Всё и сразу

Питер едва переступил порог кухни в то утро, как тут же папа заключил его в объятья, от которых обычно ребра трещат. - Ты уверен что с тобой все будет в порядке? - он отстранился от него на достаточное расстояние, оглядывая Питера с беспокойством. - Пап, я не ребенок. В свои 20, Питер был примерно на дюйм выше чем Тони, тем не менее все еще на несколько дюймов ниже Стива. Последний до сих пор не мог поверить, что их сын был уже на полпути в MIT (прим. Массачусетский технологический институт). Казалось, все с чем Питер связан, прошло слишком быстро. Где тот малыш который пускал слюни и называл Тони "Па-пэ" или хотя бы тот шестнадцатилетний подросток который только-только учился использовать свои силы и напугавший своих отцов до смерти? - Что по твоему я делаю в школе? - легко выскользнув из хватки Стива, Питер пошел налить себе в чашку кофе. - Честно говоря, я пытаюсь об этом не думать. Они собирались отлучиться всего лишь на пару недель, на какую-то там техническую конференцию на которую Тони не хотел идти один, но Стив не мог отделаться от ощущения, что что-то непременно случится пока они будут отсутствовать. Стив наблюдал за ним внимательно, так же как и держал себя, уверенно. Даже в футболке Старк Индастриз и пижамных штанах с миниатюрными кэповскими щитами, которые дал ему Клинт тысячу лет назад, Питер выглядел как мужчина. - Ты действительно вырос, не так ли? - пораженный словами, Питер убрал кружку от губ. - Извини, просто игнорь меня. Твой старый папа становиться сентиментальным. Питер хотел было что-то сказать, но вместо этого лишь улыбнулся. Тони утверждал что Питер многое унаследовал от Стива, но улыбка показывала что он 100% ребенок Тони. - Так, во всяком случае, Баки будет здесь, пока нас не будет. В основном, он будет в тренажерном зале, так что, вероятно, вы не будете много видеться, - Стив ухмылялся, когда Питер изо всех сил старался не пролить на себя кофе в негодовании. - Я тренируюсь, - взвизгнул он. - Конечно, чемпион, - Тони юркнул между ними, выкрал кружку из рук Питера и допил остатки, - агрх, уже остыл. Он сжал кружку, заполняя ее свежесваренным кофе. Подняв руки вверх, Стив проигнорировал умоляющий вмешаться взгляд Питера. - Я просто пришел убедиться, что мы ничего не забыли. Стив начал пятиться к выходу из кухни, в то время как Питер пытался отвоевать кружку назад у отца, который в настоящее время признавался в любви к кофемашине. - Найди собственную кружку! - Твоя лучше! Питер простонал: - Не семья, а сумасшедшие! - Твои сумасшедшие! - Когда вы уезжаете снова?

***

Проблема была в том, что несмотря на все протесты Питера, в особняке было по-настоящему пусто без отцов. Не было песен AC/DC, гремящих из мастерской и поднимающихся все выше и выше по этажам; не было звуков шагов ходившего из стороны в сторону Стива в арт мастерской. Он мог позаботиться о себе в Бостоне, но там он никогда не был одинок. Он жил с товарищами по комнате и кто-то всегда что-то да делал: кто-то бродил без дела туда-сюда по маленькой квартирке, проливал что-нибудь или кричал, или выводил гулять собаку. Он провел около часа, наслаждаясь абсолютной тишиной, пока это не стало невыносимым и тогда он попросил ДЖАРВИСа включить каждый телевизор и радио в доме. Даже ванная не смогла спасти его от какофонии звуков. Бейсбольная статистика звучала достаточно громко, Питер мог слышать ее даже под водой, пока он принимал ванну. Это уже было слишком для его чувствительных ушей, но потом это стало нормой, в какой-то мере комфортно, он привык и даже засыпал под это все (только половина телевизоров работала). Вероятно, по этой причине он каким-то образом умудрился пропустить Баки, вошедшего через парадную дверь. К тому времени, Питер спустился в спортзал на 2-й день (он и и вправду тренировался ... иногда, на беговой дорожке, в течение 10 минут) Баки уже заканчивал. - Черт! - вскрикнул Питер, не сразу признав Баки и подпрыгнул около 20 футов в воздухе. - Как отрывается? - Баки ухмыльнулся, наклоняя голову, чтобы установить зрительный контакт с тем, кто в настоящее время свисал с потолка. - Баки, блять, вот дерьмо - дыхание сбилось, его сердце стучало по-прежнему тяжело и нерегулярно, к тому времени как Питер приземлился обратно на пол, чтобы стоять лицом к лицу к супер солдату, который был без рубашки. - Я не удивлен, что ты не слышал, как я вошел, со всем тем шумом наверху, - было ясно, что Баки дразнил его и Питер не мог не покраснеть по нескольким причинам. - Да, ну, по мне так вроде спокойнее, чем я ожидал. Ухмылка Баки смягчилось в понимающей улыбке и Питер был немного застигнут врасплох тем, как один человек мог смотреть на другого человека. Когда Баки был окончательно освобожден из ЩИТа под стражу Стива год или около того назад, он жил вместе с ними тремя недолгое время. Питер вспомнил как пытался выяснить, как называть его. Все остальные Мстители были его дядюшками и тетушками, но Баки был другим. Из-за ГИДРЫ, Баки пропустил много всего, через что уже прошел Стив. Он был предположительно старше папы, но по телу и уму он был ближе к возрасту Питера, однако у них все еще была десятилетняя разница в возрасте. Когда он наконец спросил Стива, его папа лишь улыбнулся. - Почему бы тебе не называть его Баки? У тебя есть достаточно тетушек и дядюшек, и Баки мог бы быть твоим другом Он вздрогнул немного когда Баки быстро помахал перед его лицом металлической рукой. Питера бросило сначала в жар, потом в холод, когда он осознал, что наблюдает за капелькой пота, которая течет вниз по груди Баки, и очевидно, Барнс понял это. - Ты уже обедал? - спросил Баки, вытираясь полотенцем, прежде чем взять отложенную заранее рубашку со скамейки. - Э-э, нет ... ты бы, возможно, хотел бы ... пойти поесть чего-нибудь ... вместе? Почему он заикался? Он собирался пообедать с другом детства его папы. Не было никаких причин нервничать. - Да, звучит неплохо. Позволь мне принять душ и встретимся наверху. Питер тряс головой, пока покидал спортзал, пытаясь не представлять мокрого и голого Баки. Он понял, примерно на полпути вверх по лестнице, что он так и не потренировался сегодня, но он не собирался возвращаться туда.

