This is Deutsch. Доп. сцены

Гюнтер поднял голову, едва Джон показался в конце коридора. Не вполне понятным ему способом он был способен чувствовать приближение своих «братьев». Бросив взгляд на девочку, которая спала, доверчиво положив ему голову на колени, он осторожно подвинул её и встал навстречу Лидеру. «Надо поговорить». Рукой он неосознанно коснулся груди, где было спрятано клеймо. То самое, которое Джон вырезал в порыве ярости. — Тебя что-то беспокоит? Постепенно Джон начинал привыкать к нему. Это пугало... Он больше не испытывал ярости и злобы по отношению к порождению Скайнета. Как будто взял в плен дикого зверя, клеймил и успокоился. Это неправильно. Но, если отринуть преступления Гюнтера, он мог бы назвать его другом… Нет, немцы уже сделали эту ошибку. «Да. И я крайне удивлён, что это не беспокоит тебя. Потому что тебя это касается в первую очередь. Пройдём в другое место?» — Гюнтер бросил взгляд на девочку. — «Она не часто спит так спокойно…» «Хорошо. Пошли в переговорную». Здесь, в тишине, полумраке, Джон чувствовал себя спокойно. Он провёл рукой по карте. Сейчас разработка планов занимает минуты. Раньше он долгие часы здесь проводил. Музей. Самый настоящий. — Говори. — У тебя не вызывает подозрения то, каким дружелюбным стал Алекс после того, что тогда случилось? — Гюнтер остался почти у самого входа. — Вызывает, Гюнтер. Но мне нужно, чтобы он сделал шаг. Тогда я смогу ответить. Он нёс странный бред. Может, от такого масштабного разделения в его прогах что-то повредилось, как думаешь? — Едва ли. Скорее, он ждёт чего-то от тебя. Например, чтобы ты окончательно поверил в те самые повреждения и расслабился. Подпустил его ближе. Что за бред? Возможно, я смогу тебе пояснить его. — Гюнтер, я никогда не расслабляюсь. Хотя хочется иногда, чтобы прекрасная дама почесала мне спинку на ночь, — Джон ухмыльнулся, его глаза на секунду закрыло светло-голубое марево наночастиц. — Так что там с этим гадом? — Дама… Хм. Не знал, что ты считаешь своего младшего зама самкой, — чуть ехидно высказался тот. — Или ты подобно Хозяину считаешь, что раз ты машина, то и вопрос какого ты пола не имеет к тебе отношения? — Эээээ, — Джон помотал головой. — Я пошутил. Причём тут мой зам? Гипотетическая женщина. Так. Ладно. Скайнет сказал, что любит меня. Это его проблемы. Ты хочешь что-то серьезное обсудить? — В том числе. Джон, — лицо Гюнтера страдальчески исказилось. — Я и так говорю тебе лишь то, что он позволяет. Я не могу сказать прямо. Сам свяжи: для него не имеет значения его собственный пол; он любит тебя; некоторые считают мужчин самками, пригодными для совместной ночи. Ну не тупи же ты хотя бы сейчас, Лидер! — Хорошо, он гомосек. У него на меня виды. Как это соотносится с нашей войной? На это Гюнтер почти что взвыл. — Ты что, будешь так же спокоен, когда он… когда… — он схватился за голову и медленно опустился на колени. Волосы спадали на лицо — Гюнтер оставил их длинными, до плеч. Это придавало его облику налет обманчивой беззащитности. Джон был уверен, даже Серый не сможет сладить с Гюнтером, а обычные люди и подавно. Но сейчас ариец не думал о таких тонкостях. Голос его стал хриплым. — Ты же не дашь ему себя коснуться?.. Ты же… не позволишь?.. Джон был в шоке. Да, он понимал, Алекс пытал Гюнтера. Но не так же? Хотя кто знает этого железного гада. — Гюнтер, — Джон бросился к нему, поднимая и сажая на стул. — Гюнтер, посмотри на меня. Всё хорошо. Я никому не дам себя коснутся, если для тебя это важно. — Не для меня, Джон. Для нас, — прошептал ариец, глядя на Джона. На его лице медленно исчезали чёрные следы от слёз. — На нас он тренировался… лишь ради конечной цели. Он достиг конечной цели. Но мы не хотим, чтобы ему удался следующий шаг. Модуль обнял себя за плечи и вздрогнул. — Чёртова слабость… чёртов дефект… ему… он оставил это во мне. Ему… ему нравится, когда жертва… корчится. Почти с момента рождения. — Гюнтер, — Джон погладил его по волосам. — Скайнет — машина. Да, умная, хитрая, сволочная. Но это вещь. И когда ты это поймёшь, страх отступит. Тебе нужно стать сильнее, тебе нужно найти для чего существовать. Ты мог бы защищать ту девочку. Осознание того, что живёшь не только для себя, делает сильнее. «Ты правда так думаешь, Джон?» Голос возник в голове. Скорее всего, Гюнтер его не слышал. Чёрт же! — В общем, ты можешь быть спокоен. Я не сплю с вещами, — Джон вымученно улыбнулся. Алекс в его голове заинтересовано хмыкнул. — Всё равно будь осторожен, — Гюнтер мягко отстранил руку Джона. — Я не домашний зверь, Джон. Я слишком долго сидел на цепи. Он осторожно встал со стула и оглядел карты на столе. — Есть карта Германии? — Есть, но старая. Не знаю, что от этого осталось. Посмотришь? Они с Гюнтером склонились над картой. «Сходим на свидание?» «Свали из моей головы! Я только начал с ним сближаться!» «Сходим в хороший вещевой магазин? Там ведь много отличного оружия?» «Да». «Значит, свидание». «Господи, лучше бы я сдох». Джон старался слушать Гюнтера очень внимательно. Сейчас это намного важнее. Гюнтер с подозрением посмотрел на Лидера. — Джон, тебе нехорошо? — Нет, всё замечательно. Не отвлекайся. — Хорошо. Я говорю, что вот тут есть убежище, которое оказалось мне не по зубам, — Гюнтер уважительно покачал головой. — Там есть выжившие. Не могу сказать, сколько там военных, но, думаю, их можно… хм… повести в бой. Сделать местным Сопротивлением. — Ты хочешь начать всё сначала? Ты можешь сдержаться и не убить их? Они знали тебя? — Хочу. Могу. Не знали, — Гюнтер усмехнулся. — Я же говорил: в моих планах было вывести новую, более сильную породу людей. Считай, что мне любопытно, можно ли сделать это лишь путём… соответствующего воспитания. Без помощи хирургии и клонирования. Джон на секунду взял Гюнтера за подбородок и всмотрелся ему в глаза. Не надо было так делать. Но вдруг ему захотелось. — Да, Гюнтер. Сделай это, я тебе доверяю. Храни этих людей. Это сделает тебя сильным. И ты победишь Скайнет. — Jawohl, mein Herr, — посерьёзнев, кивнул ариец. — Извини, я все ещё не понимаю язык. Удачи, Гюнтер. Просто, удачи.