Хоббит, или Обратно не туда

Равнина у подножия Синих гор пахла цветами и горячим ласковым солнцем. Я спрыгнула с пони в море высокой зеленой травы. - Эру, как хорошо! - я подняла голову к небу и пошла вперед по пояс в травяном море, лаская руками зеленые волны. Кили усмехнулся. - Стоило вытерпеть сражение с мамой и Фили, чтобы увидеть твое довольное лицо. - Да уж, - усмехнулась я. - Узнав, что я пришла из другого мира, они обращаются со мной, как с фарфоровой статуэткой, которая может разбиться от неосторожного движения. Их невозможно убедить, что я гораздо менее уязвима, чем все ваши гномы, эльфы и люди вместе взятые, а спорить с ними - себе дороже. - Знаешь, я их понимаю, - Кили, стреножив пони, нагнал меня и обнял. - Они заботятся о девушке, которую я люблю. Торин тоже о тебе беспокоится. - Нет, только не Торин! Я для него, конечно, уже не враг, но чужеземка. И никогда не стану своей, - я покачала головой, вспомнив неласковый взор «короля под горой», которым он одаривал меня при каждом удобном случае. - И все же на последнем семейном совете, где было решено, что мы с Фили будем сопровождать Торина в его путешествии к Одинокой горе, он бескомпромиссно принял мою сторону, когда я сказал, что ты идешь с нами, - Кили хитро прищурился, глядя на меня. Я остановилась. - Я иду с вами?! И когда ты собирался мне об этом сказать? - Когда сказал, тогда и собирался, - ответил Кили и хитро прищурился. - Хотя путешествие будет опасным. Наверное, стоит передумать и оставить тебя дома. Пока не поздно. - Ах, вот значит как, - я обиженно отвернулась. - Эй, хомяк! Выплюнь запасы. Я же пошутил, - Кили попытался заглянуть мне в глаза. Я только этого и ждала. Подсечка, ловкое движение рукой… и опрокинутый на спину гном лежит на земле, а я сижу на нем верхом, угрожающе насупясь. - Попался! Сейчас ты мне ответишь за свои шуточки! Гном на секунду задумался, а потом проговорил: - Не факт. Он резко развернулся, намереваясь подмять меня под себя, но я вывернулась. Началась шутливая потасовка, закончившаяся, когда мы оба выдохлись, обычным в таких случаях поцелуем. - Не понимаю я твой народ, Кили, - я удобно устроилась в объятиях возлюбленного на мягком зеленом ковре. - Как можно сбегать под землю от такой красоты? - Потому что там - наш дом, - ответил резко погрустневший Кили. Я охнула и зажала себе рот ладонью. Как можно допустить такую оплошность? Напомнить о доме гному, чей род изгнали с родной земли, было в высшей мере жестоко. - Прости меня, пожалуйста, - я уткнулась носом в плечо гнома. - Ты же знаешь, при всех моих достоинствах я очень часто сначала говорю, а потом думаю… - А в твоем мире разве не красиво? - голос гнома вновь заиграл веселыми нотками, и он провел ладонью по моим волосам, давая понять, что промах забыт. - Красиво. Хотя, наверное, не каждый со мной согласится, - я встала и подставила лицо ветру. - Но у нас тебе нравится больше? - Для каждого хорош тот мир, где он родился, - задумчиво протянула я. - А тут мне просто нравится. Мне здесь не скучно, понимаешь? - Понимаю, - с видом знатока кивнул Кили, вставая и отыскивая глазами наше копытное транспортное средство. - Вот отправимся в поход, тогда точно не будет скучно. Тогда в любой момент сможешь повстречать орка, тролля или какое-нибудь другое приключение себе пониже спины. - Почему у тебя мысли сразу о плохом? - я вопросительно посмотрела на Кили. - Не знаю… - пожал плечами гном. Он хотел добавить что-то еще, но не успел, потому что что-то большое и темное метнулось из травы в моем направлении. Недолго думая, Кили ринулся вперед, сбивая меня с ног, и закрыл собой. - И после этого ты будешь говорить, что не уподобляешься Дис и Фили? Не считаешь меня неспособной защитить себя даже от обычной степной птицы, которую мы вспугнули? - я насмешливо посмотрела на гнома. - Признаю, дал маху, - Кили встал и протянул мне руку. - На этот раз. - Нервы лечить надо, дорогой. - Да я вовсе не за тебя беспокоился, а за себя, - хмыкнул в ответ гном. - Знаешь, что бы со мной