Abyssus abyssum invocat

Спустя месяц мало чего изменилось в Токио: все те же толпы и потоки куда-то идущих людей, все те же яркие вечером и серые днем здания мегаполиса, все те же пролетающие мосты и шоссе машины. Но если заглянуть глубже, то перемены нельзя не заметить. В темных переулках и узких дорожках между серыми и старыми зданиями продолжали пропадать сумки, кошельки и прочие драгоценные вещи. В тех же самых закоулках происходили разборки уличной шпаны и банд, правда, малоизвестных, иначе бы они не позволили себе так «падать» даже на глазах уличного отребья. И кто знает, что же еще может твориться в подобных местах, скрытых от лишних взглядов зевак и прочих мимо проходящих людей. Исчезновение людей прекратилось после известия о поимки «Часовщика» — опасного преступника, на счету которого более шести убитых жертв разных национальностей. Подробностей, собственно, как и всегда, никто не выдает. Ведущие из новостей лишь разводят руками, родные уже отчаялись узнать правду, все погрязли в болоте непонимания и незнания. Остается лишь ждать, пока кто-нибудь не прольет свет на всю эту историю, очистит грязную ложь, вскрывая долгожданную и угловатую правду. Среди журналистов разгорелась нешуточная борьба за трофей, все жаждали прийти к финишу первыми. Многие прибегали к нечестной игре, писали свою правду, завораживали людей своими «неподдельными фактами», что вызывало недовольство со стороны конкурентов. Бывали случаи, когда журналисты двух разных колонок устраивали уличные бои, не согласившись с доводами друг друга, тем самым пополняя карманы своих непосредственных коллег. В газетах и прочих источниках массовой информации появлялась своя правда, свое «ведро света», вот-вот готовое вылиться на толпу жаждущих. Буквально спустя неделю все СМИ превратилось в помойное ведро. Все обвиняли друг друга в некачественной работе, тыкали пальцем и плевались как кровные враги. Ситуация давно вышла из-под контроля. Открылся тот самый ящик Пандоры, выпустив наружу хаос и напустив на историю еще более черный и непроницаемый дым. Все дошло до того, что никто уже точно не мог сказать число убийц и жертв, дату начала этой жуткой истории и даже было ли это на самом деле. Впрочем, полицию и людей выше это более чем устраивало. Время шло, дни сменяли друг друга, так и прошла вторая неделя, чуть менее наполненная интригами, слухами и броскими словами. Многим уже осточертело гоняться за неуловимым призраком правды, в игре остались лишь самые успешные, те, кому подвернулась удача и доверие толпы. За право победителя продолжили бороться двое довольно известных журналиста: Льюис Драмп и Пол Тобб. Оба ведут вражду с начала своей карьеры, оба родились в Японии, оба любят свое дело и рвутся до победного. Именно это противостояние двух довольно схожих друг с другом людей заводило интерес толпы. Легко догадаться, что настоящая правда об убийствах и исчезновениях, так же, как и об их авторе не только ушла далеко на второй план, но и сменила роль трофея на нелепый и довольно-таки, как потом оказалось, комичный инструмент. Ужасные события потеряли свою характерную черту. Люди забыли про страх, начали извращать и менять им форму, пока человеческой наглости не пришел конец. Спустя почти три недели после поимки «Часовщика», убийства и исчезновение людей вновь возобновились. От такой новости СМИ снова очнулись после недолгого сна, начав работать более аккуратно и тихо, дабы ничего не испортить. Можно было подумать, что убийца играет с публикой, напоминает ей о своем присутствии и настрое на более грандиозные злодеяния. Упивается славой и вниманием как самая избалованная звезда эстрады, жаждет новых сплетен и игры в «Угадайку», словно черпая из этого вдохновения для своего своеобразного творчества. Так прошел почти целый месяц. Месяц, наполненный переживаниями, интригами и громкими событиями. Но если заглянуть еще глубже, туда, куда не попадает объектив