Ведьма и Первородный

      — Я вижу, кто-то вернулся из мёртвых.       У Давины из рук выпали пряди волос, которые она пыталась собрать в булочку, и девушка развернулась. Усмешка вспыхнула на её губах при виде гостя.       — Джош!       Она сразу же бросилась в объятия своего лучшего друга. За всю свою жизнь она привыкла, что у неё было немного близких людей, поэтому ей было стыдно, что забыла одного вампира, который всегда помогал ей и был рядом, когда она нуждалась в нём, несмотря на то, что они знали друг друга недолго. Джош погладил её по голове, прежде чем отодвинуться от неё и посмотреть на ведьму в неверии.       — Ты действительно вернулась? Или это просто какой-то глупый плод моего воображения?       — Я действительно вернулась, Джош. Марсель сделал это! Он убил ведьму, которая заняла моё место в Жатве.       — Это чертовски удивительно. Похоже на то, что Французский квартал до сих пор остаётся Клаусвиллем.       Хорошее настроение Давины внезапно сменилось страхом из-за напоминания Джоша насчёт того, что он находился в непосредственной близости от Клауса… А это означало, что он рисковал собственной жизнью. Джош прочитал страх в глазах Давины и ободряюще улыбнулся ей, готовый рассказать.       — Клаус как бы помиловал меня. Трудно в это поверить, не так ли? Я столкнулся с ним, когда шёл сюда, и совершенно точно думал, что он вырвет моё сердце, но он только странно посмотрел на меня и сказал, что чувствует себя, — Джош изобразил кавычки, — «особенно всепрощающим в последние несколько дней».       В других обстоятельствах Давина бы скептически отнеслась к хорошему поведению Клауса, но это правда: он в последнее время был менее дьявольским. Так что она была счастлива увидеть своего лучшего друга.       — Я рад слышать, что ты не будешь больше в бегах, — проворчал Джош в знак согласия.       — Ну, мы в этом вместе. Я не думаю, что смогла бы выжить в какой-то далёкой стране самостоятельно… Да, кстати, я думаю, что немного наделал в штаны, стоя перед Клаусом. — Джош в шутку развернулся, чтобы посмотреть на свои штаны, и Давина рассмеялась. Она скучала по их стёбу, который согревал её в суровые времена.       — Мы могли бы пойти в город и пообедать, если ты хочешь, конечно? Ну, как на это смотришь? — Джош положил руку на плечо Давины. — Мы должны отпраздновать! Не каждый день семнадцатилетняя ведьма восстаёт из мёртвых.       — Не знала, что у тебя есть деньги, — бровь Давины поднялась, на что Джош усмехнулся.       — Принуждение такая обалденная вещь. Бесплатная еда в любое время.       На этих словах Давина быстро натянула куртку с помощью Джоша и последовала за ним. Пока они шутили и смеялись, шагая по коридору, готовые наслаждаться этим вечером, один первородный наблюдал за ними из тени…       Глаза Кола угрожающе потемнели, и он сильно стиснул зубы. Он не совсем принимал то, что чувствовал, но постепенно первородный признался самому себе, что он точно знал, что чувствовал.       О, кровавый ад.       Чёртова маленькая ведьма.       Весь его мир окрасился в красный.

***

      — Кто знал, что в такую малявку может столько влезть, Давина.       — Эй, ты заказал мне два двойных гамбургера, ведро крылышек и ещё картофель фри… слишком вкусно, чтобы просто выкинуть. — Давина подмигнула своему другу.       Ночь была приятной и расслабляющей для неё. Джош рассказал ей всё про свою жизнь в бегах. Оказалось, что он встретил симпатичного парня по имени Деннис в каком-то ночном клубе на севере Нового Орлеана. Его мечта решиться и встретить милого парня сбылась, и теперь они с Деннисом постоянно обменивались смс-ками. Давина была по-настоящему счастлива за Джоша. Она чувствовала, что он заслужил счастье, ведь иначе и быть не могло. С его-то добрым сердцем. И как бы она не была рада за личную жизнь Джоша, всё же это напоминало Давине её сложные взаимоотношения с Колом. Она не видела его сегодня. Со времён той их катастрофической встречи пару дней назад они избегали друг друга.       Ладно, Давина избегала его.       Но даже Кол перестал быть таким раздражающим и больше не врывался в её комнату, как обычно.       Она пришла к выводу, что эта ночь с Джошем была именно тем, что ей нужно, чтобы отвлечься от всех переживаний. Когда они уже направлялись домой, Давина упомянула Кола, как бы спрашивая совета у молодого вампира.       — Другой первородный брат, да? Пожалуйста, скажи мне, что он намного дружелюбней Клауса.       Гримаса на лице Давины подсказала Джошу, что он ошибается. Затем она рассказала ему об их отношениях на грани любви и ненависти, и как они были далеки от того, чтобы уже определиться, кем они друг другу приходились… и как она струсила, увидев девушку, которой он кормился, выходящей из его комнаты. Любопытство засветилось на лице Джоша.       — Итак, проясни мне кое-что. Твой воскресший милашка вампир избегает тебя с момента того случая? — Давина посмотрела на него.       — Ну, возможно это я. Может быть, он избегает меня, потому что я избегаю его.       Разговор с Джошем о собственной личной жизни был более освежающим, чем она думала. Всё, что имело значение, так это что она разрядилась. Давина поняла, что такой и бывает дружба.       Когда они завернули за угол, шагая в сторону особняка, Давина вздохнула.       — Если бы ты спросила меня, то я бы сказал, что он чувствует себя виноватым.       Она оторвала взгляд от тротуара, наклоняя голову с любопытством, глядя на Джоша. Её глаза сузились.       — Виноватым? — она усмехнулась. — Кол Майклсон не чувствует вины, не говоря уже о том, что он раздражающий, неустойчивый и…       — Доверься мне, Давина. Он определённо чувствует вину. Из того, что ты мне о нём рассказала, он точно не тот тип, который внезапно начинает избегать тебя, если у него нет на то причин, — он договорил, а затем посмотрел на Давину суровым взглядом. — Ты должна поговорить с ним.       — Я снова струшу!       — Тогда отрасти пару яиц! Чёрт, ты можешь взять мои. Я потерял свою привилегию иметь их давным-давно.       — О боже, Джош! — смех Давины зазвенел в ночи.       Тема как-то постепенно переехала на то, как Джош с Деннисом встретились на танцполе ночного клуба. Так что в своей увлечённой беседе они даже не заметили Кола, небрежно сидящего на кровати Давины, явно ожидавшего прихода ведьмы.       Давина заметила его первой и замерла на месте, останавливая болтовню Джоша рукой. Его взгляд метнулся к кровати, где сидел первородный, и он замолчал.       — Надеюсь, что вы замечательно провели вечер.       Кол стоял, засунув руки в карманы. Он знал, что его поза была жёсткой, и он всё ещё сжимал челюсть, но сейчас его это не сильно волновало. Всё, что он хотел знать, так это то, кем был этот парень. Давина никогда не упоминала его, и то, что она не говорила об этом человеке, вызывало в Коле старую добрую ревность. Это была глупая эмоция. Эмоция, которую он никогда не думал, что ощутит в своём вечном существовании. Тем не менее ревность бурлила в нём, когда он смотрел на Давину и этого так называемого «Джоша».       Джош откашлялся и двинулся в направлении Кола, несмотря на тихие мольбы Давины в глазах, которых он не видел.       — Хэй, я Джош, друг Давины.       Взгляд Кола проследил за рукой молодого человека.       Через несколько долгих мгновений отсутствие каких-либо возвратно-поступательных движений от первородного Джош неловко убрал руку в карман. У Давины было такое ощущение, что всё не закончится хорошо для Джоша, если он будет и дальше стоять рядом с Колом, особенно, когда он так уставился на её друга своим непроницаемым взглядом. Она подошла к приятелю, встав перед Колом и взглянув на него, зарабатывая ошеломлённый взгляд от первородного.       — Не будь грубым, Кол. Он — мой друг.       — О, привет, дорогуша. Как хорошо, что ты наконец заметила моё присутствие на этой неделе.       Давина напряглась, но попыталась не выглядеть измотанной.       — Эй, чувак, я просто взял Давину на обед… Ой, дерьмо!       С вампирской скоростью Кол схватил Джоша за воротник его рубашки и швырнул над кроватью, припирая вампира к стене. Кол смотрел, как Давина бросилась в сторону Джоша с глазами, полными беспокойства. Опираясь на стенку, Джош встал, пошатываясь, его взгляд светился осторожностью, смотря на Кола.       Хорошо. Он боялся.       Ревнивый монстр внутри него немного расслабился.       — Джош, я позвоню тебе позже, окей? Мне нужно поговорить с ним. Тет-а-тет.       Кол посмотрел на Джоша понимающим взглядом, и ревность забурлила в вампире пуще прежнего. Почему они выглядят так, будто знают друг друга очень близко? То, как она заботилась о нём, как подбежала… это было больше, с чем Кол мог справиться. Перед тем, как Кол мог мелькнуть в сторону Джоша и применить больше насилия, например, разорвать ему глотку, вампир выбежал из комнаты. Первородный сердито посмотрел на дверь, из которой выбежал молодой вампир, но тут ведьма заговорила, будто бы читая его мысли:       — Даже не думай об этом, Кол. Я нашлю на тебя аневризму, если ты погонишься за ним.       — Ты едва ли можешь дать мне головную боль, любимая. И к тому же, — Кол быстро прошёл мимо Давины, его тело всё ещё выглядело жёстким от гнева, — я не вижу никакого смысла в погоне за кем-то настолько незначительным, как он.       — Если он настолько незначителен для тебя, то зачем ты отбросил его в стену?       — Ну, я делаю тебе одолжение. Я должен был отсечь ему голову, когда у меня была такая возможность.       