Начать сначала

-Одну неделю спустя- Стукнула входная дверь, и Эмма даже не попыталась скрыть ухмылку, заигравшую на губах. Какая-то ее часть начинала сомневаться, не воспылает ли беспамятная подружка к ней искренней ненавистью к концу операции СвонКвин (идея Генри). Откинувшись на спинку кресла, она специально положила ноги на стол и продолжила бросать бумажные шарики в корзину, в основном — мимо. Послышался приближающийся цокот каблуков, и Эмма изобразила равнодушие, когда из-за угла показалась мэр. — Вам пять лет? — возмутилась женщина, оценив беспорядок, царивший в участке. — Некоторые люди находят это привлекательным, мадам Мэр, — улыбнулась Эмма. Регина просто закатила глаза. На прошлой неделе ей постоянно приходилось иметь дело с этой женщиной, пусть даже несколько минут в день. Каждый раз, когда они говорили слишком долго, ее мать, как казалось Регине, порывалась прервать их. А иногда она была уверена, что должна задать вопрос, но никак не могла его сформулировать. В этом городе все было странно. Белоснежка и Чарминг дарили ей робкие улыбки, а, когда она на днях зашла в закусочную, то и дело ловила на себе вороватые взгляды сына Спасительницы. — Понятия не имею, о ком вы, — она усмехнулась и предупреждающе вскинула руку, останавливая шерифа. — Мне нужны отчеты, которые вы должны были принести в мой офис утром. Эмма спустила ноги со стола и, потянувшись, вытащила стопку заранее подготовленных документов. Регина приподняла брови, получив требуемое, и, не веря собственным глазам, бегло просмотрела их. — Вы действительно все сделали? — Ты же попросила меня, — ответила Эмма с улыбкой. — А еще я просила вас доставить их в мой офис. Из-за вас, мисс Свон, я пропускаю обед, — заметила она. — Если бы я пришла в твой офис в девять утра, ты была бы на встрече, и мне пришлось бы отдать бумаги твоей помощнице. А так я получила возможность поговорить с тобой, — любезно пояснила она. Регина, сузив глаза, какое-то время смотрела на блондинку. Она отчаянно пыталась не согласиться с ней, что это был замечательный план. Мэр развернулась на каблуках и направилась к выходу. — Регина, подожди, — Эмма преградила ей путь. Она хотела больше времени проводить со своей девушкой-без Коры, и собиралась воспользоваться подвернувшейся возможностью на все сто. — Я не могу позволить тебе пропустить из-за меня обед. Давай, я что-нибудь куплю. Когда Регина посмотрела на блондинку, откуда-то изнутри поднялось непонятное чувство тоски, и она решила, что должна как можно скорее уйти. — В этом нет необходимости, — коротко ответила она. Эмма со вздохом проводила взглядом свою истинную любовь. «Эта операция занимает слишком много времени», — подумала она, падая в свое кресло. -Одну неделю спустя- Регина возилась на кухне с кофемашиной. Почти каждое утро она начинала с попыток развязать запутанные узлы своих воспоминаний. В основном она размышляла об Эмме и ее сыне. Никак не получалось совладать с ощущением, что должна быть рядом с ними. Каждый раз, когда эти мысли начинали одолевать ее, Регина просто качала головой, отгоняя наваждение, и говорила себе, что ведет себя абсолютно нелогично, что эти чувства не имеют под собой реальной основы. Все получалось, пока рядом не оказывался шериф, и все, что Регина хотела, это провести вечность за разговорами с ней (еще один момент среди прочих, который она отказывалась признавать). Каждый раз она практически через силу заставляла себя прерывать общение с Эммой, и дорого бы дала, чтобы узнать, почему. — Регина, — тихий голос прервал ее размышления. Женщина подняла глаза на мать. Та, сверкая наклеенной улыбкой, приближалась к ней. Регина была вынуждена признать, что здорово, когда мама рядом. Даже если почти все время приходится бороться с необъяснимым желанием что-то предпринять в ее отношении. — Доброе утро, — сказала она. — Кофе? Кора неприязненно оглядела аппарат. Она еще не до конца привыкла к технологиям этого мира, и хотя ни за что на свете не призналась бы в этом, некоторые из них находила весьма зловещими. — Нет, спасибо, дорогая, — ответила она, устраиваясь за кухонной стойкой. — Я подумала… может быть, нам позавтракать вне дома? Регина, сверившись с наручными часами, согласно кивнула. Кора все еще ощущала недоверие своей дочери; она искренне радовалась, что всегда отличалась терпением, ведь для того, что она запланировала, надо заручиться полным доверием дочери. И она совершенно точно знала, кто мешает ей достичь желаемого. — Прости, — Регина улыбнулась, поднимаясь со своего места, и направилась в уборную. Как только дочь отвернулась, улыбка Коры померкла, и она сурово уставилась на женщину, которая на протяжении всего завтрака не сводила с нее полного отвращения взгляда. Дождавшись, пока шаги Регины стихнут, Эмма подошла к кабине и подарила женщине еще один тяжелый взгляд. — А мы настойчивые, да, дорогая? — Кора с усмешкой начала переставлять приправы. — Это наследственное, — прошипела Эмма и без разрешения уселась напротив. — Зачем ты это с ней делаешь? Кора приподняла бровь, прерывая увлекательное занятие. — Я сделала ее счастливой. — Нет, ты сделала ее одинокой. — Ее или тебя? — насмешливо спросила Кора. — Обеих, — Эмма сжала челюсти. — Ты же не думаешь всерьез, что она могла быть счастливой, будучи Злой Королевой. — Счастье не имеет значения, — королева сердец пренебрежительно взмахнула рукой. — Ну, конечно, для такой бессердечной суки, как ты… — Мисс Свон? Эмма посмотрела на мэра, чувствуя себя школьницей, пойманной на нарушении правил, и вымученно улыбнулась. — Привет, Регина, — промямлила она. Регина сохранила каменное выражение лица. Она не совсем понимала, почему ее так сильно ранили слова шерифа, возможно, из-за того, что они обнажали откровенную ложь, которую она отказывалась признавать. — Не думаю, что моей матери нравятся нападки исподтишка, — холодно заметила она. Кора скорчила печальную гримасу и кивнула. Эмма почувствовала жгучее желание придушить ее. Она быстро вскочила с места Регины, и торжествующая улыбка Коры неприятно обожгла ей сердце. Очень хотелось отвесить ей оплеуху, но вместо этого шериф решила выбрать другую тактику. Вплотную приблизившись к Регине, она подалась вперед и, почти касаясь губами ее уха, прошептала: — Пожалуйста, примите мои искренние извинения, Ваше Величество. Блондинка резко отстранилась и пошла прочь. Дрожь пробежала по спине брюнетки, она несколько раз моргнула, и Кора откашлялась, возвращая дочь с небес на землю. Регина судорожно сглотнула и заняла место напротив. — Не обращай на нее внимания, мама. Эта женщина ненормальная. Кора посмотрела на усмехающуюся Эмму, восседавшую за барной стойкой, и кивнула. — Ну, конечно, ненормальная.