Череда принцев и принцесс

В некотором утопическом королевстве сего мира вот уже как 5 сотен лет правило семейство Али. Во времена их правления не было ни голода, ни неурожая; люди не страдали, ни на что не жаловались и жили счастливо. На 483 год их правления на престол вступил наследник – Аэрон Гинсболин Али. Бедою для королевства стало то, что стал первым королём этой страны, родившимся в неудачное число и время. Аэрон должен был родиться 6 июля 460 года правления Али, но у королевы Розериты Мэй случились преждевременные роды, и ребёнок появился на свет 29 мая. Современники опечаленно качали головами и говорили: «В мае родился, всю жизнь будет маяться». Тем временем юный король рос, и его преследовали странности. Во-первых, он был единственным ребёнком в семье, что удивительно для королевских семей, тем более, в подобных утопических государствах. Во-вторых, юный король рос совсем ненормальным. То есть не таким, как другие короли и его сверстники. Он был очень замкнутым ребёнком, жил своим внутренним миром, вечно придумывал какие-то странные истории. Он не увлекался ни историей, ни точными науками, ни языками, ни стратегией и игре в войнушку предпочитал рисование. Картины его были более, чем странные. Никто никогда не мог понять, что на них изображено. Несмотря на всё вышеперечисленное, король был вполне здоров и вменяем. Он с завидной лёгкостью (хоть и без интереса) познавал науки и быстро учился. Таким образом, после смерти его отца, Лиролина Апокла Али, в 483 году он преспокойно вступил на престол. Но странности продолжались. Вместо обещанной ему в жены принцессы Ассии из соседнего королевства он выбрал некую Талию, простую жрицу одного из храмов. Она была хорошой, милой девушкой, красивой и умной. Но не имела ничего общего с высшим светом, образованием и светскими манерами. Это был первый своенравный поступок Аэрона. Не буду подробно описывать последующие, но все они так или иначе сходились с высказыванием: «Да плевал я на ваши законы и традиции с высокой колокольни». Ясное дело, не всем это понравилось. В народе прошёл шепоток негодования, и появилось немало недовольных. Было даже несколько бунтов (которых до 484 года и в помине никогда не было), но они не сыграли никакой роли. Народ всё равно жил неплохо. Это же утопическое государство, как-никак. Но вернёмся к самому королю. Несмотря на странность выбора супруги, надо признать, он был неплохим. Талия оказалась отличной женой и после – ещё лучшей матерью. Никто не был посвящён во внутренние отношения семьи, но все знали, что у короля и королевы утопического государства совет да любовь. Первенцом короля стал Маерон Али, который не унаследовал от отца ни одну из его странностей (и это само по себе, согласитесь, странность). Мальчик рос самым обычным принцем и ничем не отличился, кроме, пожалуй, своей серьёзности. Он был очень внимательным и чутким, но слишком уж задумчивым и частенько грустным. Король обожал своего старшего сына и весь подвластный ему утопический мир бросал к ногам любимца. В 500 году король ещё раз нарушил закон, уступив семнадцатилетнему Маерону престол. Но народ не бунтовал – они надеялись увидеть на троне лучшего короля. Надежды их оправдались – несмотря на юность, Маерон был разумным и справедливым правителем. Вторым ребёнком Аэрона стала Амирта. С ней тоже была связана странность. На шестом месяце беременности королевы к ней пришли ведуньи, колдуньи, астрологи, алхимики и маги. Все они посовещались и объявили ей, что у неё будет сын. Ему даже придумали имя – Амирит. Каково же было удивление учёных, когда 3 ноября 485 года на свет появилась девочка! Но ничего не поделаешь, принцесса есть принцесса. Её хотели назвать Амиритой, но почему-то передумали. А зря. Я думаю, вы уже догадываетесь, что случилось с девочкой. Она росла пацанкой. Причём, касательно неё, само высказывание это неверно. Вернее будет сказать: она росла пацаном. Амирта общалась только с мальчишками. Девичьи разговоры и интересы презирала и искала любую возможность над ними посмеяться. Принцесса не только играла в солдатиков и войну; девочка ни на шутку увлеклась военной стратегией, тактикой ведения боя и боевыми искусствами. Она интересовалась политикой и международными отношениями. Можно сказать, что, за исключением пола, она стопроцентно подходила на роль короля. Сначала, конечно, девочку хотели учить музыке, танцам, всяческим светским кривляниям и лести, но вскоре малышка так взбунтовалась, что родителям пришлось уступить