телекамер, куда не дотягиваются руки журналистов, то можно заметить нечто более интересное и загадочное. -Люсьета! Люси! Люся! — кричал какой-то высокий мужчина с неухоженной щетиной вслед уходящей брюнетке. — Ну! Погоди ты! — он побежал следом. -Ямато, мне уже надоели твои пьяные глаза, твой пьяный язык и гребаная твоя работа! Ты не представляешь, как засел у меня в гландах… — женщина всхлипнула. — Я хотела тихой и спокойной жизни… Ямато, я хотела от тебя полноценной семьи. Детей! -Будут у нас дети! Милая, только подожди немного, — брюнет тихо подошел со спины жены и нежно обнял ее за плечи, за что получил смачную пощечину. -Нет. У нас с тобой больше ничего не будет. Слышишь меня? Я слишком многого от тебя натерпелась. Ты накормил меня обещаниями настолько, что мое терпение лопнуло. Не хочу иметь с тобой ничего общего… — женская фигура начала растворяться в ночи, но тут же остановилась. — Знаешь… — не поворачиваясь, протянула женщина. — Я благодарна тебе и хочу извиниться за свои кинутые в гневе слова. -Ты не должна… — мужчина резко вдохнул для продолжения своих слов, но того перебили. -Должна. Так будет лучше для обоих, поверь. Я не хочу мешать тебе, не хочу, чтобы ты мешал мне. Я знаю, тебе будет больно, но потом все пройдет. Ты меня отпустишь, — по ее щеке пробежала слеза. — Просто я сама приняла такое решение. Да, оно эгоистичное, но иначе я не умею. Прощай, Ямато, — фигура окончательно растворилась в ночи, оставив мужчину наедине с самим собой. А был ли он один? Где-то за спиной, далеко от света фонаря, послышались четкие и звонкие хлопки в ладоши, после чего последовал еле заметный смешок. Мужчина резко обернулся и начал щурить глаза, пока не догадался надеть свои очки и внимательно посмотреть на автора аплодисментов. Не смотря на старания, его все равно не было видно. Лишь смазанный силуэт человеческого тела напоминал о его присутствии. -Вам что-то нужно? — брюнет напрягся всем телом, приготовившись к любым исходам этой встречи. В ответ последовало непроницаемое молчание. -Шутки в сторону, вам что-то нужно?! — голос стал более настойчивым. -Как скажите… — силуэт плавно двинулся с места в сторону света уличного фонаря. — На улицах подобной этой так мало освещения, не правда ли? Только кради и убивай. Никто тебя не заметит, никто не запомнит… Память вообще штука недолговременная. Вечный враг времени, что стачивает и сглаживает ее углы, делает дыры, пока окончательно не убьет. Изничтожит. Источник звука резко остановился у самого края освещаемого белого круга. Но даже так его можно было разглядеть более подробно: руки, что мирно покоятся в карманах черной куртки и легкую ухмылку на удивительно бледном лице. Пожалуй, освещение играло на руку информатору, так как он больше был похож на вампира из фантазий барышень, чем на обычного обывателя из реальной жизни. -Думаю, тема памяти для Вас не так интересна, как тема о разводе… — продолжил силуэт из ночи, ловя раздраженный взгляд мужчины. — Я не хочу ссор, мне лишь нужна Ваша помощь, вот и все. -С чего Вы взяли, что я стану помогать? — изумился брюнет со щетиной. -Я ожидал подобного вопроса, — усмехнулся ночной незнакомец. — Меня послал к Вам один очень влиятельный человек, — он протянул листок. -Бред, — чуть погодя поправил очки мужчина. — Я слышал о его смерти, поэтому соглашусь помочь из уважения. Но при одном условии… Ваш рот будет излагать только конкретно по делу и не более, иначе вы будете отвечать за свои слова. Думаю, все ясно. -Как день, — на бледном лице выступило нечто подобное улыбке. — Но согласитесь, в таком месте не очень-то и удобно вести беседу. Поэтому я предлагаю зайти в ресторан за углом и спокойно все обговорить. Есть возражения? Брюнет нервно огляделся по сторонам и отрицательно покачал головой, окинув собеседника недоверчивым взглядом, после чего молча последовал за незнакомцем. Зайдя в ресторан, информатор пробежал взглядом по заведению и выбрал