Совпадения случайны

- Значит, Ирвин… - спокойно сказал Райвель. – Что же… Я сам все объясню Ханджи. Она поймет… - Почему так? – спросила Саша. – Зачем тогда вообще мы… Никого не вернули, совсем никого. - Успокойся, - оборвал ее Конни, - Ты вернешься, капрал, Жан, я, в конце концов, Энни, Армин… Разве этого мало? - Мало, Конни, мало, - ответил за нее Эрен – глубокая морщина перерезала его лоб, тяжелое бремя одной только ночи. – Слишком большие потери. Слишком сильная рана для одних нас. Мы вернулись из небытия, но там, куда мы вернемся, наше возвращение принесет больше разочарования, нежели радости. Я беру всю вину на себя, если бы не я, самого похищения бы не было. Он выпрямился и посмотрел в сторону – Микаса сидела у спящих возле костра Армина и Энни и не смотрела на него. Эрену вдруг стало стыдно за свои слова, ему захотелось подойти к ней и сказать ей что-нибудь такое, что заставит ее глаза засиять и больше никогда не погаснуть. - Ирвин, Криста, Браун и Фубар… - подытожил Райвель. – Слишком много для одного дня, ребятки. Особенно для таких, как вы. Но сейчас не о потерях стоит думать. Вы и сами станете потерями, если мы не найдем способ добраться до стены. - Титаны могут вернуться, - в тон ему сказал Жан. – А у нас нет ни лошадей, ни газа, ни оружия… До стены целые сутки верхом, а если своими ногами… - Мы справимся, - перебила его Микаса. Она куском своей юбки вытирала испарину с лица Энни – ее лихорадило. – В конце концов, мы должны вернуться домой. Слишком многое нам предстоит еще сделать. - Она права, - Конни улыбнулся. – Мы выжили в такой передряге… Я не собираюсь умирать теперь… Только не сейчас. - И я не собираюсь, - прошептала Саша, - По крайней мере, пообедать сытно я еще успею. И не раз. - Главнокомандующий Ирвин сам принял такое решение, - сказала Микаса, глядя в сторону – темнеющий лес рассыпался звуками и запахами ночи, - И Криста с Райнером тоже. Я уважаю их мнение. Я принимаю его. Но однажды нам придется вернуться и сюда, потому что слишком много недосказанных слов осталось, без которых у нас не будет сил двигаться дальше. Она с нежностью и заботой, на которые способны только женщины, накрыла спящих потрепанной курткой капрала, той самой, что он дал ей на последней ночевкой, поднялась и поправила отросшие волосы, которые падали ей на лицо. Микаса улыбалась – и сидящим у костра, обездоленным и потерянным, вдруг показалось, что они не погибнут и не позволят никому погибнуть никогда – не смогут просто, пока на них смотрят необыкновенные глаза необыкновенной девушки. Саша и Конни рассмеялись над какой-то только им знакомой шуткой, Жан подумал о том, как много ему еще предстоит сделать, чтобы Микаса, наконец, заметила его, Эрен и Райвель молчали. Лед, годами намерзающий между ними, давно превратился в воду – и теперь никакого смысла не имело, кто поцеловал тогда Микасу в день ее рождения, а кто впервые в жизни научил ее разочарованию и заставил сдаться. В этой игре не было проигравших или победителей. Они давно уже получили то, к чему стремились. Они были счастливы. Поняла ли Микаса тот настороженный взгляд капрала, который он бросил на Эрена, почувствовала ли она перемены в Эрене – они этого не знали. Но любящая и любимая ими девушка уже знала, как она поступит. Она осторожно села к костру между Райвелем и Эреном – и впервые за долгое время сердце ее успокоилось. Микаса была счастлива – и ничто в мире не могло отнять у нее этого счастья. *** - Я должен был оставить тебя там… В деревне… - сказал ей Райвель. Микаса подняла на него утомленные глаза, чуть тронутые рассветом, улыбнулась. - Должен был, - упрямо повторил он. – И я обязательно верну тебя туда, Аккерман. - Крестьянская юбка… - выдавила она из себя. – Она… - Можешь носить брюки, - сказал он. – Но спи в теплой постели, пей молоко, купайся в реке, сгребай нагретое солнцем сено… Понимаешь? - Я не о том… - Микаса устало вытянула затекшие ноги – она сидела на лесной опушке, откуда открывался красивый вид на долгую дорогу домой, где ее и нашел Райвель. – Мне шла крестьянская юбка? - Дура… - пробормотал Райвель. – Какая же ты дура… - Я все думала о том времени… - призналась Микаса. – И поняла – оно было лучшим. Но я бы никогда не дала бы себе отдохнуть, если бы не Эрен… Если бы не вы, капрал Райвель… Наверное, поэтому мы и возвращаемся втроем. Ибо у нас есть еще то, что мы можем и должны сделать. Так много сделано уже – и так много еще впереди… Дом на краю леса становится все дальше… - Я заставлю тебя вернуться туда, - сказал Райвель. - Однажды… Не потому, что считаю тебя слабой… Скорее наоборот. И сам уеду с тобой. Когда все будет закончено… Сможешь ли ты тогда принять меня и то, что я чувствую? Я не силен в таких поступках, Аккерман, но я думаю, точнее, я уверен – это именно то, чего я так желаю для себя. И для тебя тоже. - Я