Не глядя

В жизни Леви наступили не самые лучшие времена. На теле только исчезли последние синяки, полученные в результате аварии, как на их месте возникли новые от ежедневных тренировок. Тренировался он не в спортивном зале, а на сцене под чутким руководством маленького тирана, который ни на секунду не давал ему передохнуть. Всё началось с того, что Эрен заставил его запомнить каждую кочку, размер и расположение всех посторонних предметов на сцене, во избежание казусов и просто, чтобы чувствовать себя увереннее. На это ушло почти всё отведённое время до самого концерта. Сперва ничего не выходило, Йегер не отходил ни на шаг от Аккермана, придерживая за талию, держа за руки, словно уча маленько ребёнка ходить. Это страшно бесило Леви, но выбора у него не было, он, конечно, мог выйти на сцену, сесть на стул и провести весь концерт в таком положении, но он даже думать всем об этом запретил. Ему претила сама мысль показать фанатам свою беспомощность. Единственный, кто всегда был на его стороне, это Эрен, отныне проводящий с ним двадцать четыре часа в сутки, хотел этого Леви или нет, но благодаря ему к моменту, когда до выступления оставалось пара дней, он уже точно знал в какую сторону двигаться, сколько шагов пройти и где остановиться. За эти дни Леви не раз убедился в упорстве паренька и стремлении достичь наилучшего результата в кратчайшие сроки. Эрен всегда оказывался рядом в нужный момент, он подхватывал, если мужчина спотыкался или терял равновесие, направлял и поддерживал. Леви настолько привык к его прикосновениями, что сам не заметил, как привязался и к самому хозяину. Теперь отсутствие Эрена где-то поблизости немного пугало и не позволяло сконцентрироваться. Такое с ним происходило впервые, и он неоднократно ловил себя на этой мысли. Помимо всей этой ориентации на местности в графике стояли прогон песен, пресс-конференции и фотосессии. Не считая этого, стабильное посещение врача и обязательный отдых, которого катастрофически не хватало. За время внеплановых каникул, проведённых в больнице, Леви успел отвыкнуть от своего графика работы, и сейчас ему приходилось как никогда тяжело, так ещё и не иметь возможность видеть сильно всё усложняло. После первых двух-трёх репетиций Леви чувствовал себя очень уставшим. Всё его тело ломило, ноги гудели, и, казалось, голова вот-вот расколется на части. Вот тут весьма кстати пригодился Эрен. Он набирал ванну, капнув туда пару капель эфирного масла для расслабления, помогал принять душ, делал небольшой массаж перед сном, да и в целом выполнял любые прихоти артиста. Обычно, в таких ситуациях, когда всё время тратилось на подготовку к концерту, Леви был загружен настолько, что сил хватало лишь добраться до постели. Счастьем уже было закинуть в рот хоть какую-то еду, что говорить о полноценном обеде или ужине, и если бы не Ханджи, которая приглядывала за ним, он бы давно помер. С появлением Эрена об этой проблеме можно было забыть. Он готовил не так изысканно, как в дорогих ресторанах, но его умений вполне хватало, чтобы утолить голод, восполнить необходимые питательные элементы в организме и просто насладиться вкусом домашней стряпни. День за днём шла подготовка к концерту. Леви всё лучше ориентировался в зале и даже самостоятельно мог дойти до комнаты отдыха, благо находилась она недалеко. Закончив репетицию, он собрался ехать домой, но Эрена рядом не оказалось, а один из помощников сказал, что он вместе с Ханджи давно куда-то ушли. Предположив, что эти двое отдыхают, пока он пыхтя как паровоз выполняет свои прямые обязанности, ему ничего не оставалось, кроме как отправиться за ними самому. Идя вдоль коридора, придерживаясь рукой о стену, Леви услышал приглушённые голоса, слишком тихие, чтобы разобрать слова, но вполне узнаваемые. По тону одного из говоривших можно было не сомневаться, что это Ханджи, и что она чем-то недовольна, второй голос, даже скорее лёгкий смех больше походил на мужской, и несложно было догадаться, что принадлежит он Эрену. Леви понял, что движется в нужном направлении и немного ускорился, уверенно шагая вперёд. — Я