ей. Специально для юной Ами были приглашены лучшие педагоги утопического мира. Но науки давались девочке не так легко, как Маерону. Несчастная не спала ночами, зубрила материал и практиковалась, но результат был мизерный. Его с трудом замечали даже учителя. Но инфанта не сдавалась. Она трудилась, не жалея сил, и в конце концов выучила необходимый для королевы минимум. С отцом у Амирты были натянутые отношения. Всё своё свободное время король посвящал старшему своему сыну(которого Ами чистосердечно ненавидела за его «тугодумство и медлительность») и младшей дочери (о которой речь пойдёт дальше), и все попытки Амирты доказать отцу, что она ничем не хуже (а, может, и лучше) своих братьев и сестры, были напрасны. Третьим ребёнком в семье стал Элдарт. Он был всего на год младше Амирты, но получил больше привилегий. Странность этого ребёнка заключалась в том, что он не был похож ни на отца, ни на мать. Ни характером, ни внешностью. Он не принял ни от одного из родителей телосложения – он не был плотен, как мать, и не имел толстой кости отца, наоборот, он был худосочен и тонок, как тростник. Он не был похож на своего рослого светловолосого и зеленоглазого отца. В нём также не было ничего от его грациозной матери, чьи волнистые русые локоны и голубые глаза вызывали зависть всех придворных дам. Принц был неуклюж и низок; у него были явные проблемы с координацией движений; он лишь в два года начал ходить и частенько терял равновесие на тренировках. Волосы его были черны, как смоль, глаза – такие же чёрные. В верности Талии сомневаться не приходилось; мысль же о том, что королю удалось подменить своего законного ребёнка на полукровку казалась абсурдной (хотя мало кто бы удивился, узнав, что у короля была любовница). Несмотря на все вышеописанные недостатки, Элдарт, на удивление всего двора, вырос прекрасным юношей со светлым ликом и ясным взором. Ещё в те времена, когда ему было только 11 лет, по нему сходило с ума подавляющее большинство прекрасных девочек и даже некоторых леди постарше. С отцом у Элдарта отношения не складывались. Они частенько спорили и конфликтовали друг с другом; причём, когда принца вынуждали извиняться за свою грубость, он всегда наотрез отказывался просить прощения, если не чувствовал в проступке своей вины (а вины он почти никогда не чувствовал). Король отдалил неугодного сына подальше от себя и поручил его воспитание Джону Локк - Корену – другу семьи и, по совместительству, казначею. Подобное обращение с ним отца было для принца, конечно же, оскорбительно, но он ничего не мог с этим поделать. Аэрон редко говорил о сыне, да и не любил говорить на про него. Единственный только раз король заметил о сыне что-то хорошее, сказав, что тот «непростительно умён для своих лет». Действительно, Элдарт был очень смекалист. Он легко побеждал в спорах с известнейшими и гениальнейшими учёными и мудрецами того времени. Ему легко давались науки и он с наслаждением решал загадки и головоломки. Принц был начитан и никто из придворных не мог подловить его на какой-либо ошибке или оговорке. Элдарт увлекался игрой на скрипке, и все, за исключением, конечно, короля, признали в нём лучшего музыканта. Элдарт много общался с матерью и Амиртой, также у него были неплохие отношения с Маероном. Но всем когда-либо окружавшим его людям казалось, что он всегда чего-то недоговаривает, что-то скрывает и обязательно что-то домысливает, хотя принц был вполне вежлив, открыт и прост в общении. Последней в королевской семье родилась Мирилина Ицития. Все, кто когда-нибудь видели её, готовы были поклясться всеми богами, что лицезрели ангела. Мирилина была нежной маленькой девочкой с серыми глазами и почти белыми волосами. Ресницы и брови её были настолько белыми, что ясно выделялись на фоне её бледной кожи, и современные поэты сравнивали их с паутинками, покрытыми инеем. Мирилина была тиха, скромна и пуглива; не любила шумных компаний и долго привыкала к новым людям. Она была послушной и покорной, как овечка, и никогда не перечила слову старших. К 5 годам она уже была стараниями матери обучена всем известным танцам и наиболее известным композициям и песням; знала наизусть многие стихи и обладала многими другими талантами. Девочка была очень привязана к своим братьям и, в особенности, к сестре. Такова была семья Аэрона Гинсболина Али, прозванного в народе Странным Королём. Именно с правления Странного Короля начали происходить в утопическом королевстве вещи, которых никогда раньше не случалось.