мама сделала, если бы мы влипли в неприятности? Про дядю Торина я вообще молчу! - Будем считать, что я тебе поверила, - я, прищурившись, посмотрела на заходящее солнце, - Поехали обратно? А то ведь опоздаем. Кили кивнул. Сегодня в Синих горах намечался праздник. Такое необходимое напоминание о том, что в жизни существуют не только потери, но и маленькие радости. - Давай наперегонки? - весело предложила я и, не дожидаясь ответа, вскочила на своего пони, пуская его с места в галоп. Кили усмехнулся и рванул следом. Уступать мне он был не намерен. Отзвуки чудовищной бойни, развернувшейся у Гундабада и Дейла, долетали и сюда, к Вороньей скале, черной и неприступной, как крепость, поднимающейся почти до уровня серых, мрачных облаков, застилающих небо непроницаемым покрывалом, еще сильнее нагнетающих и без того тяжелую атмосферу. Их было хорошо слышно в этот миг тишины, вязкой и засасывающей, как болотная трясина. Я не сводила глаз с Кили, лежащего, раскинув руки, на гладком каменном выступе. Его голова покоилась на моих коленях, а по бледному лицу нельзя было с точностью сказать, жив он или мертв. Что-то защекотало мне щеку. Я провела по ней рукой и с удивлением посмотрела на мокрые от слез пальцы. Надо же, я даже не заметила, что плачу… Неужели все было напрасно, и я зря пробивалась сквозь толпу орков? Неужели я не успела? Нет! Этого не может быть! Больг не успел нанести решающий удар, я видела. Он всего лишь оглушил гнома и только и успел, что занести руку с мечом над не способным защититься противником, как Тауриэль и я, как ежа, утыкали его стрелами, и орк, не удержавшись на краю, рухнул в пропасть. Эльфийка бросилась следом за немногочисленными врагами, оставшимися в живых, чудом четверть часа назад спасшийся от Азога Фили последовал за ней, а я осталась на уступе, пытаясь привести в чувство своего возлюбленного. Он все время заботился о моей безопасности. Ведь это мне предназначалась та моргульская стрела, из-за которой Кили вынужден был остаться в Озерном городе, а не последовал за Торином на Одинокую гору. Он бы умер, если бы не Тауриэль. А чем я ему отплатила? Даже не предупредила о том, что его тут ждет, понадеявшись на себя. - Кили! Ну, давай, Кили! - я нещадно тормошила гнома, пытаясь привести его в чувство, не желая верить в непоправимое. - Ты не можешь умереть! Только не ты! Не может быть, чтобы по злой иронии судьбы из трех гномов, чье спасение мы так дружно планировали, в конечном итоге погиб тот, что мне дороже всех остальных. Не только гномов. Вдруг я услышала тихий стон и увидела, как Кили чуть приподнялся на локте, тряся головой. - Кили! Ты очнулся… Мне всегда говорили, что только идиоты оглашают вслух очевидные вещи, но сейчас мне было наплевать на эту сентенцию. Пусть я буду трижды идиоткой, главное, что Кили жив. Несколько секунд гном смотрел на меня пустым взглядом, будто бы в упор не видел, потом его взгляд прояснился и наполнился целым спектром чувств: от боли до счастья. - Так кто победил? – слова растягивались, будто с трудом проходя сквозь еле шевелящиеся губы. - Мы. Конечно же, мы, - я протянула руку и осторожно погладила Кили по спутанным, слипшимся от крови волосам. - Но бой еще не окончен... – гном снова предпринял напрасную попытку принять сидячее положение. - Не окончен. Но это всего лишь отголоски основного сражения… Маленькие искры, отлетевшие от костра, которые скоро погаснут. Рука Кили неуверенно отыскала мою ладонь и сжала ее так крепко, как то могло позволить его состояние. - Ты в порядке? Я чуть не разрыдалась в голос. Даже сейчас, едва не перешагнув порог смерти, он думает обо мне. - В порядке… - Тогда чего ж ты плачешь, глупая? - раздался от выхода на уступ насмешливый голос Двалина. Он стоял там вместе с Фили, Глоином и Бофуром, придерживая самодельные носилки. - Если все в порядке, улыбаться надо. - А я и улыбаюсь, - губы сами растянулись в подобии улыбки, и я наклонилась к Кили. Гномы тактично отвернулись. Тучи, скрывающие небо, расступились, и выглянуло солнце.