Our desires

Ким Чонин. Это Ким Чонин. И я превращаюсь в мраморную статую в горячих руках, что держат меня в своих объятиях. Он и здесь собирается издеваться надо мной? Неужто это приносит такое удовольствие, видеть меня запутавшейся, смущенной и одновременно злой?! - Что ты здесь делаешь? – шепчут мои губы, когда тело замирает, повиснув в воздухе. Я всматриваюсь сквозь темноту в горящий взгляд Кая и не узнаю. – Ты… Чанёль… друзья? Молчание. Только рука перемещается чуть ниже, а голова склоняется набок. Парень не сводит с меня мерцающего взгляда и внимательно всматривается в лицо, наблюдая за реакцией. Это напряжение, лихорадочный блеск в глазах, едва заметная улыбка, не привычная ядовитая усмешка, а настоящая улыбка на его лице, заставляют паниковать. Я будто заперта в камере с маньяком, что собирается медленно расправиться со своей жертвой. Удивление от встречи было настолько сильным, что тело отказывалось слушать приказы, оно просто обмякло в мужских руках, а сердце бешено стучало, кровь отбивала бешеный ритм в висках. Сознание погружалось во тьму. То ли звездочки начали танцевать вальс перед моим лицом, то ли воображение разыгралось. А он, эта высокомерная зараза Чонин, стискивая мою талию в руках все сильнее, молчал. Ненавижу. - Это ловушка?! Снова? – возмущенно произношу я, но чувствую, как не хватает воздуха в легких. – Ты договорился с Паком?! Моя голова уже касается пола, потому что Чони решил поиграть в карусель моим телом и опустить его на паркет. Только когда я испугалась, смогла повернуть голову в сторону, с силой вцепиться в руки парня и подтянуться наверх, чтобы не столкнуться с деревянной поверхностью. Кай тихонечко посмеялся, продолжая гипнотизировать меня своим черным взглядом. - Ох, черт… Вы не друзья, - выдохнула я, пытаясь сделать шажок назад, но снова повисла в воздухе, в руках Кая, что прожигали тело через одежду. – Это такая сделка?! Зачем здесь я?! ЧОНИН, мать твою, ты когда-нибудь ответишь на мой вопрос?! - Нет, - усмехнувшись, произнес он, делая шаг вперед и рывком впечатывая меня в стену. - Ты здесь, чтобы просто слушать меня. - Я и так вечно этим занимаюсь… Сколько можно… Почему бы тебе не заниматься моим унижением на работе… Неужели этого мало… - Мы можем быть вместе. - Ты придумал новый метод игры со мной?! - Мы можем быть вместе, - вновь повторил он спокойным и уверенным тоном, что заставил содрогнуться сердце. О нет. Только не это. Все снова полетит в бездну. Я перевела взгляд с лица Кая вниз и начала наблюдать, как пульсирует выступающая вена на его шее. Почему нельзя сейчас накинуться, чтобы перегрызть ее своими зубами?! Меня не хватает даже на попытки вырваться, тело просто бьется в тисках, а длинные пальцы парня с плеч не сдвигаются ни на миллиметр, они еще больше впиваются в блузку, сжигая своим жаром тонкую ткань, расплавляя мое тело и проходя все глубже… Душа ревет от злости на этого человека и требует мести, но от осознания собственного бессилья еще хуже. Я не могу дать пощечину, не могу закричать, не могу посмотреть в горящие черные глаза Кима, потому что они подавляют меня. Тело практически не реагирует на прикосновения Кая, Сехун приучил его двигаться только в своих руках, только рядом со своим мраморным телом отзываться на ласки или грубость. Если можно было стать статуей, ледяной скульптурой, то я стала ей сейчас. Только вот прикосновение огня очень быстро растапливало эту замороженную оболочку. - Пусти, - попросила я, чувствуя малейшее движение рук Чонина и его прерывистое дыхание на своей щеке. Кажется, мой зрачок расширялся все больше и больше. Тело неестественно ломило, будто лед, сковавший его, плавился. – Зачем ты это делаешь?! Ах да, мне нельзя знать лишнего, хоть именно за этим я пришла на встречу с врагом Сехуна. Как символично, что здесь ты… Снова хочешь его задеть? - Ты это делаешь гораздо лучше, - не выдержал и огрызнулся Кай, гнев быстро затапливал его сознание. Кажется, мужчина