думаю, что смогу, - неожиданно для него и для самой себя сказала Микаса. – Точнее, я знаю, что смогу. Я вижу, как вы смотрите в мою сторону – в вашем взгляде нет больше жалости. И презрения нет. Точнее, я не вижу вообще ничего, что могло бы причинить мне боль, и для меня это важно. Странно, раньше я так злилась на вас за ваше отношение к Эрену – а теперь мне ясно, что только вы и относились к нему правильно. Только вы. Я в этом случае проиграла полностью. - Мне проиграла? – спросил он, осторожно поправляя на ней ее алый шарф, в который она также бережно куталась, как и раньше. - Вам… - улыбнулась она кончиками губ – так умеют только азиатки. – И Эрену проиграла. Я приму вас в своем доме, капрал Райвель, и буду вам рада. Но кое-кому я тоже буду рада. И этого пока не изменить… - Эрену? – негромко спросил он, чувствуя, как ветер касается непослушной пряди на лбу Микасы. - Эрену, - улыбнулась она, и лицо ее озарилось нежным светом – будто бы и не поднимающимся солнцем, а счастьем от имени любимого человека. – Армину буду рада. Саше и Конни. Жану. И даже Энни. Им всем. Если хотите изменить что-то – попробуйте… Мое сердце не камень, сейчас оно сделано из глины. Оно мягкое и оставляет теплые следы в руках… Пачкает руки и греет. Она обернулась – услышала шорох мятой листвы. Проснувшийся Эрен шел к ним – как обычно всезнающий и как никогда не знающий ничего. Спокойно сел рядом и просто положил теплую свою руку на плечо Микасы – жест, до которого Райвелю нужно было еще дотянуться. Дружеский или братский – Микаса спокойно прижалась к самому главному сейчас для нее человеку и закрыла глаза. В конце концов, она свой выбор сделала давно. Она выбрала жизнь – и никто теперь не мог этого изменить. - Вы ведь понимаете, что так просто я вам ее не отдам… - сказал Эрен, когда она вернулась к Армину и Энни. - Я не люблю, когда ты говоришь о ней, как о вещи… Я сам ее заберу… - в тон ему ответил Райвель. – Тебе, Йегер, еще повзрослеть нужно. Иначе не получится. - Вернуться домой… Разобраться с ящиком, который принес из замка Жан… Вернуть стену Мария… Найти подвал в Шиганшине… Открыть тайну Кристы и Райнера… Вернуть их домой… Уничтожить титанов… Сделать людей свободными… - Эрен думал, сказать ли Райвелю о элдийцах и марэ, но не решился – пусть эта тайна пока останется его собственной. – Так много еще предстоит сделать… Не уверен, успею ли я… - Пока рядом с тобой будут те ребята, - кивнул Райвель в сторону спящих. – Все будет сделано. Не успеешь ты – успеют они. Такова жизнь, Эрен. То, чему предначертано случиться, все равно случится. С тобой или без тебя. Если ты не сможешь сделать Микасу счастливой – она сама ею станет. Или это сделаю я… Или… - Райвель рассмеялся, вспомнив серьезное лицо Жана, - Это сделает Кирштайн. - Придурок он… - беззлобно буркнул Эрен. – Ему я точно не уступлю… Страха я не чувствую, - признался он, - Потерялся мой страх в том подвале. Странно, у меня, оказалось, был брат – но на самом деле мой брат это Армин, получивший ненавистную силу титана, чтобы спасти нас с Микасой. Странно, я только что потерял свою королеву – но у меня осталась еще одна, которая важнее всего на свете. Возможно, только это и имеет цену для меня. Возможно, все остальное было для меня только шагом к ним – к Армину и Микасе. Я должен обдумать все это и принять решение. - Только это сейчас и важно, - сказал Райвель. – Нам предстоит с тобой рассказать Ханджи об Ирвине. Предстоит спасти Энни от пыток и казни. Предстоит обдумать план возврата стены, чтобы добраться до чертова подвала твоего отца. Это не только твоя война, Эрен, это наше общее дело. И если вдруг ты не сможешь сделать что-то – мы поможем тебе. У нас просто нет выбор, такой ты придурок… - добавил он, улыбаясь. - Спасибо… - неловко пробормотал Эрен. Он чувствовал, что еще немного – и он расплачется, как ребенок. Как ребенок без отца. Как преданный ребенок. Но плакать, конечно, не получилось бы теперь – не сейчас, Микаса может увидеть. А заставить ее беспокоиться снова Эрен не мог. Не хотел просто. Вот бы еще найти способ добраться до дома… - вздохнул он. – Какому богу помолиться… - Богу Найла Дока молись, - улыбнулся Райвель. Он смотрел вдаль, где клубилась дорожная пыль, и слышен был гул – смесь ржания лошадей и крика человека. Чертов Найл Док все-таки выжил – и нашел их, причем нашел не только их – глаз Райвеля различил трех лошадей, который он вел за собой на поводьях. - Ирвин был бы доволен, - потрепал Эрена по голове Райвель. – И тобой, и им… Буди всех, Эрен. Мы возвращаемся к стене Розе… - И все-таки просто так я вам ее не отдам… - упрямо повторил Эрен. – И я сейчас не о стене Розе говорю… Микаса уже шла к ним навстречу, алый шарф ее был распахнут, темные волосы струились по плечам – как и было положено. Конец

Спасибо всем, кто читал мой фанфик. М.Бексултанова 2017 год