! - перебил его Генри и в голове Флемнига будто бы что-то щелкнуло. И сразу же многое стало понятно и встало на свои места, хотя так же появилась и куча новых вопросов. - Однако, сходство действительно имеется, - присел на корточки Эйден и вгляделся парню в глаза. - Так это ты то самое "неотложное дело", из-за которого мы с Эммой не сумели отметить её день рождения? Парень кивнул. - И ты увёз её сюда, - уже не вопрос, а утверждение. - Не трогайте... - попыталась было влезть Реджина, но её попытка была пресечена резким "Не трону" от довакина, после чего он продолжил расспрашивать мальчика. И за час расспросов, фривольно развалившийся на травке перед мальчиком и его испуганной матерью, Флеминг, наконец, разобрался в том, что же за дурдом творился в городе. Генри рассказал всё, с самого начала и до событий последних нескольких часов. Рассказал, откуда Эмма на самом деле родом и кто такая, что её родители - Прекрасный Принц и Белоснежка, что Злая Королева, которой оказалась его приёмная мать - Реджина Миллс - наслала на их родной мир проклятье, которое перенесло всех жителей Зачарованного Леса на Землю и создало этот город и стёрло всем память об их настоящих личностях... В общем - рассказал про всё, что случилось здесь за последний год. А когда Генри закончил свой рассказ, Эйден из полу-лежачего принял полностью лежачее положение, закинул руки за голову и уставившись на проплывающие по голубому небу белые, пушистые облака разразился жуткой, трёхминутной матерной тирадой. К счастью для психики и ушей мальчика и матери - ругался он на нордском. - Но почему ты так уверен, что Эмма не болтается сейчас в межмировой пустоте, а находится в этом вашем Зачарованном Лесу? - спросил Флеминг, спустя пару минут по окончанию "Большого Загиба Олафа Одноглазого". - Он же, вроде как, должен быть уничтожен. Иначе Сторибрук бы не продолжил существовать и его жители не оставались бы до сих пор на Земле. - Просто я верю, - твёрдо заявил Генри, чем вызвал у довакина непроизвольный смешок. - Н-да, прям аргумент всех аргументов! - повернул он голову в сторону и его взгляд снова зацепился за яблоню, под которой валялись огрызки съеденных им без спроса яблок. И Эйдену вдруг подумалось, что не так уж и была неправа Реджина, когда вместо приветствия запустила в него огненным шаром - он на её месте, к примеру, и вовсе сжёг подобного наглеца огненным Ту'умом. - Мисс Миллз, скажите, только честно, куда вы всё-таки отправили Эмму и Белоснежку? - А не то убьёте и превратите в зомби? - съязвила Злая Королева, хотя голосок всё ещё подрагивал. Слегка. - Просто ответьте на вопрос, пожалуйста, - абсолютно спокойно, даже как-то буднично, попросил Флеминг. - Да цел этот проклятый Лес, хоть и обитателей там заметно поубавилось, - помолчав немного, всё же призналась Реджина. - Но добраться туда, в лучшем случае, не просто. - Но эта идиотская шляпа ведь цела? - всё ещё не отрывая взгляда от дерева, спросил Эйден. - Но она разряжена - волшебства в ней больше нет. И у этой идиотской шляпы есть не менее идиотское правило: сколько в неё вошло людей, столько же может выйти. Ни больше - ни меньше. Поэтому даже если вам удастся с её помощью открыть портал в Лес, вернуться обратно всё ещё будет проблемой. - Что ж, - поднялся довакин обратно на ноги и направился в сторону дерева, - благодарю за информацию. Когда он вплотную подошёл к стволу яблони, Реджине на секунду показалось что он сейчас потянется за очередным яблоком, но нет - вместо этого Флеминг коснулся ладонью ствола, после чего из-под неё начал литься яркий золотой свет. Настолько яркий, что даже умудрялся немного просвечивать через его руку. А спустя несколько секунд на месте съеденных Эйденом яблок выросли новые. - Прошу прощения за свою бестактность и откровенное воровство, но я десять часов был в дороге и за всё это время во рту ни крошки не было, - обернувшись к Миллзам, он совершенно неожиданно для колдуньи извинился. После чего полез в куртку и достал оттуда уже полупустую пачку сигарет. - Всего хорошего. Генри, ещё увидимся. Хлопком выбив из пачки прямо в рот одну из сигарет, он убрал пачку на место и направляясь в сторону улицы, полез в карман джинсов за зажигалкой.

***

- Генри, а Эмма тебе рассказывала про этого своего друга? - немного придя в себя после последней выходки, оказавшегося магом, внезапного гостя, когда тот уже скрылся из виду, спросила Реджина у своего сына. - Его зовут Эйден Флеминг, - ответил Генри. - Но... Эмма говорила что он - охотник за головами, а не волшебник. "Час от часу не легче," - мысленно взвыла колдунья, устало прикрыв глаза. - "На место одной ненормальной пришёл новый, полный отморозок."