Однажды в Аркадии Бэй

Аркадия Бэй, Орегон 9/4/2001 10:28 AM

      Отель «Сансэт Бэй» на окраине городка оказался вполне себе заурядным, скромным и ничем не отличавшимся от сотни других «Сансэт Бэев» в разбросанных по побережью провинциальных городках. Поэтому Крейг особо и не стал заострять на нем внимание. А вот менеджер отеля его привлекла. Это была женщина лет тридцати, высокая, худая и выглядевшая усталой, но, тем не менее, приветливая и дружелюбная. Крейг в первую минуту даже всерьез задумался, не вступить ли с ней в особые отношения (теперь, после разрыва с Мэри, он мог себе это позволить), но, к счастью, вовремя заметил на ее безымянном пальце кольцо. Нет, лучше в таких маленьких городках не влипать в истории. Чтобы войти с хозяйкой в более доверительные отношения и выведать побольше об этом загадочном деле, Крейг умолчал о расследовании и представился коммерсантом из Сиэтла, приехавшим сюда по финансовым делам. Он давно понял, что даже непричастные к делу люди сразу становятся мнительными и не говорят всей правды, как только видят его жетон. И через полчаса после заселения в номер он уже вел с хозяйкой задушевный разговор. — Да, как видите, мой бизнес не процветает, — говорила ему женщина, с сожалением оглядывая пустой холл. — Если так и дальше пойдет, отель вообще придется закрыть. А все из-за этого места. Многие думают, что оно проклято, уж не знаю, видимо, наслушались репортерских сказок о нашем городе. А последнее время народ и вообще перестал сюда приезжать. — Это из-за случая с той девочкой? — не удержался Крейг. — Да нет, вовсе не поэтому… А вы откуда про это знаете? — удивилась менеджер. — Так, слухи доходили, — уклончиво ответил Крейг. — А то, что случилось с этой Рэйчел Эмбер, действительно ужасно, — продолжила хозяйка. — У меня ведь у самой дочь того же возраста, и я боюсь, как бы не пошло дальше… Но если это маньяк, его быстро поймают, наш шериф знает свое дело. А у вас, мистер Уилмор, есть дети? — Есть, — ответил Крейг, — но они давно со мной не живут. Сожалею, но я должен идти — дела меня ждут. Он еще напоследок спросил у хозяйки, какие места в их городе стоит посмотреть, купил карту и направился в полицейское управление, чтобы получше во всем разобраться. Городок, как ни странно, Крейгу понравился — быть может, из-за величественных лесистых холмов и красивых видов, как на винтажной открытке. Вообще здесь ощущался дух чего-то первобытного, необузданного и в то же время прекрасного, прямо так и хотелось достать фотоаппарат и запечатлеть эту красоту. На центральной улице вместо шума машин и собачьего лая слышались мерный рокот океана и крики чаек, навевавшие мысли о старых временах, когда здесь наверняка была рыбацкая деревушка и деревянные суда, скрипя просмоленным рангоутом, под парусами выходили из порта даже в шторм. Теперь же лишь старый маяк на утесе, возвышавшийся над городом и едва проглядывавшийся отсюда из-за высоких деревьев, напоминал о тех славных временах.

***

      В кабинете Уильяма Стивенса, шерифа Аркадии Бэй, царил идеальный порядок. По стенам были развешаны охотничьи трофеи и грамоты, в стеклянном шкафу в углу виднелись кубки за меткую стрельбу, а массивное бюро украшала статуэтка ястреба из бронзы. Можно было подумать, что хозяин кабинета пытается таким образом сразу же произвести впечатление на посетителей. Однако послужной список шерифа оставлял сомнения в том, что он делал это для показухи. Ветеран Вьетнама, заядлый спортсмен и охотник, он действительно был знатоком своего дела и ни одному преступнику не давал спуску. Крейг надеялся, что с ним у него выйдет плодотворное сотрудничество. Поздоровавшись с Уилмором за руку, шериф, крупный чернокожий мужчина с усами, усадил агента за стол и предложил ему кофе. — Это хорошо, что ФБР прислало вас на подмогу, — заговорил он. — Мы сначала думали, что сами справимся, но дело оказалось таким… Девчонка по-прежнему молчит, ни врач, ни священник не могут с ней ничего поделать. Разумеется, мы в первую очередь подозреваем маньяка или сектантов, тем более что в последнее время в лесу стали появляться круги от костров и всякие тотемы. Да и думается мне, что отравление птиц и сигналы с маяка — тоже их рук дело. Но мы также взяли на учет всех подозрительных людей в городе, особенно пожилых, одиноких мужчин — те, как правило, чаще всего совершают такие преступления. Но конкретных подозрений у нас нет, и потому мы не знаем, с чего начинать. — А могу я прежде всего взглянуть