***

Они решили перекусить бургерами, в месте, которое соединяется с соседним зданием, если идти вниз по улице от особняка. Одно из любимейших мест Тони. Закусочная была маленькой и немного обшарпанной, но еда была отличной. К тому же, Тони тратил достаточно денег чтобы держать их бизнес на плаву. - Знаешь, когда папа начал ухаживать за отцом, он приводил его сюда каждый день в течение недели. Он слышал как отец говорил тёте Пеппер насколько сильно он любит эти моменты и папа не мог придумать какой-либо другой способ для них, чтобы провести время вместе... Питер умолк, как только увидел поднятые брови Баки, и подтекст истории, и то что они вдвоем сидели в той же закусочной. Он возился с бумажной салфеткой пока Баки не закончил рассказ. - Я слышал что Стив не знал, что Тони так отчаянно хотел проводить с ним все его время, что он ел бургеры каждый день, даже если у него болел желудок,и он выбрасывал их сразу после этого. Питер рассмеялся, глядя в свою тарелку, смущенный что Баки уже знал историю. Конечно же он знал, он лучший друг папы, почему ему не знать эту историю? Он поднял голову, когда Баки потянулся через стол и коснулся его руки. - Знаешь, я никогда не видел чтобы кто-то был более предан друг другу, чем эти двое. - Заставляет задуматься, могут ли быть у кого-то такие же отношения как у них. Рука Баки все ещё касалась руки Питера и их кончики пальцев слегка задевали друг друга. - Да, - Баки убрал руку назад, сложив со второй рукой у себя на коленях. В воздухе витала недосказанность. Питер почувствовал как наполняется теплом и неловкостью, и что-то еще, в чем он не смел признаться. Если бы это был кто-то еще, Питер назвал бы это флиртом. Баки проводил его до особняка, останавливаясь на верхней ступени, как на свидание, ожидая поцелуя или нет. Нет, определённо не так. Питер прогнал эти мысли прочь, как можно скорее и вместо этого решил просто улыбнуться Баки. - Ты придешь завтра? - Питер не знал почему он спрашивает об этом в первую очередь, но ему показалось что это важно. - Да, тренировать ноги. Глаза Питера метнулись вниз, к мышечной линии ноги Баки, к той ноге, которой он стоял на крыльце. Он облизал губы. - Я...хм, тогда увидимся завтра, - он быстро забежал за дверь, спиной прижимаясь к ней, полностью пропуская беспомощную маленькую улыбку на лице Баки. Баки появился около двери с самого утра, бодр и свеж. Вместо того, чтобы идти прямо в спортзал, он бродил по кухне, когда Питер пил свой первый утренний кофе. - Тяжелый сон? - обеспокоенный, он приземлил свою руку на затылок к Питеру. - Больше. Кофе. Чёрного, - Питер полностью упал на стол, пасуя Баки свою пустую кружку, не поднимая глаз. Он слышал тихие звуки, как Баки ополаскивает его кружку и снова наполняет ее напитком. Питер с облегчением потянулся к кофеину. Но вместо этого, Питер чуть не достиг высоты неба, подпрыгнув на стуле от ледяного прикосновения металлической руки, которую Баки засунул ему под рубашку. - Что, черт возьми? - взвизгнул Питер, пытаясь сбежать и проигрывая, когда хватка Баки усилилась, чтобы прижать его к столу. Плотная рука Баки прижала его бедро, а металлическая рука приподняла переднюю часть его рубашки к животу. Его рука нагрелась от жары кожи Питера, и, вероятно, было бы терпимо, если бы Баки не врывался в его ребра и безжалостно щекотал его. Это была общая катастрофа, когда рука Баки зашла слишком далеко. Его пальцы слегка задевали сосок Питера, а он, в свою очередь, задыхаясь от смеха, в беспомощный стон. Они оба внезапно осознали, что происходит между ними, Питер залез на кухонный стол, Баки над ним, поселился в его ногах, одной рукой поднял рубашку, а пальцами другой руки бродил чуть ниже его пояса. Дыхание в воздухе сплелось, их животы соприкасались, чувствовался каждый вдох. Они оставались в таком положении ещё очень долго. Какая-то глупая часть мозга Питера продолжала говорить "поцелуй меня, поцелуй". Но вместо этого Баки оттолкнул себя от парня и постарался не слишком на него