находился в таком сильном нервном напряжении, что едва мог контролировать себя. – Прости, Инсу… Ты просто должна знать, мы можем быть вместе. - Отлично. Знаю. Теперь я могу идти? – резко ответила я, сглатывая слюну. Тут было слишком жарко и душно, чтобы дальше стоять и слушать. А еще больно от очередного изощренного издевательства. - Ты не понимаешь, что ли?! И правда, ты никогда не могла с первого раза понять мои слова! – Чонин заставил смотреть ему в глаза и прижал мое тело своим, расставив руки по обе стороны от головы. Я думала, он будет кричать дальше, но вопреки всем ожиданиям его пухлые губы легонько раскрылись, но не для оскорблений и насмешек. И хоть голос звучал грубо, рвано, даже злобно, чувствовалось что-то искреннее. – Я не шучу, соберись, выслушай и хорошенько подумай над этими словами. Не будь дурой, Инсу, чтобы упускать такую возможность. Я сам не рад, что это своего рода сделка, но в этом мире нельзя простыми признаниями и ухаживаниями бороться за свои чувства. Это так глупо, смешно, беспомощно. Терпеть не могу быть таким, но именно сейчас я таким оказался… - Поэтому ты решил использовать меня против Сеха? – сердце позорно затрещало по швам. Я перестала сопротивляться, только задержала дыхание. - Ты такая глупая, а?! – повысил тон Чонин, приближая к моим губам свои. Теперь я чувствовала жар, исходящий изнутри. Дракон пришел в бешенство и готов в любую минуту спалить меня, не оставив ничего после. – Одно дело играться с тобой, подразнивая Сехуна, другое – забрать. Неужели ты не понимаешь, насколько сильно этот человек влюблен? И чем сильнее его чувства, тем страшнее быть с ним. Я столько лет смотрел в глаза этому зверю, но только сейчас готов побороться с ним на равных, а не шутливо дразнить. Инсу, эта игра ради тебя. Я дернулась и резко подняла взгляд. Изнутри била дрожь, покалывая кожу, злость прошла волной через мое тело. Не вижу, но знаю, что мой взгляд заблестел ненавистью, а губы искривились измученно-насмешливой улыбкой. - Ради меня?! Чонин, а как же деньги, компания, власть, что не дают тебе спокойно спать по ночам?! Ради меня?! А, может, ради победы над президентом О?! Хочешь отнять у него все, втоптать в грязь, превратить в ничто?! – я испугалась своего тона и собственных слов, что даже прервалась на минуту и поймала испуганно-удивленный взгляд Чонина. – Сехун… не заслуживает этого! - Это я и ты не заслуживаем такого обращения! – перебил меня Кай, закричав на всю комнату. С каждой секундой его заполнял гнев, а глаза стали черными, как ночь, руки сжались на моих запястьях. – Ты сама хотела быть со мной и едва не признавалась в любви! Я не слепой, чтобы не замечать очевидного! Даже сейчас, ты желаешь быть со мной! Так давай сделаем это возможным, Чон, для самих себя! - Ошибаешься! У тебя слишком большое самомнение… - моя грудь вздымалась все выше и выше от негодования. Если можно было бы сжечь друг друга дотла или пронзить молнией на месте, мы бы сделали это немедленно. – Какое благородство, Кай! Ты, наконец, подумал о моих чувствах! Кто заплатит за исполнение этого желания? Не думаю, что Сех согласиться оплатить твои услуги… - Прекрати немедленно, Инсу! – Чонин с силой сжал мое лицо в ладонях и прикрыл глаза на несколько минут, пытаясь заглушить злость. Но, когда он открыл глаза, я увидела, что тьма захватила его. В этой ночи было столько злости, отчаянья, жестокости. – Ты все выслушаешь, понятно? Все до последнего слова. Не двигаясь и не открывая рот. Поняла?! Кивнула, с опаской посматривая на мужчину, что минуту назад едва не размазал по стене от оскорбленных чувств. Я тоже так злилась, когда он издевался. Кай отошел всего на три шага, но теперь, казалось, что огнем полыхает вся комната, а не только мои щеки. Я осторожно встала сзади него и приготовилась слушать, незаметно разминая свои запястья, на которых остались синие «браслеты» от сомкнутых пальцев Кая… Пусть говорит, что хочет, пусть побыстрее