Давина шипит на первородного в праведном гневе за своего друга и, подняв руку, она сосредоточила своё внимание на лбу Кола. Не ожидая, насколько сильной она была, даже несмотря не то, что в ней больше не было силы четырёх ведьм, первородный всё же оказался на полу; он громко стонал от боли. Он обхватил голову руками, пока из глаз тонкими ручейками вытекала кровь.       Однако её власть над ним была недолгой.       Через пару мгновений вампир уже припечатал ведьму к двери. Сеточка вен возникла у него под глазами, такое случалось, когда он злился. И впервые Давина его боялась.       — Какого чёрта? — вопила она наполовину в гневе, а наполовину в раздражении. — Джош — мой друг!       Давина попыталась вырваться из его захвата, но он зашипел на неё в знак протеста.       — Я отказываюсь делить тебя с кем-либо, дорогуша. И то, что я говорю, всегда происходит.       — О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — сеточка вен пропала, глаза Кола вернулись к нормальному состоянию, на его лице отразилось замешательство. Его хватка была твёрдой и притяжательной.       — Я знаю, что ты не глупая, любимая. Не ври мне. Я знаю, что вы с ним близки!       Давина моргнула.       — Подожди… ты думаешь, что я с Джошем?..       Наступило молчание.       Ведьма вдруг разразилась смехом, а Кол был поражён этим. Его хватка постепенно ослабла, когда он посмотрел на неё устало.       — Мне не кажется, что это забавно, Давина.       — О нет, это чертовски весело.       Самодовольный взгляд, которым она его одарила, заставил Кола чувствовать себя неловко. Он никогда не понимал женщин, но когда дело доходило до Давины, то Кол был озадачен ещё больше. Его хватка снова усилилась, и он прижался ближе к ней. Первородный почувствовал, как ускорилось её сердцебиение, и его эго загудело в удовлетворении.       — Хочешь поделиться тем, что показалось тебе таким забавным?       — Ну, думаю, что тебе было бы интересно знать, что ты не имеешь ни малейшего понятия, что между мной и Джошем.       — Мне больше тысячи лет, дорогуша. Я знаю, что такое притяжение между людьми, когда вижу его.       Напряжение в комнате висело густым туманом. Они оба осознали всю иронию нынешней ситуации. Давина только сейчас поняла, насколько близко Кол прижался к её телу. Она чувствовала себя одурманенной, как всегда это было, когда Кол был так близко. Кол же тяжело боролся против того, чтобы выпустить клыки и ослабить контроль. Его взгляд бродил по притягательной плоти ведьмы, смотря, как заманчиво бьётся жилка на её шее. Давина кашлянула, выводя их из общего транса.       — И что же между нами?       Взгляд Кола застрял на её губах. Весь гнев и разочарование по отношению к ней и её другу Джошу начали медленно рассеиваться. Его клыки болели так сильно, что он едва мог оставить хищный стон, который угрожал выскользнуть из его рта. Вот что это было. Не было никаких сомнений, что было между ними. В нескольких сантиметрах от её губ… так мучительно близко…       — Притяжение не совсем описывает то, что я чувствую к тебе.       Давина едва успела осознать, как мягкие губы Кола захватили её. Весь груз сомнений и тревог рухнул с её плеч, когда его губы безжалостно атаковали её. Первородный почувствовал, как она прижалась ближе, а руки обвились вокруг его шеи, лаская волосы на затылке. Давина почувствовала рычание; оно грохотало в её ушах, так что она вздрогнула. Она простонала ему в рот, почувствовав, как он подхватил её под бёдра, прижавшись ближе.       Её лёгкие горели от нехватки воздуха, так что она неохотно отодвинулась, отчаянно нуждаясь в кислороде. Колу он был не нужен. Он снова захватил её губы. Майклсон не заботился о её нужде в воздухе. Он не хотел, чтобы этот момент подходил к концу; он не хотел отрываться от её губ. Давина оторвалась от него, хватая ртом воздух.       Он прижался губами к её шее, слегка кусая нежную кожу. Она была вкусной штучкой; она была грехом в чистом виде. Прижавшись лбами, они пытались перевести дыхание.       Кол наблюдал за прекрасным существом перед ним: с её прикрытыми глазами и приоткрытым ртом. Смотря на неё в этот момент, Кол почувствовал, что эта красивая маленькая ведьма была его секретом; он заклеймил её, как свою. Возможно, это была пока не любовь… пока ещё было слишком рано. Но то, что он испытывал к Давине, было необъяснимо глубоким чувством; его тысячелетний словарный запас не мог полностью описать это.       И теперь Давина знала это.       Он не сказал этого; он уж точно не был многословным. Только теперь Давина поняла, как слепа была. Им не нужны были слова, чтобы описать то, что происходило между ними. Гораздо лучше можно это понять, не говоря ни слова. До того, как скользнуть в блаженную негу, она улыбнулась ему.       — Ты же знаешь, что Джош — гей, да?       — … О, кровавый ад.