излюбленное место у окна, пусть в это время суток не так уж и много прохожих. Разместившись поудобнее, он начал ждать своего спутника, вот-вот готового сбить собой официанта и прочий персонал. -Извините, извините… — мужчина одернул шелковый галстук у себя на шее и рваными движениями добрался до нужного столика, усевшись напротив. — Кхм, я немного рассеян. -Правда? — с насмешкой подметил брюнет, за что получил презрительный взгляд. — Как можно быть таким недовольным? Кажется, я начинаю понимать Вашу супругу… -Заткнись, — последовал удар по столу. -Оя, сколько злости, — чуть замахал руками информатор, успев оглядеть помещение полное недовольных и заинтересованных лиц. -Мы договаривались, — черные глаза с угрозой уставились на собеседника. -Орихара, — проигнорировав слова врача, он с дружелюбным запалом и улыбкой на лице протянул руку. — Орихара Изая. -Ямато Хирашима, — на его лице читалось отвращение. Парень медленно убрал руку, прекрасно понимая, что любезничать с ним не собираются. Заказав у официантки чашку кофе для себя и недовольного собеседника, он вновь с ухмылкой посмотрел на возмущенное лицо. -Я знаю. Так же я знаю, что Вам нельзя кофеин, — продолжал ухмыляться брюнет. -Тогда… -…Зачем? — перебил он своего спутника. — Понятия не имею. Мужчина уже чуть не рычал. Его переполняло изнутри той злостью, что переполняет чуть ли не каждого человека, что общался с данной персоной. Да как он смеет заикаться про его Люсьету? Желание помогать, даже ради своего давнего друга, совершенно исчезло. На его месте появилось желание хорошенько вмазать этакой выскочке, что он и собирался сейчас сделать. Планам помешали собственные планы информатора, в которые не входил пункт «уйти не с чем». Прекрасно чувствуя и зная, к чему все идет, лицо брюнета изменилось. От едкой ухмылки не осталось ни следа. -Как вы сказали в прошлый раз? Шутки в сторону? Верно, шутки в сторону. Если Вы поможете мне, то спасете жизни многим людям. Кроме того, смерть Вашего друга окупится. Если для Вас этого мало, то я обещаю большие деньги, с их помощью Вы не в чем не будете нуждаться, — пусть на лице не было ни единого напоминания о ехидстве, зато в глазах играл запретный огонек. -Ее это не вернет, — прошептал про себя мужчина и тяжело вздохнул. — Ближе к делу. Выйдя из ресторана на улицу, информатор вдохнул всей грудью прохладный ночной воздух и посмотрел на черную непроницаемую завесу неба. Звезд, как и ожидалось, видно не было, лишь толстый слой смога и огни высоких зданий. Поправив свою куртку, он вынул из кармана нераспечатанную записку. За спиной послышался тихий смешок. Этот смешок он узнает из тысячи, потому поворачиваться на источник не было необходимости. -Иза-ая, — протянул детский голос. — Ну повернись на меня. Посмотри на меня. В ответ послужила тишина. Орихара молча пошел в сторону офиса, ни разу не ответив своему «хвосту», преданно идущему позади себя. -Ой, да ладно тебе. Ну вспылила я прошлый раз, с кем не бывает? Я лишь хотела дать тебе понять, что ты должен отнестись к этому более… Я не умею выражать настоящие эмоции, поэтому часто переигрываю. У меня было лишь одно желание, и я его выразила, пусть не очень талантливо, — девочка будто разговаривала сама с собой. — Согласна, над техникой нужно поработать. Я изначально знала, как на людей действует повышенный тон и обида, но раньше подобного не выражала. Иногда мне казалось, что ваши эмоции настолько сложны… Ну почему иногда? Мне и сейчас так кажется. Брюнет завернул за угол. -Ах, а давай поговорим о эгоизме? Эгоизм! Так громко и твердо, будто это настоящий порок человечества. Все люди знают смысл этого слова, но не все понимают его вес и чистоту. Действительно, зачем? Ведь столько слов вас окружает каждый день, тут попробуй задуматься хоть об одном, потеряешь не только время, но и смысл жизни… Хотя, этот смысл далеко не всем понятен. Многие строят перед собой иллюзию его наличия, но в один