выскажется, пусть все внутри меня вновь утихнет. Но Ким Чонин заставляет меня гореть заживо, потому что его губы гневно шепчут: - Ненавижу быть слабым и ненавижу, когда меня ставят на место. Мы не хотим попасть в рай после смерти, поэтому скромничать нечего. Эту компанию создал Сехун, но он слишком много мнит о себе, играет в Бога, порой мне это кажется правдой. Чем этот человек заслужил все?! Почему я должен быть внизу, а не рядом? Думаешь, не заслуживаю чего-то большего? – Чонин оглянулся, усмехнулся и остался так стоять, не сводя с меня взгляда. – Власть кружит голову, наши желания неограниченны и рискованны. Сехун знает об этом, ничего не говорит, разрешая делать все, что заблагорассудится, только в определенный момент одно его слово ломает чью-то жизнь. Я никогда бы не полез в такую игру, Чон, поставив на кон все, в том числе и жизнь. Сех… это ведь Сех. - Тогда зачем все это? - Ох, у тебя еще с памятью проблемы, Чон… Я же сказал, ради тебя, ради нас. - Конечно, Кай, именно ради нас, ты столько раз меня унизил! – не удержалась от высказывания, видя, как кривится от злости Чонин. - Молчи, Инсу, иначе я применю силу. Церемониться не стану, ты порядком потрепала мои нервы за это время! - Я?! – даже не побоялась сделать шаг вперед, навстречу своей погибели. Но, если сейчас время откровений, то я не стану молчать. – Когда тебе было плохо, позволь узнать?! Когда оскорблял, когда отталкивал и насмехался? А, может, когда всегда был перед глазами, даже у квартиры Сехуна?! У окна его дома?! Ты хоть знаешь, что мне пришлось пережить?! Чонин схватился за мою шею, аккуратно сжимая ее в руках, и вновь прислонил к стене. Мне казалось, что я оказалась в цепких когтях дракона, что желает разорвать в клочья. Впрочем, это не красивое сравнение, оно так и было. Под его руками разорвалась ткань, отлетели несколько пуговиц, треснула юбка. Не страсть, злость. Небывалая, ярая, иступленная злость. - А какого разыгрывать эту карту?! Притворяться кем-то слабым перед Сехуном, когда припрятал козырь в рукаве?! Столько раз пришлось толкнуть тебя к нему в руки, стискивая пальцы в кулаки и едва не крича от такой несправедливости. Знаешь ли, я тоже не люблю делиться своим! Какого было представлять тебя с ним?! Каждый день! Я же прекрасно знаю, как ты благодарна и как ищешь поддержки у Сехуна! Каждый раз, ты каждый раз шла к нему, чтобы он не делал и не сказал! Ты стала защищать его! Ты стала смотреть на него по-другому! И даже сейчас, когда я сказал, что мы можем быть вместе, ты подумала о нем! - Хм… - издевательское, мстительное, - так, может, не стоит продолжать этот разговор? Я думаю теперь о Сехуне. - Как бы не так! – снова закричал Чонин и неожиданно впился своими губами в мои. И роли вновь поменялись, теперь он снова издевался надо мной, дразня своим пламенем, заставляя подаваться вперед, желать сильнее, и хоть внутри что-то протестовало, из горла вырывались томные всхлипы. Руки упирались Чонину в грудь, но он без труда их убирал и продолжал ласкать мое тело. – Говори теперь, Инсу. Еще раз повторю для особо одаренных, мы можем быть вместе. Я бы не сунулся против Сеха, если бы не был уверен в собственных силах и… тебе. Все издевательства, как ты их мило назвала, можно назвать проверкой на прочность. Чтобы я ни делал, ты все равно оставалась неравнодушной ко мне, Чон. Уже столько раз возвращалась и еще раз вернешься, если поймешь меня. - Так поэтому ты здесь… - Именно, причем давно. Как ты заметила, с Чаном у нас деловые отношения, но не как у конкурентов. Они могут помочь, решение остается за тобой. Так вот о каких людях говорил детектив Исин. Они хотят сломать компанию, точнее забрать ее у Сехуна или даже уничтожить его самого. Я вижу, как блестят от жадности глаза Чонина. Что же важнее этому человеку? Власть, которой он завидовал, статус, свобода или я? - Инсу, я бы не сунулся сюда, если бы не ты… - он будто знал о моих мыслях. – Это единственный шанс