на Рэйчел Эмбер? — осведомился Крейг. — Конечно, — кивнул шериф. — Давайте я вас отвезу к ней, я как раз собирался туда ехать. Девочка, похоже, в глубоком шоке, но из больницы ее уже выписали, угрозы здоровью нет. Сомневаюсь, что она вам что-либо скажет, но все-таки… Заодно и обсудим по дороге все версии. Пять минут спустя они уже ехали в машине Стивенса на другой конец города. — А как это вообще случилось, шериф? — спросил Крейг. — Я имею в виду, где ее нашли? — Ее привез в больницу парень по имени Фрэнк Бауэрс, студент Академии Блэквелл. — Какой академии? — А, так вы разве не слышали? — удивленно повернулся к нему шериф. — Лучшая академия искусств на всем побережье, гордость нашего городка, — последние слова он, впрочем, произнес не без сарказма. — И что же этот Фрэнк?.. — Говорит, что поздно вечером ехал к родителям в Рокуэй Бич, и на шоссе перед железной дорогой едва не сбил в темноте эту девочку. Что она была до смерти напугана, все время кричала и истекала кровью. Смогла только назвать свое имя, и потому ее родителей тут же оповестили. — А что с тем местом, где ее нашли? — Мои парни прочесали каждый дюйм вокруг него, но ничего такого не обнаружили. Тогда шел дождь, если и были какие следы, то все смыло. Нашли, правда, обрывки веревки, которой, предположительно, связали Рэйчел, но никаких посторонних отпечатков на них не было. Тот, кто это сделал, должно быть, все рассчитал. — А следы сексуального насилия были? — В том-то и дело, что нет, — ответил Стивенс. — Поэтому мы и подозреваем в первую очередь сектантов и ритуальный характер. Однако и других версий исключать нельзя. Что если девочка, скажем, рехнулась и сделала это с собой сама? — А что этот парень, Фрэнк? Вы его проверили? — Вряд ли он стал бы делать это с девчонкой, а потом спокойно привозить ее в больницу, — усмехнулся шериф. — Однако парень и в самом деле нечист. Балуется травкой, пару раз даже попадал ко мне в участок. Впрочем, у блэквелльцев это сейчас в моде. Они ведь в большинстве своем детишки из богатых семей и могут себе позволить любую дрянь. И вообще, бабки сейчас все решают. Он помолчал, постукивая пальцами по рулю и сосредоточенно глядя вперед, затем вдруг усмехнулся и произнес: — А может быть, правду говорят про Аркадию Бэй, и это место действительно проклято? Вам доводилось бывать в других провинциальных городках, мистер Уилмор? Я-то знаю, я сам родом из такого маленького местечка. А здесь что-то явно не то, этот город какой-то искусственный, словно бы не такой, как все, вы заметили? Потому-то, может быть, здесь и творится всякая чертовщина? Эх, пора мне уже выходить на пенсию да валить куда-нибудь в Калифорнию, а то и подальше, отдыхать от этого всего. Крейг в ответ промолчал и оглядел из окна тихую улочку, на которую они свернули. В конце ее возвышалась церковь, а сразу за ней начинался густой темный лес. Может, шериф и прав насчет необычности этого места, да только зачем так прямо говорить об этом? Видно, старику и правда пора на пенсию, раз он думает о таких вещах вместо расследования. Они остановились у скромного, утопавшего в зелени домика в самом конце улицы. На противоположной стороне Крейг заметил машину, из которой за домом наблюдал мужчина довольно грузной комплекции. — Мне пришлось приставить к дому моих людей, — объяснил Стивенс. — Родители Рэйчел боятся, что маньяк может снова прийти за ней. Внутри теперь все время дежурят врач со священником, надеются вернуть ее к жизни… На звонок в дверь им открыл невысокий молодой мужчина с залысинами на голове и красными, должно быть, от бессонницы, глазами. — Доктор Хиггинс, — представился он Крейгу и, когда тот показал свое удостоверение, покачал головой: — Рэйчел нужен покой. Она столько пережила… К тому же она вряд ли сможет ответить на ваши вопросы. Мистер Дориан сейчас сидит с ней. — Ничего, это не займет много времени, — успокоил его Крейг. — А мистер Дориан — это, я так понимаю, священник? Ответить доктор не успел — вниз по лестнице спускался коренастый светловолосый мужчина — по-видимому, отец Рэйчел. — А это еще кто такой? — злобно произнес он, увидев Уилмора, и сжал кулаки. — Спокойно, Гэбриел, — выступил вперед шериф. — Этот парень из ФБР, вы же сами его вызвали. Идем на кухню, выпьем бренди, расскажешь мне, как дела. Он увел готового взорваться мистера Эмбера на кухню, а Крейг отвел в сторону доктора Хиггинса. — Как она? — спросил он. — Состояние прежнее, — ответил доктор. — У девочки тяжелый посттравматический