Ведьма и Первородный

— Давина, дай ему поблажку… — Даже не начинай, Джош. — Парню нужно есть! Даже первородным нужно как-то утолять жажду. Джош решил взять свою лучшую подругу в один из местных баров выпить и хорошо провести время. В то время, как он думал, что они будут рассказывать друг другу множество красочных историй про своих парней, Давина весь вечер жаловалась и стонала из-за проступка её «второй половинки». Сегодня Давина снова наткнулась на Кола с другой шлюхастой блондинкой на его кровати. Не обращая внимания на мольбы и протесты, она взбесилась и ушла прочь. И, конечно же, он перегнул палку, выломав её проклятую дверь. Очевидно, Кол не смотрел достаточно фильмов, что понять, что он сделал не так. — Смотри, я полностью понимаю, почему Кол сделал то, что сделал. Помяни моё слово, я же вампир, ты об этом помнишь? — Я даже не хочу слышать его имени. — Отлично, теперь ты через чур мелодраматична. — Джош упрекающе посмотрел на неё. Давина пожала плечами. — Если он голоден, то может питаться животными или мешками с кровью. — Ты же не серьёзно? Мы не в «Сумерках», Давина. Плюс… животный вкус даже не сравнится с человеческой кровью. Тяжело вздохнув, Давина лениво покрутила стакан в руке. Она не могла вытеснить образ кормящегося Кола из головы. Так блондинка была роскошной: с длинными светлыми волосами, одета в короткие шорты и топ, так что Давина могла понять, почему Кол выбрал её для кормления. То, как его клыки были погружены в кожу её шеи, его рука, придерживающая за шею, чтобы было удобнее пить кровь… она ненавидела, как сильно это на неё повлияло. Поставив со стуком стакан, она вздохнула. — Пойдём домой. Я забуду об этом инциденте уже завтра. — Я серьёзно в этом сомневаюсь. Но твой оптимизм — хорошее начало. Дорога домой была долгой и извилистой. Прежде чем они распрощались, Джош быстро обнял Давину. — Знаешь, если ты не хочешь, чтобы он кормился другими людьми, ты можешь… — Спокойной ночи, Джош. Джош понял намёк и, знающе улыбнувшись, исчез в холодной ночи, оставив Давину одну. Давина ожидала, что КТО-ТО уже будет в комнате, ожидая её прихода с извинениями, а потом и поцелуями. Это был непрерывный цикл между ними из-за их невероятного упрямства. Кол обычно был тем, кто извинялся и смотрел на неё этим щенячьим взглядом… о, этот его взгляд. Давина хмуро смотрела на него, но втайне осознавала, что ей это очень нравится. Однако, когда она добралась до своей комнаты, то Кол не сидел, как обычно, у подножия её кровати, смотря на неё игривым взглядом, что служило ему весьма отлично в завоевании её прощения. Комната пустовала. Всё было так, как она оставила перед своим уходом. Настигшее Давину чувство разочарования быстро сменилось раздражением и гневом. Выйдя из своей комнаты, Давина прошествовала к комнате Кола и ворвалась туда, распахнув дверь лёгким движением руки. Дерево раскололось ровно на две части, через которые она перешагнула, и упало на пол. Её глаза горели опасным блеском. Она надеялась, что не нарвётся снова на кормящегося Кола от какой-нибудь блондинки или брюнетки, или ещё какой крашеной девки. К счастью, этого не случилось. Хотя открывшееся перед ней зрелище, ещё больше разозлило Давину. Кол расслабленно откинулся в кресле с книгой в руках. Будто бы это вовсе не его дверь только разорвали напополам. Когда он потянулся к белой чайной чашке, стоявшей на столике рядом с ним, немного отпив из неё, Давина взорвалась: — Ты серьёзно что ли? — Доброго вечера, любимая. Не хочешь чаю? — Я не хочу твой грёбанный чай! Кол перевёл взгляд с книги на Давину. Его бровь удивлённо поднялась, услышав ругательство от своей маленькой ведьмы. Закрыв книгу и отложив её в сторону, он снова удобно откинулся на спинку кресла, закинув руки за голову и небрежно скрестив ноги. Давина