вырваться. Хватит притворяться, мы нужны друг другу. Сехун не принц на белом коне, от него можно сходить с ума… Ну, неужто тебе пришлась по вкусу ледышка?! Мне показалось, или Кай боялся ответа? Впервые в жизни я видела столько сомнения в его взгляде, которым он прожигал меня. Всю душу вытрясет, пока не услышит про мой выбор. А я только что поняла, насколько это серьезно. Хоть и игра, но ставки делаются на чужие жизни… На жизнь Сехуна? - Вы хотите забрать «Desires»? - Да, но не думаю, что ее разрушат. - Президент? - Сменится. Им, возможно, буду я на первых парах. - Понятно, - только и смогла произнести, тяжело вздыхая и морща лоб. Как же так? Почему все должно рушиться? Почему Кай так спокойно говорит, будто собирается идти пить кофе, а не сломать мир, мой мир, к которому я привыкла? Но отчего-то с губ срывается совершенно другие слова. – А Сехун? Он останется ни с чем?! Чонин промолчал, только прожег меня гневным взглядом. - Тебе все объяснят, Инсу, - отчеканил он. – Подумай, твоя старательность и наигранная верность ничего не значат. Хотела бороться за счастье, сейчас самое время. - Я не стану его предавать, Чонин, иди к черту! – замотала головой.. Не знаю, где правда и ложь, во что верить и что делать, но что-то внутри сжимается до боли, ноет и заставляет прижимать руку к желудку. - Я не пойду против Сехуна. - Хорошая дрессировка, - усмехнулся Кай, невозмутимо застегивая свой пиджак и направляясь к двери. – Я начал игру, чтобы получить тебя. По всем правилам, ты должна встать на мою сторону, Инсу. Если не будет Сехуна, то твой контракт не действителен, и ты вольна делать все, что хочешь. Он говорил это так убийственно спокойно и расчетливо, что кровь похолодела в жилах. Чонин небрежно поправил волосы, усмехнулся, снова прикрываясь маской надменности, его настоящие чувства выдавали только горящие от злости глаза… И вот, как в самом начале, я стояла, словно статуя, в этой комнате перед открытой дверью, ощущая как внутри разгорается новое пламя. И причиной тому, на удивление, был не Кай. Я боялась за Сехуна, не за президента, а за мужчину. - Идем, Чон, тебя уже ждут, - поторопил меня Чонин. – Никто не просит отвечать сейчас, тебе дадут время на решение… - Как прошел разговор? – к нам пристроился Пак с сияющими глазами, в которых было слишком много хитрости. – Хм, судя по вашему внешнему виду, очень даже продуктивно. Чони, ты хоть немного удивил ее своим признанием? Правда, хорошая возможность? Я сверкнула глазами в сторону высокого парня. Так и хотелось закричать, что «Desires» и моя компания тоже! Трогать ее непозволительно! Но ощущая руку Чонина на своем плече, я начинала осознавать другую возможность – любить его. - Мы пришли! – радостно сообщил Пак, потирая ладони и внезапно хватая Кая за руку. – Босс хотел поговорить с ней наедине, тет-а-тет. Прошу, Инсу. Чанёль услужливо открыл дверь и сделал вместе со мной шаг вперед, вежливо склоняясь в поклоне. Я ожидала увидеть рабочий кабинет, за которым сидит кто-то похожий на президента О, с таким же неприступным строгим взглядом, но обнаружила перед собой симпатичного китайца с уложенными в беспорядке платиновыми волосами. - Цзы Тао, - подсказал Чанёль, улыбнувшись. – Хорошего вечера. Чан вышел, а я сделала робкий шаг по направлению к темному квадратному кожаному дивану, на котором сидел мужчина. И он, и я заинтересованно разглядывали друг друга оценивающим взглядом. На вид ему было чуть больше двадцати лет, и ничто не выдавало в нем владельца крупной компании, тем более хищнических планов по разрушению чужих миров. Взгляд зацепился сразу за рваные джинсы, белую рубашку и накинутое на плечи темно-зеленое, изумрудное, пальто. В ухе китайского парня сияла сапфировая серьга, а на тонком смуглом запястье перекрутились два кожаных браслета. Было такое ощущение, что этот человек здесь оказался случайно. Студент из престижного вуза, который заскочил к своему богатому папе на работу. С виду