прекрасный момент они понимают, что этот смысл либо потерян, либо им открывается настоящая истина: смысла жизни не существует. Существует лишь цель, достигая которую, человек обязан найти новую, иначе ему грозит неминуемая гибель о скалы душевного одиночества и тяжелых размышлений. Таким образом, каждый из вас находится в постоянных поисках. Наверное, это и есть смысл жизни людей… Но не будем отдаляться от темы, согласен? — девочка продолжала идти следом за фигурой в черном. — О чем же мы говорили? Ах, точно, эгоизм. Издревле люди считали эгоизм порождением зла или чем-то по духу приближенном к этому. Хотя, если подумать, то и сейчас это считают чем-то ужасным… Почему? Что плохого в том, что человек любит свой мир больше других? «Будь каждый эгоистом, войны бы не прекращались», да что вы говорите?! Если бы каждый человек любил себя как слиток золота, он бы не в жизнь не стал участвовать в войне. Зачем вредить самому себе? Ради родины? Пф, к черту вашу родину! Жизнь себя любимого дороже. Будь все под один лад, была бы поистине гармония… И неимоверная скука! А скука — это смерть. Поэтому все люди эгоисты в разной мере. Кто-то меньше, кто-то больше… Войны развязываются не из-за эгоизма, а из-за жадности. Ты согласен со мной? — она подняла ожидающий взгляд на человека впереди. «Развязать войну, в которой я буду победителем», — спародировала она с издевкой. — Зачем? Чтобы получить желаемое. Прямой пример эгоизма… Подумать только, ты сломал смысл моим словам. Теперь это груда пущенных на ветер букв. Совершенно бессмысленная и никому ненужная груда, — голос наигранно подрагивал. — Как же иногда легко подрезать суть чужих слов, особенно своих. Ничто в этом мире нельзя точно назвать… Нельзя точно сказать. Потому что обязательно найдется тот, кто опровергнет ваши слова, приведет доказательства, аргументирует… Ничто нельзя знать точно, — девочка с какой-то грустью посмотрела на мертвые серые здания. Зайдя в довольно безлюдное место, между двух старых домов, темная фигура остановилась и как в прошлый раз повернулась к девочке на носочках. -Ну и смысл тогда это все высказывать? -Ты травил меня скукой и одиночеством! Развлекалась как могла. Да и… По-твоему, нужно бояться опровержения собственной точки зрения? Ведь если твои слова поправляет кто-то другой, это не всегда бессмысленно. Да, есть глупые люди, что в каждое твое предложение суют свою мысль, при этом совершенно нелогичную и не аргументируемую, но есть и довольно умные, наученные жизненным опытом. Они вносят свой вклад в развитие твоих взглядов, а ты, в свою очередь, вносишь свой вклад. Обмен… — девочка как-то неуверенно склонила голову набок. -Что-то не так? — с легкой ухмылкой поинтересовался заинтересованный информатор. -Не знаю, услышал ли ты меня, да и это, собственно, главной роли не играет… Просто сейчас ко мне пришла неплохая мысль, но об этом позже. -Что мешает тебе раскрыть свою мысль прямо сейчас? -Поверни голову направо и сам все поймешь… За углом стояла высокая курящая фигура, судить о которой можно по отбрасываемой тени. Кажется, этот человек прислонился к стене рядом стоящего дома, ожидая кого-то или чего-то. Так как рядом не было и не могло быть ни одной живой души, тень ждала именно Орихару. -Я так понимаю, мне лучше исчезнуть? — вопросительно протянула рыжеволосая. — Встретимся у тебя в офисе. Брюнет кивнул и в мгновение ока девочка растворилась в воздухе. Тихим, почти незаметным шагом, парень пересек расстояние до конца дома и аккуратно выглянул из-за угла. Дымящая тень была не кем иным как Шизуо. Он спокойно делал одну затяжку за другой, его взгляд не отражал злобу, беспокойство или нервозности. Такой Хейваджима может напугать кого угодно. -Когда взял тенденцию подслушивать чужие разговоры? — Орихара плавно, как кот, вышел из укрытия и встал напротив экс-бармена. -Ты увлеченно разговаривал сам с собой, не хотел вам мешать, — он потушил сигарету и выпрямился.