планировала сделать его отпуск, как только мы закончим с концертом, но видимо ничего не получится, — задумчиво рассуждала Ханджи, глядя в ежедневник и помечая что-то ручкой. — Придётся выделить вам машину. Кстати, Эрен, у тебя же уже есть водительские права? Судя по тому, что в коридоре всё было прекрасно слышно, дверь в комнату не была плотно закрыта. Леви понял, что в разговоре речь шла о нём и его дальнейших планах. — Я же говорил, что согласен лишь на первое время, — подчеркнул последние слова Эрен. — И вообще, я планировал устроиться на летнюю подработку. — Прости-прости, я уже подумала, что ты не против остаться и поухаживать за ним, пока не снимут бинты. С завтрашнего дня я займусь поисками кого-нибудь на твоё место. — С завтрашнего?! — резко выпрямился на стуле Эрен. — Ты же говорила, что работаешь над этим ещё с первых дней. Я согласился помочь, потому что ты попросила, но тратить на это всё лето я не планировал. Мне нужно готовиться к поступлению в университет. В голосе парня чувствовались нотки раздражения. Леви впервые почувствовал себя ничтожным человеком, от которого сплошные неприятности. Он успел поверить в чистые, искренние намерения Эрена, который буквально трясся над ним, делая его жизнь немного проще, но как оказалось, за всем этим скрывалась очередная людская ложь. — Я лично заплачу за любой выбранный тобой университет, при условии, что ты продолжишь нянчиться с таким беспомощным мной. А готовиться к экзаменам можешь, пока я буду работать, — заходя внутрь, бросил Леви. Он не мог видеть их лица, но по затянувшемуся молчанию догадывался, что оба чувствуют себя неловко. Путь домой прошёл в молчании, нарушаемой лишь негромкими звуками из динамиков. Город увяз в пробках, не давая возможности вернуться раньше. Как назло пошёл дождь и сквозь лобовое стекло Эрен наблюдал, как вокруг загораются огни ночного города. Даже телефон Ханджи предательски молчал. Наконец оказавшись дома, Аккерман стянул с себя испачканные в нечаянно ступившую лужу туфли и двинулся в направлении гостиной, привычно придерживаясь рукой о стену. Эрен шёл следом и молчал, не зная с чего начать разговор. Он толком не понимал, в каком настроении тот находится, и было ли то предложение сказано на полном серьёзе. — Леви, Вы вероятно не правильно меня поняли, — наконец решился прояснить ситуацию в гримёрной Эрен. — Я не имел в виду, что мне докучает забота о Вас, совсем наоборот. — Ладно тебе, не оправдывайся. Я прекрасно понимаю насколько жалко сейчас моё положение, — печальная улыбка мелькнула на лице Леви, а голос был непривычно тихий. Он сел на диван и начал расстёгивать верхние пуговицы рубашки. Только сейчас Эрен заметил, как дрожат его руки. — Мне страшно, — донеслось до слуха парня. — Казалось, я уже должен был привыкнуть, но эта неизвестность вокруг пугает меня. Он казался таким ранимым и ещё более беспомощным. Отдалённо напоминавший голос Леви был настолько слабым, что Эрену подумалось, не слышится ли всё это ему. Не воображение ли его так разыгралось, представляя сидящего перед ним человека таким беззащитным. Не оттого ли, что всё разом навалилось на него или это из-за предстоящего концерта, на подготовку которого ушло много времени и сил. А может и то и другое, что в итоге привело к эмоциональному всплеску, если это можно было так назвать. Чувствуя, как Эрен сел рядом, Леви поддался сиюминутному порыву, решив, что сегодня заслуживает исполнение любой своей прихоти и растянулся на диване, удобно примостив голову тому на колени. Даже у него были такие желания, которые время от времени хотелось осуществить, а ситуация была как-никак кстати. У Эрена было довольно чувствительное тело, от обычных прикосновений он чувствовал слабость и возбуждение. Если раньше для него это не было особой проблемой, ведь он мало контактировал с людьми, то когда круг общения начал неимоверно разрастаться подобная чувствительность была как бельмо на глазу. Каждый так и лез к нему, совсем не заботясь о его чувствах. Сейчас Эрен в полной мере осознал, как несправедливо поступила с ним матушка-природа. Леви был