сердито посмотрела на него. — И что это ты разгорячилась? Я сделал что-то не так? Смех Давины прозвучал звонко и пронзительно. Она проигнорировала его вопрос. — Забавно, что из всех доступных напитков ты пьёшь чай. Я бы сказала, что кровь подходит тебе больше, — прошипела Давина, подходя ближе к Колу; глаза её опасно блестели, — особенно, когда она течёт в блондинистых шлюхах. Должно быть у неё был потрясающий вкус. — Ах, ты про Анабель. Должен признать: она была вкусной закуской. — Его наглость будет его падением. Давина взмахнула рукой, выбросила Кола с кресла и отбросила к стене. Взмах — он у другой стены, ещё взмах — на потолке, прежде чем отпустить его на пол у её ног. Кол оклемался и на вампирской скорости очутился прямо перед ней. Несмотря на небольшую встряску, Кол выглядел — высокий с потемневшими от злости глазами — как новенький. — Ну, это было довольно грубо, не так ли? — Да, а знаешь, что ещё грубо? Никаких извинений за то, что ты сделал. — Извинения? О, я решил, что больше не буду этого делать. Не за то, кто я есть. — Прошу прощения? — Ты слышала меня, возлюбленная. Не веди себя так, будто ты не в курсе. Несмотря на то, что они постоянно ссорились, это был первый раз, когда Давина видела эту сторону Кола. Он был серьёзным и пугающим. Её сердце бешено колотилось, но она стояла на своём. — Я не могу изменить то, кем являюсь, Давина. Я — вампир. Первородный вампир. Я высасываю кровь из людей, чтобы поддерживать своё существование, и, если тебе это не нравится, то, возможно, нам стоит прекратить отношения. Честно говоря, я снова и снова извиняюсь за то, кто я есть. — Ну тогда пей кровь парней! Почему ты всегда выбираешь привлекательных девушек? Возмущение непреднамеренно вырвалось из её рта, и Давина удивлённо вздрогнула. Она пересеклась взглядом с Колом, и он выглядел таким же удивлённым. — Почему… Будь я проклят. Давина Клэр, ты что ревнуешь? — Не говори глупостей. Она разволновалась, да так, что щеки вспыхнули румянцем. Они вели серьёзный разговор, а теперь она дала Колу возможность перевести их спор в другую плоскость. В следующий момент Давина была прижата к стене. — Признай это, — хрипло приказал Кол, вплотную приблизившись к ней. — Нет. Кол трудно сглотнул от неповиновения в голосе Давины и сильнее толкнул её к стене, прижав своим телом. Его клыки царапали её шею, сходя с ума от желания. Давина знала, что он хочет… и что она хочет в глубине души. Ей не нужно было ничего произносить. Кол знал, что, наконец, получил разрешение утолить свой голод. О, как он долго сдерживался. Не колеблясь ни секунды, он аккуратно впился клыками в шею и услышал, как Давина задохнулась от боли. Её кровь превзошла все ожидания. Словно мёд, она хлынула в его рот. Чувство было странным. Сначала было больно, а потом боль сменилась небывалой эйфорией. Такого Давина ещё ни разу не испытывала. Она зарылась руками в волосы Кола и чуть сдвинула шею, чтобы ему было удобнее пить. Вскоре она почувствовала головокружение, и в этот же момент Кол с невероятным усилием отстранился. Давина уставилась на него из-под опущенных ресниц и увидела, как с его губ падает кровь. В тот момент она поняла, что это было самое чувственное, что она испытывала в своей жизни. Что-то в этом жестоком акте опьяняло, вызывало зависимость, даже у того, кто не был вампиром. Мысль о том, что она пьёт кровь, вызывала у неё судороги, но сейчас Давина думала, что она немного лицемерка, потому что то, что она испытала, было так… хорошо. — Ты же знаешь, что чувствуешь это только из-за нашей связи, верно? — ответил Кол на вопрос, занимающий все её мысли. — Что? Кол заткнул её тлеющим поцелуем. Вкус собственной крови ничуть не смутил Давину. Она целовала его с тем же рвением и нуждой. Ревность ещё никогда не была слаще.