I want to make you happy;

- Метаблук!       Кара резко рванула вперёд с вытянутыми руками навстречу розовому привидению. Тот, в свою очередь, застыл, даже слегка засуетился от неожиданного порыва новой подруги, оказавшись в её тёплых объятиях. Папирус стоял тенью за спиной человеческой девушки, наблюдая за столь доброй встречей. - Прости, что ушла и не сказала ничего, - порозовевшие губы Кары расплылись в улыбке. Смотря на такое милое улыбающееся существо, невозможно обижаться. А ведь Метаблук даже и не пытался. - Всё в порядке. Ты тут не при чём. Это моя вина. Я привёл тебя в свой дом. Из-за меня ты… - Согрелась и набралась сил, чтобы идти дальше, - перебила его девушка, заранее зная, что он мог сказать. – Спасибо тебе большое за заботу!       Метаблук мгновенно покраснел и, отвернувшись, стремительно помчался вперёд, приведя Папируса и Кару в замешательство. - Ты куда? – крикнула ему вслед девушка. – Метаблук!       Разумеется, секунда - и Кара бы помчалась за ним, но Папирус придержал её за плечо, заставив удивлённо оглянуться. - Ты ещё увидишься с ним. Сейчас нам лучше идти дальше. Альфис слишком близко, - чуть нагнувшись к девочке, тихо объяснился Папирус.       Каре оставалось лишь послушно кивнуть и продолжить путь, прислушиваясь к шагам высокого скелета за спиной. И с этой минуты она почувствовала себя скованной, чем-то невидимым, но сильным и не подвластным. Разумеется, подобное не могло привести в восторг, ведь фактически Кара чувствовала себя словно под арестом, в цепях, на поводке. Папирус не должен идти сейчас за ней, этот путь она обязана пройти сама. Более того, если Альфис увидит его с ней, так непринуждённо разговаривающего, то всё это обернётся неприятными последствиями для самого Папируса.       Мысли Кары прервал тяжёлый, чуть усталый вздох скелета. - Может быть, тебе стоит высказать то, что искажает твоё лицо таким негодованием? – в лоб спросил скелет.       В ту же секунду Каре захотелось убежать от него, перегнать зашедшее в бешенном ритме сердце и охладить вспыхнувшее огнём лицо. И всё это отразилось в вытянувшемся от изумления лице. Папирус на секунду замер, и в пустоте меж его рёбер зародился слабый смешок, который перешёл в хриплый смех. - Да не переживай ты так, мелкая. - Кара чуть расслабилась, когда Папирус слегка растрепал её каштановые волосы. – Я не собираюсь держать тебя на поводке. Ты свободна. И если ты действительно хочешь, чтобы я ушёл, так и будет. Я не буду мешать тебе идти своим путём. - Я вовсе не хочу сказать, что ты мешаешь, - тут же встрепенулась девушка, почувствовав неловкость. – Просто… - Прости меня, Кара.       Кара. Именно от звучания её имени по телу шли мурашки и осознание того, кто она есть и где находится. Именно собственное имя пробуждало её на несколько мгновений, напоминая о том, что стало прошлым. Напоминание о том, что она в заточении под землёй, можно сказать в безвременье. А сколько дней прошло на самом деле без отмоток на точки сохранения? Эта мысль пугала, как и исчезнувшая в неподходящий момент решительность.       Кара поняла причину всего этого. Она просто, наконец, почувствовала себя защищённой рядом с этим монстром, который пристально смотрел на неё горящими оранжевыми огоньками и ждал ответа. Она испугалась того, что теперь не сможет, как раньше, храбро идти вперёд на смерть, станет убегать, прятаться и так и не дойдёт до королевы Ториэль и не сможет освободиться от этой цепи, сковавшей её красную душу. Не сможет освободить заточённых здесь монстров. - Я хочу пойти одна лишь потому, что так я буду больше наполнена решимостью, - уверенно произнесла девушка. – Только так я освобожу вас всех из этой тюрьмы.       Глазницы Папируса потемнели, он ошеломлённо замолчал. И за свою небрежность, которую он допустил по отношению к Каре, теперь было более стыдно. Ведь всё это время, зная, что ей придётся снова пережить смерть, Кара думала о том, как спасти не одну себя, а народ монстров. - Ты… Глупенькая, - выдохнул он, дрожа от злости. – Ты не обязана нести всё это одна на своих плечах.       Кара с опаской сделала шаг назад, когда Папирус приблизился почти вплотную, а на губах снова появилась нервная улыбка. - Ты ведь не одна, понимаешь? - Папирус? – испуганно пискнула бедняжка, когда спиной почувствовала твёрдую пещерную стену. - Ты не одна, Кара. Есть те, кто переживают за тебя! Ты думаешь, если они узнают, что ты умерла не единожды, переживая этот ужас и ради них продолжая идти дальше, то они точно пойдут за тобой и не позволят продолжить путь, - тень скелета угрожающе нависла над испугавшейся Карой.       Кара зажмурила глаза, ожидая, что почувствует боль, но секунду спустя её окутало тепло, а в нос ударил сладковатый запах мёда и табачного дыма. Папирус крепко обнял человека, стараясь передать без слов, насколько она стала ему дорога, но решив, что этого недостаточно, разогнулся, тем самым подняв её. - И прекрати бояться меня, ведь я один из тех, кому ты небезразлична! Если ты будешь чувствовать себя в безопасности, то наоборот станешь ещё сильнее и увереннее. Ведь ты будешь знать, что стараешься не зря.       Папирус ещё долго не хотел отпускать Кару, тиская её в костистом капкане объятий, шагая вперёд, подальше от Альфис. Ему нужно было идти до самой лавки знакомого старика, пока Альфис не отстала от их следов. - Ты поняла, что я сказал? – решил удостовериться Папирус.       Кара тепло улыбнулась и утвердительно кивнула несколько раз. - Тогда я дам тебе волю идти вперёд одной. Но при условии, если в опасной ситуации ты позовёшь меня, дружок. Хорошо? - Я позову тебя, Папирус.       Видимо скелету очень нравилось приводить гладкие волосы девочки в беспорядок, раз уж он сделал это перед тем как уйти, беспокойно оборачиваясь назад. Слова Папируса наполнили Кару решимостью.