словно маленький ребёнок, ведь все его познания основывались на прикосновениях. Вначале его движения были неуверенными и неловкими. Например, чтобы убедиться, что Эрен стоит рядом он протягивал руку и мог непроизвольно прикоснуться к наиболее чувствительным местам на его теле. Бёдра, грудь, шея, поясница, всё попадало под руку певца, от чего Эрен резко отстранялся, словно та обжигала его. Этот непроизвольный рефлекс пугал его, наверное, не меньше чем других, ведь он боялся, что его могут неправильно понять. А Леви не понимал, почему парень так реагирует, но если бы знал, вероятно, старался быть внимательнее, насколько это было бы возможно в его положении. Но Эрен ни за что в жизни не признался бы в столь унизительной для него вещи. И вот сейчас сквозь тонкую ткань футболки Эрен чувствовал его горячее дыхание. Не в силах больше терпеть, он приподнял Леви и помог переодеться, а затем уложил обратно на диван и предложил сделать расслабляющий массаж, который был так необходим. — Как думаешь, всё ли будет нормально? — неожиданно тихо спросил Леви, уткнувшись головой в небольшую подушку. — Всё пройдёт на ура, не сомневайтесь, — улыбнулся Эрен, продолжая разминать его плечи. — Главное помните, чему я Вас учил. Вечер перед таким ответственным мероприятием всегда самый напряжённый. Ненужные мысли то и дело лезут в голову не давая сосредоточиться на главном. Многие артисты находят утешение в объятиях своего любовника или в компании друзей, но у Леви не было ни того ни другого. На мгновение в мыслях предстал образ Эрена, который он создал для себя, но он быстро убедил себя в неверности данного решения. Фоном комнату заполняли звуки, доносящиеся из колонок телевизора, который Эрен успел включить, когда пытался отвлечься от лежащего на нём мужчины. Сильные руки плавно скользили по коже, расслабляя напряжённые мышцы, двигаясь вдоль позвоночника, пересчитывая каждый его сегмент. Эрен чувствовал, как Леви под ним постепенно расслабляется. Ласкающими движениями пальцы разминали каждый сантиметр тела. Необходимо было разгрузить разгорячённые мышцы, сбросить напряжение, чтобы артист мог чувствовать себя бодрее перед концертом. — Леви, Вам лучше пойти в постель, — закончив процедуру, предложил Эрен, но на его слова никто не ответил. Аккерман уже успел уснуть крепким сном, и ровное глубокое дыхание только подтверждало это. Эрену ничего не оставалось кроме как взять его на руки и отнести в спальню. К своему удивлению он обнаружил, что мужчина довольно тяжёлый для своего телосложения и ещё хоть марлевая повязка скрывала глаза, он был уверен, что складка, часто образовывающаяся между бровей, сейчас разглажена и придаёт его лицу умиротворённый вид. Непреодолимое желание увидеть это наяву охватило все мысли Эрена. Бережно положив Леви в кровать, он выключил свет и, пожелав спокойной ночи, плотно закрыл дверь в его комнату. В конце концов, день, к которому все так усердно готовились, неминуемо настал. За четыре часа до начала необходимо было прибыть на место, чтобы успеть всё проверить, нанести грим, переодеться и настроиться перед выступлением. Все очень волновались, и было из-за чего. Хоть на финальной репетиции всё было более-менее гладко, сам концерт мог преподнести свои сюрпризы и не обязательно хорошие. Эрен проснулся, как и всегда с первыми лучами солнца, отправился на пробежку, заглянул по пути в магазин, купив свежей выпечки на завтрак, чтобы порадовать Леви. Вернувшись, начал готовить завтрак после ободряющего душа, а когда всё было почти готово, пошёл будить своего сожителя. Леви проснулся уже тогда, когда в его комнату через дверную щель проник ароматный запах свежезаваренного кофе. Настроение было под стать дню. Впервые за долгое время он чувствовал себя свежим и выспавшимся и был готов на новые свершения. Плотный завтрак, тёплая июльская погода, даже Ханджи не докучала своей болтовнёй по поводу и без. Сегодняшний день словно говорил, что всё задуманное будет исполнено в лучшем виде. Пока за кулисами творилась полная неразбериха, кто-то что-то куда-то перевозил, где-то поправлял или