налегать. - Мы должны ... я пришел сюда ... ну, я собирался спросить, может хочешь ... потренироваться. Но мы, вероятно, не должны делать этого... вместе, - солдат потер шею и оторвал взгляд от того места, где Питер все еще растянулся на столе. - Да, - это всё, что удалось услышать, поэтому Баки просто кивнул и оставил его продолжать лежать. Без лишних слов. Питер стукнулся головой о стол так сильно, что даже слезы проступили на глазах. - Блядь. Питер не видел Баки всю оставшуюся часть дня и даже на следующий день. Он знал, что он все еще ходит тренироваться, потому что вещи в спортзале будут двигаться, а душевая кабина уже будет влажной, но он никогда не сможет его поймать. На третий день Питер был так расстроен и рассержен, что даже не мог спать. Ему нужно было выплеснуть всё это на что-то, именно поэтому Баки нашел его в 5 часов утра, пробивая боксерскую грушу так сильно, как только мог. Он знал, что его волосы были растрепанны и были раскиданы по всему лицу, его Халк-боксеры и точная копия папиной рубашки затмевали его и заставляли его выглядеть юным, даже как-то по-детски, но его это больше не беспокоило. - Итак, он, наконец, появился, - Питер нацелился на особенно тяжелый удар, мешок скрипел опасно, как будто сейчас слетит и сломается напополам. - Почему ты не спишь? - Баки звучал устало, но Питер был так зол, что ему было все равно. Он обернулся: - Потому что я злюсь! Я злюсь, и мне больно, и я в замешательстве, и я так чертовски зол, и я даже не могу дышать! Все поведение Баки изменилось, он выглядел настороженным и напряженным, и на мгновение Питер подумал, что он может нанести ему удар. - Кто-то причинил тебе боль? И Питер не мог не смеяться, потому что он этого не понимал, или, может быть, Питер выдумал это, он, честно говоря, больше не знал. - Я тебе нравлюсь? Баки на мгновение взглянул на него, но быстро присел на корточки, как будто ожидал этого с самого начала, и забыл на мгновение. - Ты сын моего лучшего друга. - Что? Нет. Питер зарычал, гнев вернулся в десятикратном размере. Баки вздохнул: - Питер... - Я нравлюсь тебе? Хочешь ли ты меня поцеловать, встречаться со мной, трахать меня? Баки издал гортанный звук, как раненое животное. Как будто его ударили прямо туда, где ему было больнее всего. - Я тебе как дядя... - он хотел продолжить, но смех Питера прервал его. - Нет, Брюс, Клинт, Нат, черт, Тор и Локи - моя тетя и дяди. Они присутствовали здесь с тех пор, как я был ребенком, они помогли вырастить меня, ухаживали за мной, когда я болел, рассказывали мне о своих первых крашах... Баки напрягся, услышав последнее выражение. - Они были со мной на протяжении всей моей жизни. Ты был здесь всего год. Опустошенный, Баки беспомощно посмотрел на Питера, и ему потребовалось мгновение, чтобы понять, почему. - Баки, я рад. Я рад, что тебя здесь не было. Я не хотел бы, чтобы ты знал, каково это, менять мои подгузники. Они оба засмеялись над этим, напряжение на мгновение упало, пока Питер снова не продолжил рассуждать. - Я не думаю, что кто-то хочет, чтобы их краш знал о таком. После этого Баки долго смотрел на него, достаточно долго, чтобы Питер потерялся во времени и осознал, как близко солдат подобрался к нему. - Ты мне нравишься, Питер. Но, всё же, небольшое «но» висело неловко в воздухе между ними. - Но мы не можем спешить. Для нас обоих это многого стоит, но особенно для меня и ... Я не хочу разрушать обе наши жизни, потому что я слишком эгоист, чтобы держаться подальше от тебя... Его пальцы ласково коснулись скул Питера, почти неощутимо. - Могу я тебя поцеловать? - его металлическая рука скользнула вверх, чтобы погладить спину Питера, соглашаясь, потянув его достаточно близко, чтобы их носы соприкоснулись. Это было просто легкое прикосновение губами: ни рывками, без языков. Но оно продолжалось и продолжалось. Когда Баки наконец ушел на утро после того, как увидел Питера в дверях своей спальни, он уже знал, что он человек, который обречен, пропал и не может быть спасен.