шок, и она до сих пор не может прийти в себя. — Это надолго? — Все зависит от ее физического состояния, — уклончиво ответил врач. — У нее глубокие порезы на груди, шее и руках и обильная кровопотеря, так что ей требуется полный покой и постельный режим. Кроме того, — он понизил голос, — я сделал анализы и выяснил, что в ее крови была большая доза снотворного. Очевидно, ее чем-то накачали перед тем, как связать и сделать с ней это. Крейг задумался. Определенно, эта информация могла помочь в расследовании. — Простите, агент, — отвлек его от размышлений голос Хиггинса, — могу я пойти прилечь? Уже двое суток на ногах, знаете ли. — Конечно, док, — ответил Крейг и, как только доктор удалился в гостиную, на цыпочках поднялся на второй этаж. Он оказался в коротком коридоре. У второй двери справа прямо на полу, подогнув колени и обхватив их руками, сидела женщина, на вид еще более худая и изможденная, чем хозяйка «Сансэт Бэй», должно быть, мать Рэйчел. При появлении агента она не шевельнулась и, даже когда он окликнул ее, продолжила сидеть в той же позе, глядя в одну точку. «Ей, должно быть, еще тяжелее, чем ее дочери», — подумал Крейг, прислонившись к стене, и стал ждать. Пять минут спустя дверь распахнулась и вышел священник, немолодой мужчина с постным лицом и в очках. Миссис Эмбер подняла голову и с мольбой в глазах посмотрела ему в лицо. Он только покачал головой и направился вниз, также не обратив на Крейга ни малейшего внимания. Женщина, беззвучно рыдая, кинулась следом за ним. Крейг понял, что настал наиболее удачный момент, и толкнул дверь. Он оказался в довольно небольшой комнатке, одну стену которой занимал огромный звездно-полосатый флаг, а другая была завешана акварельными картинами и фотографиями. Ни кукол, ни мягких игрушек, ни розовых сердечек и видеокассет с фильмами, которые ожидал увидеть Крейг, здесь не было, зато в углу, прикрытый тряпкой, стоял массивный фотоаппарат на треноге. Слегка удивившись этому, агент подошел к кровати, стоявшей возле окна, и присел на стул возле нее. Для своих семи лет Рэйчел Эмбер была удивительно высокой и красивой. Светлые волосы разметались по подушке, напоминая нимб мученика, а бинты, скрывавшие почти всю верхнюю часть тела, не уродовали ее, а, наоборот, придавали какой-то героический вид. Она не повернула головы к Крейгу, а лишь скосила глаза в его сторону, и в этом взгляде было нечто странное, даже, можно сказать, загадочное. Крейг помолчал минуту, собираясь с мыслями, а затем произнес: — Здравствуй, Рэйчел. Меня зовут Крейг Уилмор, я из Сиэтла, из ФБР. Ты можешь говорить? Девочка ничего не ответила, продолжая так же странно и неотрывно смотреть на него. Крейг смущенно откашлялся и, нагнувшись совсем близко к ней, горячо заговорил: — Рэйчел, пойми, мне очень нужно знать, кто сделал это с тобой. Я понимаю, ты боишься его, боишься, что он снова может за тобой прийти, но поверь: здесь ты в безопасности, тебе уже ничего не грозит. Поверь, я найду того, кто это сделал, и заставлю его за все ответить. Рэйчел все так же молча смотрела на него, а затем, отведя взгляд, моргнула. По щеке ее скатилась слеза. Крейг смущенно поднялся и, пробормотав что-то невнятное, попятился прочь из комнаты. Почему-то в присутствии этой девочки он начинал чувствовать себя довольно странно, он даже сам не смог бы объяснить, как. На лестнице он столкнулся с девочкой-подростком лет пятнадцати, с теми же серовато-зелеными глазами и странным выражением лица, что и у Рэйчел. Она, ничуть не смутившись, улыбнулась ему. — Вы ведь из ФБР, верно? Я Ханна, сестра Рэйчел, — произнесла она. — Вы были у нее? И как она? Немного сбитый с толку ее внезапным появлением, Крейг только пожал плечами. — Все так же… — вздохнула Ханна, сразу сникнув. — Прямо даже не знаю, что и делать. Вы знаете, она всегда была такой веселой, жизнерадостной, постоянно куда-то убегала, мы ее целыми днями найти не могли. Я и сама в ее годы была такой. А теперь… Маме тяжелее всего, у нее ведь сердце больное. А знаете, это ведь я уговорила ее позвонить в ФБР, потому что чувствовала — здесь что-то неладное, полиция не справится. Но вы ведь найдете того, кто это сделал, верно? Крейг так же пожал плечами и стал спускаться вниз. Проходя мимо гостиной, он услышал доносившийся оттуда дребезжащий голос, который, судя по всему, принадлежал священнику мистеру Дориану: — Господи, за что мне все это? Нет, это место точно проклято! Нужно поскорее закрывать приход и уезжать отсюда!