King For A Day (Король на один день) 2

Kellin's POV - Я нашел причину сказать, что твоя любовь ко мне скоро погаснет… Если она вообще была. Не стоит верить всему этому, ведь любовь – всего лишь ложь… - Заткнись, Фуентес, - пробормотал я и кинул подушкой в моего «друга», мешавшего мне досмотреть сладкий сон, в котором мы доставляли друг другу удовольствие в позе 69. - Затыкать ты будешь меня в своем автобусе, а тут царь я, - произнес Виктор, при этом смеясь, - мой сет через четыре часа, а я хотел еще поразвлечься с тобой… - Окей, окей, я просыпаюсь, - сказал я, затыкая рукой его рот, который нес свою радостную речь, - две минуты и можешь трахать меня все те гребаные четыре часа, что у нас остались! - Заткнись со своей пошлостью, малыш, - попросил меня мой парень, - у меня на тебя были абсолютно другие планы, но если ты настаиваешь… - Никакого секса! – своим сонным голосом кричу я достаточно хрипло, как-то устало даже, спасибо за это тому, что творилось ночью. Не сомневаюсь, что все это время нас слышали все вокруг, и сейчас в нашу сторону будут лететь косые взгляды. - Ну, милый, тихо, иди ко мне… И после этих слов я почувствовал, как губы Виктора совсем нежно прикоснулись к моему плечу, а пальцы его начали поглаживать мои волосы, шею, спину. Я готов был растаять, полностью подчиниться ему ради того, чтобы он просто продолжал ласкать меня, мое тело своими прикосновениями. - Ты заведешься через пять, четыре, три… - начал обратный отсчет Фуентес. Я закатил глаза и нехотя выбрался из его объятий, которые, хотел ли я того или нет, были слишком теплыми и… любимыми? Он и сам был человеком, которого я действительно полюбил с ног до головы. Он был человеком, который каждый раз заставлял мое сердце гореть с новой силой, где бы он не был, где бы не был я. Многие считают меня тем, чей разум полностью пропитан сарказмом, кто не может мыслить серьезно, кто не может делать серьезных вещей. Но я точно знаю, что когда я могу видеть его, думать о нем, я серьезен и уверен в своих действиях. Пускай все это кажется до ужаса романтичным и сентиментальным, но это то, что я чувствую, и от этого не сбежать, да я и не хочу. А что он думает обо всем этом? Может быть, это странно и глупо, но я знаю, что он не обманывает меня, и его чувства являются такими же искренними, как и мои. Он не может лгать. А еще, в его глазах я видел кое-что, чего не видел в глазах других людей, будь то Кэйтлин, Джесси, да или кто-нибудь вроде Кэйтлин, Джесси… Любовь! Именно любовь, а не влюбленность – она огнем горела в его глазах, она сводила меня с ума, она была видна издалека – любовь, состоящая из шести букв, пяти звуков и миллиона чувств, которые разом вселялись в мою душу… - Ты смотришь в стену уже пару минут, малыш, - услышал я тихий шепот, источник которого сейчас нежными поцелуями покрывал мою шею. - Нет, я не смотрел в стену, - начал отпираться я. Зря. Это неправда, он прав, и сейчас мы будем спорить, долго и упорно, пока кто-нибудь не сорвется и не заткнет поцелуем другого. Он перебрался на мои колени и, положив ладони на мою шею, посмотрел в мои глаза. - Ты смотрел на эту стену так же, как сейчас смотришь на меня. – Заверил меня он. Я вздохнул и закрыл глаза. Это означало то, что я сдаюсь без боя. Это было моим белым флагом, и, когда он понял это, я услышал смешок. Он поцеловал мои губы. То нежно, то страстно – поцелуй был длительным. Несколько раз меня кидало то в жар, то в холод, словно я переживал какой-то блядски тяжелый момент, но он вовсе таковым мне не казался. Я мог бы волноваться, но я знаю, что не от этого я словно горел синим пламенем, оказывался посреди Антарктиды… - Мне пора идти, нужно готовиться к концерту, - с сожалением ответил он, мягко разорвав столь значительный поцелуй. Я не посчитал нужным отвечать что-то – лишь только кивнул в ответ, и он, улыбнувшись, встал с моих коленей и ушел в другой конец автобуса. Мне не хотелось оставаться тут наедине с его парнями, и поэтому, нацепив шорты Вика (которые по размеру, кстати, подходили мне больше, чем шорты Джастина) и его рубашку, я благополучно смотался из этого их дурдома, наполненного такими теплыми и приятными чувствами. Фу, брр. Дальше мы встретились только на сцене, только во время нашей песни. Он многозначительно посмотрел на меня, словно говоря что-то вроде «и ты даже не шлепнешь меня по заднице, засранец?» когда я уже со сцены. «Нет, Виктор, не шлепну», - мысленно ответил ему я, и на моих губах как-то внезапно появилась такая странная улыбка, что, вполне возможно, люди, которые увидели меня в этот момент, подумали, что я чокнутый. Ну, наверное, все так и было. Дальше, как любой ребенок ждет Рождество, я ждал моей с встречи с Виктором, о которой мы даже не договаривались. Мы вообще никогда ни о чем не договариваемся, но так даже лучше. Спонтанность придает жару отношениям. Я заметил его, когда спустя час после нашего сета шел по улице этого временного