ленивый, немного уставший от ожидания, словно капризный ребенок. Но стоило мне подойти поближе, как китаец грациозно встал и, слегка улыбнувшись, пожал руку. Я и глазом моргнуть не успела, как оказалась в кресле напротив мужчины с разлитым по бокалам виски. - Хорошее создание талантливого творца, - произнес Тао, удобнее устраиваясь на диване и пристально всматриваясь в мое лицо. – Давайте перейдем сразу на «ты». Я знаю о тебе уже давно, ты, наверняка, тоже слышала обо мне. Я слишком долго ждал этой встречи, поэтому давай сразу начнем. Дзиньк. Начнем пить, Тао? Впрочем, тут без алкоголя сложно разобраться. Только когда горькая острая жидкость обжигает рот, я могу расслабиться и посмотреть в темные глаза. - Мне можно задать вопросы? – спросила я. Он недовольно поморщился. - Тогда расскажите то, что хотели. - Если кратко, я – владелец части компании Desires и собираюсь взять ее в свои руки. Знаешь, а ведь Сехун и его помощник Сухо быстро рассекретили мой план. Президент стал хорошим игроком, против которого никто не сунется. Но у меня есть достаточно связей и ресурсов, чтобы получить все. Говоря понятным тебе языком, мое желание – эта компания Сеха. Хочу ей управлять. - Я не знала, что… - Ты ничего не знала, даже не догадывалась, - перебил Тао, продолжая улыбаться как ни в чем не бывало. – Сехун никогда и никому ничего не говорит, строит красивую иллюзию и заставляет блуждать в лабиринте. Всем невольно начинает нравиться играть, пытаться разгадать тайны, как квест в режиме онлайн, но до секретов Сеха никто не доберется, как бы человек ни старался. По существу, единственным игроком является только он, остальные - простые фигуры, которые делают то, что захочет Сехун. - Зачем ты это говоришь, Цзы Тао? – спросила я и сделала еще глоток горького напитка, поморщившись. Меня отчего-то испугали слова китайца. Может, потому, что я все время думала «Сехун так поступает из-за своего странного характера, непонятного другим». Как все это может быть специально? Даже со мной… специально? По сценарию? - Правильно думаешь, - кивает Тао. – Сехун не любит случайности, он даже ими управляет. Мне совершенно не нравится такое отношение к людям, слишком пренебрежительное, жестокое. Он научил людей гореть желаниями, настолько сильно, что те готовы отдать все. К примеру, ты. - Прости?! - А разве плохой пример? – усмехнулся парень. – Ты хоть в чем-то уверена, Инсу? Ты знаешь свою роль?! Разве он дал ответ хоть на один вопрос?! - Он сделал гораздо большее, - подняла горящий взгляд, в который раз за день поражаясь своей готовности защищать Сехуна. Это был словно инстинкт. – Я… стала счастливой. - А почему он это сделал для тебя? – усмехнулся Тао. Он знал, что я задавалась этим вопросом не один день. – Ты не знаешь и никогда не сможешь отличить правду от обмана. На самом деле это не важно, но сейчас все же придется разобраться. Тебе нужно выбрать сторону. - Ты предлагаешь предать Сехуна? За этим еще и Чонина подослал?! – было странно разговаривать так неформально с парнем, с президентом другой компании, но было видно, что ему это нравится. Тао действительно был полной противоположностью Сехуна. – Чем ты еще можешь заманить меня к себе? - Я не хочу показаться белым и пушистым, Инсу, говоря о понимании и взаимоуважении, но мои условия более гуманны. Просто предлагаю быть не пешкой, а игроком. Видишь ли, у меня есть привычка говорить все прямо и не заставлять людей делать то, чего они не хотят. - Ага, поэтому я оказалась здесь случайно вместе с Чонином. - Тебя никто не заставлял приходить, - усмехнулся Тао. - Какая удивительная честная игра. Вы пытаетесь переманить меня к себе, – снова фыркнула я, с недоверием смотря на Тао, но опасаться его было невозможно. Он не внушал страха. - Сехун знает об этом, Инсу, он не глупец и не слеп. В любом случае, это остается игрой. Выбирай лучшие условия, а не меня или Сеха. - Кто еще перешел к тебе? – спросила я, продолжая смотреть на