доделывал, на улице у входа в зал собиралась толпа поклонников в ожидании начала. Когда контролёры открыли двери и стали впускать всех внутрь, до начала концерта оставалось меньше часа. В гримёрной находилось лишь двое людей: менеджер и сам певец. Эрен же решил не упускать возможность и гулял у входа, смешиваясь с толпой и вслушиваясь в разговоры пришедших фанатов, словно заряжаясь от них позитивным настроением. Он наблюдал, как в ВИП-зону прошло несколько человек в дорогих костюмах, вероятно, те самые важные гости, мнения которых больше всего боялась Ханджи. Ведь если сегодня всё пройдет, как задумано Леви в будущем будет предложено много интересных контрактов, которые благополучно скажутся на его карьере. Наблюдал, как множество девушек и парней делают фотографии на фоне баннеров с изображением Капрала, сделанные неделю назад на одной из фотосессий. Ханджи весь день была на нервах. Она единственная, кто был против всей этой эпопеи с самого начала. Всё что ей оставалось делать — это сидеть тихо и не лезть со своими переживаниями, когда вся команда и так была напряжена. Вскоре вернулся Эрен и объявил, что до начала осталось пятнадцать минут, и пора идти к сцене. Чем ближе они подходили, тем громче были слышны крики возбуждённой толпы находящейся в нетерпении от ожидания. Леви сильнее сжал руку Эрена, и эта была единственная реакция, по которой можно было понять, что он волнуется. Время до начала неумолимо приближалось к отметке ноль и все вокруг стояли в полной готовности. — Пора, — раздался в наушниках голос главного и как только свет в зале погас, танцоры и музыканты ринулись занять свои места, а Эрен повёл Леви в центр сцены, попутно желая удачи. Концерт начался, как только прозвучали первые аккорды. Атмосфера вокруг кардинально изменилась. Восторгу публики не было предела, но за кулисами все были напряжены ещё больше, чем пару минут назад. Леви физически чувствовал прикованные к нему взгляды тысячи поклонников, направленные объективы фотокамер и свет софитов, который будто опалял обнажённые участки кожи. Хоть он не был таким энергичным, как на обычных своих выступлениях, капельки пота скатывались по его разгорячённому телу. Он двигался инстинктивно и раскрепощённо, заученными годами движениями, мысленно благодаря Эрена за потраченное на него время. Голоса толпы, окружавшей его, и в такт подпевающей слова песен, до дрожи в коленях отдавались в нём. Адреналин разгонял кровь по венам, заставляя сердце биться чаще, воздуха катастрофически не хватало, а пальцы сильнее сжимали гриф электрогитары. Ещё немного и все чувства, переполняющие его, вот-вот должны выльется наружу. Все это видели и подхватывали, словно волна, разнося по всему залу. Леви растворился в музыке, в криках своих фанатов и в собственных ощущениях, которых ему так не хватало всё это время. Для него стоять на сцене было что-то вроде глотка свежего воздуха для вдохновения на новые свершения. За это он любил свою работу и мысленно благодарил мать за то, что подтолкнула его в эту отрасль. С последними словами песни закончился и сам концерт. Восторг и овации заполнили всё вокруг, оглушая Леви. С самого начала этот день предвещал лишь положительные эмоции и удачные свершения. Так всё и произошло. Аплодировали все, не только зрители, но и команда за кулисами. Это был настоящий триумф, и опровергнуть это не посмел бы никто. — Неужели всё это закончилось, — услышал Эрен слова садящейся на стул Ханджи перед тем, как вышел на сцену, чтобы увести Леви. Пока Эрен подходил к месту, где ждал его певец, ему пришла безумная идея когда-нибудь вернуться сюда, в этот зал, который открывает свои двери лишь самым талантливым артистам, со своей собственной программой. Находясь в окружении многотысячной толпы, которая не желает отпускать своего кумира, чувствовать наслаждение от происходящего и понимать, что они все здесь ради тебя. Эрен не знал, что хочет от жизни еще утром, но сейчас он был уверен, что его место здесь, среди софитов и вспышек фотокамер. А целью его будет — встать на одну ступень рядом с Леви, больше известным как Капрал.