городка вместе со своим другом Тайлером, который «случайно» оказался рядом, обсуждал с ним наши возможные совместные работы, то, что творится в наших жизнях. Да, в тот момент я как раз рассказывал ему обо мне с Виком, который как раз издалека замахал мне рукой и заулыбался как последний идиот, как только увидел меня. - Это и есть твой «мексиканский мачо»? – с усмешкой спросил Тайлер, увидев его. - Да, это он, сейчас я вас познакомлю, - ответил я, счастливо глядя в сторону приближающегося к нам «мачо». Да уж, Тайлер умеет нести полную ересь, которая надолго задерживается в моей голове. Не зная, правильно ли это будет, я дал Виктору поцеловать себя в губы, как только он подошел к нам. Тайлер не из тех, кто мог бы рассказать о нас двоих всем, но все равно я был слишком неосторожен. Мы могли попасться кому-нибудь на глаза. Кому-нибудь с камерами… это было бы очень плохо, и как только я понял это, я отошел от Вика на пару шагов назад и немного горько улыбнулся. - Тайлер, это Виктор. Виктор, это Тайлер, - я быстро представил парней друг другу. Наступило неловкое молчание, после которого Вик дружелюбно протянул руку Картеру. - Я наслышан о тебе. Славный и талантливый малой, - произнес он, вступив в явный и открытый зрительный контакт с моим другом, который, как бы то странно ни было, не сказал ни единого слова в ответ, а лишь улыбнулся. Он что, язык проглотил? Я не хочу, чтобы они смотрели друг на друга именно так. Только я могу смотреть на него таким взглядом. Чтобы хотя бы как-нибудь прекратить их игру в гляделки, я приобнял Вика за талию и ухмыльнулся. Не знаю, к чему я сделал это, но он быстро перевел взгляд на меня. Тайлер сделал то же самое. - Ты не будешь против, если я перехвачу твою подружку? – спросил Виктор у Тайлера, и после этого последовали наиглупейшие предлоги для того, чтобы увести меня, - просто мне хочется… мне нужно поговорить с ним насчет следующего выступления. «Он хочет меня», - губами, без слов объяснил я своему другу и засмеялся. - Без проблем, - с улыбкой, но немного обиженно произнес Тайлер, - напиши мне, когда вы освободитесь, Келлин. – попросил он и направился вдоль улицы, оставив меня наедине с Виктором. Я взглядом проводил своего болтливого друга и посмотрел на Вика, который как раз хотел сказать мне что-то, но резко замолчал. - Пойдем куда-нибудь, где не будет так много народу, - попросил я. Вик не стал отвечать, и просто взял меня за руку. Он пошел вперед, и я направился за ним, за моим ведущим человеком. Я доверял ему и точно знал, что он сделает все так, как нужно – он приведет меня туда, где не будет людей, но будем только я и он. Солнце заходило за горизонт, и, похоже, мы были уже довольно далеко от того временного городка, наполненного музыкантами. Вокруг нас уже не было видно ни палаток, никого из наших знакомых или друзей, не было слышно музыки, которая доносилась до ушей либо со сцен, либо из автобусов. Перед моими глазами было лишь заходящее солнце, невысокая трава и длинная, очень длинная трасса, по которой, похоже, уже давно не проезжало ни единой машины. Он отпустил мою руку только после нашей двадцатиминутной прогулки, за которую никто из нас не сказал ни единого слова. - Пойдет? – спросил он, усаживаясь на траву. На его губах играла самая по-детски невинная улыбка. - Определенно, - ответил я. Вик взял меня за талию и сначала просто притянул к себе мое тело. Он вел себя так, как ведет себя обычно, если хочет сделать мне минет. Но нет. Он потянул меня к себе еще сильнее, спустил ладони на бедра, и я понял, что так он пытается уронить меня на себя. - Засранец, - смеясь закричал я, специально падая на траву, а не на него. Он немного разочарованно ухмыльнулся и быстро подхватил меня, и вскоре мое тело удачно пристроилось у него на коленях. - Мне так неудобно, - начал вредничать я, и вскоре вообще опрокинул его на траву. Быстро пристроившись рядом с ним в удобной для меня позе, я поцеловал его в губы и вскоре положил голову на его грудь. Это было блядски приятное чувство – я мог слышать, как бьется его сердце. В какой-то момент, я клянусь, мне показалось, что оно отбивает ритм, в котором я мог слышать что-то вроде «я люблю тебя, Келлин», но, как оказалось потом, это говорил он сам, хах. И потом мы опять молчали. Мне даже нравилось смотреть в небо, и чувствовать его грудь под своей головой. Его руки бережно гладили мои плечи, и все было хорошо. Все было прекрасно. Все было чудесно, пока не зазвонил его ебанный телефон. Сначала он встревоженно слушал то, о чем вещают ему с другого конца провода, а потом, когда начались короткие и противные гудки, он вообще встал с чертовой травы, словно меня вообще не было рядом. Нет, он все-таки заметил меня, и даже поцеловал перед тем, как уйти. И даже буркнул на прощание что-то очень похожее на «я позвоню сразу же, как все улажу». «Ну и черт с тобой», - подумал я и решил остаться тут до самой темноты. Наедине с самим собой.