китайца, как испуганный зверек. Жестокий мир оказался еще жестче, чем можно было представить. И я поняла, что пазл, который заставил собирать меня Сех, оказался пустым, там не было картинки... – Кто еще на твоей стороне, помимо Чонина? - Есть парочку из ваших и несколько клиентов согласились поспособствовать. Кажется, детектива Исина ты знаешь лично, он ведь тоже китаец, - улыбнулся Тао. - Даже он?! Но мне казалось, что… Тао усмехнулся и поднялся с места, чтобы подойти ко мне и налить еще виски в бокал. Парень слизнул с пальцев янтарную жидкость, прежде чем начать говорить. - Даже если ты уже устал сам от себя, компания Сехуна заставляет хотеть большего. Иначе жизнь будет лишена смысла. В какой-то момент тебя должно просто сорвать с катушек из зависти или от безумного «хочу». Этот мир бросает вызов смелости, и ты должен удивить его своими желаниями, они должны быть безумными. Люди из «Desires» исповедуют такую религию? Не ошибся? Я предлагаю тебе осуществить безумное желание, то, чего ты действительно хочешь сама. - Ты так уверен, что знаешь это?- подняла взгляд, пытаясь усмехнуться, но на деле, я просто испытывала постоянное напряжение. - Чонин твое запретное желание, Инсу. Как и ты для него. Молчание. Длительное, тягучее, как нуга. Все слова водят веселые хороводы в голове, заставляя сходить с ума, на коже еще теплится отпечаток горячей ладони Кая, а губы щиплют от алкоголя. В свете люминесцентных ламп переливаются кубики льда в бокале с виски. Желание. Любовь. Зависть. Ненависть. Секреты. Игра. У всех игра. Но Сехун изначально был пугающим и скрытным, дав понять, что желания дорого стоят. Исполнял он их превосходно. Может быть, поэтому с моих губ сорвалось короткое: - Нет. Тао не удивился, а только пожал плечами и снова сел напротив. Кажется, он даже был рад. Я еще несколько минут подумала, пытаясь сопоставить факты, которых у меня на самом деле кот наплакал, и спросила: - Ты говоришь о свободе выбора, но явно склоняешь на свою сторону, причем используя Чонина в качестве главного аргумента, - меня даже злость пробрала, Тао был превосходным манипулятором. И он кивнул, не отрицая этого. – Какая забота … и поразительное внимание к моей персоне… - Так, может, спросишь то, что хочешь? – улыбнулся китаец, облизывая губы. - Я тоже являюсь инструментом в игре против Сеха? Цзы Тао расплылся в улыбке, как чеширский кот, и закивал головой. Да чем он так доволен?! Он вчера вечерком написал сценарий встречи, и сейчас все идет слово в слово, как он и планировал?! - Говорил же, что Сех ничего тебе не рассказывает! – китаец сложил руки на груди и наклонился вперед. – Ты даже не знаешь, кто ты есть и что творится вокруг. Чон Инсу, знаешь ли ты, чью сторону принимаешь? Насколько важна ему? За что благодаришь Сехуна? И вдруг звучит глупый вопрос обиженной девушки: - Он сказал, что любит и просил остаться. Соврал? - В том и дело, что нет, - засмеялся Тао. – Он не врет, он создает другую реальность, Инсу. Ночной кошмар становится прекрасной историей по его желанию. Так и получается красивая ложь, которую порой называют судьбой. Исчезновение людей, большие деньги, куча контрактов, подарки и слава, доверие, предательство. Это не случайность, Инсу, с самого начала. Имя твоей судьбе О Сехун. - Ты обо всем знаешь? Кивок. - Поэтому здесь нет Чонина, чтобы ты не придумала себе лишнего, - поясняет Тао. - Кай все пытался узнать, кем ты приходишься для Сехуна, но до истины не добрался. Ким не хочет тебя использовать, чтобы одолеть президента, потому что парень понятия не имеет обо всем. Поэтому я тебя прошу сам перейти на мою сторону. - Просишь, так ничего и не рассказав? - Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, - загадочно произнес Тао и засмотрелся на горящую лампу под потолком, щуря свои темные глаза. – Спасибо за встречу, Инсу, буду ждать в гостях. До скорой встречи. Он сказал это так, будто с точностью знал, когда я приду. Сумасшедший дом, ощущаю себя потерянной Алисой, только это не страна чудес, а удовольствия здесь оборачиваются испытанием. Загадкой. Декорациями. Можно продолжить играть по чужим правилам, а можно заглянуть за занавес. Но пока я просто в тумане, который ощущаю физически… Всего через секунду, как только последняя капля виски оказывается слизанной языком с моих губ, я понимаю одну вещь. Туман действительно стоит перед глазами, но вскоре сменяется непроглядной темнотой. *** - Это и, правда, забавно. Я бы убежал сразу, а она слушала, - произносит Тао, смотря сверху вниз на девушку. – Учти, Ким Чонин, я такое делать больше не буду. Ваши методы неприемлемы для меня, пусть даже ты ее тысячу раз любишь. Кай только усмехнулся и косо посмотрел на китайца. - Прекрати, Тао, ты тоже можешь быть жестоким. - Но не подмешивать же снотворное в виски! Она была так удивлена, что выпила три бокала… Знаешь, что с ней может случиться?! Вы все спятили. Дверь тихонечко затворилась за мужчиной в зеленом пальто. Чонин остался наедине с Инсу в отгороженной комнатке, где стояла всего одна кровать из черного дерева. Он подошел к девушке и с какой-то злобой посмотрел на ее бледное лицо. Теперь в его власти это безвольное гибкое тело, к которому, наконец-то, можно прикоснуться. Сехун, как же хочется вцепиться в него, разодрать в клочья, отобрать все, а главное взять за руку ее, Инсу. Чонин не обманывался в силе чувств президента, от этого его уже несколько дней душила неистовая злоба. Ким не мог свыкнуться с мыслью, что кто-то любит девушку так же сильно, как и он. И сейчас Кай, именно Кай, был рядом с красивым телом. Нужно только склониться, прикоснуться губами, запустить руки в волосы, стиснуть край тонкой блузки. Только уже не заглянуть в глаза и не услышать тихие стоны, как прежде. Она ведь спит. А ведь Сехун это получал! Когда хотел! Чонин не выдержал и закричал, с каким-то звериным неистовством всматриваясь в лицо девушки, такой безмятежной сейчас. Спящая красавица, которой неведома приближающаяся опасность. Парень склонился над Инсу, сжимая в руках темную ткань простыней и наклоняясь все ближе к желанному телу. Когда они снова будут одни? Когда она придет к нему сама, как делала это прежде? Когда снова решится сгореть?! Пока это делал он, борясь со жгучим желанием завладеть ею немедленно. - Мм… - Инсу открыла губы и немного приподнялась, хватая ртом воздух. Всего на секунду открыла глаза, но не смогла ничего разобрать. Ей хотелось сбежать из того кошмара, что ей снился. Она прыгала со скалы… Каждый раз… Билась о камни, захлебывалась солеными волнами, которые жгли глотку, плевалась, кашляла, но снова видела его. Сехуна с холодным требовательным взглядом, в котором таилась обида. Но вот она на миг вернулась в реальность. Черные глаза, знакомая усмешка покусанных от злости губ, копна темных волос, едва касающихся ее лица. - Кай? – спрашивает она, не понимая, откуда он здесь взялся. Еще минуту. Еще пять. Еще десять. Чонин не может так простой уйти, оставив ее здесь спать одну. Один порыв сменяется другим, но за мгновенье до прикосновения Чонин останавливается, морщась от чувства, что режет в грудной клетке. Только попробуй не прийти, только вздумай отказаться после всего, что он устроил и на что пошел, только попробуй остаться с Сехом, Инсу… Тогда Чонин уничтожит голыми руками эту компанию любой ценой. Только вздумай, Инсу, посмотреть на него безразлично, Чонин лишит зрения Сехуна. Только вздумай не обнять, Сех лишится рук… В эту минуту Кай знал все об одержимости и безумии, особенно, когда ее телефон зазвенел. На экране фотография со счастливыми лицами Инсу и Сеха, такая натуральная и ненаигранная, что устройство сразу отправилось в стену. Нас будто заперли в пыточной камере. Все еще любящих, но прикованных к противоположным стенам, чтоб вечно смотрели и никогда не смогли коснуться друг друга…* - пришло на ум Чонину. И в этот раз он действительно не коснулся ее тела и души.